Archive of Our Own ^beta

Мелодичный звук колокольчика сообщил о прибытии почты. Чимин поднял голову от своих расчетов и посмотрел на Намджуна, который сидел за своим столом у противоположной стены кабинета. Но тот не обратил на звук никакого внимания, продолжая увлеченно что-то чиркать на разложенных листах.

— Не хочешь посмотреть, что там? — спросил Чимин.
— Счета в этом месяце я уже оплачивал, так что ничего, что не могло бы подождать, — ответил Намджун, не отрываясь от своих чертежей.
— Но вдруг там что-то важное? — не желал успокаиваться Чимин, но Намджун только махнул рукой.

Чимин вздохнул, отложил перо, отодвинул стул и поднялся. Подойдя к стене, он открыл клапан и вынул капсулу. «Ким Намджун, 261291», — гласила надпись на наклейке, Чимин знал этот индекс наизусть. Раскрыв капсулу, он вынул свернутые в трубку письма, а капсулу вернул обратно в трубу. Миг — и поток сжатого воздуха унес капсулу обратно на почтовую станцию. Чимин отнес конверты к столу Намджуна и хотел сложить их в специальный ящик для почты, но тот уже был полон.

— Вот видишь, даже складывать уже некуда! — возмутился он.
— Я потом разберу, обещаю, — Намджун всё же отвлекся от своей работы и повернулся к собеседнику. — Дай сюда.
Он забрал у Чимина из рук пачку писем и пристроил их в ящик боком.
— Если ты не сделаешь это до завтра, то я сам их разберу, — пригрозил Чимин, хотя и не был уверен, что эта угроза подействует.
— Я пытаюсь усовершенствовать механизм переноса разряда, — попытался оправдаться Намджун. — Если сейчас отвлекусь, боюсь, потеряю мысль окончательно.
— Прости, я тебя отвлек! — тут же стушевался Чимин, и совсем было развернулся, чтобы вернуться на место, но Намджун его остановил.
— У тебя чернила, вот тут, — и он показал себе на щеку. Чимин тут же попытался потереть лицо рукой, но ему не позволили.
— Постой, — велел Намджун, поднялся со своего места и шагнул к столику у стены, на котором стоял графин с водой и бокалы. Смочив свой белоснежный платок, он вернулся к Чимину, одной рукой взял его за подбородок и принялся стирать влажной тканью пятно. Чимин почти перестал дышать, глядя в лицо Намджуну, который чуть склонился над ним, чтобы было удобнее. Пульс стучал где-то в висках, и оставалось надеяться, что этого не слышно в тишине комнаты.

— Ну вот и всё, — сказал тот. Чимин шумно вздохнул и перевел взгляд на платок в руке у Намджуна. На белом расплылось уродливое фиолетовое пятно.
— Теперь только выбросить, — Чимин почувствовал себя виновато.
— Ничего, — Намджун уже вернулся на свое место, кинув испорченный платок в корзину для бумаг. — Я могу позволить себе не переживать по поводу одного платка.

Конечно, может, подумалось Чимину. Это белизна его рубашки обеспечивалась чуть не ежедневным посещением прачечной, а Намджун мог бы с месяц просто вынимать одну за другой из гардероба, а когда они бы закончились, просто отправил бы заказ в магазин на новую дюжину. Нет, Чимин вовсе не завидовал его богатству, просто… Иногда ему хотелось забыть о том, что они с Намджуном принадлежат к несколько разным социальным прослойкам.
Он тряхнул головой, постаравшись выбросить лишние мысли из головы и вернулся за свой стол, к своим расчетам.

У Чимина всегда было хорошо с математикой. Во время учебы в школе его всегда интересовало чуть больше, чем его одноклассников. Молодой и увлеченный своим предметом учитель подсовывал ему различные научные статьи, а потом приглашал на чай, чтобы обсудить, как Чимин понял прочитанное. Одно время Чимин подозревал, что господин Ким интересуется им в несколько ином смысле, но тот ни разу не преступил границ допустимого, а потом даже познакомил его со своей невестой.
Когда, переехав в столицу, Чимин попал на одну из публичных лекций, которую читал Намджун, его очень заинтересовал тогда еще только проект вычислительной машины. Он подошел к Намджуну после лекции уточнить пару моментов, которые не совсем понял, и как-то слово за слово они обменялись номерами пневмопочты. Следующие пару недель Чимин провел в городской библиотеке, прочитав все статьи Намджуна и кучу других материалов по теме, потому что ему хотелось поддерживать диалог на достойном уровне. Идея Намджуна представлялась ему невероятной, и он не мог понять, почему некоторые считали того чудиком, которому просто некуда девать свои деньги.
Пару месяцев они увлеченно переписывались, а потом Намджун упомянул, что готовит статью к печати и совсем зашивается с расчетами, а Чимин рискнул предложить свою помощь. Намджун согласился, и вот они уже работают вместе почти полтора года. Первый прототип Разностной машины, или РМ, как назвал ее Намджун, оказался вполне рабочим. Теперь он пытался ее усовершенствовать, а Чимин разрабатывал алгоритмы действий и занимался вспомогательными вычислениями. Поначалу Намджун пытался предложить ему плату за работу, но Чимин отказался.
Один из его троюродных дядюшек, которых он видел хорошо если раз в жизни, скончался, обеспечив Чимина небольшим годовым доходом. Этого вполне хватало, чтобы снимать меблированную комнату в относительно приличном районе, сносно одеваться и питаться. До знакомства с Намджуном Чимин еще подрабатывал, давая частные уроки детишкам богатых родителей. Но теперь пришлось отказаться от уроков и сосредоточиться на математике. Впрочем, Чимин ни разу не пожалел. Интерес к математике и научным занятиям Намджуна постепенно перерос в личную симпатию, а потом и во влюбленность. Вот только вряд ли ему светила взаимность. Намджун казался беззаветно преданным науке и своей машине.

Чимин украдкой бросил взгляд на объект своих размышлений. Намджун как раз отвлекся и тоже посмотрел на него. Чимин смутился и перевел взгляд на настенные часы.
— Не хочешь перекусить? — спросил Намджун. — Раз уж мы все равно отвлеклись, я попрошу госпожу Ким что-нибудь приготовить.
— Да, пожалуй, — согласился Чимин. Совместные обеды были одним из преимуществ работы с Намджуном. Они одновременно поднялись со своих мест и чуть не столкнулись в дверях.
— После тебя, — вежливо пропустил Чимина вперед Намджун и придержал дверь.

— Мои мальчики проголодались! — воскликнула госпожа Ким, едва завидев их внизу. В ее голосе было столько радости, словно кормить их — самое большое удовольствие в ее жизни. — Идите, идите в столовую, у меня все готово, я сейчас принесу!

Госпожа Ким была экономкой и кухаркой в одном лице. Намджун много раз предлагал ей нанять кого-то в помощь, но госпожа Ким утверждала, что готовить для нее большое удовольствие, а с уборкой и прочим ей помогала приходящая горничная. Экономка как-то сразу тепло приняла Чимина, и когда она говорила «Мои мальчики», на мгновение ему представлялось, что он тоже живет в этом доме, что он не просто коллега или друг, а нечто большее для Намджуна. Но он тут же обрывал, как ему казалось, пустые мечты.

После обеда они выпили чаю, потом вернулись к работе, а спустя несколько часов пришло время прощаться. У Намджуна было железное правило не работать после шести часов вечера, хотя Чимин и подозревал, что правило распространялось только на него, а сам Намджун наведывался в кабинет и после его ухода. Но, спорить было бессмысленно, к тому же Намджун приводил железный аргумент: вечером на улицах небезопасно, он будет волноваться, как Чимин доберется до дома. Так что ровно в шесть они встали из-за стола, спустились в холл, где Чимин натянул свое пальто и обмотался шарфом.

— Хорошо тебе добраться, — сказал Намджун, прощаясь. — Жду тебя завтра утром.
— Как обычно, — кивнул Чимин, хотя больше всего ему хотелось остаться. Устроиться в кресле в библиотеке с какой-нибудь книгой, чтобы в соседнем кресле сидел Намджун с научным журналом, они бы пили вино и обсуждали прочитанное, а потом пошли бы спать. В свою общую спальню, с одной кроватью… От таких мыслей Чимину стало жарко, он поспешно попрощался и вышел. На улице было уже темно, но в богатом районе, где располагался особняк Намджуна, фонарей было предостаточно, так что Чимин уверенно поспешил к остановке трамвая.

Следующим утром дверь Чимину открыла госпожа Ким. Впрочем, он мог бы открыть и сам — Намджун давно дал ему ключи — но это казалось несколько излишним, и Чимин пользовался такой привилегией всего несколько раз.
— Господин Намджун с самого утра ушел в конструкторское бюро, — сообщила госпожа Ким, пока Чимин раздевался. — Обещал к обеду вернуться.

Чимин кивнул, видимо, Намджун вчера что-то придумал с переносом разрядов и решил обсудить это с инженерами, которые воплощали его идеи в жизнь. Поднявшись в рабочий кабинет, Чимин посмотрел на свои бумаги, потом на огромную пачку писем в ящике на столе Намджуна. Взяв ящик, он спустился вниз, в библиотеку. Оставив там ящик, заглянул в кухню к госпоже Ким, которая собиралась что-то печь.
— Можно мне кофе в библиотеку? — попросил Чимин.
— Конечно, мой мальчик, сейчас принесу! — женщина тут же вытерла руки о передник. — Сейчас, сейчас, не волнуйся!
— Спасибо, госпожа Ким, — улыбнулся Чимин и вернулся в библиотеку.

Работа предстояла большая. Сначала Чимин решил разложить всю корреспонденцию на две кучки, личную и официальную. Похоже, Намджун не разбирал почту около месяца, потому что в самом низу Чимин нашел несколько запоздавших поздравлений с давно прошедшим праздником. Отвечать на них уже было бессмысленно, но Чимин все-таки отложил их в сторону. Хотя Намджун уверял, что все счета оплачены, нашлось все-таки несколько счетов из книжного магазина и один от поставщика вина. Множество писем из научных журналов, некоторые из них Чимин позволил себе вскрыть и с ужасом узнал, что Намджун обещал статью как минимум в два из них и давно пропустил все сроки. Нашлось несколько писем от матери Намджуна, и еще несколько, отправителей которых Чимин не знал, но поскольку на конверте не значилось организации, отнес их к личному. Некоторые конверты явно содержали в себе рекламные каталоги для заказа по почте, их Чимин отложил в отдельную стопку, хотя и сомневался, что Намджуну что-то в них может понадобиться. Он как раз закончил сортировать вторую стопку по датам на почтовых штемпелях, когда вернулся Намджун. Видимо, госпожа Ким сообщила ему, что Чимин в библиотеке. Едва увидев Намджуна, Чимин понял, что тот расстроен. Похоже, визит к инженерам был не слишком удачен.

— Они раскритиковали все мои идеи, — подтвердил догадку Чимина плюхнувшийся в кресло Намджун.
— Мне так жаль!
— А почему ты здесь, а не в кабинете? — Намджун окинул взглядом стол и увидел стопки писем. — Ты все-таки взялся за почту? Ну зачем?
— Кто-то же должен был! Ты просрочил минимум две статьи в журналы, а еще здесь несколько счетов, три письма от твоей матери и вот этих людей я не знаю, но возможно, там что-то важное, — Чимин в первую очередь протянул Намджуну стопку с личными письмами.
Намджун быстро перебрал письма, выхватил одно и тут же неаккуратно вскрыл его, надорвав край. Он пробежал глазами по строчкам, потом взволнованно вскочил.
— Помнишь, я говорил, что написал одному своему другу за консультацией? Он приехал! Мне нужно срочно с ним увидеться!

Намджун выбежал из библиотеки, оставив растерянного Чимина. Тот посмотрел на гору писем, не зная, то ли оставить её здесь, то ли отнести в кабинет к Намджуну. Решив, что в библиотеке Намджун опять забудет просмотреть это все, Чимин собрал стопки и поднялся наверх. Намджун как раз заклеивал конверт, видимо, только что назначив встречу своему другу.

— Спасибо, конечно, что разобрал это все, — сказал Намджун, кивая на стопки писем, которые Чимин сгрузил на его стол. — Но никогда больше не занимайся такой ерундой! Твое время слишком ценно, чтобы тратить его на письма.
— Тогда найми секретаря! — бросил раздраженный Чимин. — По крайней мере, он будет напоминать тебе про статьи для журналов, и чтобы ты не забывал отвечать родным!
— А это мысль! — согласился Намджун. — Секретарь сможет отписываться журналам о том, что я в процессе, и даже сверять правки! Нужно будет дать объявления в газету.

Намджун отправил письмо, вышел из комнаты и вернулся спустя минут десять уже переодевшимся. Как раз прозвенел почтовый звонок, Намджун открыл пришедший ответ, прочитал его и повернулся к Чимину.

— Я ухожу, — сообщил он. — У меня встреча с тем самым другом, который обещал мне помочь. Он еще два дня будет в городе, так что меня, скорее всего, не будет до завтра.
Чимин кивнул, показывая, что понял.
— Послезавтра у нас воскресенье, так что увидимся в понедельник? — спросил Намджун. — Если хочешь, можешь еще остаться и поработать, но лучше иди домой. Используй эти маленькие каникулы, отдохни, развлекись!
— Да, конечно, — вяло согласился Чимин.

Намджун попрощался и вышел. Чимин сел за свой стол и посмотрел на записи. Раздражение мешалось в нем с разочарованием. Если бы Намджун не настаивал, что у них должен быть отдых, Чимин с удовольствием приходил бы и в выходные тоже. И в праздники. Лишь бы больше времени проводить с Намджуном. Но тот тщательно следил, чтобы Чимин не перенапрягался, как он выражался. Вот и сейчас, целых два с половиной дня они не увидятся! Потому что Намджун пойдет на встречу со своим другом, видите ли! Не то чтобы Чимин был против, чтобы Намджун встречался с друзьями… Просто… Он бы тоже хотел проводить время с Намджуном вне рабочего кабинета.
А впрочем, у Чимина тоже были друзья! К черту работу, прав Намджун, нужно использовать появившиеся выходные на полную!

Несколько часов спустя, переодевшись в выходной костюм, на наемном паровом экипаже Чимин подъезжал к клубу. Пятничным вечером лучшего друга Тэхена можно было найти только тут. Чимин кивнул швейцару на входе и прошел внутрь, оставляя пальто и шарф в гардеробе. Членство в этом клубе стоило дорого, но лучший друг Тэхен всюду имел знакомства, к тому же хозяин клуба чем-то был ему обязан, так что Чимину членство обошлось в чисто символическую сумму. Вообще, знакомство с Тэхеном оказалось подарком судьбы. Ведь именно он притащил Чимина на ту самую лекцию, и именно он подтолкнул после нее подойти к Намджуну. Так что, можно сказать, Тэхен оказался его крестной-феей.

— Чимин! Ты пришел! — услышал он знакомый голос. — Неужели твой рабовладелец отпустил тебя с твоих интеллектуальных галер?
— Не говори так о Намджуне, — возмутился Чимин, подходя ближе и обнимая друга, которого давно не видел. — Он всегда следит, чтобы я не задерживался, и запрещает работать в выходные.
— Слушай, думается мне, ты не замечаешь очевидного, дружочек, — Тэхен подозвал официанта и заказал шампанского.
— Очевидного? — уточнил Чимин, оглядываясь.
На сцене девушки в ханбоках закончили традиционный танец с веерами и их сменили девушки в пышных юбках, готовящиеся танцевать канкан. Народу в клубе пока было немного, основные гости подтянутся к полуночи. Кроме их столика занято было еще несколько. За одним сидел полный господин с пышными усами, Чимин раньше его не видел, еще за одним парочка завсегдатаев, Чимин знал их в лицо, но не по именам. За соседним с ними столиком сидели две девушки, одетые в мужские брюки и фраки, одна из них курила сигарету в длинном мундштуке. По правилам клуба допускались посетители любого пола, но только в мужской одежде. Впрочем, в их просвещенный век это не было проблемой.

— Смотри, твой Намджун следит, чтобы ты не задерживался и не работал по выходным, он терпит тебя в своем доме уже год, или около того, он дал тебе ключи от этого самого дома, хоть ты ими и не пользуешься, он даже подарил тебе часы и назвал при этом, как там?
— Заклинателем чисел, — Чимин вынул из кармана часы, с которыми не расставался с момента подарка и открыл крышку, чтобы очередной раз полюбоваться гравировкой.
— Вот-вот, — хмыкнул Тэхен. — И если после этого ты все еще сомневаешься, что он к тебе не равнодушен, ты просто слепец.
— Намджун просто милый и заботливый. И ценит мой вклад в его разработки.
— Да-да, — согласился его друг, кивая официанту, принесшему им бокалы и бутылку шампанского. — Думаю, твой аппетитный зад он тоже вполне в состоянии оценить. Не понимаю только, почему ты упорствуешь в своем неверии. Смотри, скоро он устанет тебе намекать и найдет кого посговорчивее.
— Не болтай ерунды! — отмахнулся Чимин, поднимая бокал.

Они чокнулись, и он залпом выпил. Вообще то, он собирался отвлечься от мыслей о Намджуне и пришел в клуб именно ради этого. Но Тэхен каким-то неведомым образом свел все к его безответной (Чимин был уверен в этом!) любви. И нет, он не верил ни одному слову Тэхена, но теперь не мог перестать думать, а что если Намджун и правда полюбит кого-нибудь? За все время знакомства Чимин ни разу не заметил в нем симпатии к кому-либо, будь то мужчина или женщина, на всех приемах и встречах, на которых они бывали вместе, Намджун со всеми был одинаково вежлив и мил. Но что если выходные он проводил с кем-нибудь, кого скрывал от Чимина?
На сцене танцовшицы закончили трясти юбками в такт бравурной музыке и наконец удалились. Тэхен время от времени посматривал в сторону входа, так что Чимин отвлекся от своих мыслей и спросил:
— Ждешь кого-то кроме меня?
— Да так, — попытался увильнуть Тэхен, но Чимин уже почуял новости.
— Давай-давай, кого ты тут подцепил в мое отсутствие?
— В том то и дело, что никого.
— А подробнее?
— Ну, приходит тут один… красавчик. Но он слишком крутой.
— Для тебя? — удивился Чимин. — Не смеши!
— Представь, кто-то может быть крут и для меня тоже!

Тем временем на сцену вышла певица, раздались звуки пианолы. Мелодия была Чимину незнакома, и он прислушался. Девушка пела довольно низким голосом и на незнакомом языке, поэтому смысл песни оставался слушателям неизвестным, однако музыка в сочетании с голосом создавала атмосферу, от которой хотелось одновременно плакать и смеяться и сделать что-то невероятное.
— Новенькая? — тихонько спросил Чимин, завороженный волшебством искусства.
— Новенький, — ответил Тэхен.
— Как так? — Чимин еще раз внимательно посмотрел на сцену. На выступавшем точно было платье, прическа с равным успехом могла принадлежать и парню и девушке, а половина лица была скрыта под вуалью. Впрочем, голос действительно больше подошел бы мужчине.
— Правила клуба, — Тэхен кивнул на девушек за соседним столиком. — Гости только в мужских костюмах, выступающие на сцене только в женских.
— Логично, — согласился Чимин.
— Мальчик приезжий, мало кого знает, поэтому готов выступать хоть в чем, лишь бы платили. Но будет звездой, уверяю. Это первое выступление на сегодня, ко второму уже будет аншлаг.
— Охотно верю, — Чимин кивнул и подлил себе шампанского. Бутылка закончилась и он сделал знак официанту, чтобы принес еще.
— Итак, требую подробностей, чем так крут парень, покоривший твое сердце, — вернулся он к предыдущей теме. — Хочу его увидеть.

После выходных с Тэхеном не помешали бы еще одни выходные. Они успели посетить несколько клубов, позавтракать в отеле, прогуляться в парке, сходить на лекцию в центральную библиотеку, потом на выставку молодого художника, получить приглашение на закрытый банкет после выставки, после банкета поехать кутить со спонсорами, каким-то образом оказались вечеринке на дирижабле, плывущем над городом, смотрели фейерверк, и дальше Чимин уже не совсем помнил, но, кажется, домой он попал только в воскресенье к вечеру.

Не удивительно, что в понедельник он проспал. С трудом раскопав хоть одну чистую рубашку и сделав заметку, что вечером необходимо посетить прачечную, он наскоро привел себя в порядок, отказался от завтрака в надежде на кофе с булочками от госпожи Ким. Пришлось даже раскошелится на пневмоподземку, потому что она была значительно быстрее, чем канатный трамвай. И значительно комфортнее, следовало признать, так что цену на билет это конечно оправдывало, но Чимин все равно не мог себе позволить кататься на ней каждый день. Впрочем, обычно он и не опаздывал. На самом деле, он и сегодня мог не торопиться, потому что какого-то четкого времени, к которому он должен приходить в дом Намджуна, они не обговаривали. Просто сам для себя, Чимин решил, что его рабочий день будет начинаться в пол-одиннадцатого и заканчиваться в полседьмого. Сейчас было уже — Чимин взглянул на свои часы, в который раз умилившись гравировке — без пяти одиннадцать. Не то чтобы катастрофа, но…

Наконец, вагон остановился на нужной станции, Чимин выбрался на поверхность и пошел максимально быстрым шагом, при котором не терялось его достоинство. В результате, домой к Намджуну он прибыл уже после того, как часы пробили одиннадцать. Он даже открыл двери своим ключом, чтобы не беспокоить Намджуна, наверняка начавшего работу. Однако, к его удивлению, Намджун был не в кабинете, а в холле.

— Прости, я опоздал, — начал было извиняться Чимин, когда заметил, что они не одни. Рядом с Намджуном стоял молодой человек и так светился радостью, что хотелось прикрыть глаза.
— Вот если бы ты согласился занять гостевую комнату, — заметил Намджун, — тебе не пришлось бы ехать через полгорода каждое утро.
— Мы уже говорили об этом, — жестко возразил Чимин. Он не хотел возвращаться к этой теме, тем более при посторонних.
— Ах, да! — спохватился Намджун. — Я вас не представил. Чимин, это Чон Чонгук, наш новый секретарь. Чонгук, это Пак Чимин мой… друг и коллега.

От Чимина не ускользнула пауза перед словом «друг» и это слегка его задело. Этот самый Чонгук все так же светясь от счастья, протянул ему руку. Он был, пожалуй, на пару лет моложе, зато выше и шире в плечах. Чимин руку пожал, но все еще смотрел на нового секретаря с недоверием.
— Сегодня понедельник, газеты только вышли, неужели вы так быстро откликнулись на объявление?
— О, я не давал объявления, — рассмеялся Намджун.
— А как же тогда господин Чон узнал, что нам нужен секретарь?
— О, нет-нет, зовите меня Чонгук, — возразил молодой человек. — И все вышло случайно.
— Да, мы с моим другом довольно громко разговаривали в ресторане, и Чонгук услышал, что я собираюсь искать секретаря и предложил свои услуги.
— У вас есть секретарский опыт, Чонгук? — поинтересовался Чимин. Вся эта история ему не нравилась. Как-то подозрительно.
— Нет, но он читал все мои статьи! — сказал Намджун так, словно это было важнее всех рекомендаций. — И он студент. Ему нужны деньги, чтобы учиться дальше.
— Хорошо, — смирился Чимин. — В любом случае, тебе решать, Намджун.
— Значит, Чонгук начнет работать завтра.

Новоиспеченный секретарь оставил их, Намджун отправился в конструкторское бюро с новой идеей, которую подсказал ему друг, а Чимин наконец получил возможность выпить кофе и позавтракать, потому что госпожа Ким конечно же не ограничилась только булочками. После завтрака он честно пытался работать, но мысли сворачивали либо на безумные выходные, либо на подозрительного Чонгука. Чимин никак не мог понять, что же его так зацепило, что именно казалось ему подозрительным в этом парне, так что решил, что будет за ним приглядывать.

Как оказалось, инженеры одобрили новую идею Намджуна и его друга касательно переноса разрядов, так что работа закипела, Намджун все дни проводил в конструкторском бюро, и был шанс, что до праздников они успеют разработать прототип новой версии Разностной машины. Если проект окажется успешным и они получат финансирование от правительства, то можно будет построить уже полноценную машину, с большим объемом памяти, печатным устройством и управляемую с помощью перфокарт.
Чимин был рад, что в работе наметился прорыв, но… Намджун теперь появлялся только к вечеру, и сразу попадал в цепкие лапы Чонгука. Секретарь приходил после обеда, потому что утром у него якобы были занятия, разбирал почту, и к моменту возвращения Намджуна у него наготове была пачка писем, которые требовали немедленного ответа или подробных инструкций. Так что Чимин совсем не был уверен, что подсказанная им идея нанять секретаря оказалась такой уж хорошей. Он почти не проводил время с Намджуном наедине, разве что короткие минуты утром, когда тот еще не успел убежать по делам.

Наблюдения за Чонгуком тоже не принесли особой пользы. Разве что одет он был не совсем соответственно тому статусу, о котором заявил при знакомстве. Нет, его одежда не была дорогой, но она была слишком новой для студента, которому якобы нужны были деньги. Сомнительно, чтобы студент был в состоянии вот так одномоментно обновить весь гардероб. Но спрашивать у Чонгука или говорить об этом Намджуну Чимин пока не стал. Чонгук действительно прочитал все статьи Намджуна, и те, что он издавал под своим именем, и более ранние, подписанные им как РМ. И, судя по всему, Чонгук действительно был студентом, так как время от времени он приносил с собой конспекты и что-то там учил в ожидании возвращения Намджуна. К радости Чимина, третий стол в кабинет ставить не стали, отдав в пользование Чонгуку библиотеку. Так что, по крайней мере в то время, когда Намджуна не было дома, Чонгук не маячил перед глазами у Чимина.

Как-то так пролетела неделя, и в субботу Чимин снова встретился с Тэхеном. Очень хотелось пожаловаться на Чонгука, оттянувшего на себя все внимание Намджуна. Друг, в свою очередь, сетовал на то, что приглянувшийся ему красавчик за неделю так ни разу в клубе и не появился. Поэтому в клуб было решено не идти, а вместо этого они в воскресенье с самого утра отправились посмотреть на ралли. Гонки паровых автомобилей развлечением были новым, но уже обзавелись массой поклонников, а также кучей букмекеров, принимавших ставки на победителей. Чимин тоже рискнул поставить, хотя был на ралли первый раз в жизни, а потому в конструкциях машин, равно как и в навыках пилотов не разбирался. Ему просто понравилось название команды, «Пуленепробиваемый», и фотография в буклете: улыбающийся пилот в шлеме и защитных очках, позирующий на фоне автомобиля с черным лаковым корпусом обтекаемой формы. Они заняли свои места на трибунах, устроившись очень удачно: достаточно близко к трассе, так что все было хорошо видно, но в то же время и не в первых рядах, чтобы вероятность пострадать, если что-то пойдет не так, была минимальна. Прямо над ними располагались ложи, в которых на обитых бархатом диванчиках сидели дамы в роскошных шляпах, а позади них стояли господа в дорогих костюмах и генеральских мундирах. В отдельной ложе в сопровождении охраны и одного из советников министерства ( Чимин помнил это лицо из газетных статей) сидел явно иностранный господин в необычном головном уборе. Смуглое лицо его было слишком серьезным для царившей вокруг суеты. Советник время от времени склонялся к нему и что-то произносил, но иностранец никак не реагировал.

— Кто это? — спросил Чимин у друга, указывая на ложу.
— Какой-то там посол, не то из Индии, не то из Турции. Впервые прибыл с официальным визитом,— удивился Тэхен. — Ты что, газет не читаешь?

Чимин пожал плечами, на газеты у него не было времени, если он и читал что-то последнее время, то только научные журналы, в которых печатали статьи Намджуна. Он хотел, было, уточнить, что за принц, но тут народ оживился, на старт по одной начали выкатывать участвующие в гонке машины. Некоторые были громоздкими, с огромными трубами, из которых уже валил пар, другие имели более изящную форму, в их числе черный с белой надписью на боку автомобиль, на который поставил Чимин. Он отвлекся, следя за тем, как участники выстраиваются в линию. Наконец, все заняли свои места. Взмах флажка — и машины сорвались с места. Чимин чуть не подпрыгивал на месте от охватившего его возбуждения. Раньше он не подозревал в себе такого азарта. «Пуленепробиваемый» уверенно держался в лидирующей группе, сохраняя шансы на победу. В какой-то момент показалось, что черный автомобиль чуть отстал, но на последнем повороте он каким-то чудом вырвался вперед, обогнал лидера на полкорпуса и финишировал первым.

— Мы выиграли! — прыгал Чимин, хватая Тэхена за руки. — Мы выиграли!

Выиграли они, конечно, не слишком много, но вполне достаточно, чтобы отметить победу отличным обедом в хорошем ресторане. После чего Чимин распрощался с Тэхеном, который все-таки собрался в клуб в надежде увидеть своего загадочного незнакомца.

В понедельник утром у Чимина были планы, о которых он заранее известил Намджуна. Нужно было зайти в банк, а потом к его арендодателю, который отчего-то не доверял чекам и принимал оплату только наличными. После этого Чимин рассчитывал сделать еще кое-какие мелкие дела и явиться к Намджуну уже во второй половине дня. Однако день не задался с самого утра. В его банке отчего-то именно сегодня было много посетителей, и Чимин прождал свою очередь почти полтора часа. Затем господин Юн, его домовладелец преклонного возраста, по бумажке пересчитал всю сумму, что тоже заняло немало времени, поскольку трижды он сбивался и начинал сначала. Парикмахерский салон оказался закрыт, потому что в соседнем помещении прорвало трубу. К тому же, переходя улицу, Чимин чуть не угодил под паровой экипаж, пронесшийся с такой скоростью, что шарф машиниста буквально развевался наподобие флага. Оказавшись на остановке трамвая, он всерьез задумался, не стоит ли ему вернуться домой, раз уж день выдался не лучшим. Даже призматрон перед магазином напротив застрял, демонстрируя левой своей половиной рекламу французского мыла, а правой — виргинского табака. Так что Чимин решил, что поедет в ту сторону, в которую раньше приедет трамвай. Приехал, разумеется, трамвай, идущий к дому Намджуна. Пассажиров было немного, но все, как один, читали утренние газеты. Чимин заглянул через плечо пожилого господина и увидел портрет вчерашнего иностранца, в чалме. Заголовок рядом гласил: ” Таинственное убийство посла! Ограбление или политика?» Чимин хотел бы узнать подробности, но господин сложил газету и вышел на ближайшей станции. Пересаживаться только ради того, чтобы почитать газету, казалось странным, так что он решил, что просто купит газету на выходе из трамвая.

Как назло, на станции, на которой он вышел, ни одного мальчишки с газетами не было. Обед у них или распродали уже все? Чимин пожал плечами и направился дальше, надеясь, что у Намджуна дома найдется экземпляр.

Дверь ему, к удивлению, открыл Чонгук, в руках у него было шоколадное печенье.
— А Намджун дома? — уточнил Чимин, входя в прихожую.
— Нет, — ответил Чонгук, и откусил кусок печенья. — Его забрали в полицию.
— В полицию? Зачем? Когда?
— Может, полчаса назад, — пожал плечами Чонгук. — Пришли два господина и забрали в центральное управление. Сказали, в связи с убийством посла.
— И ты так спокойно об этом говоришь? — удивился Чимин. Его собственное сердце стучало где-то в ушах, мысли лихорадочно крутились. — Нужно же что-то делать!
— А что делать то? — удивился Чонгук и стряхнул крошки с рубашки. — Намджун сказал, ждать здесь.
— Я думал, он тебе нравится, а ты! — бросил Чимин и выбежал за дверь.
— Подожди, Чимин, ты, кажется, не понял, — закричал секретарь ему в след, но его уже не слушали.

К центральному управлению Чимин добирался на метро. Такими темпами, в следующем месяце ему придется ходить пешком. А впрочем, может быть, и ходить то будет некуда, если Намджуна… Думать об этом не хотелось. Ну как же так, Ким Намджун был уважаемым ученым, печатался в научных журналах, изобрел и почти усовершенствовал Разностную Машину. На каком основании его забрали в полицию? Где и когда он мог пересечься с этим послом? Чимин уже сто раз пожалел, что отказался переехать к Намджуну, когда тот предлагал. По крайней мере, теперь бы он знал, где и с кем Намджун провел выходные. Даже если бы этот кто-то оказался девушкой или парнем, с которыми Намджун состоял в отношениях, Чимин бы стерпел. Даже лучше, тогда бы у Намджуна точно было алиби! А что, если сказать… Сказать, что они были вместе! Что Намджун не мог никого убить, потому что они провели весь день в постели! Только вот… Намджун бы точно не стал обманывать, и все слова Чимина были бы впустую.

Так и не решив, что он станет говорить и делать, Пак Чимин застыл перед дверью центрального управления полиции. Но и просто ждать, как Чонгук, он не мог. Намджуна нужно было спасать, и он спасет. Он решительно открыл тяжелую дверь.

И чуть не свалился, споткнувшись о высокий порожек. Неловко получилось. Какой-то полицейский, как раз собиравшийся выходить, придержал его под локоть.
— Осторожнее. Могу я вам чем-то помочь?
— Да, я… — Чимин замялся. — Я знаю, что сюда привезли Ким Намджуна. По делу об убийстве. Я хотел бы…

Чимин не успел договорить, как полицейский его перебил.
— Погодите, так вы и есть, да? Тот самый мальчик Намджуна? Как там? Чимин?
— Что? — растерялся Чимин.
— Идемте, я вас провожу. Намджун у Сокджина в кабинете. — Полицейский все еще держал его под локоть и так и потащил за собой. — Кстати, меня зовут Хосок. Чон Хосок. Приятно познакомиться. Намджун много про тебя говорил.
— Когда? — Чимин ничего не понимал. Намджун сказал про него что-то на допросе? Может, идея с алиби и не такая плохая?

Хосок говорил что-то еще, но Чимин уже не слушал, обдумывая, как бы незаметно для инспектора намекнуть Намджуну, что он готов подтвердить любые его слова. Кажется, они поднялись на второй этаж, Чимин не очень следил, куда шел, и подошли к какой-то двери. Не стучась, Хосок открыл ее и со словами: «Смотрите, кого я вам привел!», втолкнул Чимина внутрь.

Первым, кого растерянный Чимин увидел в комнате, был явно инспектор, кажется, Сокджин. Высокий, темноволосый красивый парень, возраста Намджуна примерно, он стоял у окна и был одет в такой уютный вязаный свитер, что Чимину захотелось подойти и обнять его. Но очень странно было бы обнимать инспектора, который обвиняет Намджуна в убийстве!

Он оглянулся в поисках Намджуна. Тот стоял у стола в центре комнаты и с удивлением смотрел на Чимина.

— Что ты здесь делаешь? — спросил он.
— Чонгук сказал, что тебя забрали в полицию! — ответил Чимин, подходя ближе и надеясь, что его не остановят. На Намджуне не было никаких наручников или чего-то еще, что свидетельствовало бы о его статусе подозреваемого. Казалось, что он просто зашел в гости к другу.
— Ну да, и я просил передать, чтобы вы ждали меня дома. Я бы вернулся и все рассказал, — Намджун смотрел на Чимина взволнованно.
— Но как же? Я же не мог просто позволить им тебя забрать, нужно же что-то делать? — Чимин подошел еще ближе, и взял руки Намджуна в свои. — С тобой все нормально? Они хорошо с тобой обращались? Как они вообще могут подозревать тебя в чем-то?! Разве непонятно, что ты не мог этого сделать?

Чимин обернулся и гневно посмотрел на инспектора. Но тот только расхохотался.

— Какое трогательное воссоединение влюбленных! — смеялся он. — Тристан и Изольда буквально! Ромео и Джульетта! Гензель и Гретель! А, нет, это не из той оперы…
— Сокджин, — попытался остановить его Намджун, но тот продолжал насмехаться.
— Так это и есть твой умненький мальчик? Чимин, да? А что же ты ему не рассказал, зачем тебя в полицию вызывают?
— Если ты сейчас помолчишь, то я все объясню, — спокойно сказал Намджун и снова повернулся к Чимину, все еще держа его за руки. — Все хорошо, Чимин. Никто меня ни в чем не обвиняет.
— Какая радость! — Чимин буквально кинулся Намджуну на шею и шмыгнул носом ему в плечо.
— Ну-ну, все нормально, — Намджун обнял его в ответ и легонько похлопал по спине.
— Да-да, давай, утешай свою Чхунхян!

Чимин отстранился, смутившись одновременно таким сравнением и собственным поведением. Намджун словно бы с сожалением выпустил его из своих объятий. Он подвинул Чимину стул и усадил на него.
— Чимин, мне на самом деле ничего и не угрожало. Я просто никогда не говорил об этом, но Сокджин мой друг и иногда он зовет меня, когда не может в чем-то разобраться сам, — последнюю часть фразы Намджун нарочно выделил голосом и посмотрел на инспектора. Тот только фыркнул в ответ.

— Чонгук сказал, что пришли двое полицейских и забрали тебя в участок. По делу об убийстве, — Чимин немного успокоился и начал понимать, что, кажется, сам себе надумал лишнего.
— Ну, примерно так и было, — кивнул Намджун. — Это пока секретная информация, но у посла кое-что было в руках, когда его нашли…

Намджун вопросительно посмотрел на инспектора, Чимин тоже повернулся. Сокджин пожал плечами, потом кивнул. Намджун подал Чимину руку, помогая подняться, и подвел к столу.

— Вот, смотри, — указал он на смятый кусок бумаги. — Мы никак не можем понять, что это такое. Если это шифр, то какой-то очень странный, одни черточки.

Чимин наклонился ниже над столом, чтобы рассмотреть. В верхней части листа была надпись на иностранном языке, а ниже действительно были только черточки, и их порядок казался хаотическим.

— А что там написано?
— «Моему дорогому мальчику», это уже перевели. Так как ты думаешь, что это может быть?
— Не знаю, работает ли это таким образом… — Чимин отстранился и посмотрел на листок издали. Нижний край его был оборван. — Очень похоже на одну вещь.
— Какую вещь? — Сокджин подошел к столу и тоже теперь смотрел на мятую бумагу. Он больше не смеялся, голос был серьезен.
— Барабан, вроде тех, что стоят внутри шарманки или пианолы. Черточки — это штырьки, которые при вращении задевают…
— Да-да, мы знаем, как устроена шарманка, — прервал его Сокджин. — Намджун, что думаешь?
— Вполне может быть, — согласился Намджун. — Это как-то можно проверить?
— Я свяжусь с техническим отделом! — решительно заявил инспектор. Он присел за стол, взял листок бумаги и что-то быстро на нем написал самопишущим пером.
— Если это поможет, я обещаю тебе ужин в лучшем ресторане, Чимин.
— Да ладно, я же не… — начал было отказываться тот, но Намджун похлопал его по плечу.
— Не отказывайся, он может себе это позволить.
— Ну, хорошо, — кивнул Чимин. Ощущение руки Намджуна ему очень нравилось.
— Все, а теперь идите, — велел Сокджин, отправляя записку с пневмопочтой. — Мне еще предварительные отчеты начальству писать, и придумывать, что можно сказать газетчикам.

— Пройдемся? — спросил Намджун, когда они вышли из здания центрального управления полиции.
— Конечно, — согласился Чимин, засовывая руки в карманы. Они двинулись вниз по улице.
— Значит, ты за меня волновался? — уточнил Намджун.
— Прости, что повел себя так глупо, — сейчас, когда волнение прошло, Чимину было стыдно, что он развел такую панику. — Следовало послушать Чонгука, когда он предлагал мне остаться и подождать.
— Ну почему же? Это было очень мило.
— Теперь они будут думать, что у нас какие-то отношения, — смутился Чимин. — Ну, в смысле…
— Они и раньше так думали, — хмыкнул Намджун. — К тому же, возможно, мы помогли Сокджину с расследованием. До твоего прихода у меня совсем не было никаких идей, что это за странный набор знаков.
— О, я очень надеюсь, что в самом деле угадал! — оживился Чимин. — А что там произошло? Я видел только заголовки в газетах.
— Сегодня утром посла нашли мертвым в его комнате. Было очень похоже на несчастный случай, знаешь, словно он задел этажерку и на него статуэтка свалилась с верхней полки. Никто бы ничего особо не стал расследовать, если бы не два момента. Вот этот самый листок бумаги с оторванным краем и то, что кое-кто видел, как поздно вечером из дома посла выбежал человек.
— Думаешь, это был убийца? Который и стукнул его статуэткой?
— Не знаю, может, его толкнули, а дальше все произошло само собой, — пожал плечами Намджун. — Какая-то это мрачная тема, может, поговорим о другом?
— Ты сам её начал! — возмутился Чимин.
— Ну, я же и закончу. Итак, ты за меня волновался. Почему?
— Эта тема совсем не лучше, — насупился Чимин.
— А мне нравится! — рассмеялся Намджун.

Чимин думал, они пройдутся до остановки метро, но Намджун проигнорировал её. Дальше была остановка трамвая, но они и её прошли мимо. Возможно, думал Чимин, Намджун хотел поймать кэб, но тот все шел и шел, и Чимин просто шел с ним рядом. Ему вдруг подумалось, что никогда раньше они с Намджуном не гуляли вот так просто. И они даже не говорили о работе, о Разностной Машине или о программах. Наоборот, внезапно они начали говорить о всяких разных вещах, которых не касались раньше. О музыке, о литературе, о временах года, которые им нравятся и почему. О море, Намджун сказал, что был там только в детстве с родителями, и Чимин тут же предложил поехать, как только прототип машины будет закончен. Он тоже очень давно не был на море, и к его радости, Намджун сразу согласился. Они принялись обсуждать, как все можно будет организовать, и сами не заметили, как дошли до дома.

Спустя пару дней, когда Чимин как раз заканчивал расчеты для одного из многочленов, колокольчик почты снова зазвонил. Основная почта в этот день уже пришла и спокойно дожидалась Чонгука, так что это могло быть только что-то срочное. Намджун тоже, видимо, об этом подумал, потому что сам поднялся и вынул капсулу.
— Это от Сокджина, — сказал он, вскрывая конверт. — Барабан по найденной схеме готов, и он приглашает нас послушать, раз уж мы авторы идеи. Идем?
— Конечно, — Чимин вскочил со своего места.

Добираться решили на метро, поскольку Сокджин ждал их как можно раньше. Намджун настоял, что именно он заплатит за проезд, и Чимин решил в это раз не спорить. Его разбирало любопытство и азарт, верно ли он разгадал загадку, и если да, то что за мелодия связана с убийством заморского посла. К удивлению Чимина, в этот раз на входе им пришлось заполнить специальные бумаги, в которых было указано, кто они и к кому пришли. В первый раз, видимо, он был в таком шоке, что проводивший его полицейский обошелся без этой формальности.

Инспектор Ким Сокджин ждал их в своем кабинете вместе с двумя мужчинами.

— Это господа Ким и Ли из технического отдела, — представил их Сокджин. — А это наш внештатный консультант Ким Намджун и его ма… помощник.

От Чимина не укрылась заминка в речи Сокджина и его смешок после явно намеренной оговорки, но он сделал вид, что не обратил внимания.

— Очень приятно с вами познакомиться, господин РМ. Я читал ваши статьи. Как там дела с машиной? — сказал, кажется, господин Ким, пожимая Намджуну руку. Он явно был старше всех присутствующих, но, по мнению Чимина весьма неплохо сохранился.
— Спасибо, хорошо. К Новому году должен быть готов новый прототип.
— Вы же будете устраивать открытый показ? Обязательно приду посмотреть.
— Если вы закончили обмен любезностями, — прервал их Сокджин, — может быть, мы приступим к эксперименту?
— Да-да, конечно, — спохватился господин Ким. Его коллега подошел к аппарату, напоминающему внутренности шарманки и установил стоящий рядом барабан.
— Схема была не закончена, — пояснил господин Ким, — поэтому мелодия не полная.
— Да, мы в курсе, — подтвердил Сокджин, которому явно не терпелось начать.

Господин Ли еще что-то проверил, подкрутил, постучал, и, наконец, начал вращать ручку. Чимин очень боялся, что сейчас раздастся какофония звуков, но зазвучала мелодия, которая резко оборвалась через пару минут.
— Кажется, Чимин был прав, — резюмировал Намджун. — Это точно была схема для пианолы или чего-то вроде этого.
— И что это нам дает? — повернулся к нему Сокджин.
— А можно прокрутить еще раз? — спросил Чимин.
— Конечно, — кивнул господин Ли и снова повернул ручку. Мелодия показалась Чимину знакомой, но где он мог её слышать?
— Можно чуть-чуть быстрее? Или, лучше, можно, я сам попробую?

Мистер Ли уступил ему место, и Чимин начал вращать ручку, экспериментируя со скоростью. И в какой-то момент его осенило!
— В клубе с Тэхеном! — все, находящиеся в комнате, посмотрели на него в недоумении, но Чимин был так рад, что даже не заметил. — Я точно слышал эту мелодию! В клубе, в котором был с другом пару недель назад. Там был новенький выступавший, он пел именно под эту мелодию. Какой-то иностранный мальчик.
— А это может быть зацепкой, — согласился Сокджин. — Что за клуб?
Чимин назвал клуб и продиктовал адрес. Сокджин, услышав название, посмотрел на него вопросительно.
— У моего друга там скидки, он помог владельцу, — оправдался Чимин.
— Хорошо, имя выступавшего ты не помнишь?
— Нет, знаю только, что он новенький и уже очень популярный.
— Хорошо, мы свяжемся с управляющим и попробуем выяснить, — кивнул Сокджин. — Если он как-то связан с этим убийством, я должен тебе ужин.
— Я запомню! — улыбнулся Чимин.
— Тогда спасибо за помощь, и, Намджун, я напишу тебе, когда что-то проясниться, а пока можете идти.

— Что ж, — начал Намджун, когда они вышли из управления. — Значит, ходишь по дорогим клубам?
— Не всегда! И это только потому, что у Тэхена скидка, правда! — начал оправдываться Чимин.
— Чимин, успокойся, я тебя ни в чем не обвиняю, — Намджун улыбнулся и потянул его за руку, так как Чимин слишком приблизился к проезжей части. Остановившись, Намджун поправил Чимину не аккуратно повязанный шарф и завернувшийся воротник пальто.
— Я просто хочу узнать тебя поближе, — сказал Намджун. — Итак, как ты обычно проводишь выходные?
— Ну, встречаюсь с Тэхеном, этой мой друг. Кстати, именно он тогда, после лекции, заставил меня подойти к тебе.
— Передай ему большое спасибо.
— Обязательно, — кивнул Чимин. Они шли по улице, Намджун время от времени придерживал его за локоть, день был солнечный, хоть и слегка прохладный, все было просто замечательно.
— А как ты проводишь выходные? — спросил он.
— Читаю книги, иногда встречаюсь с друзьями, иногда хожу на выставки или представления.
— И ты рассказывал про меня своим друзьям? — вспомнил Чимин слова того полицейского.
— Конечно, мы же работаем вместе!
— Да, но они, кажется, считают, что у нас, — Чимин замялся. — Отношения? Почему?
— Ну, это… — Намджун тоже смутился и замялся с ответом.
— Ой, мы опять пойдем пешком? — Чимин заметил, что они прошли спуск к остановке пневматического метро. Если честно, он был бы не против прогуляться, но боялся, что его ботинки не выдержать таких регулярных прогулок.
— Ты против? — огорчился Намджун. — Я думал, в прошлый раз тебе понравилось.
— Мне понравилось, просто… не хочу все время идти пешком. Может, хотя бы на трамвае вернемся?
— Погоди, нам же не обязательно сразу возвращаться? Пойдем, сходим куда-нибудь перекусить?
— Но госпожа Ким не обидится, что мы перебили аппетит?
— А мы ей не скажем, — заговорщицки подмигнул Намджун и так солнечно улыбнулся, что Чимин с трудом сдержался, чтобы не поцеловать его.
— Хорошо, — улыбнулся он в ответ.

Они отлично провели время в небольшом ресторанчике в центре, а потом все-таки прогулялись по парку. После обнаружилось, что Намджун где-то забыл или потерял свои перчатки. Чимин готов был одолжить ему свои, потому что в его пальто были карманы, но увы, размер у них был неподходящий. После прогулки Намджун заявил, что уже поздно заниматься делами и посадил Чимина на трамвай. Всю дорогу до дома Чимин перебирал в памяти различные моменты этого дня и ловил себя на мысли, что, может быть Тэхен не так уж и не прав, утверждая, что у Намджуна к нему что-то есть. Заснул он в этот день абсолютно счастливым, и снилось ему что-то невероятно приятное.

Сокджин действительно прислал Чимину приглашение на ужин в пятницу. Указанный в приглашении ресторан с иностранным названием «Carnival of Clockwork» был очень дорогим, так что Чимин одевался очень тщательно, хотя все равно был уверен, что будет выглядеть как минимум втрое беднее всех присутствующих. Откуда только у инспектора деньги на такой шик? Именно это он и спросил при встрече с Сокджином.

— От родителей, конечно, — усмехнулся тот. — Не бойся, я не трачу на наш обед последнее жалование. Идем.

На входе в ресторан их встретил метрдотель, который проверил, заказан ли у них столик, а после того, как убедился в этом, завел автоматона, установленного при входе, и тот изящным почерком вывел на картонном прямоугольнике имя Сокджина и номер их столика. Их проводили к столику с номером 11, который значился на их карточке. Чимин огляделся. Все стены ресторана были увешаны разнообразными часами, от самых крошечных, до гигантских, и даже на столике у них стояли часы. Меню им принес вполне живой официант, он же принял заказ. А вот готовые блюда на столик доставили уже автоматоны. Чимин никогда не сталкивался с ними в таком количестве, так что в другое время понаблюдал бы за ними с превеликим удовольствием, но сегодня ему интереснее было узнать об убийстве.
— Все будет в воскресных газетах, — начал Сокджин, — но тебе я вкратце расскажу. Ты был прав, и тот мальчик оказался причастен к произошедшему.
— Значит, это было все-таки убийство?
— Конечно, решать будет суд, но пока все говорит о том, что все-таки несчастный случай, — покачал головой Сокджин. — Подозреваемый, прости, я не стану называть его имени, утверждает именно так, и все улики с этим согласуются. Они поспорили, из-за этой самой мелодии, он дернул листок на себя, посол — на себя, качнулся, задел этажерку, и на него свалилась статуэтка. Мальчишка испугался и убежал. Он даже не сразу понял, что у него только часть листка, обнаружил это уже дома. Рыдал по этой бумажке больше, чем о погибшем.
— Но что в ней такого, в этой мелодии? — удивился Чимин.
— Это в некотором роде наследство. Отец мальчишки был известным композитором, его мелодии на родине очень популярны, на их выпуске можно много заработать. Мальчик незаконнорожденный, и эту самую мелодию отец ему подарил перед смертью от какой-то там тропической болезни. В своей стране он никому нужен не был, решил попытать счастья за границей. Почти добился успеха, нужно сказать.
— А посол то причем? Ну, которого пристукнули. То есть, на которого статуэтка…
— А притом, что это родной брат покойного композитора. И у него все права на оставшиеся мелодии, поскольку официально женат тот никогда не был. И за их счет его личный карман вполне себе неплохо пополнялся. Но жадность его и сгубила, решил у мальчишки отобрать и последнюю тоже. Говорит, сначала был весьма мил, уверял, что хочет помочь племяннику, якобы, родственные чувства проснулись. А потом начал угрожать и отбирать запись. Ну, а дальше я уже рассказывал.
— Надеюсь, мальчика оправдают, — сказал Чимин. — Грустная история.
— С моей профессией веселых немного, — заметил Сокджин. — Поэтому давай поговорим о тебе и Намджуне!
Оставшуюся часть ужина Чимин старательно жевал, лишь бы у него был повод не отвечать на весьма откровенные вопросы Сокджина. Но тому, кажется, не особо нужны были ответы. Он сам озвучивал невероятные предположения и сам же их подтверждал или опровергал, а еще отпускал всевозможные смешные или не очень шуточки и сам же над ними смеялся.

Воскресным утром Чимин должен был встретиться с Тэхеном в недавно открывшемся, но стремительно набирающем популярность французском кафе. Когда он вошел, Тэхен читал газету. Чимин как раз устроился на соседнем стуле, когда друг перевернул очередную страницу и воскликнул.
— Что там?
— Это он! Тот парень, ну, про которого я рассказывал!
— Где? — Чимин огляделся. За некоторыми соседними столиками сидели молодые люди, но кого конкретно имел в виду Тэхен.
— Да вот же, в газете! — Тэхен сунул ему под нос статью из раздела светской хроники. Чимин взял газету в руки. «Золотой макнэ», — гласил заголовок, и часть полосы занимала фотография молодого человека в университетской мантии. Очень знакомого молодого человека. “ Самый младший студент в своей группе, Чон Чонгук тем не менее является образцовым студентом. Отличник, спортсмен и просто обаятельный юноша, не говоря о том, что в будущем он унаследует неплохое состояние».
— Чон Чонгук?
— Да? — раздалось вдруг справа, и Чимин поднял глаза. Перед ним стоял сам Чонгук воплоти, и, кажется, был несколько смущен этой встречей.
— Ты не говорил, что знаешь его, — зашипел рядом Тэхен.
— Говорил, — возразил Чимин. — Я просто не знал, что он именно тот твой таинственный незнакомец.
— Сделай что-нибудь, — Тэхен подтолкнул Чимина в бок.
— Ээээ, привет, Чонгук, — Чимин поднялся. — Не хочешь присесть с нами?
— Хорошо, почему бы и нет? — Чонгук отодвинул стул и сел. Чимин сел тоже.
— Знаешь, про тебя тут пишут интересные вещи, — начал Чимин, показывая газету, которую все еще держал в руках. — Как думаешь, что скажет Намджун, когда узнает, что ты не такой уж бедный студент?
— Намджун не читает светскую хронику, — отмахнулся Чонгук. — А вот его матушка наверняка читает. Что скажет она, когда узнает, что про вас там тоже написано?
— Что? — удивился Чимин.- Где?
— Страницу перелистни, — посоветовал Чонгук, ухмыльнувшись.

Чимин перелистнул страницу и наткнулся на свою фотографию. Похоже, фото было сделано в пятницу во время ужина с Сокджином. Чимин вспомнил, что, кажется, кто-то фотографировал в ресторане, но он не думал, что объектом были они. К фото прилагалось интервью с Сокджином. “ Вчера наш корреспондент встретился с инспектором Кимом, ведущим громкое дело об убийстве (смотрите статью об этом на стр.3). Однако накануне Ким Сокджин был замечен в ресторане с молодым человеком. Поэтому мы не могли не поинтересоваться для наших читателей, не наметились ли какие-то изменения в личной жизни этого завидного и пока еще одинокого жениха. Однако, господин Сокджин сообщил, что ужин был чисто дружеским, в качестве благодарности за содействие в расследовании того самого дела (подробности смотрите на стр.3). А его спутник, Пак Чимин на самом деле встречается с известным ученым Ким Намджуном.»
— Что? — не поверил своим глазам Чимин. Он перечитал строчку еще раз, потом скользнул глазами далее по тексту. Там было что-то про их знакомство, и что он помогает Намджуну в работе, и как удачно, что совпали не только их интересы, но и чувства.
— Что там такое? — поинтересовался Тэхен, пытаясь заглянуть в газету.
— Так, — Чимин поднялся, сложив газету на стул. — Тэхен, это Чонгук, Чонгук, это Тэхен. Надеюсь, вы приятно проведете время. А мне нужно идти.

Чимин очень надеялся, что Намджун дома и никуда не ушел. И еще, что он не видел пока этой газеты. Или лучше бы видел? Все равно нужно было объяснить, что он не говорил ничего такого Сокджину, что тот сам это все придумал, Чимин никогда бы… Конечно, в их просвещенный век никого было не удивить однополыми отношениями, не то что лет сто-двести назад, но мало ли как отнеслись бы к этому родители Намджуна. Тем более, Чимин явно был не парой ему по социальному статусу. А Чонгук как раз был, усмехнулся Чимин, вспомнив статью. Хорошо бы Тэхен в нем разочаровался. Или, лучше наоборот, хорошо бы Тэхен очаровал Чонгука, тогда бы Чимин был уверен, что Чонгук на Намджуна не претендует. Кофейня была всего в нескольких кварталах от дома Намджуна, так что Чимин, поглощенный своими мыслями, почти бегом преодолел это расстояние. И даже открыл дверь своим ключом, не в силах ждать, пока кто-то откликнется на его звонок. Или оттягивая время, когда он посмотрит Намджуну в глаза, он не был уверен. Из кухни выглянула госпожа Ким и тепло ему улыбнулась.
— Намджун в столовой, — сказала она. — Принести тебе кофе? Или будешь завтракать?
— Я… — Чимин замялся. А вдруг Намджун его сейчас прогонит? Маловероятно, конечно, но вдруг? — Наверное, только кофе. Спасибо.
— Я сейчас принесу, — сказала экономка, все еще улыбаясь. Потом добавила, видя, что Чимин замер перед дверью. — Иди, не бойся.

Чимин сделал глубокий вдох и открыл дверь. Намджун сидел за столом с чашкой кофе и читал газету. Конечно, ту самую газету с тем самым злополучным интервью. Чимин не видел, на какой именно странице она была открыта, но это уже было плохим знаком. Или хорошим?
— Доброе утро, — Намджун поднял глаза и посмотрел на него, улыбаясь. У Чимина и так не было слов, но тут, кажется, и все буквы тоже растерялись. — Не хочешь выпить со мной кофе? Или, может быть, завтрак?
— Кофе, — выдавил Чимин, подходя ближе. Намджун потянулся к колокольчику, но Чимин его остановил. — Госпожа Ким сейчас принесет.
— Хорошо, — кивнул Намджун. — Садись, что ты стоишь?

Чимин сел, гадая, как бы начать разговор. Пока он раздумывал, госпожа Ким как раз принесла кофе, а к нему еще свежую выпечку.
— Кушайте-кушайте, мальчики, — сказала она. — А я пока пойду, на рынок схожу.
Намджун кивнул в знак согласия, а когда женщина вышла, сложил газету и посмотрел на Чимина.
— Рад видеть тебя в воскресенье. Обычно в выходной тебя сюда не заманишь.
— Неправда! — возмутился Чимин. — Это ты все время говоришь, что я должен отдыхать и все такое!

Намджун рассмеялся, потом замолчал, просто глядя на Чимина и ожидая, что тот скажет. Чимин взял чашку, чтобы потянуть время еще и отхлебнул кофе. Потом все-таки решил, что нужно как-то разведать обстановку.
— Ты ведь видел статью, да? — спросил он.
— Конечно! — кивнул Намджун. — Мне кажется, её уже все видели.
— И… твои родители?
— Эту газету прислала мне матушка с утренней почтой, — улыбнулся Намджун, похлопав ладонью по сложенной газете. Чимин посмотрел на газету с ужасом.
— И что сказала твоя матушка?
— Что ты кажешься хорошим мальчиком, и она хотела бы видеть тебя у себя на приеме в честь грядущих праздников.
— Что же делать? — расстроился Чимин. — Ты же скажешь ей, что это все неправда? Ты же знаешь, что я не говорил Сокджину ничего такого? Он сам все придумал! Честное слово!
Намджун посмотрел на него как-то странно и слегка напряженно.
— Чимин, ты очень расстроен тем, что в газете написали, что мы встречаемся?
— Но… Это же неправда, — растерялся Чимин. Он не совсем понимал, к чему Намджун клонит. Он разве не расстроен этой статьей? Наоборот, как будто даже был рад ей, сообразил Чимин.
— А ты бы хотел, чтобы это было правдой? — Намджун протянул руку, отобрал у Чимина чашку с кофе, которую тот все еще держал, и взял его ладонь в свою.
— Я… Да, наверное, но… Я не говорил Сокджину ничего такого!
— Я знаю, — кивнул Намджун. — Это я ему сказал.
— Но почему? — Чимин совсем перестал что-то понимать.
— Да потому что уже почти полгода я пытаюсь за тобой ухаживать, но, кажется, делаю это как-то не так, потому что ты похоже до сих пор не понял, что нравишься мне! — выпалил Намджун.
— Ты за мной ухаживаешь? — удивился Чимин. — Я тебе нравлюсь?!
— Мне кажется, это было очевидно, — пожал плечами Намджун и отвел взгляд. Однако руку не выпустил, поглаживая ладонь Чимина большим пальцем.
— Возможно, это было заметно всем, кроме меня, — вынужден был констатировать Чимин. — Даже Тэхен это понял, но я его не послушал.
— Почему? — Намджун снова повернулся и посмотрел Чимину в глаза. — Тебе была неприятна эта мысль?
— Нет, что ты! Я просто боялся в это поверить… Боялся, что придумаю себе твои ответные чувства, влюблюсь в тебя еще больше, а потом, когда мы закончим машину, ты скажешь, спасибо, Чимин, было приятно поработать.
— Значит, я тебе тоже нравлюсь? — уточнил Намджун, поднимаясь со стула, и потянул за собой Чимина. — И ты не против того, чтобы мы встречались?
— Я только за! — тот поднялся следом. — Но твоя семья точно не будет против?
— Дурачок, — Намджун обнял его за талию и притянул ближе. — Я же сказал, мама рада, что я наконец-то встречаюсь с кем-то кроме своей машины.
— А когда я считал многочлены для твоей машины, ты говорил, что я очень умный, — притворно надулся Чимин. Его сердце колотилось, кажется, во всех местах одновременно, а голова кружилась.
— Это ты в математике очень умный! — выкрутился Намджун. — А в отношениях настоящий дурачок. Но я все равно тебя люблю.
Он, наконец, наклонился и поцеловал Чимина.