Chapter Text
Еще пять лет попыток ни к чему не привели. Отчаяние поселившееся в душе с самой первой неудачи все прочнее и прочнее укрепляло позиции.
Пока однажды в голову не пришла абсолютно сумасшедшая и самоубийственная идея: отделить частичку от собственной сути и попробовать подселить ее в зародыш. Узнавший о идее друга Осирис схватился за сердце, за голову и за самого Ра, проверяя не заболел ли тот. Позволять тому творить самоубийство он не собирался, но остановить загоревшегося идеей фараона он не смог, пусть и настоял на своем присутствии в качестве подстраховки и даче клятвы не повторять это еще раз.
Тщательная подготовка заняла не один месяц. Высчитывались все риски которые могут возникнуть во время ритуала, прописывались комбинации рун, должные перенаправить такую сложную и нестабильную энергию как душа в нужном направлении, стабилизаторы, компенсаторы, усилители… Все требовало точных расчетов, проверки и перепроверки перед их непосредственным использованием. Чтобы вероятность срабатывания была выше, решили использовать одновременно несколько эмбрионов разного уровня развития: от едва оформляющегося, до практически готового к появлению на свет.
В промежутках между подготовкой ритуала и правительственными делами сотый раз перепроверял уже давно обустроенную уютную детскую и обдумывал подходящее имя для дитя. Вздыхающий так, будто уже раз десять побывал на похоронах лучшего друга Осирис исподволь капал на мозги своему фараону, пытаясь отговорить от его замыслов, но и он в конце концов сдался.
Сложнейший выверенный до ничтожнейших мелочей ритуал начинался с минуты на минуту. Огромный дворец опустел, во всех ближайших лабораториях были приостановлены исследования способные дать посторонний источник излучения, все, что могло нести хоть какую-то угрозу, было под корень устранено впавшими в паранойю богами. Мерно гудели преобразователи энергии поддерживающие жизнь в зародышах, таинственно сияли защитные артефакты, а Ра с Осирисом в пятисотый раз перепроверяли октограмму в центре которой должен был находиться ведущий ритуала, а на лучах звезды столь полно заполненной рунами стояли колбы с телами.
Обняв напоследок своего повелителя, Осирис отступил на безопасную дистанцию, развернул защитный экран и принялся ждать, бдительно отслеживая показания приборов. Ра в свою очередь встал в центр и слово за словом начал зачитывать вспомогательный катерн, необходимый для наибольшей концентрации. С каждым словом в помещении все сгущался воздух, пропитанный силой насквозь, а линии на полу сияли все ярче и ярче. Ра ощутил как от его сути, сейчас ощущаемой как никогда ярко начала тянуться энергия к лучам октограммы и удвоил усилия видя желаемый результат. Но стоило пентаграмме заполниться, как Ра почувствовал, как его энергия начала выходить из под контроля вместо контролируемой тонкой нити рвалась из рук уже целым потоком. Ослепленный болью от потери самого себя фараон осел на пол, все еще не прерывая процесс передачи, надеясь на то что пусть в ущерб себе, но ему удасться добиться хоть чегото. Сопротивляться становилось все сложнее, когда Осирис понявший что что-то идет не так резко обрубил один из энергоблоков и прервал ритуал.
Горестно причитая ученый кинулся к фараону, но тот категорично остановил его потребовав сначала проверить результаты. Не способный не подчиниться прямому приказу Осирис начал проверять колбы с самой близкой к себе, параллельно стараясь держать друга в поле зрения и следить в том числе и за его состоянием. Осторожные энергетические потоки по воле своего хозяина устремлялись к маленьким тельцам в питательной среде, сканируя их.
Вторая Колыбель – пусто.
Третья –пусто.
Четвертая.
Шестая.
С каждым последующим заключением становилось все тяжелее двигаться дальше, но вот остались самый старший и младший эмбрионы.
Восьмой и первый.
Щуп мягко натолкнулся на преграду и откатился обратно к потерявшему от счастья дар речи Осирису, а малыш, да, теперь точно – малыш, слабо пошевелился в ответ на касание. Не веря себе оба исследователя склонились над Колыбелью разглядывая настоящее маленькое чудо. А буквально на их глазах юный Бог приобретал свои уникальные черты, доступные любому другому живому существу просто так, по праву рождения. Кровь циркулирующая по аппарату изменила свой цвет с цвета донора - лимонно-золой на платиновую, кожа вопреки этому приобрела чуть золотистый оттенок. Получивший такую колоссальную порцию энергии ребёнок стремительно развивался, и прямо на глазах проходил те несколько дней, оставшиеся бы до его рождения будь он обычным ребенком.
Истошно пищащая автоматика сигнализировала о критических скачках напряжения, и Осирис кинулся нивелировать перегрузки, перенаправляя потоки энергии к нуждающимся системам колыбели. Ра же не мог даже на секунду оторваться от происходящего за прозрачным стеклом инкубатора. Прошло несколько томительных часов прежде чем крышка капсулы плавно отъехала в сторону. Весь мир замер для Ра. Неожиданно непослушными, дрожащими руками он вытащил свое дитя из искусственной утробы, и не решаясь даже громко дышать жадно вгляделся в смутно знакомы черты. Более прагматичный Осирис решительно оттеснил своего ошалевшего от счастья друга, осторожно перехватывая дитя и легонько шлепнул молчавшего до этого момента малыша по попе. Лабораторию тут же огласил громкий, отчаянный детский плач, сигнализирующий о том, что в этот мир пришла новая жизнь. Оставив новоявленного отца любоваться своим чадом, Осирис тактично отошел в сторону. Вспомнилось вдруг, что самую последнюю капсулу они проверить так и не успели. Восьмая колыбель тихонечко гудела послушно поддерживая жизнь в самом маленьком эмбрионе. Не надеясь ни на что, и действуя скорее для проформы, ученый запустил сканирующую волну и… Едва не сел там где стоял. Еще один. В колбе находился еще один еще совсем крохотный, едва оформившийся ребенок. Брат или сестра уже рожденного. Перед тем как сообщить такую шокирующую весть, Осирис проковылял до аптечки, залпом выпил двойную дозу успокоительных и захватив аналогичную порцию отправился огорошивать друга.
***
-Сложный вопрос, сынок,- Усмехнулся Ра, прокашлявшись. -Как бы тебе сказать… Я очень хотел себе маленького сынишку или дочурку, и вот однажды ко мне прилетел…
-Аист? – Не совсем вежливо перебил его Эксатон. -Неправда! Мне Гор рассказывал что это его аист принес, а Рамзес что его скорпионы мертвая голова родителям принесли. Ну не может же такого быть! Расскажи правду!
Ра с Осирисом переглянулись и тяжело вздохнули.