Chapter Text
Было много похорон, слишком много, если вы спросите Гарри.
И он был на каждых из них.
Потому что, даже если Гермиона пыталась сказать ему, что это была не его вина, а вина Волан-де-Морта, он чувствовал себя так, словно это он убил их. Он знал, что ему следует послушать ее, но он был не в силах избавиться от укола вины, который ощущал всякий раз, когда выражал свои соболезнования семьям, если таковая осталась.
Худшим случаем были Криви, которые даже не понимали, как их сын мог погибнуть в сражении. В их обществе была война? Колин говорил им, что были некоторые проблемы, но не до такой степени, и Криви думали, что он и его младший брат были в школе в предыдущие месяцы. Деннис - кого трио вытащили из убежища после Битвы - был тихим, все еще ощущая вину, что его не было там, когда его брат схватился за чью-то мантию и трансгрессировал в Хогвартс.
И теперь Гарри сидел на стуле рядом с Тонкс, держа Гермиону за руку, которая сидела позади него, он пытался отчаянно забыть, что Люпин - единственная связь, которая у него была с родителями - был погребен. Тонкс тихо плакала, прижимая своего сына к сердцу, пока ее мать бесстрастно уставилась на пустой гроб ее собственного мужа.
Гермиона крепче ухватилась за его руку, и он уставился на то, как обе могилы были наконец накрыты мраморными надгробиями. Рыдания Тонкс усилились и Тедди проснулся и закричал. Андромеда передала ребенка сестре, которая сидела слева, и взяла за руку ее дочь, ведя ее в сторону места трансгрессии. Никто ничего не сказал, пока они не исчезли, и лишь рыдания Тедди нарушили некомфортную тишину на кладбище. Нарцисса Малфой первая пошевелилась, взяв с собой своего внучатого племянника с собой.
- Драко, - сказала она, - я буду в Поместье, если понадоблюсь. Думаю, Андромеде и ее дочери нужно время, чтобы побыть вместе. Полагаю, ты пойдешь к Поттеру? - спросила она, бросая взгляд на сына и его девушку.
- Да, - ответил он, - думаю, нам всем нужно немного прилечь, перед тем как отправиться в Нору. Ты будешь там?
- Конечно, - улыбнулась она. - Нимфадора захочет вернуть своего сына, когда ей станет лучше. Думаю, ей хватит времени до вечера. Я приду после.
Драко кивнул и встал, Гермиона и Рон последовали за ним. Гарри наблюдал, как миссис Малфой ушла и повернулся к друзьям, испытывая облегчение. Пройдут многие годы, прежде чем им придется встречаться при подобных обстоятельствах, или, по крайней мере, он на это надеялся.
- Тогда вернемся в дом? - спросил Рон.
- Я не знаю, - ответил Драко. - Уже почти время ланча, а мне не очень хочется возвращаться сейчас.
- Кикимер приготовит что-нибудь для нас, - сказал Рон, неуверенно глядя то на Драко, то на Гарри. Готовка эльфа почти превосходила готовку его матери, согласно его словам, и он на самом деле не хотел пропускать прием пищи.
- Почему бы нам не пойти, мне и Рону, а ты и Гермиона можете найти тихое местечко, чтобы поесть? - предложил Гарри. - Встретимся позже или уже в Норе.
Гермиона сказала ему прошлой ночью о их грядущей поездке в Австралию, и недостатке времени ее спланировать. Теперь, у них есть идеальное оправдание, чтобы наконец, расслабиться и поговорить об этом.
- Спасибо, Гарри, - улыбнулась его подруга, глядя на него с теплотой.
- Ну, у нас тогда будет замечательный ланч, - сказал им Рон. - И не забудьте, мама ждет нас ровно в шесть вечера для застолья.
- Не забудем, - сказал ему Драко. - Попрошу маму найти, что-нибудь выпить.
- Папа это оценит, - ответил рыжий.
Затем, он посмотрел на Гарри, который кивнул, и перенес их обоих в дом на Площади Гриммо.
- Не могу поверить, что это, наконец, закончилось.
Гермиона разлеглась на диване, в руке у нее был кусок пиццы. Они не нашли достаточно тихого места, чтобы поесть, и это была идея Драко - пойти в дом ее родителей. Они вернули ее вещи обратно и он заказал пиццу, пока Гермиона включила электричество, чтобы они могли посмотреть кино.
- Ну, - сказал он, - это еще не полностью закончилось. Предстоит еще слушание моего дела и дела мамы через два дня, и вернуть твоих родителей до конца месяца.
- Слушание - это лишь формальность, - сказала она ему, сжимая его колено. - Бруствер сказал нам, что Визенгамот будет снисходительным к вам обоим. Максимум что вы получите это домашний арест и ограничение использования вашей магии на пару лет. И ты видел за последние недели, люди знают правду, теперь. Они не начнут вновь ненавидеть тебя, лишь потому что у тебя будет какой-то приговор.
Он взял еще кусок пиццы, сжимая ее руку в ответ. Она могла сказать, насколько ему было не по себе, когда он думал о суде. Он все еще был убежден, что Уизли однажды перестанут притворяться, что приняли его извинения, и будут ненавидеть его за то, что он с ней. И все еще был вопрос касательно Люциуса Малфоя… Гермиона посмотрела на него, пытаясь найти лучший способ, чтобы выразить то, что она хотела сказать ему уже несколько дней.
- Драко, не думаешь, что уже пора навестить твоего отца?
Она увидела, как он напрягся и перестал есть.
- Знаю, ты не простил его за все, что произошло, но Целители сказали твоей матери, что шансы на то, что он очнется очень малы… Если ты хочешь сказать ему что-то, думаю, это может быть последняя возможность, которая у тебя будет.
Никто не знал, каким проклятием был поражен Люциус Малфой, и Целители пытались вывести его из комы, но пока что безрезультатно. Их последний отчет не был хорошим, поскольку они обнаружили, что запас его магических сил был почти истощен. Для них это был знак его неминуемой смерти. Новый Министр отправил эксперта в дом Долохова, чтобы найти зацепки о проклятии, но место было скрыто чарами и у них заняло почти две недели, чтобы попасть в его кабинет.
- Я знаю об этом, Гермиона, просто…, - он остановился, уставившись в телевизор. - Столько всего, что я хочу сказать, столько всего хочу спросить… и если я пойду туда сейчас и поговорю с ним, когда он спит, это будет словно я сдался, понимаешь? Словно уже не надеюсь, что он очнется и мы сможем все обсудить.
- Понимаю, - сказала она с грустной улыбкой на лице. - Но не будет ли лучше пойти туда и сказать то, что лежит у тебя на сердце, даже если он все еще спит, чем провести остаток твоей жизни, сожалея, что не сказал ему о том, что чувствуешь?
- Я…
Внезапно из спальни Гермионы послышался шум, и оба вскочили на ноги и побежали к лестнице. Меньше чем через минуту они подбежали к двери и она выбила ее используя палочку. Прежде чем она смогла атаковать кого-либо, кто вошел в ее дом, она остановилась на месте, наконец, заметив источник шума. На ее кровати была маленькая домовушка, она попятилась от старых игрушек Гермионы, которые должно быть упали с остальными вещами, которые она держала на полке: музыкальная книжка. Бедное создание, казалось, было напугано шумом, исходящим от нее и закричала, когда увидела Драко, разрываясь между тем, чтобы остаться на месте и подойти к ее хозяину.
- Х…х…хозяин Драко! Создание напало на Брауни, когда она прибыла в комнату мисс!
Драко пересек комнату и взял игрушку с кровати, выключая ее под бдительным взглядом эльфа.
- Брауни, - сказал он, - что ты здесь делаешь? Мама послала тебя? Я думал, сегодня ты должна была помогать с ремонтом в столовой?
Гермиона раздраженно фыркнула. Ремонтировать столовую, серьезно? Что за глупое задание это было? И это была суббота.
Эльфийка начала дрожать, не желая смотреть на него. Это было не хорошо.
- Произошло что-то ужасное, - сказала она, дрожащим голосом. - Хозяин…
- Что? Хозяин ЧТО? - Драко почти закричал.
- Брауни не знает, хозяин, - ответила она, паникуя. - Целители позвали хозяйку Нарциссу, сказав ей, что с хозяином Люциусом что-то произошло, и хозяйка отправилась в Св. Мунго, и попросила Брауни предупредить ее сына, и она кричала Целителям, что это ужасно!
Гермиона взяла руку своего парня, прежде чем он сделал что-нибудь с ее старой игрушкой - он держал ее так крепко, что она подумала, он сломает ее.
- Драко, думаю, Брауни может вернуться к своим… делам - она постаралась звучать не слишком раздраженной, когда сказала это - и мы можем трансгрессировать прямо в Св. Мунго.
- Верно. Делай, как она говорит, - сказал он домовушке, - я позову тебя, если понадобишься.
Эльфийка кивнула и исчезла с небольшим хлопком, оставляя их вдвоем.
- Пойдем, - сказал Драко, направляя ее к месту трансгрессии ее дома.
- Я здесь, чтобы увидеть Люциуса Малфоя, - сказал Гарри, тяжело дыша. - Меня послал Министр Бруствер.
Они - Гарри, Рон и Кингсли - были в офисе Министра, когда появился патронус Гермионы, сообщая им что с Люциусом что-то произошло. Кингсли попросил его пойти и узнать, что это было, и Гарри прыгнул в ближайший камин.
Ведьма за столом посмотрела на него раздраженно, прежде чем указать на доску позади нее.
- Мистер Малфой в палате 12, на четвертом этаже, - сухо ответила она, прежде чем позвать следующего человека.
Распознав, что она с ним закончила, Гарри ушел, бормоча слова обычной вежливости, и изо всех сил постарался не побежать прямиком к палате. Голос Гермионы был напряженным, и ему это совсем не понравилось. Он остановился перед дверью и по-быстрому сделал себя презентабельным, прежде чем постучать. Прошло почти пятнадцать минут с тех пор, как он получил патронус, и он надеялся, что ничего плохого не произошло.
Нарцисса открыла дверь, и он не мог не отметить ее чрезвычайную бледность. Позади нее он мог видеть Гермиону, которая качала Тедди; и Драко, который нервно разговаривал с…
Люциусом Малфоем.
Гарри уставился несколько секунд, чувствуя как ритм его сердца замедляется. Люциус был жив. Хорошо. Тогда почему Гермиона казалась обеспокоенной в своем сообщении?
- Мистер Поттер, - сказал мужчина, обращаясь к нему вежливо. - Полагаю, вас послал… новый Министр?
А, да, он все еще понятия не имел, что произошло со времени битвы.
- Да, мистер Малфой, - ответил он, осторожно подойдя к нему. - Гермиона отправила ему патронус и из-за ее тона, он подумал, что, ну…
- Что я умер? Нет, - улыбнулся старший Малфой. - Хотя я понимаю, почему он это предположил. Все вокруг меня выглядят нервными, с тех пор как обнаружили что именно произошло.
Позади него, Гарри услышал, как Нарцисса издала тихий всхлип, и Гермиона неловко пошевелилась. Драко отвел глаза от взгляда своего отца. Гарри посмотрел на него, пытаясь увидеть, что изменилось.
- Мы поняли это спустя несколько тестов. Целители казалось, были в отчаянии из-за этого. Но видите ли, - начал он, - чем больше я думаю об этом, тем больше понимаю, что не могу злиться.
Он осторожно поправил прядь волос, которая упала на бок и продолжил.
- Долохов тесно сотрудничал с Темным Лордом над заклинанием, которое посвящалось… маглорожденным, - сказал он, бросая на Гермиону тревожный взгляд. - Мы, имею в виду Пожирателей Смерти и себя, знали, что это будет скверно, но не знали, что именно это было. Когда Долохов обнаружил, что я сменил сторону во время сражения, он решил наказать меня, сделав меня первой жертвой. Это проклятие, по-видимому, создано, чтобы лишать магии ведьм и волшебников, которые считались недостойными ее. Другими словами, - сказал он, после того как замолчал почти на минуту, - я стал не более чем Сквибом.
Нарцисса издала еще один всхлип и Гарри замер, пытаясь осознать то, что только что услышал. Люциус Малфой, человек, чье имя можно было цитировать, как пример чистокровного идеалиста в словаре, потерял свою магию и стал тем, кого он неимоверно презирал большую часть жизни.
Внезапно Гарри понял, что почувствовал по отношению к этому мужчине, к мужчине, которого он ненавидел также, как совсем недавно он ненавидел Драко, что-то, что он никогда бы не подумал, что однажды испытает.
Жалость.
- Прошу, мистер Поттер. И вы туда же.
Люциус Малфой смотрел прямо на него с умиротворением на лице.
- По факту, думаю, это единственная справедливая расплата за мои прошлые поступки. Мне достаточно повезло остаться в живых, ну за исключением небольшого изменения, конечно. Может, это поможет мне понять лучше жизнь людей, о которых раньше я думал, как о нижестоящих.
Оба Драко и Гермиона подняли свои головы и посмотрели на него. Улыбка Люциуса стала шире.
- Ну, и, - наконец, сказал он в сторону Гермионы, - я весьма уверен, что найду кого-то, кто поможет мне привыкнуть к моей новой жизни, когда все вернется в норму.
Путешествие было потрясающим. Драко не мог долго спать, слишком уж ему хотелось смотреть в небо или разговаривать с экипажем, спрашивая о самолетах, гравитации, и прочем. Гермиона наблюдала за ним, пораженная, но не смогла не уснуть во второй половине путешествия.
- Когда мы получим чемоданы, нам нужно будет взять такси и поехать в отель. Наша встреча в Австралийском Министерстве назначена на завтра после обеда, так что, думаю, у нас будет достаточно времени, чтобы посетить Мельбурн перед этим. Нам нужно отправить письмо твоим родителям, и я пообещала Люциусу найти для него типичный сувенир из магловской Австралии. Я думала, может, бумеранг, или открытка с кенгуру или коалами. Затем, когда все будет решено в Министерстве, мы пойдем найдем маму и папу перед ужином, отдадим им их воспоминания обратно и Целители убедятся, что с ними все в порядке.
Он просто кивнул, улыбаясь ее тираде. Они отрепетировали первые два дня так много раз, он мог поклясться, что будет помнить каждый шаг до последнего вздоха. Но поскольку это помогало Гермионе бороться с ее тревожностью, он знал, что ее лучше не останавливать всякий раз, когда она говорила ему об этом.
- Давай найдем сначала чемоданы, - сказал он. - Быстрее мы их найдем, быстрее я смогу принять душ.
Драко мечтал месяцами об Австралийских пляжах и вечном солнце, но как только они покинули самолет, он пожалел, что прилетел. Было жарко, и воздух был сухим, и если бы не солнцезащитный крем, который Гермиона дала ему перед тем, как самолет приземлился, он бы сгорел, как только вышел на улицу.
- Вот они!
Она показала ему два чемодана и он схватил их, но сначала незаметно наложил на оба чемодана Облегчающие чары.
- Я видела, что ты только что сделал, - сказала она раздраженно. - У маглов есть камеры наблюдения; они могли это записать.
- Честно, милая, они смотрят эти глупости только тогда, когда случается нечто важное. Не думаю, что это тот случай, - возразил он. - Мы два обычных человека, которые намерены провести отличное время в Австралии.
Она громко вздохнула, но ничего больше не сказала и повела их к выходу из аэропорта.
- Возьми свой паспорт, Драко. Им нужно подтвердить наши личности.
- Снова? Они уже это сделали, когда мы садились в самолет!
- Меры безопасности. Это займет лишь несколько минут, и потом мы свободны идти куда захотим.
- В следующий раз, когда будем путешествовать, может, нам лучше использовать Международный Камин, - сказал он ей.
- Не хочешь снова полететь на самолете? - спросила она, понимающе улыбаясь. Он был взволнован садиться в самолет.
- Хочу, но может для более короткого путешествия. Может, Франция, или Испания. Австралия слишком далеко, и мы могли быть здесь еще вчера, если бы использовали Каминную сеть.
- Это ты настоял полететь на самолете! - подразнила она.
- И я не жалею об этом. Экипаж был великолепен, и мне правда понравился тот капитан, который пустил меня в кабину. Но мне не нравится спать в воздухе.
- Драко… у нас был номер внутри самолета, не говори мне, что тебе не было достаточно комфортно!
Когда они купили свои билеты, Драко настоял на том, чтобы они купили лучшие билеты какие возможно. Гермиона побледнела, а улыбка стюардессы стала шире, и ее парень был рад заплатить вдвое больше, чем стоит коллекционный автомобиль мистера Грейнджера, несмотря на протесты Гермионы.
- Я знаю, тебе не нравится, что я столько трачу на путешествие, но я единственный Наследник состояния Малфоев и, поверь мне, когда я говорю, что Гринготтс не единственный банк, где мы храним наши деньги. Я очень богат, и пока я не найду способ инвестировать в… новые технологии, я буду делать с ними что захочу.
Она отступила, но лишь после того, как заставила его пообещать, что он позволит ей выбрать и оплатить отель.
- Как ты узнаешь такси? - спросил он ее, когда они, наконец, вышли из аэропорта.
- Лондонское такси имеет определенную модель машины, чтобы ты легко мог узнать его. В Австралии у машин есть небольшой знак на крыше. Но поскольку мы в аэропорту, то должна быть отведенная для них зона. Нам просто нужно найти знак и отыскать такси.
- Хорошо.
Аэропорт не был слишком большим, и заняло лишь несколько минут, чтобы найти то, что они искали. Что было более трудным, однако, был акцент.
- Как ты смогла понять что он говорил? - спросил он Гермиону, после того, как они заселились в отель.
- Не уверена. Может, помог тот факт, что я смотрела американские и австралийские фильмы?
- Может. Не против если я приму душ первым?
- Вовсе нет. Мне нужно написать Гарри, сказать ему, что мы в отеле. Я отправлю письмо, когда мы выйдем.
Драко взял свои вещи и пошел в небольшую ванную, где он наконец, избавился от одежды, прежде чем войти в душевую и позволить горячей воде стекать по его напряженным мышцам.
- Мистер Малфой, мисс Грейнджер, добро пожаловать, - сказал мужчина, которому было за сорок. - Я Чарли Смит, мы обменивались письмами по поводу изучения ваших родителей, - добавил он, обращаясь к Гермионе. - А это Оливия Томас, Главный Целитель Отделения Исцеления Разума, она сопроводит нас, для того, чтобы наблюдать за тем, что вы делаете. Надеюсь, ваша поездка была приятной?
- Да, спасибо большое, - ответила Гермиона. - Рада встрече с вами обоими.
Целительница Томас улыбнулась и взяла руку и потрясла ее энергично.
- Я прочла заметки, которые вы послали мракоборцу Смиту, мисс Грейнджер. Вы, правда, проделали отличную работу с теорией, и, полагаю, с практикой, так что не думаю, что мы столкнемся с затруднениями, пока вы и мистер Малфой будете возвращать вашим родителям их воспоминания. Если не возражаете, я бы хотела получить контактные данные Целителя, с которым вы говорили, когда все планировали. Также хотела бы подробнее поговорить о том деле, которое вы упомянули, о Локонсе.
Гермиона постаралась скрыть свою веселую улыбку, и вежливо пожала руку женщине.
- Если у вас есть перо и пергамент, я все запишу, - сказала она ей.
Она взяла перо, которое было у мракоборца Смита в его одежде и небольшой пергамент, который дал ей Драко, затем села на стул, который подвинул ей мракоборец, записывая имя и адрес Целителя.
- Мистер Малфой, хотите присесть? - спросил мракоборец, указывая на второй стул. - Мы просто ждем, когда активируется Портоключ, и мы появимся под дезиллюминационными чарами прямо на улице, где живут Уилкинсы.
- Я не против постоять, если это на несколько минут.
Мракоборец Смит коротко кивнул, прежде чем достать шнурок из кармана. Гермиона закончила писать письмо Целителю, с которым она встречалась в Св. Мунго и поднялась со стула, чтобы встать между ним и Целительницей Томас.
- Еще пять минут, - сказала она, глядя на часы.
Наконец, Портоключ начал светиться, и все положили на него руки, но не раньше, чем стали невидимыми. Несколько секунд спустя они стояли на красивой улице, полной высокими деревьями.
- Вот дом, который мы ищем, - сказал им мракоборец Смит, указывая на небольшой коттедж с синими ставнями. - Согласно отчету полиции, который нам прислали; ваши родители обычно смотрят новости перед ужином.
Они незаметно появились вновь и Гермиона сделала глубокий вдох, прежде чем последовать за остальной группой. Все остановились перед дверью и подождали несколько секунд. Из дома не доносилось ни звука. Целительница Томас постучала и подождала. Спустя две долгие минуты она постучала снова, на этот раз громче. Она намеревалась постучать в третий раз, когда незнакомый голос напугал их.
- Вы ищите Уилкинсов? - пожилая женщина смотрела на них из своего сада с лейкой в руке. Гермиона кивнула. - Они уехали в обед. Скорая забрала Монику в больницу и Венделл поехал за ней. Бедняжка, она так кричала…
Гермиона ощутила, как ее сердце замерло.
- Кричала…? - слабым голосом спросила она с широко открытыми глазами.
- Да, - продолжила женщина, совершенно не замечая ее состояние. - Думаю, бедный Венделл чуть не потерял сознание. Сказал, что не выносит вида крови.
- Крови?! - повторила опять Гермиона, ужаснувшись. У нее пересохло в горле, и она ощутила небольшой страх в животе. Что-то случилось? Почему у ее матери было кровотечение? С ней было все в порядке?
- Где больница? - она услышала, как Драко спокойно спросил.
- Недалеко, - ответила пожилая соседка. - Вам нужно просто ехать по улице пока не увидите огромный магазин, который построили в прошлом году - ужасное здание они построили, если бы они только оставили то, что стояло там раньше - и от него налево примерно в пяти минутах. Вы знаете Уилкинсов? - спросила она, с внезапным интересом глядя на Гермиону. - У вас тот же акцент.
Но Гермиона развернулась в ту же секунду, когда услышала в каком направлении больница, и не остановилась, чтобы ответить.
- Моника Уилкинс, - повторила Гермиона в третий раз. - Она поступила ранее сегодня.
Позади нее она могла услышать, как Драко и их два сопровождающих тихо разговаривали. Она пыталась скрыть свое раздражение, уставившись на сотрудницу.
- Мне жаль, мисс, но у нас нет здесь никакой Моники Уилкинс. Вы уверены, что вы пришли по адресу?
- Уверена ли я… конечно, уверена. Есть ли другое здание, куда ее могли отправить?
Женщина посмотрела на нее, затем на трио, которое стояло подальше от стола, размышляя.
- Как давно вы ее видели?
- Я… я не знаю, - запнулась она, встревоженная внезапной сменой темы разговора. - Десять месяцев или около того.
- Тогда, - сказала женщина, на этот раз добрее. - Думаю, вам следует спросить в здании прямо напротив.
- Ро… - Гермиона остановилась и побледнела, глядя на название, которые было написано.
- Гермиона, - спросил тихо Драко, глядя на нее обеспокоенно. - Что такое Родильное Отделение?
Гермиона стояла за окном, наблюдая за своими родителями впервые с тех пор, как они расстались. Они оба были загорелыми сильнее, чем она когда-либо видела, и с гордостью смотрели на маленький сверток между ними. Волосы ее матери выглядели жирными, и она выглядела вымотанной, но тепло улыбалась отцу, который наклонился, чтобы поцеловать ее в лоб. Послышался тихий крик, и они оба улыбнулись, ее отец нежно взял маленькую руку, появившуюся между его пальцами. Гермиона посмотрела на сцену перед собой, стараясь не упасть в обморок от шока.
- Ну, - выдохнула она, слеза скатилась по ее щеке. - Кажется, я больше не единственный ребенок.