Work Text:
Вэнь Кэсин чувствовал, как у него медленно затекает рука, но менять ничего не собирался. Было так странно снова чувствовать себя живым, снова вдыхать прохладный и пахнущий пылью воздух, ощущать вкус воды и пищи…
Хотя какая тут пища? Старый Арсенал являлся сельскохозяйственным, а не продуктовым складом, а та небольшая кладовка, которую они нашли, сохранила немногое, и то лишь потому, что промерзла насквозь.
Зато вина оказалось в избытке и преотличного качества. Конечно, какое же сборище героев без кувшина-другого?
Собственно, вино и спасло их обоих, когда Вэнь Кэсин понял, что умереть ему не дадут, а Чжоу Цзышу ясно дал понять, почему.
Непонятно только, что теперь с этим всем делать. Но и для таких вопросов нашлись ответы. Ведь не зря Арсенал был древней реликвией, таившей в себе невообразимые ценности.
Конечно, большая часть этих высокомудрых трактатов была не более чем руководствами по агрономии и прочему земельному благоустройству, но ведь имелись ещё и другие.
Выкраденные руководства по боевым искусствам, совершенствованию ци и целительству на самом деле оказались бесценны. Можно сказать, что новоиспеченные бессмертные выжили только потому, что смогли докопаться до нужных трактатов в этом ворохе могущественной, но для неофита совершенно бесполезной информации.
Вэнь Кэсин улыбнулся темноте. Рука затекала все больше, но это правда была ерунда.
Когда злой и испуганный Чжоу Цзышу сказал ему самые нужные и важные в мире слова, Вэнь Кэсин был почти уверен, что теперь-то уж точно умрет. В этот раз от удивления и может быть… счастья.
Он потом еще долго приходил в себя и болтался где-то между сном и явью, позволяя теперь уже признанному соулмейту позаботиться обо всем остальном. Все же такого признания в любви Вэнь Кэсину было слишком много. И оно прозвучало действительно уж совсем неожиданно.
Первое время они даже не выходили из зала, где все произошло. Чжоу Цзышу на руках снес почти бесчувственного Вэнь Кэсин с помоста и устроил как можно удобней на мешках с зерном. Потом он зажег почти все светильники в зале и начал разбирать свитки и в первую очередь тот самый Инь-Янь. Ведь что-то они упустили – то, что так хорошо знал старейшина Е и о чем он бессовестно наврал Вэнь Кэсину.
Да, искалеченные меридианы можно исцелить. Да, это может сделать только беззаветно любящий человек. Да, он может потом умереть и должен быть готов пожертвовать своей жизнью. Но самое важное заключалось в том, что если тот, с кем вступают в такое слияние, также преданно и искренне любит того, кто отдает всего себя, то мир перевернется и оба останутся живы.
Только вот их меридианы и энергия ци больше не будут похожи на всех остальных.
С этим надо будет учиться жить, и в первую очередь…
Вэнь Кэсин помнил слова древнего руководства как свое собственное имя, все свои имена.
Необходимо, чтобы у двух людей было единое сердце, чтобы они признавали друг друга как своего 知己（соулмейт), тогда в случае, когда один из них находится в смертельной опасности, второй может передать ему энергию Ци, тогда они становятся бессмертными, защищенные вторым человеком.
Вот что было неправильно, когда этим пытался воспользоваться Жун Сюань.
Он разрушил свои меридианы, и его ци пролилась вольным потоком в никуда. И если бы не его жена, никогда бы мир не узнал сумасшедшего Жун Сюаня. Точнее, если бы Жун Сюань не забыл, что у него есть человек, готовый на все ради его спасения, если бы он любил жену так же сильно и безрассудно, как любила его она, если бы, открыв глаза и вернувшись из небытия, он понял, кто и что для него сделал, а не бежал сломя голову проверять и осваивать новые навыки…
Если бы он хотя бы её поцеловал.
Потому что мало исцелить разрушенное и вернуть утраченные силы, после этого предстоит еще обучиться жить вместе с тем человеком, который отдал всего себя тебе, и с которым намертво связала вас судьба.
Видимо Жун Сюань все же не так сильно любил свою жену, как она его. Потому что, скорее всего, слияние-то у них получилось такое же, только они не прошли его до конца. Не обрели баланс. И хотя госпожа Жун, скорее всего, очень старалась, но увы, не она была на первом месте в сердце своего мужа. И баланс не был обретен полностью. А значит, даже такое чудо, как фактическое возвращение из мертвых, не обрело силу и гармонию.
Вот почему Жун Сюаня постигло искажение ци, вот почему он убил свою жену и…
Но, сбежав в Долину Призраков, он ничего не решил и ни от чего не спасся. Будучи великим воином, он, конечно, быстро занял важное положение, но для того, чтобы удержать его, мало быть сумасшедшим, – Вэнь Кэсин поморщился и слегка пошевелил рукой, – да, мало. Надо еще и иметь что-то за душой. У Жун Сюаня как раз этого и не оказалось. Да и продержаться без второго получится недолго. Он ведь даже не стал Хозяином Долины, – тут Вэнь Кэсин ядовито улыбнулся в темноту. Вышел на бой со своими же братьями и был ими убит. Старый хрен Е сказал верно: «Заслуженная смерть».
А вот теперь им с Чжоу Цзышу предстояло пройти весь тот путь, который не прошел Жун Сюань и его жена.
Что ж, они есть друг у друга, они теперь знают о своих чувствах, их ци и меридианы соединились породив какую-то совершенно невероятную, но очень крепкую систему, - тут Вэнь Кэсин почувствовал тепло в груди и влагу на веках «Потому что, я люблю тебя», - прозвучало у него в голове. И это было так хорошо, что не хватало слов выразить.
Вэнь Кэсин слегка повернул голову и посмотрел на того, кто бессовестно отлеживал ему руку. И Вэнь Кэсин был готов к тому, что этот человек будет так делать всю оставшуюся жизнь. Больше сбегать было некуда. Трудно придумать, что-то более откровенное, чем то, что уже произошло. Только…
Конечно, они вместе прочитали все эти трактаты и конечно они поняли, что именно не сделал Жун Сюань. Хотя, казалось бы, у него с женой не должно было быть таких проблем.
Суть разъяснялась просто: объединив энергию и меридианы, должно было объединить и тела. Да, если бы Жун Сюань и его жена просто занялись весенней игрой, то процесс был бы завершен полностью. В этом и заключался смысл строк «бессмертные, защищенные друг другом».
После ритуала, ци возрастала, а меридианы приобретали невероятную мощь, но это все еще заключалось в теле человека и с этим приходилось считаться.
Спасенный и спаситель становились связаны друг с другом на всю жизнь и, возможно, даже дольше. При желании они обретали бессмертие, а при упорных тренировках и совершенное боевое искусство. Но теперь их существование напоминало речное ложе и воду. Не будет ложа - вода растечется и будет безжалостно впитана песком, не будет воды - ложе пересохнет, и растрескавшиеся камни обратятся в пыль. Поэтому так важны были чувства.
Невозможно прожить вечность бок о бок, не любя и помышляя о чем-то ином. Эта связь была крепче, чем кровная, крепче, чем связь мужа и жены - это любовь, связывающая души и тела и проникающая везде.
Теперь им невозможно было расстаться более чем на день и ночь. И встреча после этого обязательно будет радостной. Вэнь Кэсин верил в это всем сердцем.
Вот только, до того самого окончательного слияния и баланса они пока не добрались, Вэнь Кэсин слегка вздохнул. Он знал, что Чжоу Цзышу понимает, что следует делать дальше, но сам делать первый шаг снова отказывается. Вероятно, думает, что Вэнь Кэсин еще слишком слаб и не хочет доставлять ему неудобства. Но скоро неудобство будет доставлять совсем другая проблема.
Вэнь Кэсин попытался осторожно сдвинуться из-под навалившегося на него тела. Чжоу Цзышу был, конечно, легок как бамбуковый росток, но его колено сейчас очень чувствительно упиралось Вэнь Кэсин в пах. И это было и приятно и горячо и очень неудобно. Надо было что-то делать.
- Поцелуй меня.
Вэнь Кэсин слегка вздрогнул, когда едва слышный шепот достиг его ушей. Он повернул голову и встретился взглядом с блестящими глазами Чжоу Цзышу. Как давно этот хитрец не спит?
- Я хочу, чтобы ты меня поцеловал, - настойчиво повторил бывший глава Тяньчуань.
Что было ему ответить?
Вэнь Кэсин осторожно приподнялся и, вытащив из-под головы почти окончательно затекшую руку, склонился над Чжоу Цзышу. И этот поцелуй как будто прорвал плотину…
Они целовались неистово и исступленно, не замечая, как кусают друг другу губы до крови, а может быть, как раз этим и наслаждаясь. Жадные руки забирались под ткань одежд, путались в завязках и тянули волосы до боли; сначала вылетела и зазвенела по каменному полу одна шпилька, потом другая. Вэнь Кэсин без стеснения навалился сверху на Чжоу Цзышу и впился поцелуем в маняще изогнутую навстречу шею, как давно этого хотел. Чжоу Цзышу обнимал его за плечи и притягивал все ближе, он раздвинул ноги…
- Все, все! – Вэнь Кэсин, тяжело дыша, отстранился и предупреждающе положил руку на грудь Чжоу Цзышу, – Я хочу, чтобы наш первый раз произошел не на грязном полу, то ли на складе, то ли в читальном зале, – пояснил он, глядя в темные блестящие глаза своего соулмейта.
Одежды у обоих были уже распахнуты, и между ладонями и голой кожей не оставалось никаких преград.
- П-почему? – совершенно пьяным голосом отозвался Чжоу Цзышу, - не все ли равно?
- А-Сюй, это первый раз, когда ты и я хотим этого оба и одновременно. Я думаю, что такое желание заслуживает особого отношения.
- Хорошо, - Чжоу Цзышу приподнялся на локтях, не сводя влажного взгляда с губ Вэнь Кэсина, - и какое же место тебе кажется наиболее подходящим?
- Откуда я знаю? Это ты уже обследовал тут все вдоль и поперек. Мне же запрещал даже вставать.
- Как будто ты был на это способен?
- Как видишь, я уже вполне способен…
- Вижу, - взгляд Чжоу Цзышу оторвался от губ и опустился ниже, на то самое место Вэнь Кэсин, которое очень хорошо показывало, что встать оно может и ого-го как! Чжоу Цзышу непроизвольно облизнулся и, слегка покачиваясь, встал на ноги. – Мне кажется, я знаю, где тебе понравится. Ты сможешь встать весь?
- Очень даже могу! – Вэнь Кэсин стремительно поднялся, но немного пошатнулся и Чжоу Цзышу подал ему руку, подстраховывая. Никто не собирался больше медлить.
Удобное место нашлось за дальними стеллажами. Маленькая комната с обычной кроватью, застеленная остатками промерзших одеял.
- Это тебя устроит? – насмешливо указал на комнатку Чжоу Цзышу. Его слегка потряхивало от возбуждения, но сейчас он был готов исполнить даже самое ужасное желание Вэнь Кэсин.
- Надо принести сюда светильники и ту переносную жаровню, она вроде еще не остыла. И сменить белье.
Чжоу Цзышу закатил глаза, но послушно отправился за вышеназванным. Правда, где он будет брать белье для этого ужасного Хозяина Долины Призраков, он так и не придумал, но все остальное принес и немало удивился, когда увидел застеленную постель. Даже большое одеяло было новым и ярким.
- Откуда? – только и смог выдавить он, - Лао Вэнь, ты действительно обладаешь неисчислимыми достоинствами.
Вэнь Кэсин довольно встряхнул рукавами.
- Не думаешь же ты, что все свои ханьфу я покупал по дороге? Вот и пригодились полезные запасы.
Конечно, Вэнь Кэсин мог сделать все и прямо на мешках с зерном, в том гнезде, что устроил ему Чжоу Цзышу. Но если есть возможность, почему бы и не выпендриться? Вот уж чего благодетельный Вэнь никогда не упускал.
Чжоу Цзышу расставил светильники как попало и, оставив жаровню у самого входа, вопросительно посмотрел на Вэнь Кэсин. Тот со всевозможным удобством расположился на кровати и, прищурившись, глядел на огонь самого близкого светильника. Чжоу Цзышу не знал, как теперь продолжить начатое, потому что одно дело внезапно потерять голову, и совсем другое вот так открыто сделать первый шаг.
- Иди ко мне, – Вэнь Кэсин приспустил с плеч верхнее ханьфу и наклонил голову, – я же все еще нравлюсь тебе?
- Да, – Чжоу Цзышу решительно подошел ближе и уже протянул руку, чтобы убрать растрепавшиеся волосы Вэнь Кэсин, как был немедленно схвачен за запястье и уронен на постель, - Эй, полегче! Ты же…
- Что? – прошептал над ухом насмешливый голос, - Боишься, я тебя сломаю?
- Сам сломаешь, сам починишь, - Чжоу Цзышу вернулся было к своему обычному тону, но его губы немедленно были захвачены в плен жадным ртом Хозяина Долины, и ехидничать расхотелось.
- Мы так долго ругались. А-Сюй, неужели сейчас ты хочешь продолжить это даже при таких обстоятельствах?
Но ответить Чжоу Цзышу не дали и снова заставили застонать от поцелуя. Страсть вернулась и ударила в голову так, что занемел затылок и заломило виски.
Чжоу Цзышу почувствовал, как всколыхнулась ци, и жар начал распространяться по всему телу. Это было не просто сексуальное возбуждение. Более всего это напоминало жидкое пламя, растекающееся по венам, но, тем не менее, не обжигающее, а всего лишь настолько мощное, что подгибались ноги. Впрочем, в лежачем состоянии это было не важно.
Чжоу Цзышу распахнул глаза и, схватив ладонями лицо Вэнь Кэсина остановил поцелуй. Тот недоумевающе поднял веки, и стало видно, что его зрачок полностью поглотил радужку и взгляд стал совершенно черным. Чжоу Цзышу подумал, что и его глаза, наверное, выглядят так же.
- В чем дело? – голос Вэнь Кэсина прозвучал хрипло и на самых низких нотах.
- Ты тоже это чувствуешь? – обеспокоенно спросил Чжоу Цзышу.
- Я чувствую тебя и этого вполне достаточно. А ты, - пушистые ресницы Вэнь Кэсина дрогнули, - хочешь почувствовать меня?
Когда на тебя так смотрят и так говорят, забудешь не только о каких-то меридианах, но и как тебя зовут. Потому что вот именно сейчас нет ничего важнее, чем сказать:
- Да, - и Чжоу Цзышу понял что горло в мгновение пересохло от того как улыбнулся его соулмейт.
Они даже не стали раздеваться. Просто верхние одежды были отброшены, а остальные распахнуты полностью. Больше всего пострадали завязки нижних одежд, потому что и тот и другой просто разорвали их, не заметив.
Вэнь Кэсин чувствовал себя как иссушенный жаждой путник, добравшийся наконец до воды. Чжоу Цзышу, кажется, был не менее голоден.
Горячий проворный язык Вэнь Кэсина скользил по влажной коже Чжоу Цзышу, обрисовывая каждую мышцу и изучая каждый шрам. Чжоу Цзышу, кажется, решил оставить на Вэнь Кэсине как можно больше отметин.
- Осторожно А-Сюй, не обглодай меня до того как я дам тебя насытиться чем-то более приятным, чем мое жесткое мясо.
Чжоу Цзышу всего на мгновение остановился и Вэнь Кэсин немедленно прижал его руки к кровати и сжал губами правый темный и твердый сосок, вырывая неожиданного громкий стон.
- О! – Вэнь Кэсин опробовал левый, и стон получился не менее громкий.
Тогда Хозяин Долины отпустил руки, поняв, что только что полностью обездвижил своего А-Сюя.
Чжоу Цзышу чувствовал, как ци стремительно ускоряет свое движение по новому сплетению меридианов. Он хотел спросить Вэнь Кэсина, испытывает ли он то же самое, но задохнулся от потрясающих ощущений, когда горячий рот Вэнь Кэсин обхватил его член. Дьявол его задери, он даже не заметил, как этот лис снял с него штаны! Но ртом он работал так потрясающе умело, что возмущение быстро куда-то смылось и возбуждение захлестнуло Чжоу Цзышу новой волной.
Совершенно непроизвольно он раздвинул ноги шире и начал покачивать бедрами в такт. Когда тебе так сосут надо быть полным идиотом или бесчувственным, чтобы прерывать такое блаженство.
Вэнь Кэсин знал, что он в этом хорош и очень хотел показать, в чем еще, когда Чжоу Цзышу вдруг хрипло выругался и вцепился ему в волосы.
- Еще немного и я кончу, - прошипел бывший глава Тяньчуань.
- Именно этого я и добиваюсь, - серьезно кивнул Вэнь Кэсин, - разве ты против?
- Нет, но…
- Я тоже чувствую наши новые меридианы, - Вэнь Кэсин улыбнулся и поднялся чуть выше. Серьезно разговаривать, когда у тебя перед носом истекает такое прекрасное сокровище было очень сложно. Но Вэнь Кэсин справлялся и не с такими сложностями.
- Я хочу…
Чжоу Цзышу не договорил, ведь и без того было понятно, что…
- Я тоже, - кивнул его мужчина, - Но ты уверен, что хочешь именно этого прямо сейчас.
Чжоу Цзышу хотел только одного, чтобы уже прекратились эти разговоры и…
Душистое масло, видимо, появилось оттуда же откуда и одеяла, но уточнять не хотелось, все потом. Сейчас самое важное, что длинные пальцы Вэнь Кэсина умеют вот так, и еще глубже, и чувствительнее, и мягче, и напористее, и… охххх… да!
Вэнь Кэсин думал сначала, что Чжоу Цзышу хватит только его рта и пальцев, но он еще плохо знал своего А-Сюя в этом деле. В самый последний момент Чжоу Цзышу оттолкнул его руку и рот и прохрипел:
- Хватит уже, я готов.
Вэнь Кэсину не надо было повторять дважды. Его член уже давно изнывал от недостаточного внимания. Нижние штаны были отброшены за полной ненадобностью...
Вэнь Кэсин несколько раз провел смоченной маслом рукой по своему члену и приблизил головку к самому входу. Хризантема Чжоу Цзышу была темно-красной и уже достаточно растянутой, чтобы впустить его головку, но вот дальше пришлось проявить настойчивость.
Чжоу Цзышу сам закинул ноги ему на плечи и вцепился зубами в свою кисть.
- Я?.. – Вэнь Кэсин не успел договорить, как получил в ответ яростное: - Только попробуй остановиться!
Вэнь Кэсин криво улыбнулся и одним движением вошел почти наполовину. Этого хватило, чтобы задеть чувствительную точку внутри Чжоу Цзышу и того с криком подбросило ближе. Вэнь Кэсин осторожно начал продвигаться дальше, но Чжоу Цзышу не желал промедления, он был настоящим яростным бойцом, как на поле битвы, так и в постели. После того как его чувства вернулись, он не хотел упускать ничего - ни боли, ни наслаждения. Вэнь Кэсин вошел полностью и, опершись о кровать, почти сложил мужчину пополам, движения его стали размашистые и уверенные. Губы нашли губы, и стало понятно, что ничто больше не сможет разделить этих двоих. Бешеная энергия ци вырвалась на свободу и устремилась по заново переплетенным меридианам. За единением тел последовало единение силы. А души уже давно были связаны так, что и не разорвать.
Оргазм накрыл единой волной и от двойного крика заколыхались огни в светильниках.
После, лежа рядом мокрые, разнеженные и счастливые, они какое-то время могли только гладить друг друга и пытаться восстановить дыхание.
Вэнь Кэсин наконец-то смог повернуться, но, не дотянувшись до губ, поцеловал блестящее от пота плечо. Губам стало солоно. Вэнь Кэсин облизнулся и улыбнулся, но вдруг тихо охнул и поднял голову, глядя на усмехающегося и Чжоу Цзышу. Тот приподнялся на локте и мягко толкнул Вэнь Кэсина на спину.
- Теперь моя очередь.
И Вэнь Кэсин не усел даже вздохнуть, как оказался прижат к кровати безумно гибким, но совершенно железным телом. Поступи так кто-то другой, лежать бы ему на полу под ногами Хозяина долины Призраков, но сейчас, тут, с этим человеком, со своим любимым человеком, Вэнь Кэсин мог только потрясенно кивнуть и Чжоу Цзышу ободренный согласием принялся за дело.
Конечно, его обращение с нефритовым стеблем было еще далеко от совершенства, но все искупалось удивительной нежностью и аккуратным энтузиазмом, новоиспеченного любовника… нет, мужа, подумал про себя Вэнь Кэсин и с удовольствием вплел пальцы в густые волосы Чжоу Цзышу, задавая тому нужный ритм.
А через какое-то время крепко сжал и заставил Чжоу Цзышу прекратить, потому что…
- Держи, - он кончиками пальцев подтолкнул к Чжоу Цзышу флакон с маслом.
Брови мужчины взлетели на лоб, но руки проворно схватили подарок.
И через довольно короткое время Чжоу Цзышу понял, что не один он умеет так громко стонать и закидывать ноги на плечи. И это было… потрясающе.
Обновленная ци снова наполнила их до самых краев и обрушилась вниз вместе с оргазмом, выметая последние остатки мыслей и оставляя только оглушающее удовольствие.
Удивительно, но после ритуала объединения, все стало чувствоваться на порядок сильнее. Как будто ощущения умножились на два и переливались из одного в другого.
А еще обычно для восстановления, после двух оглушительных оргазмов, требовалось значительно больше времени. Сейчас же Вэнь Кэсин понимал, что одного раза, пусть и в разных ролях, ему все еще мало. Он приподнялся на локте и посмотрел на Чжоу Цзышу, который лежал рядом, раскинувшись и глядя в потолок.
- А-Сюй, - тихонько позвал Хозяин долины, провел рукой по груди лежащего рядом соулмейта и опустил её ниже, - Оххх, А-Сюй, - довольно мурлыкнул Вэнь Кэсин ощущая как под ладонью шевельнулся нефритовый стебель.
Чжоу Цзышу повернул голову и вопросительно уставился на своего личного постельного лиса.
- Я хочу сказать…- не нашелся, как продолжить Вэнь Кэсин, но его ласки были понятней всех слов.
Чжоу Цзышу закрыл глаза и прислушался к ощущениям. Конечно, он не был девственником и при особых обстоятельствах умел поддержать свой боевой дух столько сколько потребуется. Но сейчас было совсем другое положение и оно вовсе не требовало героизма или каких-то особых техник. А вот тело, кажется, требовало продолжения. Еще ни с кем, бывший глава Тяньчуань не переживал подобного.
Рука Вэнь Кэсина беззастенчиво требовала отзыва, и тело Чжоу Цзышу покорно откликалось. Вэнь Кэсин довольно наклонился и начал нежно выцеловывать припухшие после двойной битвы губы Чжоу Цзышу. А потом, поняв, что поцелуев становится мало, Вэнь Кэсин широко лизнув нижнюю губу соулмейта стал медленно но верно спускаться ниже. Подбородок, шея, обвести кончиком языка острый кадык, слизнуть капельку пота в яремной ямке, пройтись по прямым изящный ключицам, покрыть поцелуями широкие плечи, постепенно спускаясь все ниже и ниже, свод ребер, твердые и четко обозначенные кубики пресса, один за другим, дорожка жестких черных волосков от пупка до паха, и, наконец, самое главное. Вэнь Кэсин шелковым платком обтер влажный пах и член Чжоу Цзышу, широко улыбнулся на смущенное хмыканье и недовольное ворчание сверху, и дразняще облизал блестящую головку.
В следующий час он заставил Чжоу Цзышу многократно пожалеть о своем скептицизме и недоверии этому мужу.
А еще через час, Чжоу Цзышу вдохновленный подобным продолжением и не желающий отставать от Вэнь Кэсин ни в чем, со своей свойственным ему упрямством проделал все то же самое в обратную сторону, заставив Хозяина долины почти сорвать голос и рухнуть обессиленным, раскинув руки и ноги.
- А-Сюй, ты воистину великий боец не только в Цзянху, но и в постели, - прошептал Вэнь Кэсин, и по голосу было понятно, что он очень доволен.
Чжоу Цзышу в свете уже почти догоревших светильников нашел шелковый платок и позаботился о себе и Вэнь Кэсин так же как он тут сам недавно.
- Только в следующий раз, я буду сверху, - промурлыкал Вэнь Кэсин, сворачиваясь клубочком и подтягивая к себе подушки. И на молчаливый вопрос Чжоу Цзышу добавил, - О, тебе еще многому надо научиться. Этот муж готов посвятить твоему обучению столько времени, сколько потребуется.
- Ты хочешь сказать? – недоверчиво потянул Чжоу Цзышу.
- Что я оседлаю тебя в обеих позициях, - совершенно по-лисьи хихикнул Вэнь Кэсин.
После еще двух заходов подряд, шевелиться уже не смог никто.
Лишь у Чжоу Цзышу хватило остатков сил укрыть их обоих одеялом и легким движением ладони затушить светильники. И это была самая мягкая и спокойная темнота, что они оба когда либо знали.