Work Text:
Асгард прощался со своим царём. Уходил не просто Всеотец, уходила эпоха.
Плавно покачиваясь, ладья с телом Одина удалялась от берега, от двух высоких фигур. Бывшие принцы стояли бок о бок, а Тони, напротив, отступил немного назад. Это было время Асгарда.
Никто не произносил траурных речей, во всяком случае, вслух, но и безмолвия не было. Тони казалось, что где-то на грани слышимости играет музыка, сплетаясь из дыхания и взглядов тех, кто пришёл проводить своего царя.
Невольно вспомнились похороны родителей — сколько же там было пафосных речей и неуместных чувств! А главным чувством, что висело над всей церемонией, стекало слезами по щекам, отдавалось дрожью в пальцах, было недоумение: как же теперь жить дальше? Если бы Тони сейчас почувствовал хоть отголосок этого, он непременно подошёл бы к Локи. Но Асгард прощался благоговейно и самоотверженно. Все взгляды были устремлены вслед ладье, и Тони казалось, что от магии искрится воздух, настолько плотно окутывают остающихся воспоминания об уходящем.
Сам Тони почти не знал Одина. Дамоклов меч, вечная угроза призвать Локи обратно в Асгард — вот чем он был. Тони непросто оказалось принять тот факт, что после всего произошедшего призыв не остался бы без ответа. Асгард был важен для Локи. Приёмный отец был важен. А теперь Локи наверняка разрывает от недосказанных слов. Ему есть, что вспомнить и что сказать вслед уплывающей ладье.
Когда ладья уже готова была сорваться вниз с водопада, Тор стукнул древком копья, раньше принадлежавшего Одину — и в воздух взвился сноп ярких искр, отыскивая дорогу в Вальхаллу. «Хорошего тебе пути и покоя, — запоздало подумал Тони. — Каким бы ты ни был, ты всё же был Локи отцом, и за одно это я благодарен».
Его мысленное пожелание сверкнуло, ленточкой искр вливаясь в шар, который держала женщина неподалёку, а затем сотни и тысячи шаров плавно взмыли вверх.
Локи развернулся и стремительно зашагал прочь. Кажется, Тор пытался его удержать. Тони удерживать не стал, последовал за Локи до самых покоев. Которые, между прочим, отвели им обоим.
— Хочешь остаться один? — спросил Тони, притворяя за собой дверь.
— Нет, с чего ты взял? — удивился Локи. Выгнул бровь, невесело усмехнулся. — Я сбежал от Тора. Хоть сегодня не слышать его стенаний «останься, как же я тут без тебя…». Хотел царствовать, вот пусть и…
Двери резко распахнулись, строй воинов, правильное название которых Тони постоянно забывал, дружно опустился на одно колено, а седой, богато одетый старик торжественно вошёл в комнату, неся на вытянутых руках какой-то ларец. Локи заметно побледнел, принимая его. Старик так же торжественно покинул комнату.
— И что это должно означать? — поинтересовался Тони, видя, что Локи застыл.
— Наследие, — глухо ответил Локи. — Магистр был обязан передать мне это после смерти… Всеотца.
— Так ты его откроешь?
— Вероятно, — пожал плечами Локи. — Видишь ли, это может оказаться не самой светлой идеей.
— Только не говори, что папочка завещал тебе ящик Пандоры! Это было бы слишком даже для него.
Уловка сработала, взгляд Локи наконец оторвался от ларца. Разгладилась тоскливая складка между бровей.
— Чей-чей ящик? — переспросил Локи, ставя ларец на столик и жестом предлагая Тони присесть. Похоже, он был совсем не против получить отсрочку.
— О, драматичнейшая история! — ухмыльнулся Тони, разваливаясь на подушках.
— Рассказывай, — попросил Локи, ложась и устраивая затылок у него на коленях.
— Как всегда, во всем виновата женщина! — таким тоном, словно выдавал сокровенную тайну, изрёк Тони. Локи лишь усмехнулся и прикрыл глаза. От него веяло огромной усталостью. — В общем, я могу путать детали, но вроде Пандора была первой сотворённой богами женщиной, между прочим, сотворённой в наказание, это я точно помню! Она узнала, что в доме мужа есть некая штука, которую нельзя открывать, иначе человечество ждут неисчислимые бедствия. Ну и, разумеется, открыла!
— Зачем? — в тоне Локи звучала явная заинтересованность.
— История об этом умалчивает, — пожал плечами Тони. — Как говорят тинэйджеры, такова природа человека: видишь кнопку — надо нажать!
— Да уж, в этом постулате никто, знакомый с тобой дольше пяти минут, не усомнится! — рассмеялся Локи.
— Грешен, чего скрывать, — кивнул Тони. Положил ладонь Локи на лоб, начал расчёсывать его волосы пальцами. Не торопил. Уж Локи-то, в отличие от него, всё просчитает, прежде чем действовать.
— Ничего не вижу, — расстроенно пробормотал Локи, когда Тони уже начал задрёмывать. — Ветер настоящего так силён, что сами норны не распутают нити!
— Ну, значит, придётся без чит-кода, — усмехнулся Тони. — Не дрейфь. Мы так всегда живём. Острота ощущений.
Локи решительно поднялся, подошёл к столику и снова замер, едва касаясь крышки кончиками пальцев. Тони сжал кулаки. От посмертного подарка Одина ничего хорошего он не ждал. Наверняка содержимое ларца изменит жизнь Локи навсегда. Изменит их жизнь навсегда.
— Локи, — хрипло сказал Тони, заставив его отдёрнуть руку.
— Что?
— Нет, я просто… Если только это будет зависеть от меня, я рядом. Помни об этом, ладно?
— Я бы предложил тебе открыть ларец вместе, но не думаю, что это безопасно, — коротко улыбнувшись, сказал Локи. — Я чувствую мощное охранное заклинание. Сейчас…
Несколько минут ничего не происходило, затем крышка распахнулась, и в лицо Локи ударил голубоватый свет, резко очертивший скулы и переливчатым сиянием заполнивший радужку.
— Суртово племя! — выдохнул Локи, когда свет погас. Потряс головой. — Тысячу цвергов ему в печёнку! Прости, Тони, отдых отменяется. Пошли со мной.
— А куда идём? — еле поспевая за ним, спросил Тони.
— К моему… — Локи запнулся, потом его губы расплылись в широкой шкодливой улыбке. — К моему царствующему дядюшке! — весело объявил он. — Видишь ли, теперь я знаю, что у Одина была ещё и дочь. Талантливая, но крайне непослушная.
— Вся в тебя! — вставил Тони.
— Точнее, я весь в неё, — поправил Локи.
Тони несколько минут сопоставлял в голове всё, что он знал про семью Одинсонов.
— Санта-Барбара отдыхает, — вынес вердикт Тони. Растить собственного внука как сына ещё куда ни шло, но вот убедить его, что он якобы приёмный — это уже ни в какие ворота не лезло. — А что случилось с этой… дочерью?
— Боюсь, ничего, — помрачнел Локи. — Сидела взаперти, копила злобу, а теперь явится сюда.
— И устроит большой бадабум?
— Как бы даже не Рагнарёк.
— Мило! Но это ведь не из-за того, что ты открыл ларец? — встревоженно уточнил Тони.
— Нет. — Локи притормозил, взял Тони за руку, сжал его ладонь и заглянул в глаза. — Тебя ведь бесполезно просить вернуться в Мидгард на время наших семейных разборок?
— Вот ещё! — возмутился Тони. — А познакомиться с матерью в законе?
— Хорошо, — улыбнулся Локи. — Но пообещай не нажимать на все кнопки, какие увидишь, ладно?
— Моё второе имя Эдвард, а не Пандора, — фыркнул Тони. А про себя подумал, что это будет непросто, но он справится. Должен справиться.