Chapter Text
Тошинори выдохнул, прижимая телефон к уху. Гудки казались оглушительными в тишине пустого коридора ЮЭЙ.
- Кэтлин? - голос Яги дрогнул, но он быстро взял себя в руки. - Это Тошинори. Слушай меня внимательно. Я знаю, что ты уже в пути, но ситуация изменилась. Враг... это не просто Томура Шигараки.
На том конце провода послышался шум ветра и гул двигателей истребителей.
- Учитель? - голос Кэтлин был полон решимости, но в нём проскользнуло удивление. - Я не могу повернуть назад. Япония в огне, и если этот монстр поглотит всё...
- Я не прошу тебя отступать, - перебил её Тошинори. - Я прошу тебя сменить тактику. Тот, с кем ты столкнешься, это марионетка. Все за ниточки дергает ВЗО. Все За Один. Именно он виноват в том, что случилось с Тенко Шиморой. Он превратил ребенка в это чудовище.
- ВЗО... - процедила она. - Символ Зла.
- Используй его имя, Кэтлин! - выкрикнул Тошинори, транслируя мои слова. - Когда будешь накладывать правило своим «Новым Порядком», не зацикливайся на Шигараки. Его личность нестабильна. Бей по источнику. Объяви, что «Все за Одного» не может существовать в этом пространстве. Или что его воля отвергается самой причудой. Промой ему мозги правдой раньше, чем он коснется тебя!
- Ты говоришь так, будто знаешь финал этого боя, - Кэтлин на секунду замолчала. - Откуда такая уверенность, сэнсэй?
Тошинори прикрыл глаза. Внутри него я сжал кулаки, чувствуя, как свеча в его сознании вспыхнула ярче.
- Потому что я видел, как ты умирала, Кэтлин. И в этот раз я этого не допущу, - мысленно произнес я, хотя вслух Тошинори сказал лишь:
- Просто доверься мне. Ты - величайший герой Америки. Не дай ему шанса забрать твою силу. Если он попытается её украсть... пусть твоя воля станет для него ядом.
- Поняла, - коротко ответила она. - ВЗО заплатит за всё. Жди меня, Учитель. Я скоро буду.
Связь прервалась. Тошинори медленно опустил руку. - Надеюсь, этого хватит, - тихо сказал он.
- Хватит, если она успеет ударить первой, - отозвался я. - А теперь давай наберем Ястреба.
Тошинори быстро нашел контакт Кейго Таками. Я внутри уже диктовал цифры, которые всплывали в памяти из «прошлого» мира.
- Кейго, это Всемогущий, - голос Тошинори стал жестким, рабочим. - У меня есть задача, которую можешь выполнить только ты. Срочно.
- Оу, номер один звонит лично? - в трубке послышался свист ветра. Ястреб, как обычно, был в патруле. - Я весь во внимании, сэнсэй. Что-то серьезное?
- Записывай координаты, - Тошинори продиктовал точку, скрытую глубоко в промышленной зоне. - Там удерживают людей. Это не просто заложники, это рычаги давления ВЗО. Мне нужно, чтобы ты вытащил их до того, как начнется основная фаза операции. Но тихо. Если поднимется шум, их могут ликвидировать удаленно.
На той стороне воцарилась секундная тишина.
- Понял. Мои перья уже там будут через пять минут. Сделаю всё в лучшем виде.
Связь оборвалась. Тошинори убрал телефон и посмотрел на свои руки.
- Мы слишком сильно меняем историю, Лев. Ты понимаешь это? Если Ястреб спасет их сейчас, ВЗО может ударить раньше.
- Он и так ударит, - отозвался я. -Но теперь у него будет на несколько козырей меньше. А теперь... пора заняться "крысой".
Тошинори кивнул и направился к общежитию 2-А.
=ъ
В гостиной общежития 2-А воздух можно было резать ножом. Споры не утихали уже час. После новостей о нападениях и странных утечках информации подозрения, как ядовитый туман, начали расползаться среди учеников.
- Среди нас шпион, это очевидно! - воскликнул кто-то из ребят, и в голове Изуку эхом отозвался суровый голос Кудо, второго обладателя ОЗВ:
- Среди учеников есть крыса. Ты должен это признать, десятый.
Мидория сидел на диване, вперив взгляд в экран телевизора. Там, в прямом эфире, разворачивался ад: Звезда и Полоса сражалась с Шигараки. Небо над океаном полыхало от взрывов, и каждое движение Кэтлин Бейтс заставляло Изуку сжимать кулаки до белых костяшек.
- Она может погибнуть... прямо сейчас... из-за того, что кто-то сливает информацию, - мысль обожгла сознание Мидории. Его аура начала меняться. От обычно мягкого парня пошла волна такой тяжелой, почти осязаемой жажды крови, что сидящий рядом Каминари невольно отодвинулся.
- Ребята... - тихо начал Изуку, но его голос потонул в очередном выкрике Бакуго.
В этот момент в глубине его подсознания я подал голос:
- Малыш, я могу занять твое место ненадолго? Пора заканчивать этот балаган.
- Да, - мысленно выдохнул Изуку, добровольно отступая вглубь своего разума.
Внешне это выглядело пугающе: плечи Мидории внезапно расправились, взгляд стал холодным и пронзительным, лишенным всякой нерешительности. Он медленно прохрустел пальцами - звук получился сухим и громким. А в следующую секунду его кулак, подсвеченный искрами ОЗВ, с грохотом опустился на массивный дубовый стол.
Треск ломающегося дерева заставил всех подпрыгнуть. По столешнице пробежала глубокая трещина, и стол жалобно просел. В комнате воцарилась гробовая тишина.
- Помянем стол, - абсолютно спокойным, чужим голосом произнес Мидория, не глядя на разрушения.
Он достал телефон, нажал на пару кнопок и, глядя на пустой экран, произнес, словно зачитывая приказ.
- Вы замолчали? Прекрасно. Тору, Юга, Дэнки и Коджи. Нас зовет Айзава.
В этот момент дверь общежития открылась, и на пороге появился Тошинори. Он выглядел усталым, у уха он все еще держал телефон.
- Да... Спасибо за помощь, - Тошинори нажал отбой и тяжело вздохнул, переводя взгляд с обломков мебели на учеников. Его глаза остановились на Изуку. - Мидория... Зачем ты сломал стол?
Я внутри Изуку вздрогнул.
- С каких пор он стал таким страшным? - пронеслось в я мысленно когда встретился взглядом с серьезным Яги.
- Вы страшнее, - икнув от нервного перенапряжения, отозвался Мидория из глубины подсознания.
- Ну, спасибо за комплимент, - буркнул Лев.
- Мидория, идем. Нас ждут, - коротко бросил Тошинори, разворачиваясь.
Лев, все еще управляя телом Изуку, поднялся и кивнул названной четверке учеников. Те, бледные и растерянные, потянулись следом, не решаясь спорить с серьезным Мидорией.
- Слушай внимательно, малыш, - скомандовал Лев, когда они вышли на крыльцо. -Как только отойдем от общежития, свяжи всех четверых причудой. Используй "Черный хлыст". Когда я дам сигнал - не отпускай, что бы они ни говорили. Я пошел.
Тошинори шел впереди, его спина казалась каменной. За ним плелся понурый Изуку, за которым, как на расстрел, шли Тору, Юга, Дэнки и Коджи. Тошинори чувствовал, что за его спиной назревает что-то масштабное, и Лев явно ведет свою игру.
Когда здание общежития скрылось за поворотом, Тошинори внезапно остановился. Он медленно повернулся к четверке, глядя на них сверху вниз.
- А вы знаете, почему нас на самом деле ищет Айзава? - вкрадчиво спросил Мидория.
- Мо-может, мы провалили тест? - дрожащим голосом предположила Тору.
- Тогда почему здесь Деку-кун? - пискнул Юга, пятясь назад.
Я ухмыльнулся, и эта ухмылка на лице Тошинори выглядела по-настоящему жутко.
- Может, потому что мы уже знаем о предателе.
- Что?! - мысленный крик Тошинори почти оглушил меня, но было поздно отступать.
Мидория, следуя моему приказу, крепко сжимал «Черный хлыст». Темные путы пульсировали энергией ОЗВ, удерживая четверых учеников. Тошинори медленно обвел их взглядом. Его присутствие подавляло - это была не просто физическая мощь Всемогущего, а холодная, всезнающая уверенность человека, который видел финал этой пьесы.
- Нам не нужно гадать, - мой голос прозвучал низко, вибрируя от скрытой силы. Сделав шаг вперед, и тень Всемогущего накрыла Югу Аояму. - И это ты, Юга.
Мир для Аоямы в этот момент сузился до кончиков ботинок Символа Мира. Остальные ученики - Тору, Дэнки и Коджи - замерли, боясь даже вздохнуть. Повисла тяжелая, звенящая тишина, нарушаемая только далеким гулом города.
- Можешь больше не притворяться, - продолжил я, и в тоне вместо ярости послышалась странная, почти отеческая усталость. - Мы спасли твоих родителей. Прямо сейчас они в безопасности.
Юга вскинул голову. Его вечно сияющее лицо было искажено гримасой ужаса, которая медленно сменялась неверием. Глаза, полные слез, лихорадочно искали в лице учителя хоть каплю лжи.
- О-они... они в порядке? - голос Юги сорвался на шепот.
- Да, - твердо ответил я. - И скоро ты с ними увидишься. Всё закончилось, Юга. Больше никто не заставит тебя предавать друзей.
Эти слова стали последней каплей. Юга надломился. Его ноги подкосились, и он буквально рухнул на землю. Горькие, захлебывающиеся рыдания сотрясали его тело. Он закрыл лицо руками, и его плечи мелко дрожали под путами «Черного хлыста».
- Наконец-то... - сквозь плач выдавил он. - Господи, наконец-то всё закончилось...
Тошинори внутри своего разума почувствовал, как я облегченно выдохнул.
- Вам всем всё равно надо будет пройти со мной, - произнес я, обращаясь к остальным. - Правила есть правила, и мы должны убедиться, что хвостов не осталось.
Мидория ослабил хлысты. Жгуты втянулись обратно в его плечи. Изуку подошел к плачущему Юге и, помедлив секунду, протянул ему руку. Его ладонь была испачкана в древесной пыли от сломанного стола, но взгляд оставался теплым.
- Ты можешь встать? - тихо спросил Изуку. В его голосе не было осуждения, только бесконечное сочувствие.
Юга поднял голову. Его глаза были красными, а по щекам размазана тушь, но в этом взгляде впервые за долгое время не было того затравленного блеска, который я замечал все эти месяцы. Он схватился за руку Мидории, как за спасательный круг, и медленно поднялся.
Я медленно вернул контроль Тоши, тот наблюдая за ними, негромко сказал:
- Пойдемте. Нам предстоит много работы.
==
Вечерний ЮЭЙ.
- Я понял, почему ты мне не сказал, - тихо произнес Тошинори в пустоту кабинета. Его голос звучал надломленно. - Ты знал про Югу. Знал, через что проходит этот ребенок, и молчал.
Внутри него я, который обычно всегда находил остроумный ответ, на мгновение замер.
- Прости, - коротко отозвался я. Без оправданий и сарказма.
Тошинори прислонился лбом к прохладному стеклу.
- Я не злился, - он прикрыл глаза. - Скорее разочаровался в себе... в очередной раз. Я ведь был их учителем. Я улыбался им каждый день, а прямо под моим носом один из моих учеников жил в аду, боясь за жизнь родителей. Как я мог этого не заметить?
- Это не ты виноват, - твердо прервал его я. Он буквально физически ощутил, как Тошинори снова пытается затянуть на себе петлю ответственности за весь мир.
Тоши промолчал, и эта тишина была тяжелее любого крика.
- Это виноват ВЗО, - мой голос зазвучал жестче, в нем прорезались те самые, которые восемь лет назад заставили Тошинори поверить незнакомцу в своей голове. - Он сделал всё, чтобы это общество разрушилось изнутри. Он превратил доверие в оружие, а детей… в заложников. Твоя вина - это именно то, чего он добивается. Не давай ему этой победы, Тоши.
Тошинори выдохнул, чувствуя, как железная хватка самобичевания чуть ослабла.
- ...Спасибо.
- Отблагодаришь, когда всё закончится, - я постарался вернуть в голос привычную уверенность, но в конце тон стал тише, почти прозрачным. - Скорее всего, к финалу... я буду с Мидорией.
Тошинори резко выпрямился. Он понял подтекст: я готовлюсь оставить его, чтобы стать щитом и мечом для Изуку в последней битве. Символ Мира посмотрел на свои ладони - они всё еще были крепкими, благодаря поддержке «другого».
- Вернитесь живыми, - только и сказал Тошинори. Это была мольба друга. - Оба. Слышишь?
Лев на секунду замешкался. Он знал каноничную цену победы, знал, как быстро тает его свеча, но глядя на отражение Тошинори, он впервые за всё время позволил себе искреннюю, не «актерскую» улыбку.
- ... Да, хорошо. Я позабочусь об этом. Обещаю.
==
Герои прорывались сквозь орды Ному. Мирио Тогата, просочившись сквозь стены, нанес сокрушительный удар, вдребезги разнеся капсулу Шигараки. Процесс восстановления прервался: Томура выбрался наружу уязвимым, полусобранным существом, напоминающим дикого зверя. В ярости он активировал «Распад», превращая всё вокруг в серый прах.
Снаружи Мирко, уже лишившаяся ноги, сражалась с Высшими Ному. Потеряв вторую ногу, она продолжала рвать монстров руками и зубами, вдохновляя отряд своим безумием. Когда Шигараки занес руку над Мирио, Бакуго ударил метеором. Его новая техника «Кластер» разрывала плоть врага, но испепеляла его собственные руки. В решающий момент Шигараки перехватил Кацуки за горло.
…
Портал открылся внезапно. Мидория выскочил из него, его кожа светилась от переизбытка энергии ОЗВ. Он замер. Перед ним лежала разрушенная лаборатория, а чуть поодаль - Кацуки. Неподвижный. Окровавленный.
- Дыши, Изуку! - мой голос в его голове прозвучал как удар хлыста. -Смотри на меня! Он жив! Пульс слабый, но он есть. Если ты сейчас сорвешься в ярость - мы все трупы.
Мидория чувствовал, как внутри него вскипает черная, маслянистая ненависть. Лицо Шигараки, перекошенное от боли и торжества, маячило впереди.
- Лев... - прошептал Изуку, и искры вокруг него стали черными. - Помоги мне... не убить его слишком быстро.
- Нет, малыш, - отозвался я, и Изуку почувствовал, как его сознание окутывает холодная, аналитическая аура. -Мы сделаем это правильно. Вставай в стойку. Время переговоров закончилось еще у ворот.
==
Небо над руинами тюрьмы Тартар окрасилось в противоестественный цвет: кроваво-красные сполохи взрывов смешивались с мертвенно-голубым пламенем. В центре этого ада, паря над землей, замер Все за Одного. Его безглазое лицо-картошка выражало абсолютное спокойствие - ровно до того момента, пока из портала синего огня не шагнул Даби.
- Я вернулся, папочка! - безумный хохот Тои перекрыл гул сражения. Его кожа лопалась, обугливаясь и опадая пеплом, но пламя, питаемое чистой ненавистью, становилось всё жарче, достигая температуры солнца.
- Посмотри на меня, Энджи! Посмотри на свой величайший шедевр!
Старатель застыл, его охватил ужас, который не смог бы вызвать ни один злодей. Рядом Шото и Фуюми кричали, пытаясь пробиться сквозь стену огня, чтобы спасти брата, который прямо сейчас добровольно сгорал заживо ради мести.
- Кэтлин, сейчас! - голос Тоши прорезал общий хаос через систему связи.
В этот миг облака над тюрьмой разошлись. Звезда и Полоса, стоя на фюзеляже своего истребителя, вскинула руку.
- Новый Порядок! - ее голос прогремел подобно раскату грома. - Атмосфера в радиусе ста метров от «Все за Одного» отвергает кислород!
ВЗО захлебнулся, его легкие сдавило вакуумом. Он попытался активировать причуду перемещения, но пространство вокруг него стало твердым, как алмаз. Кэтлин Бейтс, живая и полная ярости, не давала ему ни секунды на передышку. Благодаря совету «Всемогущего».
В это же время из тени обломков вынырнул Токоями. Его Темная Тень, усиленная ночным небом и яростью за раненого наставника, разрослась до размеров Ному-гиганта.
- Кейго! - выкрикнул Фумикаге, и его тень мягко, но надежно окутала окровавленное тело Ястреба, создавая вокруг него непробиваемый кокон.
Второй поток Тени, подобно черному копью, вонзился в спину дезориентированного ВЗО, пригвождая его к обломкам стены.
- Кэтлин! - крикнул Тошинори, срываясь с места. - Держи его еще пять секунд!
Звезда оскалилась в победной улыбке.
==
Поле боя превратилось в лабиринт из обломков и пыли. Очако тяжело дышала, её костюм был разорван, а пальцы дрожали от перенапряжения. Прямо перед ней, припав к земле, скалилась Химико - окровавленная, с безумным блеском в глазах, но в глубине этого взгляда Урарака видела лишь маленькую, глубоко несчастную девочку, которой просто не хватило места в этом «правильном» мире.
- Почему ты не бросаешь это, Очако-тян? - прохрипела Тога. - Почему ты всё ещё смотришь на меня так... будто я человек?
- Потому что ты и есть человек, Химико! - выкрикнула Очако, делая шаг вперед.
В этот момент земля содрогнулась от очередного удара Шигараки где-то вдали. Огромный кусок бетонного перекрытия, подброшенный взрывной волной, сорвался с высоты десяти метров прямо на Урараку. Девушка не успевала среагировать.
Звонкий смех Химико сменился резким рывком.
Вместо удара о бетон Очако почувствовала на себе тяжесть чужого тела. Химико оттолкнула её, принимая основной удар на себя. Глухой звук ломающихся костей и пыль, заполнившая всё вокруг.
- Химико! - Очако бросилась к ней, судорожно пытаясь поднять обломок. - Нет-нет-нет, только не так!
Тога лежала на земле, её светлые волосы окрасились красным. Она слабо улыбнулась, и эта улыбка была самой искренней из всех, что Очако видела раньше.
- Знаешь... ты такая красивая, когда злишься за других, - прошептала Химико, её голос затухал. Она потянулась рукой к щеке Очако, оставляя кровавый след. - Пожалуйста... запомни меня как Тогу. Просто как девочку, которая любила... а не как злодейку.
Её глаза начали закрываться.
Словно в ответ, из тумана вылетел спасательный отряд роботов, а за ними - медики-герои.
- Она жива! Стабилизируйте её! - закричала Очако, не отпуская руку Тоги. - Она спасла меня! Слышите?!
==
Пространство внутри «Один за Всех» вибрировало от первобытной мощи. Мидория стоял на коленях, тяжело дыша. Вокруг него клубилась тьма, порожденная сущностью Все За Одного. Она шептала, вкрадчиво и ядовито:
- Посмотри на него, десятый. Это не человек. Это пустая оболочка, заполненная ненавистью. Убей его. Облегчи его страдания и избавь мир от этой чумы. Это единственный путь героя.
Изуку поднял голову. Перед ним стоял Томура Шигараки - истерзанный, похожий на кошмарную куклу. Но сквозь кровавую пелену Мидория видел испуганные глаза маленького мальчика, зовущего на помощь в пустоте.
- Я пришел не убивать, - прохрипел Изуку, пытаясь подняться. - Я пришел спасать.
Тьма взметнулась, готовясь раздавить его волю, но за спиной Деку вспыхнул золотистый свет. Предыдущие носители выступили вперед, их тени. А затем вперед шагнул призрачный Всемогущий. Он не сказал ни слова, но его широкая спина, закрывшая Изуку, была красноречивее любых лозунгов.
Мидория встал рядом с ним, плечом к плечу.
В этот миг маска монстра на лице Томуры дала трещину. Она осыпалась серым прахом, являя миру чистое, светящееся лицо маленького Тенко Шимуры. Ребенок смотрел на Изуку с бесконечным удивлением.
- Ты... ты пришел за мной? - прошептал Тенко, и по его щеке скатилась слеза. - Ты правда хочешь спасти меня, хотя я сделал столько плохого? После всего того?..
Изуку протянул руку, но тишину астрала нарушил четкий, ритмичный стук ботинок по невидимому полу.
- Меня как обычно оставили в стороне, - раздался ироничный, но до боли знакомый голос.
Лев вышел из тумана, поправляя воротник пиджака. Он выглядел здесь так же уверенно, как в учительской ЮЭЙ. Резкий щелчок пальцев - и пространство вокруг них разлетелось на тысячи стеклянных осколков, унося с собой шепот ВЗО. Лев в одно мгновение оказался рядом с Тенко и подхватил падающего мальчика в крепкие объятья.
- И так, Мидория, пора просыпаться, - Лев мягко, но решительно толкнул Изуку в грудь, выталкивая его сознание обратно в реальный мир.
БА-БАХ!
В реальности столкновение их энергий породило колоссальный взрыв. Мидория и Шигараки отлетели друг от друга в разные стороны, вспахивая телами бетонную крошку.
Изуку вскочил на ноги, его глаза лихорадочно искали противника. Томура стоял напротив, пошатываясь, но его взгляд был другим - затуманенным, словно он видел что-то внутри себя.
А внутри, в самом центре подсознания Шимуры, Лев поудобнее перехватил маленького Тенко.
- Маленьким детям уже положено спать, - Лев шутливо ткнул мальчика в нос, отчего тот смешно зажмурился. - Так что спи спокойно, малыш. А мы пока разберемся с этим злобным Дядькой, который засиделся в твоем доме без приглашения.
Внутреннее пространство ОЗВ содрогалось. Бездна ВЗО, ощутив угрозу, выплеснула сотни черных рук, пытаясь поглотить наглого пришельца. Но я стоял неподвижно. В его памяти пронеслись восемь лет: первая паника в теле Всемогущего, долгие ночи за изучением структуры причуды, моменты, когда он буквально по крупицам собирал разваливающийся сосуд Тошинори, удерживая его причуду вопреки законам природы.
- Знаешь, ВЗО, я долго ждал этого момента, - Я хладнокровно вытянул руку в пустоту, в его ладони материализовался тяжелый вороненый пистолет.
Он вспомнил, как долго и нудно уговаривал Тошинори сдать на лицензию на огнестрел.
- Герой должен быть готов ко всему, Тоши! - твердил он тогда.
Выстрел.
Пуля, заряженная не порохом, а концентрированным намереньем всех носитилей, вонзилась в центр черной жижи. Тьма не просто взорвалась - она загорелась. Очищающее пламя начало пожирать сущность тирана.
Лев щелкнул пальцами. Пейзаж астрала мгновенно сменился: вместо давящей тьмы - выжженное, но свободное поле боя под бесконечным небом. В центре этого поля Тенко, коснулся земли своей рукой в перчатке. И там, где раньше был распад, теперь забил ключ чистой созидательной энергии.
Перед мальчиком стоял я, а за спиной - девять ярких, пульсирующих огней. Предшественники молча склонили головы в знак уважения к тому, кто сделал невозможное.
- Вот и всё, - Я обернулся к Тенко и мягко улыбнулся. - Тоши тоже скоро должен закончить. Поздравляю с освобождением, малыш. Я немного «подкрутил» настройки твоей силы... теперь ты можешь восстанавливать то, что когда-то разрушил. Строй мир заново.
Затем я перевел взгляд на Изуку, который выглядел так, будто прошел через мясорубку.
- Ну и помяло же тебя, знатно, - хмыкнул я.
- Лев?! - выдохнул Мидория, во все глаза глядя на своего наставника. - Как... как вы это сделали?
- Спроси у Тоши, когда вернешься, - Я подмигнул. - О, он как раз закончил свое сражение. Вам пора домой, ребята.
Девять огней один за другим стремительно вошли в тело Мидории, возвращая ему полную мощь ОЗВ. Пространство начало светлеть, выталкивая живых обратно.
Лев поднял руки. Его ладони начали медленно осыпаться золотистыми искрами. Он чувствовал, как свеча внутри сознания Тошинори догорела до самого основания, но страха не было. Только глубокое удовлетворение.
- Похоже, это конец… - мой голос становился прозрачным. - Я исполнил свое обещание. Приятно было со всеми вами познакомиться!
Он посмотрел прямо в глаза Изуку, передавая последнее, самое важное послание:
- Передай Тоши... передай ему, что он хороший герой. И всегда им будет. Даже без меня. Как и ты.
Лев весело помахал рукой на прощание и полностью растворился в ослепительной вспышке, оставляя после себя лишь мир, который он сумел спасти.
…
…
…
Вдалеке, среди пыли и руин, стоит Тоши. Он замер, прижав руку к груди, там, где восемь лет было теплое присутствие, он чувствовал пустоту, полную благодарности.
==
Япония медленно сбрасывала с себя пепел войны. Подсчет потерь был тяжелым, но благодаря своевременным предупреждениям Льва и спасенным заложникам, список погибших оказался короче, чем мог бы быть. Общество училось ответственности, взаимопомощи и прощению.
Мирко, сохранив свой дикий нрав, всё же была вынуждена оставить активную службу. Потеря обеих ног поставила точку в её карьере топ-героя, но не сломила её дух. Теперь она - самый грозный инструктор в ЮЭЙ, заставляющий первокурсников дрожать от одного взгляда её алых глаз.
В центральном госпитале, в специальной палате, всегда было шумно. Энджи Тодороки, всё еще прикованный к постели, хмуро смотрел в окно. На соседней койке лежал Тоя. Его тело, бережно восстановленное силой Тенко и Лечащей девочки, всё еще было покрыто шрамами, но пламя ненависти внутри него наконец-то угасло.
- Перестань сверлить стену взглядом, папочка, - раздался звонкий голос с подоконника. Химико Тога, одетая в больничную пижаму, беззаботно болтала ногами, очищая яблоко своим любимым ножом.
- Ты так злишься, что у тебя скоро матрас загорится.
- Я не злюсь, - проворчал Энджи. - Я... размышляю.
- О том, какой ты плохой отец? - вставил Тоя, хрипло усмехнувшись.
- Поздно, мы это уже обсудили на прошлой неделе.
Тога хихикнула и бросила в Тою дольку яблока: - Ешь давай, «злодей-неудачник». Нам еще завтра на реабилитацию.
==
Солнце медленно клонилось к горизонту, окрашивая территорию ЮЭЙ в золотистые тона. После церемонии выпуска шум постепенно стихал, и только где-то на заднем дворе всё еще слышался разрывной крик Бакуго: «Эй, придурки, кто поставил свою сумку на мой путь?! Я вас испепелю!».
Изуку и Тошинори стояли на террасе, глядя на пустеющий стадион. Наконец, Яги полез в сумку и достал оттуда нечто, бережно завернутое в мягкую ткань.
- Я обещал рассказать тебе всё, - тихо произнес Тошинори. - И, думаю, начать стоит с этого.
Он развернул сверток. На ладони Символа Мира стояла та самая коллекционная фигурка Всемогущего. Она была... специфической. Слишком резкие черты лица, странная анатомия и оскал, который больше пугал, чем внушал надежду. Самая редкая и, пожалуй, самая уродливая фигурка в истории мерча.
Изуку широко открыл глаза, подавляя смешок. - Сэнсэй... это же... - Да, та самая серия, - Тошинори грустно улыбнулся, поглаживая пластиковую голову фигурки. - Он заставил меня купить её в первый же день. Сказал, что это «символ нашего союза». Он был странным, Изуку. Знал вещи, которые знать не мог, планировал ходы на годы вперед и постоянно ворчал, что я слишком медленно соображаю.
Тошинори замолчал, подбирая слова. - Между прочим, юноша, это именно Лев настоял на твоем наставничестве. Когда я сомневался он сказал что, если я не возьму тебя, он начнет вязать шарфы прямо во время моих битв, чтобы меня опозорить.
Мидория не выдержал и звонко рассмеялся. В этом был весь Лев - дерзкий, решительный и бесконечно преданный их общему будущему.
В этот момент из-за угла школы вышел крупный кот. У него была густая, пышная блондинистая грива, которая забавно топорщилась на ветру, и пронзительные, удивительно умные глаза. Кот не спеша подошел к Тошинори и с хозяйским видом потерся мордой о его ногу, издав короткое, требовательное «Мяу».
Изуку замер, глядя на животное.
- Сэнсэй... он выглядит...
- Да, - Тошинори наклонился и почесал кота за ухом. - Появился в приюте на следующий день после битвы. Недзу сказал, что у него «аналитический склад ума», потому что он за три минуты вскрыл замок на клетке.
Кот посмотрел на Изуку, сощурился, оценивая не растерял ли тот форму, и, удовлетворенно фыркнув, улегся прямо на ботинок Тошинори.
Мидория вытер выступившие от смеха слезы. Где-то вдалеке Бакуго снова что-то взорвал, одноклассники смеялись, а здесь, в тишине заката, Изуку точно знал: Лев никуда не исчез. Он просто наконец-то нашел способ отдохнуть, присматривая за своим миром с самого удобного места - из первого ряда.