Work Text:
Когда он появляется на пороге загородной виллы дона Каваллоне, горничная здоровается с ним как с членом Семьи. Его здесь уже знают и узнают, немного побаиваются, но доверяют. Хибари всё устраивает. Он ориентируется в доме уверенно, идёт мимо футуристических картин, рождённых современным искусством, два поворота налево – так быстрей, чем через парадную лестницу. Коротко кивает Ромарио, который тащит Энзо в махровом полотенце: пиджак снят, рукава рубашки закатаны и в пятнах – Хибари подмечает всё это мимоходом. Ромарио ничего не спрашивает, только кивает в ответ, дружелюбно, чуть насмешливо, скрывая прищур за стёклами очков. Хибари скорей знает это, чем видит, и легко, почти неторопливо поднимается по лестнице на второй этаж. Распахивает третью дверь справа и окунается в душный полумрак спальни. Не давая времени глазам привыкнуть, отдёргивает занавес на французском окне – внутрь льётся мягкий утренний свет, лицо обдувает тёплый ветер.
Низкая кровать разворошена и похожа на разграбленное гнездо. На пол свисают простыни и покрывало, часть подушек – полосато-пёстрых – валяются рядом, на одной из них поблескивает салатовым боком сотовый. И всё постельное белье рыже-жёлтых и тёмно-зелёных тонов с вкраплениями чёрного, лилового и белого. В этом многоцветье легко потеряться, оно раздражает своей несерьёзностью, детскостью, как раздражает ими сам Дино. Хибари поддёргивает брюки и садится банкетку. Она стоит тут специально для него.
Дино лежит на кровати, на животе, точнее, он с неё наполовину свешивается, его голая золотисто-белая задница едва прикрыта. Свет из окна делит постель надвое, и с другого, оставшегося в тени края, завернувшись в покрывало, спит девица. Видно только тёмные, мелко вьющиеся волосы и тонкую руку. Хибари хмурится и переводит взгляд. Солнце блестит в золоте волос Дино, ползёт по линиям татуировки: плечо, рука и бок. Спина и долгая ложбинка позвоночника – там уже нет рисунка, но Кёя смотрит и смотрит, с затаённым чувством, неясным, тяжко давящим под грудиной. Он видел обнажённого Дино не один раз, он легко может отвернуться. Но всё равно, как заколдованный, мысленно вдавливает луч света в кожу, чертит и наполняет цветом: оранжевый, голубой, чёрный... Лопатки, мышцы спины, поясница...
Одно движение – Хибари достаёт из коробочки тонфы, второе – поднимается на ноги и делает шаг, третье... Рука Дино крепко держит его за лодыжку, а сам он негромко смеётся. Его плечи трясутся, солнечные блики бросаются врассыпную, а может, это пламя. Точно, Пламя.
– Кёя, Кёя, никакого уважения к частной жизни.
На самом деле, Дино плевать. Однажды в Неаполе, два года назад, Хибари ворвался к нему по делу и застал трахающимся с какой-то девицей. Не прерываясь, Дино попросил подождать, пока он закончит, снаружи и сделать ему кофе. Он тогда чуть не убил Каваллоне. И приготовил отвратительный кофе.
Проснувшаяся девушка испуганно садится, прижимая к груди ладони, и смотрит тревожно огромными чёрными глазами. В полумраке они влажно блестят, и Хибари невольно облизывает губы.
Раздражённо щурится.
– Я по делу, – уведомляет спустя мгновение. Пламя Неба щекочет лодыжку, мягко, словно трущийся о ногу зверь.
– Хоть раз пришёл бы просто так, Кёя, – капризно и недовольно тянет Дино, демонстративно вздыхая. – Не надо никого бить, я встаю.
Хибари не отвечает, разглядывая девушку. У неё большой яркий рот, изящные руки и тяжёлая, кофейного цвета, но чуть светлее остальной кожи, грудь. Хибари нравится другой тип женщин, но сложно отрицать: она красива. И совсем на него не похожа. Ни эта, ни предыдущая, ни одна из тех, кого он видел с Дино. Хибари так и не решил, его это радует или... Злит? Почему его это вообще задевает? Он презрительно фыркает и прячет тонфы в коробочку. Отступает назад, к двери, и слышит, как Дино хмыкает, приподнимаясь, заслоняет собой любовницу – и на его слегка помятом после сна лице непривычно видеть спокойную серьёзность и... сожаление? Ожидание? А потом Дино улыбается легкомысленно, проводя пятерней по волосам. На одной скуле отпечаток перстня, он напоминает Хибари синяк, он напоминает ему: слишком пристально смотришь. Слишком.
– Дай мне десять минут, Кёя, – и, повернувшись к девушке, Дино что-то весело говорит. Хибари не знает язык. Португальский? Французский? Она бросает на него понимающий взгляд, насмешливо кривит губы и, больше не пытаясь прикрыться, встаёт и скрывается за ширмой.
Хибари разворачивается и уходит. Он идёт на кухню готовить кофе. Маленький ритуал, который странным образом примиряет их друг с другом.
Через десять минут крепкий чёрный напиток готов, разлит по двум маленьким чашечкам, а Хибари сидит за стойкой на высоком барном стуле. Здесь всё из стекла и пластмассы, чёрно-белое с вкраплениями стального. Лаконичность цвета и строгость форм совсем не вяжутся с Дино, но нравятся Хибари.
Он наслаждается ароматом кофе, когда появляется Дино – зевая и вытирая волосы полотенцем. На нём клетчатые бриджи из лёгкой ткани, он непринуждён и весел.
– Савада сказал, ты нужен на встрече с внуком Андретти.
– Мне нечего там делать, – пожимает плечами Дино, отбрасывая полотенце на соседний стул, и садится напротив Хибари. – Я своё согласие на перехват канала поставки...
– Он так не думает. Вам необходимо...
– А где сахар и сливки? – как ни в чём не бывало, перебивает Дино. – Почему ты их никогда не кладёшь мне, Кёя?
Он не понимает, как можно пить кофе со сливками и сахаром. Он вообще многого в Дино не понимает.
– Что ты ей сказал? – спрашивает он прежде, чем осознает, хочет ли знать ответ.
Дино лукаво улыбается:
– Что ты ревнивый, но я не дам её в обиду.
Хибари стискивает зубы, щурится. Усмехается и делает глоток кофе. Никаких лишних движений. Он забьёт Дино Каваллоне до смерти, не сделав ни одного лишнего движения. Он обещает себе. Он клянётся.
– Дёшево, Каваллоне.
И пододвигает ему сахарницу.
Трагично вздохнув, Дино сыпет в чашку сахар маленькой ложечкой — такой нужно выковыривать глаза у врагов Семьи. Доливает сливок… Кувшинчик стоит по левую руку, и Дино, конечно же, сначала чуть не сбивает его локтем. Иногда Хибари кажется, что Дино это специально.
Специально паясничает, спотыкается, роняет и ловит или ломает предметы.
Специально выбирает девушек, не похожих на него. Специально даёт на них смотреть.
А Хибари специально не кладёт сахар и не добавляет сливок ему в кофе. Не просит перестать. Не...
Отпечаток на скуле разгладился, и кулаки чешутся поставить туда настоящий фингал. Дино прихлёбывает своё детское пойло и улыбается. Хибари аккуратно держит чашечку и улыбается в ответ так, словно уже выхватил тонфы.
– Когда-нибудь я забью тебя насмерть, – говорит он невыразительно.
– Когда-нибудь я сделаю тебе кофе сам, – обещает Дино и смотрит приветливо и пытливо.
Хибари молчит и допивает свою порцию, не чувствуя вкуса. Он смотрит на Дино. А в голове бьётся: «когда-нибудь»...