Work Text:
Согласно теории Киске, все в мире существовало в равновесии: и если в Обществе Душ имелся свой Король, то должен быть Король и в Уэко Мундо.
Ичиго нравилась эта теория. Она означала, что где-то в мире пустых существовал вполне конкретный кто-то, кому можно было выставить счет за все то безобразие, которое сейчас творилось вокруг.
Каракура была в осаде уже почти полгода. Возможно, причиной этому была Гарганта, которую забыл закрыть за собой какой-то идиот-арранкар. Возможно, война с Куинши истончила границу между мирами так, что пересечь ее стало возможным даже самым слабым из Пустых. Как бы то ни было, а результат был один: полчища Пустых, больших и мелких, заполонили улицы Каракуры.
Ичиго забыл, когда в последний раз нормально ел и спал. Без устали он истреблял Пустых, но меньше их не становилось. И было ясно, что близится тот день, когда он выбьется из сил и сделает ошибку.
— И что ты сделаешь, когда найдешь Короля? — Голос Гриммджо был полон скепсиса. Он считал, что Ичиго дурак, и что вся эта затея с поисками Короля — кратчайший путь к самоубийству.
— Побью его, — процедил сквозь зубы Ичиго. — Ты, главное, Гарганту мне открой.
На лице Гриммджо мелькнула гримаса раздражения, но затем он поднял руку и ленивым жестом разорвал пространство, открывая Ичиго дорогу в мир теней.
— Надеюсь, ты со всеми попрощался, Куросаки, — мрачно сказал он. — Я твою мертвую тушку назад не потащу.
— Не беспокойся, Гриммджо. Я помирать не собираюсь, — ответил Ичиго с уверенной улыбкой на лице. — Вот только Короля найду, побью его, заставлю отозвать всю эту ораву — и сразу домой.
— Ну-ну, — сказал Гриммджо, ковыряясь пальцем в ухе. — Ты, главное, запомни это: тебя через три дня нет у Лас Ночес — домой добираться будешь автостопом.
— Ага. Понял, — сказал Ичиго и понесся вперед. Фигура Гриммджо скрылась из виду через три флэш-степа. Через пять — даже реяцу его уже было не засечь.
День первый Ичиго промаялся дурью, шатаясь по лесам Меносов и исследуя пещеры. День второй прошел в попытках пересечь пустыню. На третий день Ичиго осознал, что потерялся, и что его обратный билет уже просрочен, а в поисках Короля он продвинулся не дальше, чем когда только ступил ногой в Уэко Мундо.
Безликие смотрели на него с опаской и с недоумением, и провожали его голодным взглядом, когда он плелся мимо них, еле переставляя ноги и волоча свой отяжелевший меч по песку. Затем на четвертый день, или может быть на пятый, Ичиго увидел "дерево". Хотя назвать его деревом было бы неправильно — это был кустарник с белыми ветвями, раскинувшийся непроходимым полотном среди пустыни. Игольчатые ветви переплелись в причудливые формы, и в самом центре образовали кокон. Изнутри пульсаром било реяцу.
— Нашел, — прошептал Ичиго, не веря своим глазам. И устремился к белому кусту.
Остановившись у самого края, он с опаской посмотрел на колючие заросли — от одного их вида было больно. Но делать было нечего: не поворачивать же ему назад у самой цели! И смирившись с неизбежными порезами, Ичиго осторожно протиснулся внутрь.
Так, наверное, выглядела смерть от тысячи бумажных порезов — с тоской подумал Ичиго, когда от загадочного кокона с (предположительно) находившимся внутри него Королем его уже отделяли считанные метры. Он потянулся еще, протиснулся еще, продавился внутрь и нащупал в глубине тесно сомкнутых ветвей чье-то тело. Не долго думая, на самом деле не думая вообще, Ичиго второй рукой ухватился за меч и со всей дури рубанул им по мешающим кустам. Из срубленных кустов брызнула кровь. Белесые ветки разом разомкнулись, одновременно выпуская из своих объятий Короля, и тут же устремились в атаку на глупого шинигами, размахавшегося своим мечом в самом сердце Уэко Мундо. В его живом сердце.
Примерно в тот же миг до Ичиго дошла ошибочность его пути, и он, схватив покрепче Короля, позорно бросился бежать. Ветки проткнули землю в том месте, где он стоял секунду назад. Затем, как тысяча рук, они протянули за ним кривые пальцы, и там, где раньше был белесый куст, в миг раскинулся костлявый лес.
Ичиго несся прочь со всей скоростью, на которую только был способен, но ветви все тянулись вслед за ним. В какой-то миг одна из них обвилась вокруг его щиколотки. Ичиго полетел вниз. Ударившись грудью и зарывшись головой в песок, он не мог даже сделать ни единого вдоха. Не мог даже пошевелиться, когда ветки принялись оплетать его и душить.
Затем что-то произошло, Ичиго не сразу разобрал, что именно. Просто в один миг он был на волосок от смерти, а в следующий — с рычанием и бранью Гриммджо тащил его на своей спине прочь от убийственно настроенной растительности.
— К…король, — прохрипел Ичиго, когда ему, наконец, удалось вдохнуть.
— Дурак ты, — прорычал Гриммджо. И ушел в сонидо.
***
— Ну, поздравляю, — с издевкой проговорил Гриммджо, ткнув ногой в костлявое белое тело, — Что-то ты все-таки оттуда выудил. Только вряд ли это Король.
— Как не Король? — возмутился Ичиго. — Ты же сам видел: и куст, и белый кокон — все как сказал Урахара.
Глаза Гриммджо опасно сверкнули, и он молниеносно оказался рядом. Схватил Ичиго за грудки и прорычал в лицо:
— С каких это пор ты веришь всему, что тебе говорит этот проходимец? Урахара рассказал тебе красивую сказку, а ты повелся, как идиот. Еще и меня в это впутал.
Он с отвращением отбросил Ичиго от себя, как ненужный мусор, и походкой раздраженного кота направился к распростертому на земле Королю. Ичиго поднялся, отряхнулся, подбирая по дороге свой меч и потрепанную гордость, и, пошатываясь, побрел вслед за ним.
— Ну, хватит спать, — рявкнул Гриммджо, тряся Короля в руках, как тряпичную куклу. Белая голова в белом шлеме безжизненно запрокинулась назад, затем мотнулась вперед и так повисла.
Гриммджо нахмурился.
— Слышь, Куросаки, тебе он никого не напоминает? — спросил он, прищурившись.
Ичиго остановился, в задумчивости потер шею.
— Есть что-то… знакомое, — нехотя согласился он. И добавил, поравнявшись с Гриммджо, — Ты, это, перестань его трясти. Лучше подумай, как его разбудить.
Гриммджо искоса посмотрел на него, не выпуская Короля из рук.
— Есть одна идея, — сказал он, и в этот момент Ичиго должен был, конечно же, сообразить, что раз это была идея Гриммджо, она по определению должна была оказаться плохой. Но Ичиго замешкался, а Гриммджо уже успел отвести руку назад, чтобы затем с размаху врезать в челюсть Королю.
— Ты что делаешь, скотина?! — взвился Ичиго, когда прямо перед его глазами от удара арранкара белая фигура вскинулась вверх и отлетела на несколько десятков метров прочь, прорыв собой глубокий след в песке.
— Без паники, Куросаки, — отряхивая руку, спокойно сказал Гриммджо. — Король от одного моего удара не загнется, а если уж загнется, значит, никакой он не король.
— Чокнутый придурок, — буркнул Ичиго и, двинув арранкара плечом, на негнущихся ногах побрел к неподвижной белой фигуре вдалеке. Фигура вдруг пришла в движение. Поднявшись, как марионетка на невидимых нитях, Король на секунду замер в воздухе, затем белая маска, закрывающая все его лицо, треснула пополам как скорлупа яйца, и из трещины потоком хлынуло реяцу.
Ичиго и Гриммджо распластало по земле.
— Смотри, что ты натворил, придурок! — процедил сквозь зубы Ичиго.
— Чья дурацкая идея была найти Короля Пустых?! — огрызнулся Гриммджо, отплевываясь от песка. Он извернулся как-то, умудрившись вытащить из ножен меч — замечательная мысль, о которой Ичиго сейчас и мечтать не мог, так сильно его вдавило в землю.
— Пантера! — прохрипел где-то совсем рядом арранкар, высвобождая свои способности. Ичиго мог только лежать и молча завидовать.
— Я не могу дотянуться до Зангетсу, — просипел он.
— Тебе… и не надо, — ответил Гриммджо, тяжело дыша, где-то у самого его уха. — Ты… просто… полежи так.
— Гриммфг… — только и мог сказать по этому поводу Ичиго, потому что синеволосый панк забрался ему на спину и, оттолкнувшись лапами, подпрыгнул вверх. Прыгнул он, конечно, высоко. Высоко и красиво: сделал в воздухе сальто и приземлился, как все кошки, на четыре лапы — аккурат на Короля. Затем, обхватив его всеми четырьма конечностями, он со всей дури стукнул по белесой маске лбом.
Даже с того расстояния, на котором находился от них Ичиго, до него донесся звук ломающейся кости. Ичиго зажмурился — на тот случай, если это был звук ломающегося черепа Гриммджо. Но, как оказалось, переживал он зря. Вязкое, вызывающее отчаяние реяцу Короля рассеялось, и когда Ичиго, наконец, поднял голову, он увидел, как одна половина белой маски вместе с краем шлема покрылась мелкой сетью трещин и осыпалась, рассеиваясь в пыль.
Ичиго нервно сглотнул.
Гриммджо, тихо выругавшись, разжал лапы и отпрыгнул назад.
— Что ты делаешь, Гриммджо? — холодно спросил Улькиорра, смеряя их обоих беспристрастным взглядом меланхоличных зеленых глаз.
— Куросаки, — проговорил Гриммджо сквозь зубы. В голосе его звучали тоскливые нотки. — Знал бы ты, как я тебя сейчас ненавижу.
— Я и сам сейчас себя ненавижу, — мрачно ответил Ичиго, кладя руку на рукоять Зангетсу. — Вдвоем, может, получится? — с надеждой спросил он.
— Гребаный оптимист, — отрезал Гриммджо, готовясь к атаке.
Улькиорра молча наблюдал за ними, должно быть, решая, кого убить первым. Взгляд его в конце концов остановился на Сексте.
— Гриммджо… — начал он, делая шаг навстречу ему, и Ичиго инстинктивно рванулся вперед, загораживая собой арранкара.
— Он тут ни при чем, Улькиорра. Это я тебя убил, — сказал он.
— Куросаки, тебе надо посмотреть в словаре значение слова "убил" — пробормотал Гриммджо, бесцеремонно отодвигая его в сторону.
Улькиорра медленно моргнул, переключая внимание на Ичиго.
— Куросаки Ичиго, — проговорил он, — ты все еще жив. И это, как я понимаю, означает, что Айзен-сама мертв?
— Э, он… выбыл из игры, так сказать, — сказал Ичиго. Гриммджо презрительно фыркнул. Улькиорра повернулся к нему.
— Если это так, почему ты все еще жив, Гриммджо? — спросил он.
— Знать не знаю. Спроси у шинигами. Это у него тут комплекс — всех спасать. Вайзардов, шинигами, арранкаров, теперь вот Короля…
— Короля? — впервые за все время в голосе Улькиорры послышалось что-то отдаленно напоминающее интерес.
— Ну, это длинная история вообще-то, — замялся Ичиго.
Улькиорра посмотрел на него так, как будто перед ним было глупое дитя.
— Я никуда не спешу, — сказал он. И трудно было с ним не согласиться.
***
— Ну, и вот поэтому он здесь, — завершил свой рассказ Ичиго в полной тишине. То есть, она была бы полной, если бы из-за стены непрерывным потоком до них не доносился голос Орихиме:
— Как ты себя чувствуешь, Улькиорра-кун? Тебе ничего не болит, Улькиорра-кун? Ох, ты же, наверное, проголодался! Хочешь, я приготовлю тебе, что-нибудь, Улькиорра-кун?..
Гриммджо сказал то, что было у всех на уме.
— С каких это пор он стал для нее "Улькиорра-кун"?
— Э… не знаю, — растерянно ответил Ичиго. — Даже не думал, что Иноэ так обрадуется его возвращению.
— Хм, — впервые за все время подал голос Урахара. — Весьма интересно, весьма. Значит, ты нашел то место, где должен был быть Король?
— Ага, — кивнул Ичиго. — Но там был только Улькиорра. Не знаю, как он туда попал, и как вообще оказался жив! И где теперь искать Короля?
Урахара таинственно улыбнулся.
— Думаю, ответ на все эти вопросы очевиден, Куросаки-кун, — Улькиорра и есть Король.
— Что? — спросил Ичиго.
У Гриммджо в этот момент словарный запас оказался побольше.
— Да ты совсем сдурел, полосатая шляпа! — зарычал он, вскакивая на ноги. — Какой с него Король? Он даже среди арранкаров Айзена ни разу не был первым.
— Я согласен с Гриммджо, — неожиданно раздался голос Улькиорры. Он стоял на пороге комнаты, спокойный и равнодушный, привычно засунув руки в карманы брюк. — Более того, если даже предположить, что это и в самом деле правда, и я действительно Король Уэко Мундо, боюсь, знаю я об этом не больше чем вы.
— Но все равно, разве это не замечательно, что Улькиорра-кун вернулся? — подала голос Орихиме, выглядывая из-за плеча Кватро.
— Э… — сказал Ичиго.
— Дай я подытожу, — пришел ему на помощь Гриммджо, — Значит, получается, что ты и я, — он указал пальцем на Ичиго и себя, — рискнули задницами, чтобы вернуть Иноэ ее бойфренда?
— Что? — сказал Ичиго.
— Что? — взвизгнула Орихиме, замахав руками, — Нет-нет-нет! Гриммджо-сан, не говорите так!
— Что такое бойфренд? — спросил Улькиорра, чуть склонив голову набок.
Урахара рассмеялся.
***
— Все эти Пустые хлынули в Каракуру, потому что испугались чего-то в Уэко-Мундо. — Улькиорра говорил медленно и ровно, и ощущалось, что он, по крайней мере, знал, о чем говорил. — Возможно, виной тому был какой-то Васто Лорде, или этот Вандеррайх, о котором вы мне рассказали. И если это так, то ситуацию легко исправить, — сказал он, поднимаясь с места.
— Что ты собираешься сделать? — спросил Ичиго, глядя на него с подозрением.
— Показать им, что тут, в Каракуре, есть что-то пострашнее, — ответил Улькиорра, чуть заметно пожав плечом.
Наверное, он посчитал это достаточным предупреждением. Потому что в следующий миг он ушел в сонидо, а еще через секунду Ичиго, и всех, кто был в магазине Урахары, вжало в пол от вспышки реяцу.
— Как… же мне это… все-таки надоело, — простонал Ичиго, глотая пыль.
— Как же… я тебя… все-таки ненавижу, Куросаки, — с чувством сказал Гриммджо.