Work Text:
Старый фотоальбом, внутри которого картинки потускнели от времени, от этого Анастасия только сильнее заинтересовалась. Книга находилась на чердаке её родителей, вероятно, в течение многих лет, да и нашла она его случайно — во время игры в прятки со своими братьями и сестрами.
Её младший брат Виктор думал, что наверху водятся монстры, но Анастасия, будучи храброй двенадцатилетней девочкой, решила, что это будет последнее место, где он решит её искать. Когда она пряталась, то нашла стареющую книгу внутри коробки, в которую врезалась. Любопытно. Девочка открыла её и ахнула, увидев, сколько на самом деле тому лет. Судя по фотографиям, должно быть, он ещё с тех времен, когда камеру только начали популяризировать.
В конце раунда Анастасия вернула книгу в коробку и вылезла с чердака, не прекращая думать о ней. Прошла всего неделя, но альбом настолько задел её любознательность, что, вооружившись фонариком, она крадётся через темень, чтобы взглянуть на него каждую ночь. Это был очень странный фотоальбом, потому что не был похож на те, которые любила делать ее мама. Похоже, он мог быть таким же старым, как их прабабушка.
В книге присутствовали фотографии многих людей, но наиболее заметные были с двумя мужчинами: один человек, который выглядел очень рьяным Снежнаянином (и который смахивал, на её папу в молодости), и мужчина из Ли Юэ. Почти на каждой следующей был либо один из них, либо снова двое, но на тех немногих, на которых мужчин не было, вместо этого пребывали другие люди, которых она видела на протяжении всей оставшейся части книги.
Сначала она думала, что эта книга — своего рода альбом дружбы, вроде тех, которые она когда-нибудь сделает со своими друзьями, но чем больше страниц она пролистывала, тем больше понимала, что это, скорее всего, личный альбом. Подписи к фотографиям написали красивым плавным шрифтом, и это было так мило, что Анастасия поклялась однажды написать так же красиво. Они упоминали имена, места и даты, что позволило ей частично понять истории людей, чьи фотографии были с любовью сохранены на страницах книги.
Она читала о бодром шеф-поваре по имени Сян Лин, рок-звезде по имени Синь Янь, двух мальчиках-подростках в синем, которые помечены как Синь Цю и Чунь Юнь, Ху Тао, не по годам развитом директоре похоронного бюро, и о молодом человеке по имени Сяо, который, похоже, пристрастился к миндальному тофу, если изображение, на котором он наслаждается тарелкой (согласно подписи), было каким-либо признаком. Там была страница, полная фотографий, сделанных, казалось, изнутри куста или из-за стены, и все они были связаны с одной парочкой, правда лиц не было видно. Эта страница была помечена как: «Сватовство прошло успешно: Надя и Влад на свидании».
На других страницах была изображена женщина со светло-голубыми волосами и рогами. Её любимым фото оказалось то, на котором она, казалось, наслаждалась чашкой чая с двумя другими женщинами: одна с длинными белыми волосами, а другая с крутой повязкой на глаз. Это напомнило ей пиратов, о которых Виктор всегда положительно отзывался, даже хотел присоединиться к ним, когда вырастет. Если бы все пираты были похожи на эту даму, то, возможно, Анастасии захотелось бы пойти с ним, когда он наконец-таки присоединится. Девочка сбилась с толку, когда перевернула следующую страницу и увидела двух птиц и оленя, тем более что они совсем не похожи на оленей или птиц, которые у них в Снежной. С ними красовалась старуха… может, она была их владелицей?
Было круто видеть всех этих интересных людей, но больше всего её внимание привлекли два самых заметных человека. Фотографии начинались довольно формально, но человек из Снежной выглядел так, будто по мере того, как Анастасия пролистывала книгу, становился всё более прилипчивым и прилипчивым. Видимо, они тоже были заядлыми путешественниками, ведь с ними попадались фотографии со всего мира. В первой части книги были показаны пейзажи Ли Юэ, но довольно быстро сменились на ландшафтами Мондштадта, Фонтейна и даже Инадзумы!
Анастасия перевернула следующую страницу и ахнула, когда узнала заснеженную местность Снежной. На заднем плане виднелись некие ориентиры, которые она могла легко определить, только на фотографиях они выглядели новее, чем когда она последний раз видела их вживую. Однако, к её удивлению, появился рисунок двух мужчин, стоящих перед знакомым домом городка Морепесок. Её семья жила здесь на протяжении нескольких поколений, и она никогда не смогла бы спутать свой родной город с чем-то другим. Она быстро перевернула страницу и увидела следующую фотографию, где те стоят с какой-то большой семьей. Это напомнило ей её собственную, и она начинала понимать, почему так.
Анастасия услышала какой-то шорох с первого этажа и быстро закрыла книгу. Ей пришлось лечь спать на ночь, прежде чем мама поймала её, но уже следующей ночью она вернулась, потом ещё раз и ещё двумя ночами спустя. Фотокнига была похожа на поиск капсулы времени, и она знала, что не сможет отпустить ее, пока не выяснит все секреты, таящиеся среди блеклых страниц.
Ночь за ночью, страница за страницей. Она наблюдала за их жизнью через фотографии, ей было интересно, что за люди скрываются за ними на самом деле. Шли годы в фотографиях, качество камеры постепенно улучшалось, как и сами образы. Там, где сначала она не могла разглядеть все подробности, примерно к середине книги уже смогла разобрать, что у Снежаянина на щеках появились лёгкие веснушки.
На этих фотографиях они до сих пор вместе, но лишь когда она ещё раз перевернула страницу и увидела рисунок, на котором те целуются — действительно поняла, какими были их отношения. Это заставило улыбнуться, Анастасия была безмерно рада, что на этих картинках они выглядели по-настоящему счастливыми.
Казалось, они старели медленно, потому что картинки шли плавно и довольно часто. Были и фотографии, где они присутствовали на свадьбе, в которой явно использовались традиции Снежной. Когда она наткнулась на одну из таких — рассеянно провела по ней пальцами. По какой-то причине момент показался знакомым, как будто она где-то видела именно эту фотографию.
Думая, что это, должно быть, воображение разгулялось, Анастасия отмахнулась от этой мысли. Звучит смешно. Вместо того, чтобы исследовать его поглубже, она просто перевернула пару страниц и вновь потерялась в книге воспоминаний, которые ей не принадлежали.
К концу книги оба мужчины выглядели довольно пожилыми, но все ещё были так же влюблены, как и долгое время назад. Будто не понимая какой-то шутки. мужчина из Ли Юэ, казалось, смеялся над Снежнаянином, который не сумел задействовать странную штуковину, что всё время таскал за собой в Ли Юэ и Инадзуме. Или может, он просто сказал что-то смешное?
На следующий день Анастасия пошла к дому своей прабабушки, с книгой в руке. Пожилая женщина открыла дверь и тут же на пороге обняла её.
— Ах, моя маленькая Ася, — проворковала она, — пришла ко мне в гости, да? Заходи внутрь, пока не простудилась. — Анастасии вручили дымящуюся кружку чая, когда она села за кухонный стол, и та с удовольствием его выпила, ожидая, пока прабабушка тоже сядет. — Так в чем дело, Ася? В этот раз ты не взяла с собой Витю, — заметила старуха, и девочка плавно уложила на стол книгу.
— Прабабушка, я нашла это на чердаке. Кто эти люди? — Она наблюдала, как её прабабушка открыла книгу и пролистала несколько страниц, прежде чем усмехнуться.
— Ох, Ася… Я много лет не видела эту книгу, удивлена, что ты её нашла.
— Так ты знаешь, кто они? — нетерпеливо спросила Анастасия. — Там есть кто-то, очень похожий на папу, но не совсем. — Она снова усмехнулась.
— Не совсем, потому что вы родственники. Этот мужчина, — она постучала пальцем по фотографии ярко улыбающегося Снежнаянина, — мой старший брат, Аякс. Ты бы никогда с ним не познакомилась, он умер, когда твой папа был ещё молод.
— А другой человек? — спросила Анастасия, указывая на брюнета из Ли Юэ.
— Ах да, это мой зять, мистер Чжун Ли. Он всегда говорил, что мне не нужно его так называть, но, как говорится, от старых привычек трудно избавиться. — Старуха засмеялась. — Мать и отец не редко задавались вопросом, как кому-то вроде моего старшего брата удалось убедить такого искушённого человека, как мистер Чжун Ли, выйти за него замуж, но однажды он так и сказал мне: «Тоня, я даже не знаю, как это случилось, но он единственный, кто убедил меня». — Анастасия усмехнулась и внимательно рассмотрела фотографии в книге.
— Они действительно любили друг друга, правда?
— Ещё как, все ворчали, потому что они были как не разлей вода, — сказала ей ее прабабушка. — С тех самых пор я не видела в ком-то такой сильной любви.
Она напевала и перелистывала одну за другой страницей в книге, глядя в лицо брату, которого она никогда не знала. Так много его личности проявилось в улыбке, которую он излучал буквальной на каждой картинке, из-за чего Анастасия жалела, что не встретилась с ним хоть раз.
— Прабабушка?
— Да, Ася? — Анастасия посмотрела вниз и нервно постучала пальцами по столу.
— Как думаешь, я бы ему понравилась? — Старуха вздохнула и с улыбкой покачала головой.
— Ой, Ася. он бы тебя обожал. Он всегда баловал меня и других моих братьев, когда мы были детьми, а со временем стал любить ещё сильнее. — Девушка засияла и спрыгнула со стула, чтобы крепко обнять прабабушку. — А теперь позволь мне рассказать тебе историю о том, как он поймал нам рыбу больше, чем наш дом…
***
После того, как девочка вернулась из дома своей прабабушки, потребовалось немало времени, чтобы набраться смелости и дочитать книгу до конца. В тот вечер она открыла последнюю страницу, на которой вообще не было фотографий. Вместо них — прессованный цветок, окрас которого за долгое время поблек, и поспешно, но аккуратно написанное на последней странице письмо. Немного трудно оказалось читать при слабом освещении от фонаря, который та пронесла с собой на чердак несколько дней назад, но, тем не менее, часть ей удалось разобрать в меру своих возможностей.
Моему дорогому Аяксу,
Мы всегда знали, что однажды горы истощатся от времени и потоки уменьшатся до тонкой струи. Всё хорошее когда-нибудь заканчивается, и всё же я просто не могу заставить себя признать, что и ты отправишься куда-то, за чем я не смогу последовать. На протяжении десятилетий ты приносил радость и смех в мою жизнь, и я бы ни на что не стал это менять.
С того дня, как мы встретились в гавани Ли Юэ, я знал, что ты окажешь немыслимое влияние на мою жизнь, как никто другой. Я не знал настоящей любви до тебя, и сомневаюсь, что когда-нибудь узнаю снова. Больше никогда не будет такого человека, как ты, который всегда мог бы сбить меня с ног, даже если твои кости стали старыми и ломкими, и никогда больше не будет человека, который знает меня так же хорошо, как ты.
Однажды ты сказал мне, что никогда не ожидал зайти так далеко, да и толком и не планировал своё будущее, — вместо этого полагая, что уйдёшь в огне славы на поле битвы, — но встреча со мной заставила тебя захотеть жить. Ты оказал на меня такое же влияние, потому что я никогда не беспокоился о том, как быстро проходит время, пока ты не ворвался с ноги в мою жизнь. Даже когда я сижу здесь, у твоей кровати — больше не могу представить свою жизнь без тебя, и боюсь того, что принесёт мне будущее.
Я знаю, что если ты это увидишь, то просто посмеёшься надо мной и скажешь, чтобы я перестал беспокоиться о пустяках, но… ничего не могу с собой поделать. Однако, несмотря на это, я принял решение. Что бы ни случилось, сейчас или потом, моё сердце всегда будет с тобой до самого конца и даже больше.
Уверен, ты сможешь хорошо отдохнуть, когда придёт время, любовь моя. Я пойду следом за тобой и буду лишь надеяться, что ты всё-таки встретишь меня по ту сторону границы.
Навеки твой,
Чжун Ли.