Work Text:
Иваизуми нашел его в общей гостиной. Ойкава развалился на диване, закинув ногу на ногу, а в руках у него была все так же чертова парилка, запах которой уже до тошноты надоел. Пробравшись сквозь клубы дыма к окну, Иваизуми открыл окно и несколько мгновений наблюдал за тем, как белый смог буквально высасывается наружу, и дышать постепенно стало легче.
— Ты совсем охренел? — поинтересовался он спокойным тоном и сел рядом с Ойкавой, случайно задевая коленом бедро.
— О, Ива-чан, я тебя и не заметил, — как-то слишком лениво ответил Тоору, не отвлекаясь от телефона и Хаджиме понял, что тот еще и пьян. Замечательный расклад.
— И по какому поводу ты надрался? Ты можешь убрать эту херню хотя бы тогда, когда я рядом? Меня блевать с этой штуки тянет, — почти прорычал он, на что Ойкава только рассмеялся и поднял на него взгляд, поднес электронную сигарету к губам и сильно затянулся, а после приоткрыл губы, и по ним заскользили струйки белого плотного дыма. Нарывается, придурок.
— Просто так. Хочешь со мной? — предложил он и поднял с пола бутылку, чуть качнув ей в воздухе, но Иваизуми знал, что за «просто так» Ойкавы никогда не скрывается что-то, о чем можно так просто рассказать.
— Если ты уберешь это, — он кивнул подбородком в сторону штуки кислотно-зеленого цвета в чужой руке. Ойкава перевел на нее взгляд, чтобы сообразить, о чем речь, а после прыснул со смеху и протянул электронку Иваизуми.
— Хочешь попробовать? Я знаю, что хочешь, на, — улыбка на его лице размазалась еще шире. Иваизуми посмотрел так, что еще одно неверное телодвижение, и он точно ему двинет, поэтому Ойкава правильно считал сигналы Хаджиме и протянул ему бутылку.
— Ты без всего? — Ойкава медленно качнул головой, — Идиот, — Иваизуми приложился губами к горлышку и сделал небольшой глоток, отмечая, что алкоголя осталось не так уж и много, — Так что случилось?
Иваизуми откинулся на спинку дивана и положил на нее руку. Пальцы сами собой потянулись к волосам Ойкавы, зарываясь на затылке и несильно впиваясь кончиками в кожу. От этого Тоору довольно промычал и под давлением опустил голову вперед, открывая длинную крепкую шею и больше пространства для руки Иваизуми. Тот осторожно сжал ее и повел вверх, отмечая, как неестественно напряжены мышцы под пальцами. Ответа ожидаемо не последовало, но попытаться смысл был. Не прекращая массировать голову Ойкавы, Иваизуми сделал еще один глоток и поставил бутылку на пол.
— Тогда потом. Только не молчи, понял? — ответом ему было тихое согласное мычание, которое не факт, что на самом деле означало согласие. Вздохнув, Иваизуми потрепал волосы на макушке Ойкавы, ероша прическу, и убрал руку. Видимо, тот успел разомлеть от незамысловатой ласки, потому что когда Ойкава поднял голову, взгляд его стал еще более поплывшим, и это выглядело бы даже забавно, если бы подноготная этой улыбки и глаз не скрывала в себе какой-нибудь очередной ночной кошмар.
— Давай кое-что попробуем, — вдруг предложил Ойкава и поднял электронку в воздух, повернулся корпусом к Иваизуми, подогнув под себя ногу, — Мне интересно, останется ли у тебя во рту привкус дуделки, если я выдохну дым тебе в рот.
Брови Хаджиме взлетели вверх, и во взгляде снова можно было прочитать очень много слов на тему, кем он считает Ойкаву и что он о нем думает, но тот это абсолютно проигнорировал и выдержал взгляд, снова протягивая ему парилку.
— Тебе совсем голову переклинило?
— Это значит да?
Не дожидаясь ответа, Ойкава снова затянулся, задержал дым во рту и встал коленями на диван, приближаясь к Иваизуми, взял его лицо в ладони, склонился и выдохнул дым в сомкнутые губы. Хаджиме невозмутимо смотрел на застланное белым лицо напротив и пытался понять, что сейчас было в его дурной голове, но вскоре Ойкава состроил расстроенную гримасу и чуть отстранился, не выпуская лица из рук и поглаживая его большими пальцами.
— Не вредничай, — Иваизуми думал, что только такие придурки, как Ойкава, будут дуться, что им не дали сделать какую-то дурость, но и сам он придурок, потому что снова взял бутылку, сделал глоток и молча предложил Ойкаве. Тот накрыл чужие пальцы своими и выпил так, слизал остатки с губ и отпустил руку. Тоору снова затянулся, и на этот раз Иваизуми позволил накрыть свои губы и выдохнуть дым в рот. На вкус было практически так же, как и на запах – приторно, но не слишком, отдавало чем-то знакомым. Выдохнув остатки дыма, он причмокнул губами и задумчиво посмотрел на Ойкаву.
— Ну как тебе? — с искренним любопытством поинтересовался Ойкава и склонил голову вбок, скользнув ладонями с щек на плечи и обвивая руками шею.
— Никак. Это все такая же блевотная херня. Лучше бы уж нормальные сигареты курил, они хотя бы не так раздражают.
— Значит, еще раз.
Ойкава снова наполнил рот дымом и почувствовал, как начинает немного кружиться голова. Он немного промазал с прицелом, поэтому неуклюже смял губы Иваизуми, и струйка дыма вытекла из уголка его рта, Хаджиме на него недовольно посмотел, и это так рассмешило Ойкаву, что тот чуть ли не выплюнул в рот Иваизуми весь дым. Тот начал чертыхаться, откашливаться и больно щипать Ойкаву за бока, пока тот пытался отсмеяться.
— Если уж делаешь что-то, делай нормально.
— Хорошо-хорошо, последний раз и отстану.
Обхватив губами мундштук, Ойкава хорошенько затянулся, и голова начала кружиться сильнее. Иваизуми, придерживая его за талию, притянул к себе и приподнял свое лицо, на которое снова легли ладони Ойкавы. На этот раз они смотрели друг другу в глаза, Ойкава мягко накрыл губы Хаджиме и медленно начал выдыхать дым. Но на этом не остановился. Осторожно прижавшись, Тоору принялся мягко сминать чужие губы, а дым снова вытекал из их уголков. Иваизуми ответил на поцелуй, тягучий и неторопливый, аккуратно притянув Ойкаву к себе.
— Иди ко мне, — шепнул он хрипло и помог усесться у себе на бедрах. Ни об электронках, ни о дыме, ни о вкусе уже никто из них не думал.
Ойкава сел вплотную, обхватывая ногами бедра Иваизуми, обнял за шею одной рукой, а вторую расположил на груди. Целовал он все так же неторопливо, языком скользнув по нижней губе и, подцепив, обхватил своими и мягко втянул в рот. Иваизуми неторопливо гладил Ойкаву по спине широкими движениями теплых ладоней, чуть надавливая в пояснице и заставляя выгнуться навстречу. Он позволил Тоору взять инициативу на себя, поэтому, когда язык оказался у него во рту, скользнул по нему и прижался к губам плотнее. Так они сидели некоторое время, лениво гладили друг друга и целовались, совсем забыв, что они могут быть кем-то замечены в этой комнате.
Нехотя оторвавшись от чужих губ, Ойкава снова заулыбался, пару раз быстро чмокнул Иваизуми в губы и напоследок задержался подольше, прежде чем отстраниться.
— По-моему, что-то в этом есть, — многозначительно заключил он, разминая пальцами плечи Хаджиме.
— Не налегай на эту штуку. Даже у меня голова закружилась, — хмуро ответил он, оглаживая бедра Ойкавы, которыми тот все еще его сжимал.
— О, это все потому, что ты опьянен нашей любовью, Ива-чан.
— Просто заткнись.