Chapter Text
Юань Ли рывком открыла входную дверь, скинула кроссовки так яростно, что они разлетелись в разные стороны, прошла в кухню-гостиную и с размаху упала на диван лицом вниз. А потом заорала в подушку.
Ван Цзяэр никак на этот перфоманс не отреагировал. Ему на день рождения подарили игровую консоль с набором игр из девяностых и нулевых и теперь в свободное время он восполнял пробелы прошедшего детства. Прямо сейчас Принц Персии сдох в третий раз за полчаса.
— Ненавижу! — сказала Юань Ли с чувством.
— Кого сегодня?
— Братца Чэнь Сяо. Этот подлец посмел притащиться ко мне на тренировку.
— Че сказал?
— То же, что и в сообщении на автоответчик.
Ван Цзяэр поморщился. В сообщениях от Чэнь Сяо было примерно восемьдесят процентов угроз и двадцать — безудержных оскорблений. После того, как господина Юаня арестовали, но выпустили под баснословный залог, его любимый сын начал терроризировать нелюбимую дочь, требуя прилюдно покаяться и выступить с опровержением. Цзяэр не совсем понимал, как это поможет, когда и у полиции, и у журналистов уже были все доказательства свершившихся преступлений, но Чэнь Сяо жил в каком-то своем мире.
— А ты?
— А я позвала охрану, — Юань Ли перевернулась на спину и с нажимом потерла ладонями лоб. — Скорее бы уже суд прошел.
Когда год назад Чжан Исин все-таки пришел в отель и сказал, что хочет увидеть крах ее отца, Юань Ли отвела его к Ван Цзяэру. И уже на следующий день СМИ и интернет взорвались статьями и роликами с заголовками в духе «Дочь миллионера сдала отца», «Экоцид как средство заработать миллионы» и «Тайные контейнеры: Как шанхайский бизнесмен убивал море». Господин Юань был в ярости. Он пытался надавить на дочь, заявил о клевете, блокировал публикации, но новость продолжала распространяться как пожар. Как цунами.
Чжан Исин считал, что людское правосудие действует слишком медленно, и управляющему Сяо приходилось уговаривать его потерпеть снова и снова.
То, что господина Юаня выпустили под залог, никому из них не понравилось.
Юань Ли лежала на диване, чувствуя, как напряжение постепенно уходит из тела и расслабляются мышцы. В груди все еще тлела злость, но ей уже не хотелось оторвать кому-нибудь голову. Разве что слегка покалечить.
— Он сказал, что моя мать плачет и страдает, — глухо сказала она. — Что я разрушаю семью. И что они с отцом испортят мне жизнь, если я не воспользуюсь последним шансом одуматься.
Ван Цзяэр отложил геймпад и повернулся к ней.
— Одуматься? Серьезно? И как он это себе это представляет?
— Говорит, что на суде я должна сказать, что все подделала и оклеветала отца.
Ван Цзяэр вскинул брови, и Юань Ли фыркнула.
— Да, — согласилась она. — Я тоже думаю, что они спятили.
— Ну, они в первый раз в ситуации, когда не деньги не могут решить их проблему, — пожал плечами Ван Цзяэр. — Вот кукухи и поехали.
— Бедняжки, — вздохнула Юань Ли и сползла с дивана на пол. Села рядом с Цзяэром, скрестив ноги, и изучила замершую на паузе картинку с живописно нанизанным на колья Принцем Персии. — Но вот этого пиксельного бедолагу жаль в сто раз больше. И за что ты с ним так?
— Пф, — Ван Цзяэр закатил глаза и протянул ей второй геймпад. — Мортал комбат или Теккен?
— Надеру твой зад в любой из них.
— Ого, — восхитился Цзяэр. — Похвальная, но ничем не обоснованная самонадеянность.
— Меньше слов, больше дела.
Ван Цзяэр рассмеялся и запустил игру.
Он успел уничтожить ее в трех раундах, когда в дверь квартиры кто-то постучал. Цзяэр отвлекся, и Юань Ли добила его персонажа смертельным ударом.
— Эй, это нечестно!
— В реальности никто не будет ждать, пока ты поправишь прическу, Джексон, — заявила Юань Ли. — Мир жесток.
— Мошенница, — припечатал он и пошел открывать, когда стук повторился.
На пороге стоял Чжан Исин.
Ван Цзяэр замер, приоткрыв дверь ровно настолько, чтобы видеть гостя, но не пускать в квартиру.
Чжан Исин приподнял бровь, изучая его в ответ. Его ханьфу было сухим, а вот волосы — влажными и распущенными. Словно он только что выбрался из душа.
— Привет, — сказал Ван Цзяэр. — Как дела? Пришел кого-нибудь утопить или уже это сделал?
Чжан Исин и глазом не моргнул.
— Госпожа Юань дома? — спросил он.
— У нее был сложный день. Давай не будем грузить ее разговорами о мести, окей?
— Позови ее.
— Чувак, ты, конечно, очень симпатичный, но я не твой слуга на побегушках. Сказал бы хотя бы волшебное слово.
Чжан Исин едва заметно улыбнулся, а потом кротко и ласково сообщил:
— Человек состоит из воды минимум на пятьдесят процентов.
— Нихера себе у тебя представления о волшебстве, — Ван Цзяэр закатил глаза, но все-таки впустил русалочку внутрь и сказал уже громче: — Ли-Ли, смотри, кто в гости пришел.
Юань Ли выглянула в прихожую.
— О, — протянула она. — Привет. Что-то случилось?
Чжан Исин пожал плечами и без приглашения прошел мимо них в кухню-гостиную. Налил себе воды из графина и выпил ее в два глотка.
— Я был в море, — тихо сказал он. — Хотел проверить, как там…
— И как? — Юань Ли и Ван Цзяэр переглянулись.
— Плохо, — голос Чжан Исина дрогнул. — Очень плохо. Вода все еще отравлена. Те жемчужины, что мы сумели переместить в безопасное место, не могут вызреть без лунного света.
— А его нельзя… — Ван Цзяэр запнулся, пытаясь подобрать слова, чтобы не разозлить Исина. — Ну… Типа провести в другое место?
— Нет другого места, — Чжан Исин поморщился. — Жемчужинам нужны определенные условия.
— Когда дети рождаются раньше срока, их помещают в инкубатор, — сказала Юань Ли. — Такой ящик, который имитируют материнскую утробу. Мы не можем сделать что-то подобное для ваших детей?
— Ящик? — повторил Чжан Исин. Его взгляд стал острым и неприятным, и Ван Цзяэр вздохнул. «Ну вот, — подумал он, — разозлили».
— Не в прямом смысле, — Юань Ли тоже почувствовала зарождающуюся угрозу. — Искусственную среду, максимально похожую на необходимую для их развития. Знаешь, как ученые делают специальные аквариумы с идеальными условиями для редких видов рыб и кораллов.
Чжан Исин замер, держа стакан в руке. Его лицо было непроницаемым, но Ван Цзяэр заметил, как побелели костяшки пальцев.
— Вы хотите поместить наших детей в стеклянную коробку, — медленно произнес Исин. — Чтобы смотреть на них. Как на экспонаты в музее.
— Нет, нет, — Юань Ли замахала руками. — Не чтобы смотреть, а чтобы спасти.
Повисшая тишина была настолько густой, что Ван Цзяэр почти чувствовал плывущее мимо них время, тяжелое и неумолимое. Когда кажется, что еще немного и утонешь в его потоке, захлебнувшись минутами.
— Просто обдумай этот вариант, — попросил он. — Уверен, Сяо Чжань тебе с радостью поможет, да?
Чжан Исин промолчал еще. Но теперь это, по крайней мере, не ощущалось как угроза.
— Я подумаю.
— Класс. Если что, мы тоже готовы помочь.
Чжан Исин фыркнул. Его взгляд упал на экран телевизора и задержался на нем чуть дольше, чем можно было списать на обычное любопытство.
— Хочешь сыграть? — предложил Ван Цзяэр.
Чжан Исин покачал головой:
— Я не умею.
— Это не сложно, — Цзяэр широко улыбнулся. — Ли-Ли объяснит правила и постарается при этом не жульничать, пользуясь твой неопытностью.
— Когда это я жульничала? — возмутилась Юань Ли.
— Буквально десять минут назад, — заявил Ван Цзяэр. — Воспоминания свежи, ты не сможешь меня загазлайтить.
Юань Ли закатила глаза и вручила Чжан Исину геймпад.
— Слушай меня внимательно, мой юный падаван, — торжественно сказала она. — И вместе мы надерем этому выскочке задницу.
*
— Подожди секунду, — сказал Ван Цзяэр. Он надел панаму и джинсовую куртку, сунул ноги в кроксы с джиббитсами любимых героев из комиксов Марвел, выскочил из квартиры, хлопнув дверью, и успел догнать проигнорировавшего его просьбу Чжан Исина на лестнице.
— Не нужно меня провожать, — сказал тот.
— Да я в магазин хочу заскочить, — улыбнулся Ван Цзяэр. Кроксы поскрипывали на бетонных ступеньках, заставляя Чжан Исина хмуриться. — Так ты подумал про аквариум?
— Когда бы я успел подумать?
— Да ладно, ладно, не надо на меня так смотреть. Я понял. Но ты подумай. Сяо Чжань сто проц тебе поможет.
— Скорее всего, — выражение лица Чжан Исина снова стало нечитаемым. — И я останусь ему должен.
— Ну… он же не банк с коллекторами. Быть ему должным будет настолько плохо, что лучше ничего и не делать?
Чжан Исин посмотрел на него искоса, продолжая спускать по лестнице вниз. На третьем этаже они встретились с соседкой — госпожой Оуян — главной сплетницей их жилого комплекса. Когда Ван Цзяэр привез домой Юань Ли, чисто по-дружески предложив стать его соседкой, пока вся эта ситуация не разрешится, госпожа Оуян уже через час распространила слух о «беременности несовершеннолетней подружки Вана из 138 квартиры». Цзяэр был восхищен ее прытью и фантазией. А сейчас он увидел хищный взгляд, которым старушка смерила Чжан Исина, и решил подкинуть дровишек.
И сказал:
— Малыш, не стоит стесняться просить о помощи.
Чжан Исин едва не промахнулся мимо ступеньки. Госпожа Оуян втянула воздух сквозь зубы. В ее глазах зажегся безумный огонек.
— Что? — очень вежливо и холодно переспросил Чжан Исин.
Ван Цзяэр приобнял его за плечи и потащил по лестнице вниз.
— Говорю, дорогой, что тебе нужно быть смелее, — громко сообщил он, а потом добавил шепотом: — Подыграй, бога ради, это социальный эксперимент.
Чжан Исин всем своим видом демонстрировал, что не уважает никакие эксперименты со своим участием.
Но активно сопротивляться не стал, так что Ван Цзяэр решил считать это за победу.
— И что это было? — спросил Исин, когда они вышли на улицу.
— Соседка-сплетница, — Цзяэр широко улыбнулся. — Ли-Ли у нее уже стала моей несовершеннолетней беременной любовницей, жутко любопытно, что она придумает про тебя.
Чжан Исин помолчал, пристально его рассматривая.
— Вы, люди, такие странные, — наконец сказал он.
— Ну да, — Ван Цзяэр кивнул.
— Ты с этим согласен?
— Ну да, я же человек. И все вокруг меня капец какие странные. Но в этом и заключается наше очарование, да?
— Нет, — отрезал Чжан Исин.
— Да, — Ван Цзяэр улыбнулся еще шире. И решил резко сменить тему: — Придешь на суд?
Чжан Исин едва заметно пожал плечами.
— Я буду на него смотреть, — сказал он. — Но пока не знаю, как именно.
— Боишься, что не сможешь удержаться, если придешь? — предположил Ван Цзяэр. — Я просто хочу заранее понять, будет у моей подруги психологическая травма от убийства отца на ее глазах или нет. Прости, что спрашиваю об этом так прямо, не хотел обидеть.
— Я хочу, чтобы он страдал, — Чжан Исин выглядел отстраненным. Ледяным. Казалось, дотронься до него, и обожжешься холодом. — Смерть — это лишь миг.
— Но Бо-ди сказал, что в Диюе всех судят и наказывают.
— Да. Но этот человек должен познать всю бездну отчаяния и перед смертью, и после. В суде царей мертвых я не слишком уверен.
— Да? Почему?
— Сяо Чжаня один из них все-таки отпустил.
— Ну… — Ван Цзяэр кашлянул. — Не думаю, что за господином Юанем кто-нибудь отправится в Диюй.
— Это не важно, потому что сейчас он не умрет.
— Да, — кивнул Цзяэр. — Потому что будет страдать. Морально и психологически же, да?
— Теперь ты спрашиваешь меня, не планирую ли я причинить ему физический вред? — Чжан Исин усмехнулся.
— Просто на всякий случай уточняю, — Ван Цзяэр поднял ладони вверх в жесте «ой, сдаюсь-сдаюсь». — Ты не можешь меня осуждать за это.
— Я… — Чжан Исин запнулся, — не осуждаю.
Они остановились на перекрестке под фонарем. Теплый апрельский ветер налетел без предупреждения и взметнул полы ханьфу и длинные волосы Чжан Исина в сторону и вверх. Ван Цзяэр придержал правой рукой свою попытавшуюся сбежать панаму.
— Куда ты теперь? — спросил он.
— В отель.
— Поговоришь с Сяо Чжанем?
— Подумаю о том, чтобы с ним поговорить.
— Вот ты упертый, — Ван Цзяэр рассмеялся. — Ладно. Поздно уже, вызвать тебе такси?
— Ты серьезно?
— Согласен, глупо прозвучало. У тебя есть свое водное такси. Бесплатное, шикарное, быстрое. Скажи только, пожалуйста, что это не канализация.
Чжан Исин закатил глаза и ничего не ответил. От раскинувшей над ними ветви магнолии по воздуху плыл одуряющий цветочно-сливочный аромат.
— Прощай, Джексон Ван, — сказал Исин.
— Слишком пафосно, — насмешливо поморщился он. — Сейчас так никто не говорит. Лучше «пока-пока», «увидимся завтра» или даже «я пошел».
— Я пошел, — старательно повторил Чжан Исин.
— Вот же, из всех вариантов выбрал самый угрюмый. Ладно, давай. Увидимся завтра.
Чжан Исин кивнул, шагнул в тень магнолии и исчез. Ван Цзяэр остался. Он прикрыл глаза, несколько раз вдохнул сладкий воздух, а потом тряхнул головой, развернулся и пошел к ближайшему круглосуточному магазину.
*
Следующим утром Юань Ли проснулась от того, что кто-то настойчиво стучал в дверь. Она попыталась зарыться в одеяло поглубже, но из спальни уже вышел Ван Цзяэр со стоящими дыбом волосами. На нем была ядовито-розовая футболка, надетая наизнанку, и веселые семейные трусы в крупную ромашку. Юань Ли в очередной раз пообещала себе сжечь его гардероб.
— Кого черт принес? — спросила она.
Ван Цзяэр заглянул в глазок и хмыкнул.
— Всех, — сообщил он. — На твоем месте я бы оделся.
Юань Ли нашарила на полу худи и едва успела натянуть его через голову, когда в открытой настежь двери показались гости. Целая компания. Впереди стояли Чжан Чжэхань и Ван Ибо, а за их спинами — Сяо Чжань, Гун Цзюнь и пугающая госпожа Мэн Цзыи.
— Вы чего? — спросила Юань Ли.
— Пойдем с тобой в суд, конечно же, — заявил Ван Ибо. — У меня вообще-то уже есть опыт.
— Планируешь и здесь выступить на стороне подсудимого? — Гун Цзюнь вскинул бровь.
— Как и в прошлый раз, исключительно на стороне справедливости.
— Ну хватит, — между ними очень удачно встал Сяо Чжань.
Ван Ибо тут же заткнулся и уставился на своего парня щенячьим взглядом, а Гун Цзюнь закатил глаза так глубоко, что стали видно только белки.
— Мы пришли поддержать, — Мэн Цзыи выступила вперед и подошла к Юань Ли. В руках она держала маленькую бархатную коробочку. — И подарить тебе кое-что.
Юань Ли открыла коробочку и восхищенно ахнула. На темно-красной шелковой подушечке внутри лежала искусно сделанная подвеска в виде крошечного лотоса на цепочке с необычным плетением.
— Волшебства в нем почти нет, но даже этой капли хватит, чтобы помочь, когда понадобится удача.
— Я… — Юань Ли заморгала, пытаясь не расплакаться. — Спасибо. Я не ожидала, что вы… Я думала, что буду одна.
— Не будешь, — пообещала Мэн Цзыи.
— В смысле «одна»? — возмутился Ван Цзяэр. — Я вообще-то собирался пойти с тобой в любом случае. Но очень рад, что пойду не один, потому что семейка у тебя пугающая.
Юань Ли фыркнула.
— Вы собираетесь пойти в этом? — вкрадчиво спросила Мэн Цзыи. — До слушания чуть больше часа.
— Ой, — Юань Ли схватила телефон, чтобы посмотреть на часы, и пискнула от ужаса.
— Понятно, — кивнула Мэн Цзыи.
И все вокруг разом шевельнулись.
*
— Готова? — Ван Цзяэр переоделся в другую футболку — черную, с оскаленным черепом на груди. Принт частично скрыл пиджак, но костяной лоб все равно интригующе поблескивал, когда на него падал свет.
— Нет, — Юань Ли пригладила волосы. В ее блогерско-богемном гардеробе тоже нашлось всего одно подходящее платье-футляр — темное и достаточно строгое и скромное для намечающегося события. Кажется, в последний раз она надевала его в старшей школе. Зачем она его вообще тогда купила?
— Ты справишься.
— Угу, — Юань Ли достала из коробочки лотос на цепочке. — Помоги надеть.
Ван Цзяэр кивнул и забрал украшение, завозился с застежкой. Юань Ли повернулась к нему спиной и уставилась в стену. Краска возле дверного проема недавно пошла пузырями. С каждым днем их становилось все больше и больше, и не замечать этого уже не получалось даже у Цзяэра. Нужно было удалить ее, очистить стену, загрунтовать и покрасить заново. Сделать по совести вместо того, чтобы прятаться от правды.
Юань Ли и в жизни придется поступить именно так.
Крошечный лотос оказался теплым. Он лег в ямку между ее ключиц и согрел как дружеское объятие.
— Спасибо тебе, — Юань Ли повернулась к Ван Цзяэру. — Ты мой самый лучший друг.
— Пожалуйста, — он широко улыбнулся. — А ты — моя единственная подружка.
— Звучит как-то сомнительно, — Юань Ли прищурилась.
— Не могу сказать «лучшая», у тебя нет прямых конкуренток. Я, конечно, пытаюсь подружиться с госпожой Мэн, но пока она меня больше пугает, чем вдохновляет на близкое общение.
— Понимаемо.
Юань Ли глубоко вздохнула и еще раз посмотрела на себя в зеркало. Видок был глупый, платье ей не шло, длинные волосы пришлось собрать в пучок на затылке.
— Готова? — спросил Ван Цзяэр снова и улыбнулся.
— Да.
В гостиной ждали друзья. Чжан Чжэхань говорил по телефону с начальником, Мэн Цзыи читала оставленный Цзяэром на столике комикс, Ван Ибо что-то тихо рассказывал на ухо Сяо Чжаню, а Гун Цзюнь косился на них с недовольным лицом. Все они отвлеклись от своих дел и обернулись, когда Юань Ли вышла.
— Давайте сделаем это, — сказала она.
*
Юань Ли вышла из машины у здания суда. Ноги были ватными, сердце стучало где-то в горле, а по позвоночнику бежал холодок. На входе толпились журналисты с видеокамерами и фотоаппаратами. Ее ослепили вспышки. Юань Ли вздрогнула и сбилась с шага, но с крыши на фотографа вдруг полилась вода. Из ниоткуда. Вызвав сдавленные ругательства и смятение.
Юань Ли и Ван Цзяэр заговорщически переглянулись.
— Госпожа Юань, — крикнул кто-то справа. — Вы не жалеете о своем поступке?
— Госпожа Юань, ваш отец намерен судиться с вами по обвинению в клевете!
— Госпожа Юань!..
Юань Ли шла вперед, пробираясь по узкому коридору между людьми. Она никому не отвечала, не видела в этом никакого смысла.
*
В первом ряду за одним из больших столов сидел ее отец. В дорогом костюме, с идеальной стрижкой и незнакомо знакомым лицом. Позади него была мама и братец Чэнь Сяо, а вокруг — адвокаты и помощники.
Он не удостоил дочь взглядом.
Юань Ли села на скамью для свидетелей и положила ладони на колени.
Вошли судьи и все встали, а потом сели. Процесс начался и прокурор зачитал обвинения. Юань Ли слушала и не могла до конца поверить в реальность происходящего. Что слова «экологическая катастрофа», «преступный сговор», «должностное преступление», «дача взяток в крупном объеме» и «умышленное причинение вреда» относились к ее отцу.
Да, он не был самым лучшим отцом в мире, но он был в ее жизни. Дарил подарки, называл любимой доченькой и позволял делать все, что она пожелает. Лишь бы была счастлива. И Юань Ли была счастлива.
Пока не узнала правду.
Пока не осознала, что ценой ее благополучия были чужие жизни.
— Свидетельница Юань Ли.
Она встала и вышла к трибуне. Ладони вспотели от волнения. Хотелось расплакаться и убежать в мамины объятия. Чтобы она поцеловала в лоб, погладила по волосам и пообещала, что кошмар больше никогда не повторится.
Мама смотрела на нее с презрением из-за спины отца.
— Расскажите суду, что вам известно о деятельности подсудимого.
Юань Ли глубоко вздохнула. Она обвела взглядом зал суда и увидела лица друзей. Ван Цзяэр улыбнулся ей и украдкой показал два больших пальца вверх, а рядом с ним… рядом с ним с непроницаемым выражением на бледном лице сидел Чжан Исин.
Юань Ли кивнула ему и начала говорить. Она рассказала все, что знала. Не поддалась на провокации адвокатов и не вздрогнула, когда мать заорала на нее, обвиняя в глупости. Юань Ли говорила, не сбиваясь и не путаясь, потому что это не было местью.
Это была справедливость.
*
Юань Ли вышла и прижалась спиной к стене. Промокшее насквозь платье можно было выжимать, а руки и коленки дрожали от пережитого напряжения.
Она на мгновение закрыла глаза и почувствовала, как кто-то встал напротив.
— Ну как?
— Я не ожидал, что ты пойдешь до конца, — сказал Чжан Исин ровным голосом.
— Серьезно? — раздались шаги и ближе подошел еще и Ван Цзяэр. — Ты же видел, как она в приставку рубится.
— Это разные вещи.
— Одно и то же.
— Вы, люди…
— Да-да, не начинай, мы уже поняли, что ты считаешь нас очень странными. К слову, это нормально, что она просто стоит с закрытыми глазами?
— Я похож на эксперта?
— Тебе три тыщи лет.
— Всего восемьсот.
— Всего! Это на семьсот… сколько-то-там больше, чем мне.
— «Сколько-то-там»? Арифметике вас, людей, тоже учить перестали?
— Да блин. Ты щас один в один как моя учительница в начальной школе. «Эр-эр, у тебя не будет калькулятора в кармане», — говорила она. А вот он! Калькулятор в кармане!
— Которым ты не пользуешься?
— Да блин!
— Слушайте, — Юань Ли все-таки пришлось открыть глаза и посмотреть на них. — Вы не могли заткнуться на пару минут и дать мне пострадать?
— Ну… — Ван Цзяэр пожал плечами и посмотрел на Чжан Исина. — Нет?
— Невероятно, — проворчала Юань Ли. — Никакого уважения к моим чувствам.
— Мы напросились на обед к Гун Цзюню. Страдать в ресторане будет намного приятнее, ты так не считаешь?
Юань Ли собралась пафосно отказаться, но ее живот громко заурчал, ставя жирную точку в споре.