Work Text:
У Геральта уходит три дня на то, чтобы спуститься с горы. За отсутствием спутников, в том числе Плотвы, путь проходит в благословенной тишине.
Мужчина ее ненавидит. Какая ирония! Без постоянной болтовни Лютика он слышит собственные мысли. Слышит собственные ужасные слова, которые до сих пор эхом отдаются в ушах.
На закате третьего дня, проходя по пересечённой местности у подножия горы, Геральт замечает маленькую птичку. Первое, что бросается в глаза - перья на ее кремовой груди окрашены кроваво-красным. Ведьмак медленно приближается и вскоре понимает, что пятно, напоминающее рану, - лишь часть оперения. Таких птиц, кровавогрудых голубей, редко встретишь в этой части Континента.
Голубь приглушенно воркует, глядя на Геральта глазами-бусинками.
- Хм, - ведьмак идёт дальше, прорубая себе дорогу через подлесок.
На следующий день, собирая вещи после ночного привала, Геральт слышит шорох крыльев и тихое воркование за спиной. Мужчина оборачивается: голубь следит за ним, сидя на дереве. Птица нахохливается, пару раз проходится клювом по перьям и затем снова воркует.
- Здравствуй.
Голубь немного неуклюже перелетает на соседний куст, продолжая пристально смотреть на Геральта. Тот качает головой - это просто птица, черт возьми. В лесу полно птиц.
Мужчина собирает оставшиеся вещи, закидывает их на Плотву и, держа ее за поводья, направляется на север. Земля здесь ещё недостаточно ровная, чтобы ехать верхом, не опасаясь, что лошадь может подвернуть ногу. Поэтому они идут медленно, осторожно перебираясь через валуны и поваленные деревья.
Геральт, не оборачиваясь, по звуку хлопающих крыльев, понимает, что птичка следует за ними.
В полдень он останавливается, чтобы пообедать. Голубь сидит в нескольких метрах от упавшего дерева, на котором устроился ведьмак, и наблюдает. Геральт вертит в руках хлеб, затем отламывает от него кусок и кидает в сторону птицы. Голубь тут же набрасывается на краюшку. Покончив с ней, птичка выжидательно смотрит на Геральта. Чувствуя себя глупо, тот отламывает кусок побольше и снова бросает его птице. Быстро склевав его и, по всей видимости, наконец насытившись, голубь усаживается на дереве неподалеку.
- Ладно, - мужчина хмурится.
Собираясь продолжить свой путь, Геральт слышит, как голубь начинает петь. Это приводит его в замешательство - в монстрах ведьмак разбирается лучше, чем в птицах, но он уверен, что голуби не поют. Они воркуют. Но этот, увязавшийся за ним, прямо-таки соловьем заливается.
- Хм.
Голубь следует за мужчиной. Поначалу - перепрыгивая с дерева на дерево. Когда земля становится ровнее и Геральт садится на Плотву, птичка летит позади, все время что-то напевая и периодически взмывая в небо.
Вечером Геральт делает привал. Стоит неожиданная тишина. Ведьмак равнодушно собирает хворост - он делает это больше по привычке, чем из-за нежелания замёрзнуть.
- Сегодня большой костер нам не понадобится, - говорит он Плотве, складывая ветки в кучу. - Становится теплее.
Лошадь фыркает. Геральт поднимает голову и чуть не роняет хворост.
Голубок сидит на спине Плотвы и чистит клювом перья. Лошадь это, кажется, совсем не беспокоит - она мирно жуёт траву, не обращая никакого внимания на голубя.
- Похоже, ты нравишься Плотве, - говорит ведьмак, поднимая брови. Птичка в ответ воркует.
Геральт быстро разжигает костер, разворачивает подстилку (палатку он не ставит, ведь никто не ноет, что она нужна) и лезет в сумку посмотреть, что у него ещё осталось съедобного. Он мог бы отправиться в лес и поймать кролика или даже оленя, но он один, так что охота кажется ему немного бессмысленной.
В сумке ведьмак находит хлеб, немного сморщенное яблоко и остатки сушёного мяса. Он ест в тишине, изредка поглядывая на голубка.
- Голоден? - спрашивает Геральт, кивая головой. Голубь не двигается. Тогда мужчина отрывает кусок хлеба и вертит его в руках. Он задумывается на мгновение, а затем вместо того, чтобы бросить, кладет хлеб на землю рядом с собой. Птица без колебаний подлетает ближе и принимается клевать свою часть ужина.
- Молодец.
После скудной трапезы голубь снова начинает петь. Геральт смотрит на него в мерцающем свете костра. Ведьмак уверен: красное пятнышко на груди птицы стало больше.
Голубь поет ему всю ночь.
Следующим утром птица сидит у тлеющего костра и наблюдает за ведьмаком, собирающим вещи. Сложив все в седельные сумки, Геральт запрыгивает на Плотву. Птичка пристально смотрит на него.
- Ну, ладно, - говорит он.
Голубь воркует и, взлетев, усаживается на круп лошади. Плотва снова никак не реагирует. Когда они трогаются с места, птица заливается очередной веселой песенкой.
Геральт почти уверен, что уже слышал эту мелодию раньше.
День проходит тихо и спокойно. Геральт даже не знает, куда именно направляется - он просто едет на север, надеясь, что там кому-нибудь понадобится помощь ведьмака. Кровавогрудый голубь все поет, поет и поет.
- Забавно, - подмечает Геральт после нескольких часов пути, - ты мне кое-кого напоминаешь.
Птичка тихо воркует.
Остановившись на обед, ведьмак делится остатками еды с птицей и Плотвой. Он наблюдает за голубем, пока тот клюет хлебные крошки.
- Твои перья покраснели ещё больше, - говорит Геральт. Птичка смотрит на него, не мигая. - Я не разбираюсь в птицах. Так и должно быть?
Голубь щебечет и машет крыльями, разводя их в стороны.
- Понятно.
Этой ночью вновь Геральт лежит на подстилке рядом с костром и слушает птичьи трели.
Он просыпается от неожиданного пронзительного писка и резких ударов по лицу. Голубь свистит, сидя у него на лбу и хлопая крыльями по щекам. Геральт садится, и птица отлетает в сторону, не переставая верещать.
Ведьмак готов выругаться и спросить у проклятой птицы о том, что случилось, когда до него доносится мерзкий запах гниения. Гули.
Через секунду Геральт уже стоит на ногах с мечом в руке. Гули с рычанием выпрыгивают из-за деревьев. Их всего трое, и ведьмак легко расправляется с ними. Когда уже мертвые гули лежат у его ног, он поворачивается к голубю, сидящему на дереве, на безопасном расстоянии от тварей.
- Спасибо.
Птица воркует в ответ.
Во время завтрака Геральт отламывает голубю кусок хлеба побольше. Ему кажется, что тот двигается как-то вяло и без прежнего аппетита поклевывает свой хлеб.
- Ты в порядке, голубок?
Тот молчаливо смотрит на ведьмака.
- Мне нравится твое общество, - признает Геральт, чувствуя себя глупо. - И твое пение тоже. Хотя я уверен, что ты не должен уметь петь.
Когда они отправляются в путь, мужчина продолжает говорить с голубем, надеясь, что Плотва не будет возражать. Ведьмак начинает с рассказа о драконе. Затем говорит о монстрах, с которыми сражался. Потом о гулях, с которыми ему приходилось сталкиваться. Рассказывая о своих приключениях, он чувствует свинцовую тяжесть на сердце.
Вечером, устраиваясь на привал, перед этим поймав кролика, Геральт рассказывает голубю о Лютике. Ему кажется, это то, что он должен сделать.
- Я… кое с кем путешествовал, - начинает ведьмак и потом не может остановиться, выкладывая все своему попутчику. Злость. Ссора. Единственное желание - ужасное и все-таки исполнившееся. Геральт не осознает, насколько крепко он цепляется за это воспоминание, пока не говорит о нем вслух. Ему становится легче, когда он завершает свой рассказ. Все это время голубь смотрит на ведьмака чистым понимающим взглядом.
Птичка поет, пока Геральт не проваливается в сон.
Они путешествуют вместе в течение пяти дней. Голубь не перестает петь, а «рана» на его груди не затягивается, а, наоборот, только увеличивается. Птица становится все более вялой, поэтому большую часть времени сидит на Плотве, слишком ослабленная, чтобы летать. Геральт волнуется за голубя (хотя и не хочет этого признавать). Ведь тот такой маленький и хрупкий. Ведьмак должен присматривать за ним, следить, чтобы с ним ничего не случилось.
Геральт не может облажаться.
***
На пятую ночь их путешествия Геральт отправляется на охоту, оставляя Плотву и голубя на месте их временного привала. На поляну он возвращается с двумя кроликами, переброшенными через плечо, собираясь сразу же заняться их приготовлением.
Вокруг непривычно тихо. Ведьмак сбрасывает добычу на землю рядом с сумками. Слышен только шелест листьев на деревьях.
Голубок.
Когда Геральт уходил, тот сидел на Плотве, которая теперь стоит неподвижно и нервно водит носом по земле. Мужчина подбегает к лошади, чувствуя, как душа уходит в пятки.
Голубь лежит на земле в ворохе листьев с раскинутыми в стороны крыльями.
Кроваво-красное пятно расползлось по его груди еще больше, светлые перья по краям «раны» порозовели. Заметив, что тельце голубя вздымается и опускается, Геральт снимает перчатки и подхватывает птицу на руки. Ладонями он ощущает заполошное сердцебиение голубка.
Ведьмак чувствует слабые отголоски боли в груди. Вина, которую он начал испытывать еще на горе, растет. Она давит ему на плечи, пытаясь затопить его целиком.
- Даже не думай, - говорит он приглушенно. - Я, черт возьми, не умею лечить птиц.
Голубь никак не реагирует и все также неподвижно лежит в его руках.
- Я знаю, что подонок, - продолжает Геральт. - Я совершил столько ошибок. Я… - он делает глубокий вдох. - Мой друг. Бард. Лютик. Не хочу, чтобы он считал, что я действительно так думаю о нем. И… эта чертова гора, голубок. Все эти опасности ничто для ведьмака, но не для чертова барда. Я прогнал его. Подписал ему смертный приговор. Я не хочу, чтобы и ты умер из-за меня…
Птица кажется ведьмаку невесомой. Он смотрит на голубя с отчаянием.
- Я…
Геральт не может закончить предложение. Он чувствует, как замедляется сердцебиение птицы. Он подносит ладони ближе к лицу, почти утыкаясь носом в грудку голубка, в перья, что все еще продолжают окрашиваться кроваво-красным. Мужчина закрывает глаза.
- Мне кажется, я любил его. Мне кажется, я любил его, но осознал это чертовски поздно.
Голубь дрожит. А затем его сердце останавливается. Еще один камень на плечах Геральта, который тянет его вниз.
Медальон ведьмака гудит. Нет, не просто гудит, он вибрирует, отскакивая от груди и качаясь на цепочке. Ладони Геральта начинает обжигать и покалывать. Он убирает руки от лица и видит, что тельце голубя мерцает странным золотистым светом. Геральт аккуратно кладет птицу на кучку опавших листьев. Колеблющийся свет тут же окутывает голубка, кружа вокруг него подобно туману. Почва под ногами будто бы начинает двигаться, воздух наполняется магией. У Геральта звенит в ушах. Магии становится все больше, она давит на него, оглушает, а затем…
Вспышка света ослепляет ведьмака. Плотва тихо ржет и бьет копытом, пока свет, исходящий от тела птицы, пульсирует и искрится.
Свет постепенно гаснет, заставляя темные круги плясать у Геральта перед глазами. Ему приходится моргнуть несколько раз, чтобы прогнать их. Из его легких будто вышибли весь воздух.
На земле, свернувшись в клубочек, лежит Лютик. Он одет, как в день охоты на дракона. Его одежда потрепана и изорвана. На светлой рубахе - темное пятно засохшей крови. Геральт, не раздумывая, бросается к Лютику, одной рукой сжимает его предплечье, а второй - осторожно касается его подбородка, поворачивая его к себе лицом.
Нет, нет, нет…
Стоит гробовая тишина.
- Лютик.
Где-то в лесу начинает петь птица.
И Лютик открывает глаза.