Work Text:
— Как это нет? Что значит «вы не можете»? Да вы хоть представляете, что я с вами за это сделаю? Вот-вот. И это тоже. Отлично, я рада, что мы поняли друг друга. Хорошего вечера.
— Пеп, ты это сейчас с кем? — полуголый Тони вышел из ванной, на ходу вытирая голову. Пеппер невольно залюбовалась им. Да, не высокий. Да, не молодой. Но зато ни одной лишней унции жира. И противоположной крайности — бугрящихся мышц, до которых и дотронуться-то страшно, того и гляди лопнут, тоже нет. Весь Тони — сама грациозность, изящество, внутренняя сила. Про таких русские говорят «ладный» и, пожалуй, это определение самое близкое, что Пеппер могла применить в отношении стоящего напротив гения, миллиардера, филантропа и, с недавних пор, своего любимого мужчины.
— Да так, — Пеппер заправила прядь за ухо Тони, мимолетом пожалев, что скоро тот снова подстрижется и столь любимые ею завитки, наследство матушки-итальянки, опять пропадут на пару-тройку недель как минимум, если, конечно, не провести соответствующую беседу с его стилистом, — тебе не интересно.
— Мне интересно все, что касается тебя. — Тони поймал ласковые пальчики и нежно поцеловал центр ладони. — Кстати, ты не видела мою майку? Ну знаешь, ту самую, а? Не помню, куда сунул ее в прошлый раз, никак не найду. И ДЖАРВИС не помнит.
— Прошу прощения, сэр. Вы сами велели мне «не подглядывать», а согласно протоколу под номером четыре тысячи восемьсот семьдесят пять ИИ, созданный вами, обязан…
— Ладно, ладно, старый зануда, не видел значит не видел. Цитировать меня не обязательно. Надену что-нибудь другое. Кстати, Пеп, как насчет совместного ужина? Вообрази: ты в том синем платье, шампанское, фрукты, — да, я помню, никакой клубники, — у нас под ногами огни Манхэттена…
— Гонконга.
— Что? Черт, да. Прости. Совсем забыл.
— Поужинать не забудь, «огни Манхэттена». ДЖАРВИС?
— Да, мисс Поттс?
— Никакого фастфуда.
— Конечно, мисс Поттс.
— Пеп…
— И не сиди всю ночь.
— Слушаюсь, мамочка.
— Не смешно.
— Ну не дуйся. Хочешь, когда вернешься, сходим на какую-нибудь выставку? Я же знаю, ты их любишь.
— А ты — нет. Поэтому мы просто закажем что-нибудь, откроем бутылочку вина и будем смотреть на звезды. И никаких шпилек.
— Заметано. Возвращайтесь скорее, мисс Поттс.
— Как скажете, мистер Старк.
***
Приветственно кивнув Хэппи, Пеппер уселась в машину, попутно набирая номер, который могла бы воспроизвести в любой момент дня и ночи, как и цифры страховки Тони, — настолько часто набирала она его в последние годы. Ответили после второго гудка, что тоже говорило само за себя.
— У меня проблемы, — не представляясь, начала Пеп, — их привезут только завтра, а я улетаю в Гонконг через четыре часа.
— Белая? — Роуди, а это был именно он, ничуть не удивился звонку. Более того, чего-то подобного он сегодня и ожидал, когда с утра пораньше ни с того ни с сего пролил кофе на свежеотглаженную рубашку.
— Ни в коем случае! Ты же знаешь — он ее терпеть не может. И я тоже. Может, одолжишь одну до моего возвращения?
— М-м-м…
— Ну Роуди, не будь жмотом! Я знаю, у тебя есть.
— Это устаревшая информация.
— Роуди.
— Пеппер.
— Джеймс!
— Вирджиния.
— Полковник Роудс!
— Мисс Поттс.
— Ладно, хорошо, если Тони вляпается в мое отсутствие в приключение только потому, что не нашел свою любимую, «счастливую», «волшебную», «неубиваемую» майку, с которой не расстается с 99-го и которую покупала лично его мама, и не остался работать в мастерской, я не виновата. Тебе же первому позвонят. Потом не жалуйся.
— Это низкий шантаж, Пеп!
— Это суровая правда жизни, Роуди. Смирись и прилетай. Попросишь Лапу засунуть ее за сидение в ламборджини — кажется, он питает к тебе слабость и не откажется помочь. С ДЖАРВИСОМ я договорюсь сама.
— Именно в ламборджини?
— Именно туда. И поверь, ты не хочешь знать подробности.
— А…
— Конечно же отдам. Постарайся, чтобы если с ней что-то произойдет, это того стоило.
— Знаешь Пеп, иногда я чертовски завидую Тони.
— Не стоит. Хотя… Кто я такая, чтобы запрещать завидовать самому «Железному Патриоту»? Ладно, мне пора, не забудь покормить Тони. Пока.
***
— ДЖАРВИС, как думаешь, она догадалась?
— Не могу знать точно, сэр, но мне кажется, сегодня вы были близки к провалу как никогда. Я позволил себе отменить заказ во время звонка миссис Поттс. Надеюсь, вы не против, сэр?
— Конечно нет. Молодец. Чтобы я без тебя делал?!
— Осмелюсь предположить, что испытывали бы время от времени некоторые сложности.
— Это просто майка. Дурацкая черная майка. Нет, я в ней красавчик, никто не спорит, и мама так говорила, но… Почему они так поступают?
— Не могу сказать точно, сэр, я всего лишь программа…
— Я уже говорил о том, что ты зануда?
— Дважды только за сегодня, сэр. Но если мне будет позволено высказать свое мнение на этот счет… Я бы сказал, что это и есть любовь, сэр. Внимание к мелочам, дорогим для небезразличного тебе человека.
— Они меня любят?
— Думаю, так и есть, сэр. Даже могу сказать, что уверен в этом. Иначе зачем полковнику Роудсу в данную минуту прятать майку за сидение в ламборджини? Кстати, если это был выбор мисс Поттс, могу только порадоваться за вас, сэр. Насколько я помню, ваши предыдущие девушки предпочитали другие модели, а ведь эта — ваша самая любимая, верно?
— Кхм. ДЖАРВИС, я говорил тебе, что ты — тролль? Самый лучший, конечно же, ведь тебя создал я.
— Я тоже очень рад быть с вами, сэр. А теперь, если позволите, полковник уже завершил свое предприятие, и в данный момент самое время «обнаружить» пропажу. Не находите?
— Да, пожалуй. И…
— И я взял на себя смелость заказать пару блюд из того индийского ресторана, что пришелся по душе полковнику в прошлый прилет.
— Да? Ладно… И… Ладно. Я пошел? Ну, искать. И спасибо, Джей. О, а вот и Роуди! — Тони, у которого зазвонил телефон, поспешил навстречу другу, а ДЖАРВИС, мысленно вздохнув, — на один многообещающий сайт. Там предлагали изготовить реплику с любой одежды, гарантируя неотличимость от оригинала, и тираж ограничивался только толщиной кошелька. Пожалуй, контейнера должно было хватить. ДЖАРВИС открыл поле заказа и вписал получателя. «Эдвин Джарвис» был готов платить.