Work Text:
Аль Капоне думает буквально секунду: пока перегоняет сигару из правого угла рта в левый. А потом звучно шлёпает картой о стол. И выжидательно смотрит:
— Ну вот как-то так... ходи, твоё Величество!
Наполеон Бонапарт, император французский, вздрагивает и смотрит в свои карты. Смотрит — и нич-чего там не понимает.
Да что же это происходит? Он же лидер, стратег. Он должен собраться.
Да, он лидер, и опыта ему не занимать, причём самого разного: ах, сколько было в своё время всяких знойных француженок, и Жозефина... ох уж эта Жозефина. Но было, было, а теперь... теперь император чувствует себя очень странно. Его непонятно волнует этот широкоплечий мужик в полосатом пиджаке и с сигарой в углу пухлогубого рта. Надо уже наконец выиграть. Надо. Надо.
Император вытаскивает карту, практически наугад, и осторожно кладёт ее на стол.
— Ты делаешь успехи, Величество, — хмыкает Аль Капоне. И перегоняет сигару обратно в правый угол рта. Бонапарт заворожённо следит за ее перемещениями.
— Делаешь успехи, да... но ещё не так чтобы очень, — на стол ложится ещё одна карта, и Наполеону становится понятно: он опять продул.
— Вот, как видишь, снова моя взяла, — сигара отправляется в пепельницу, карты смешиваются. — Опять ты снизу, Величество, что делать!.. Как там наши умники говорят — у каждого Наполеона бывает своё Ватерлоо? Ну вот и у тебя есть, ты же Наполеон?
Бонапарт молча кивает. Ну да, конечно.
— Давай только, не копаемся, а то скоро рассветёт. Но у нас без обмана, все по-честному!..
Если по-честному, то Наполеон Бонапарт давно подозревает, что мафиози жульничает, но как ни странно — уже в который раз почему-то не возражает.