Work Text:
Желание немедленно вломиться в квартиру она подавила в себе достаточно быстро. В конце концов, после всего, что было перед этим, после того, как она решилась вернуться в Лондон, можно подождать еще немного. Надо дождаться, пока куда-нибудь уйдет Джон. Не хотелось, чтобы кто-нибудь еще видел ее в текущем состоянии нервной системы.
Не звонить и не стучать. Ирэн сегодня, в кои-то веки, не на шпильке. Если он достаточно сильно занят, может подумать, что это Джон забыл что-нибудь и вернулся. Или вовсе не обратить внимания, что кто-то пришел.
В гостиной. Роется в бумагах, лежащих на столике возле камина, пытаясь что-то найти. Как давно она его не видела… И еще недавно была уверена, что не увидит никогда больше. Ирэн делает несколько шагов внутрь комнаты. Шерлок, наконец, замечает ее присутствие, удивленно смотрит своими прозрачными глазами, так и не разогнувшись до конца от кипы бумаг. Еще до того, как сознание успевает обработать происходящее, она с размаху залепляет ему пощечину.
- Сволочь! – И, уже окончательно не соображая, что делает, притягивает его к себе и целует. Ноги все-таки подводят ее, и Ирэн оседает в кресло, стоящее рядом. Темные пятна перед глазами отступают буквально через секунду. Хоть в обморок прямо тут не грохнулась, и то хорошо. И без этого женских глупостей чересчур много для одного раза.
- Ну, можно сказать, ты мне отомстил. - Смех выходит хриплым и нервным. – Справедливости ради, ты был уверен, что я мертва, всего несколько дней. А я…
После случившегося в Карачи она ничего ему не писала. Незачем давать лишние поводы для подозрений кому бы то ни было. У них, конечно, был вариант связи, на экстренный случай. Если в Лондоне вдруг станут известны нежелательные подробности о ней. Или у нее возникнет серьезная проблема. Очевидно, по мнению мистера Холмса, «смерть» мистера Холмса не относится к разряду экстренных случаев.
Ирэн прочитала о случившемся в утренней газете. Попытавшись нащупать дрожащей рукой чашку с кофе, уронила ее и разбила вдребезги, умудрившись довольно сильно поранить осколком лодыжку. И долго сидела, глядя на пол в странном оцепенении. Черный кофе, растекающийся по белым осколкам, удивительно похож на черные пряди волос… И кровь. Эта разбитая чашка потом пару раз снилась ей в кошмарах, на ходу превращаясь в искаженном пространстве сна в его окровавленное лицо и обратно в чашку.
А теперь Шерлок стоит перед ней, совершенно и стопроцентно живой, с горящей от пощечины щекой, со следами ее помады на губах, и ей ужасно хочется его придушить. А потом еще раз поцеловать. А потом еще раз придушить. У него не было ни единой причины скрывать, что он выжил, от нее. Он… просто не посчитал нужным ее уведомить.