Work Text:
– …Неужели она для тебя совсем ничего не значит? Да ты однажды чуть человека не убил за то, что он угрожал ей!
– Она моя домовладелица.
– Она умирает!
Я молча жду.
– Ты… бессердечная машина.
Наконец, ты уходишь.
Мне пора двигаться, действовать по намеченному плану, но, вопреки ожиданиям, на одну бесконечно долгую секунду, я не могу. Что-то не даёт мне покоя.
Всё прошло, как и задумывалось: я добился твоего ухода. Если Мориарти собирается сыграть на моей единственной слабости, я не могу допустить, чтобы под прицелом выжидающего наёмника оказался ты.
И всё же какая-то, не поддающаяся логике часть меня ждала, что ты раскусишь мой обман. Ты же сам сказал, я на твоих глазах избил человека, потому что он угрожал миссис Хадсон. Я при тебе выбросил его из окна за одно то, что он посмел приставить пистолет к её виску. Так как же ты мог, пусть даже всего на секунду, поверить, что…
Что ж, очевидно, мог. Ты мой друг, мой единственный друг, но и ты допускаешь мысль, будто я в принципе способен на такое безразличие.
Восемнадцать месяцев вместе, а ты так и не понял обо мне главного. Согласен, я не вписываюсь в привычные представления о друге. Я не помню имён твоих подружек. Зато помню, какое пиво ты пьёшь после очередного разрыва. Я никогда не интересуюсь, как прошёл твой день. Зато знаю точно, сколько занудных пациентов у тебя было за смену, если к вечеру ты снова хромаешь. Ты постоянно отрицаешь особый род близости между нами. Но подлинная близость не в том, с кем ты ложишься в постель, а в том, ради кого просыпаешься каждое утро.
Может быть, я и правда машина. Машины не чувствуют боли. Только почему тогда мне…
Готов предположить, что всё дело в нашей дружбе. Долгое время она была для меня не более чем средством, чтобы усовершенствовать мою мыследеятельность: ювелирно отлаженный механизм моего мозга всегда работал быстрее, точнее, эффективнее в твоем присутствии.
Теперь же она стопорит работу всей системы досадной песчинкой, застрявшей в шестерёнках.
Что ж, пожалуй, это даже к лучшему. Ты успокоил моё… то, чего у меня якобы нет. Признаю, когда я только начал разрабатывать этот план, я тревожился за тебя. Но теперь я спокоен.
Ты справишься. Никто ведь не станет убиваться по машине, верно?