Work Text:
2017 год
Короче, блять, Хванун болеет. Болеет сильно, так что голова раскалывается и горло практически горит. Его постоянно знобит. А всё, о чём он может думать, это кашель.
«Приди, пожалуйста» — он пишет сообщение своему другу — Конхи. Он больше не может терпеть ни эту боль в груди, ни одиночество.
В ответ приходит смайлик, закатывающий глаза, и Хванун вздыхает, и тут же стонет от боли. Конхи — хороший друг, но сейчас он бегает за очередным парнем, а потому ему не до Хвануна.
— Конечно, зачем спасать от смертельной скуки лучшего друга, — хрипит парень.
«Дурак, зачем вслух, тебя всё равно никто не слышит».
Уже время обеда, и есть хочется всё сильнее. Собрав оставшуюся силу воли в кулак, Хванун поднимается с кровати и на слабых ногах плетётся на кухню. Как только он доходит до стула, сразу же садится на него, кутаясь в кофту. Его знобит. Хванун еле дотягивается до электрического чайника, стоящего на столе, и нажимает на кнопку.
По квартире разлетается трель дверного звонка. Хванун подпрыгивает на стуле от неожиданности.
— Вау, Конхи, ты бросил своего первокурсника и вспомнил про меня, — Хванун едва может говорить, но всё равно бурчит. — Что же заста… — он обрывается, когда видит человека, стоящего в дверях. — Ты не Конхи.
— Как ты догадался? — смеясь, спрашивает незнакомец, на что Хванун лишь фыркает.
— Что ты здесь делаешь? Сейчас для меня не самое лучшее время заводить друзей, знаешь ли, — Хванун держится за стенку из последних сил.
— Я… — парень чешет затылок, словно обдумывает, что сказать. — Как-то давно я проиграл желание твоему другу, и вот я здесь, пока он…
— Ой, знаю я, чем он там занимается, — закатил глаза Хванун. — И мне очень жаль того парня… Донджу, кажется.
Незнакомец видит, что Хванун едва ли не скатывается на пол, быстро снимает обувь и куртку и, подхватив парня на руки, спрашивает:
— Где твоя спальня?
— Какого?.. Поставь меня на место! — верещит Хванун. Пытается. А получается только хрипеть.
— Ага, чтоб ты грохнулся при мне в обморок, — невозмутимо говорит парень. — Не в мою смену. Так где спальня?
Хванун хмурится, но указывает в сторону своей комнаты.
— Как тебя зовут хоть?
— Ёнджо.
Хвануну имя нравится. Ёнджо приносит ему горячий чай с мёдом, отчего горло перестаёт так саднить. Ёнджо ругается на Хвануна, потому что тот не принимает никаких лекарств и ходит босиком. А потом Ёнджо отправляется в аптеку и приносит кучу каких-то коробочек. И носки. Шерстяные.
— Они колятся! — завывает Хванун. Ёнджо устало вздыхает, и советует надеть пару своих обычных носков под шерстяные. Хванун успокаивается. И засыпает почти сразу.
Ёнджо не уходит. Он идёт на кухню и готовит больному куриный суп. И каждые полчаса возвращается в комнату, чтобы дотронуться до лба Хвануна и убедиться, что температура не подскочила.
Хванун просыпается, учуяв приятный запах. Живот предательски урчит, а Хванун слышит смешок. Он поворачивает голову на звук и видит Ёнджо. У Ёнджо в руках книга. Она, между прочим, любимая для Хвануна.
— Привет, — тихо произносит Хванун и улыбается. — Не думал, что ты ещё здесь.
— А дверь я бы оставил открытой? — улыбается в ответ Ёнджо. — Глупый Хвануни. Тебе лучше?
Хванун дуется на Ёнджо за такой «комплимент» и не отвечает, но желудок предаёт его снова, и Ёнджо хихикает. Не выдержав, Хванун тоже начинает смеяться.
— Я хочу есть! — словно капризный ребёнок заявляет Хванун. Он бы ещё и ножкой топнул, да только вот он в постели.
— Есть! — Ёнджо шутливо отдаёт честь, подходит к кровати и снова берёт Хвануна на руки, несмотря на все его протесты.
***
Хванун перепрыгивает с одной ноги на другую, нетерпеливо поглядывая на дверь. Холодно. На улице -10, а он снова забыл шарф. Ёнджо его убьёт.
Ёнджо.
Хванун перекатывает его имя на своём языке. Ён-джо. Оно нравится ему всё также, как тогда, когда впервые его услышал.
Тёплые руки прикасаются к его холодной шее, и Хванун вздрагивает. А затем чувствует как что-то тёплое оборачивают вокруг неё.
— Какой раз ты уже его забываешь? — знакомый голос звучит укоризненно, но от сказанных почти шёпотом слов у Хвануна мурашки.
— А для чего у меня тогда ты? — хихикает Хванун, поворачивается и, встав на цыпочки, чмокает Ёнджо в щёку.
Ёнджо фыркает. Ёнджо берёт Хвануна за руку и ведёт в парк.
— Помнишь, когда я пришёл к тебе в первый раз? — начинает разговор Ёнджо. Он долго искал подходящий момент, и вот, кажется, он наступил. Хванун кивает. — Ты помнишь, что я тебе сказал тогда?
— «Где твоя спальня?» — вспоминает Хванун, его щёки розовеют, но он надеется, что Ёнджо подумает, что это из-за холода. — Не слишком-то романтично.
— Я сказал, что я проиграл Конхи желание, — расстягивая слова, говорит Ёнджо. — Это не совсем правда.
— Не совсем? — переспрашивает Хванун, останавливаясь посреди дороги.
— Нууу… — Ёнджо отводит взгляд. — Вообще-то, это Конхи проиграл мне. И я попросил у него твой адрес. Ты мне нравился, Хванун. Ты мне нравишься.
— Но…
— Я видел тебя так часто и с каждым днём понимал всё больше. Ты. Мне. Нравишься. А потом Конхи начал зависать с этими близнецами, которые постоянно крутились с моей компанией и я только и слышал от него: «Хванун такой, Хванун сякой». И тогда я и решил, сделать всё, что угодно, но познакомиться с тобой.
— Но почему ты просто не подошёл? — Хванун непонимающе смотрел на него, хлопая глазами.
— Я боялся? — смущённо ответил Ёнджо и Хванун заметил румянец на его щеках. Этот большой и сильный парень боялся подойти к нему, к Хвануну. Хванун умиляется, и, он больше не в силах сдерживаться, целует Ёнджо прямо в губы.
Ёнджо не ожидает, а поэтому отвечает не сразу, но всё же отвечает. Хванун чувствует крепкое объятие парня.
Ёнджо. Лучшего имени во всём мире не сыскать.