Work Text:
Встретить того самого ужаленного в задницу рыцаря в темной подворотне Геральт вот уж никак не ожидал. Судьба будто нарочно сталкивала их в самое неудобное время. Геральт устал после очистки ближайшего леса от неккеров и теперь мечтал лишь о мягкой кровати на постоялом дворе.
Как же зовут этого рыцаря? Сэр какой-то там с каких-то болот. Вон привел вооруженных до зубов друзей. Хм, неужели наконец дошло, что своими силами с ведьмаком не справится?
Завидев его, рыцарь издал радостный вопль и быстрым шагом направился к нему. Геральт обреченно вздохнул.
— Приготовьтесь к бою! — с пафосом воскликнул рыцарь. — На этот раз вы так легко не отделаетесь, сэр.
Хм, сколько же раз они сталкивались? Два, три?.. Да, это, кажется, третья их встреча. Рыцарь хоть и казался не шибко умным, но упорства ему было не занимать. Или упрямства.
— Привел друзей? Хм, они тоже поклялись защищать честь девы Билберри? — усмехнулся Геральт.
Рыцарь заметно растерялся. Когда не бросался обвинениями, он вообще выглядел довольно мило. Вот только долго молчать явно был не намерен.
— Н-н-нет… — очнулся рыцарь от ступора. — Нет, они выступают защитниками справедливости, — глаза вновь вспыхнули. — Будет только честно, если вы выйдете против троих.
Можно было попытаться разрешить конфликт мирно, но прошлые попытки не увенчались успехом.
— Неужели? — ответил Геральт, потому что рыцарь ждал от него реакции.
— Да! — тот явно почувствовал себя в своей тарелке: голос вновь обрел уверенные нотки и прежнюю громкость. — Вы бандит и обманщик, сэр! Вы даже не упомянули, что являетесь ведьмаком!
Очередной пурист, желающий отправить всех нелюдей на костер? Для таких ведьмаки не лучше чудовищ, на которых они охотятся. Однако в глазах рыцаря не было такой знакомой Геральту ненависти, а лишь желание сразиться и… какой-то вопрос. Ждет, что Геральт начнет оправдываться? Интересно, сработало бы? Как бы агрессивно не вел себя рыцарь, а слушал Геральта, не прерывая, и с видимым нетерпением. Будто ему важно, что он думает.
Геральт вспомнил их знакомство: тогда из рыцаря лился прямо-таки словесный поток, а про свою даму сердца он, казалось, готов был говорить вечно. При этом так сильно хотел биться с каждым встречным, что Геральту пришлось его проучить. Впрочем, тот был довольно забавен, когда изрекал полную чушь с наисерьезнейшим видом и не осознавал, как глупо это звучит со стороны.
Геральт вновь вздохнул и сотворил знак Аксий, которым иногда подчинял воли людей. Это был самый безопасный способ отделаться от надоедливого рыцаря. Если Геральт вступит в бой, то может ненароком пришибить идиота, а смерти тот точно не заслуживал.
Вокруг головы рыцаря появилось белое свечение, и он замер, моментально успокоившись: горевшие жаждой боя глаза потухли, а тело расслабилось.
— Возвращайся лучше домой, — произнес Геральт. — Выспись. Обдумай все завтра.
— Мудрые слова, — кивнул рыцарь, его голос звучал умиротворенно.
— Не знаю, как вы, парни, но я бы не отказался поспать, — согласился один из друзей, а второй зевнул.
Геральт приподнял брови: Аксий оказался сильнее, чем он думал, раз задел даже ближайших к объекту людей.
— Пойдемте отсюда, — и рыцарь двинулся вперед, оттолкнув Геральта плечом, скорее всего, даже не заметив препятствие; остальные потянулись следом.
Какое-то время Геральт смотрел в щит на спине удаляющегося рыцаря и заметил, что тот идет в сторону причала. Хм, домов там точно нет, так почему рыцарь не выполнил его указание? Возможно, следовало озвучить его четче? Но раньше мягкие формулировки действию Аксия не мешали.
Тем временем рыцарь свернул налево и поднялся на пирс. На краю уже сидел какой-то пьянчуга в брэ и рубашке и болтал ногами. Рыцарь устроился рядом, согнув ноги в коленях и упершись в них локтями. Выглядел он так, будто напился вдрызг и не понимает, где находится. Взгляд был не то, чтобы пустым, но смотрел рыцарь как будто на что-то, видимое только ему. Он слегка покачивался и время от времени закрывал лицо рукой, потом вновь садился прямо и глядел в море.
Геральт переминался с ноги на ногу, не зная, можно ли оставить рыцаря без присмотра. Внушение явно сработало не стандартно, но пока было не понятно, что именно не так. Геральт опустился перед рыцарем на корточки и спросил:
— У тебя есть, где переночевать в Новиграде?
Он уже думал, что рыцарь не ответит, но тот все-таки перевел на него глаза и медленно произнес:
— Не знаю.
Геральт нахмурился: объекты под воздействием Аксия не могут лгать, но могут заблуждаться или умалчивать о чем-то. «Не знаю» было самым нелюбимым ответом Геральта, и тут мог понадобиться особый подход.
— Где твой дом? — переспросил он немного иначе.
— Не помню, — вновь не сразу ответил рыцарь. Его лицо даже не изменило выражения, а значит, либо Аксий по-прежнему действовал, либо у рыцаря проявились побочные эффекты. Или и то и другое.
Геральт вспомнил, как один человек сразу отключился, потому что до Аксия пил как не в себя, и знак просто ускорил неизбежное, а другой еще несколько минут не мог пошевелиться.
— Как тебя зовут?
Рыцарь подпер подбородок кулаком и уставился на Геральта, ответил гораздо быстрее:
— Ронвид с Малых Болот.
Геральт кивнул: значит, что-то тот все-таки помнил — уже хорошо.
— А даму сердца?..
— У меня нет дамы сердца.
Восхитительно. И Ронвид все еще выглядел так, будто его сильно ударили по голове: в манере держаться не было привычной наглости и дерзости. Геральт не любил лишать свободы воли и использовал Аксий на людях только в крайних случаях — когда альтернативой было что похуже.
И все же, почему Ронвид до сих пор под влиянием Аксия? И почему он потерял память? К счастью, судя по всему, он забыл лишь последние события, и это внушало надежду на восстановление, либо на небольшие потери в результате. Возможно, получится выяснить, сколько дней он забыл…
— Ты знаешь, кто я? — поинтересовался Геральт.
— Ведьмак.
— Геральт из Ривии, — представился Геральт. — Помнишь нашу встречу? Нашу первую встречу за Вроницами?
— Да.
Геральт вздохнул. Он никогда не любил вести допросы. С этим прекрасно справлялся Вернон Роше, и сейчас его помощь бы очень пригодилась.
— И что же ты помнишь?
— Я был неправ тогда, напав на вас по ложному предлогу, и извиняюсь за это, — неожиданно пространно ответил Ронвид. — Никакой девы Билберри не существует, вернее, я ее не знаю — это было имя на доске объявлений, — и я не имел права обвинять вас в непочтительном к ней отношении, — Геральт по-прежнему удивленно молчал, и Ронвид продолжил: — Я поклялся отцу отстоять честь нашей семьи сотнями побед на дуэлях, и вы были первым, кого я вызвал. Боюсь, желание угодить отцу затмило мне рассудок. Всю жизнь он считал меня трусом и умер с уверенностью, что я ни на что не годен, даже продолжить род. На самом деле, я рад, что он уже не узнает о моем позоре.
Не это Геральт ожидал услышать. А впрочем, когда действительность оправдывала его ожидания? И если с памятью у Ронвида все в порядке, почему он так странно разговаривает: спокойно и равнодушно? Где прежние сильные эмоции? К тому же Аксий не заставляет делать то, что объекту не присуще. Кроме случаев с прямым приказом. Но Геральт не велел Ронвиду рассказывать всю историю его жизни.
— Гм, — произнес Геральт.
Будто только и ожидая от него какой-то реакции, Ронвид добавил со слабой улыбкой:
— Кроме того, благодаря вам, сэр, я начал тренироваться с щитом и улучшил боевые навыки. Сумел защитить одного человека от воров.
— Вот видишь, с другими ты неплохо справляешься, — попытался приободрить его Геральт.
— Парни, которых я сегодня нанял, считают иначе, — и Ронвид кивнул на увязавшихся за ним мужчин. Те тоже до сих пор находились под воздействием Аксия, один даже заснул сидя, уронив голову на грудь.
— Наемники, значит? — приподнял брови Геральт. Можно было догадаться: они вели себя совсем не как друзья Ронвида.
— Почему они еще здесь? — задумчиво произнес Ронвид — казалось, он только сейчас их заметил. — Я же заплатил наперед.
— Гм, — кашлянул Геральт и перенес вес на другую ногу. — Что ты знаешь о ведьмаках? — Ронвид пожал плечами. — Если не вдаваться в подробности, они подпали под мое… гм… заклятие. Случайно. Но тот тип, что до сих пор бодрствует, скоро придет в себя.
Как бы в подтверждение его слов, наемник вздрогнул и удивленно огляделся, посмотрел на Геральта и дал деру. Ну, хоть один в порядке.
— Меня вы тоже заколдовали? — все так же равнодушно спросил Ронвид.
— Да, — не стал отрицать Геральт. — Иначе пришлось бы тебя убить — слова ты не воспринимал.
— Ненавижу ведьмаков, — резюмировал Ронвид и поднялся с дощатого настила.
— Не ты один, поверь.
— Но вас, сэр Геральт — не получается. Я сам во всем виноват, — и с этими словами Ронвид двинулся к берегу.
Геральт последовал за ним.
— Тебе есть, где переночевать? — вновь спросил он, когда они прошли пару кварталов.
Ронвид остановился и не сразу, но ответил:
— Почему вы меня преследуете, сэр? — на лице появилось знакомое недовольное выражение. — Вам мало того, что вы превратили меня в… в… марионетку? Что еще вам нужно, извинения?
— Вообще-то, в каком-то смысле ты уже извинился, — Геральт отошел на шаг и окинул Ронвида внимательным взглядом.
Напряженная поза, обиженный вид и прежний огонь в красивых глазах — вот теперь точно выходит из-под действия Аксия.
— Вы ошибаетесь, сэр! У вас больше не получится заставить меня делать то, что я не хочу. Я вас не боюсь! — и, противореча собственным словам, Ронвид попятился и уперся щитом в ближайшее препятствие. Раздался сухой треск.
— Осторожнее, — предупредил Геральт, видя, как трясется деревянная перегородка, на которую сверху были водружены цветочные горшки.
— Угрозы?! Я так и думал, что на большее вы не способны, сэр! — казалось невозможным, но Ронвид разъярился еще больше и выхватил из ножен меч. При этом он ударился о перегородку локтем, и, как и предсказывал Геральт, уронил на себя один из горшков.
К счастью, реакция у Ронвида оказалась отменной, и он вовремя отшатнулся: горшок упал не на голову, а на плечо. Ронвид, издав вопль боли, выронил меч и схватился за ушибленное плечо; левая рука безвольно повисла. Геральт осуждающе покачал головой.
— Как низко с вашей стороны прибегать к подобным ухищрениям, — уже тише возмутился Ронвид, опасливо отодвигаясь от Геральта и от злосчастной перегородки с цветами.
— Ты так и не ответил про ночлег, — напомнил Геральт, желая отвлечь Ронвида от параноидальных мыслей. — Могу дать денег, если твоя рыцарская честь не позволяет попросить в долг.
— Да как вы?.. — задохнулся тот от возмущения, но тут же ойкнул, задев что-то поврежденным плечом.
— Пока ты и твои приятели не встали на моем пути, я шел на постоялый двор, — продолжил Геральт. — И раз уж это я тебя заколдовал, самое малое, что я могу после этого сделать — заплатить тебе за комнату.
Ронвид задумался, неловко прижимая руку к туловищу, и наконец медленно кивнул:
— Справедливо. Я принимаю ваше предложение, сэр.
Геральт специально сформулировал так, чтобы Ронвид не чувствовал себя должным, но, если бы не ушибленное плечо, вряд ли удалось бы его уговорить — уж слишком надменно он держался. Впрочем, вся эта излучаемая недавно уверенность в своих силах могла быть частью маски, которую привык носить Ронвид. Возможно, из-за постоянных унижений отца он боялся показаться слабаком и первый лез в драку. Кто обвинит в трусости человека, который с дикими воплями кидается на тебя с мечом? Геральт же с легкостью одержал над ним две победы, из-за чего Ронвид не прекратил его преследовать, даже когда узнал, что он ведьмак. Видимо, желание продемонстрировать мастерство оказалось выше чувства самосохранения. Хотя Ронвиду было что показать: не все способны научиться обращаться с огромным щитом за столь короткое время. Если бы он решил вступить в ряды городской стражи, смог бы добиться значительных высот. А если охранительная деятельность не пришлась бы ему по душе…
Хм, Эйвар недавно говорил, что ему нужен помощник в кузницу для физически тяжелой, но не требующей особых умений работы. На первых порах он собирался платить лишь едой, пока не встанет на ноги, поэтому кандидатов на место помощника не было. Ронвид же не был похож на бедствующего рыцаря, раз умудрился в короткие сроки достать доспехи и нанять двух увальней. Скорее всего, унаследовал имение отца. Из его слов Геральт сделал вывод, что он единственный сын в семье.
— Так где этот постоялый двор? — вмешался в его размышления Ронвид.
Кажется, Геральт слишком глубоко задумался и потерял счет времени, а мысли об Эйваре Хаттори навели на воспоминания о его вкусных варениках. Геральт бы сейчас не отказался от сытного ужина с другом. Хм, а если убить одним выстрелом двух зайцев?
— Есть у меня и другое предложение: мой друг отлично готовит вареники и уже давно зовет в гости. У него есть комната для помощника, которая пока никем не занята, и думаю, он не откажется приютить меня на ночь. Мне нужно помедитировать, поэтому постель — твоя.
— Так и знал, что денег на отдельную комнату у вас нет, — злорадно заявил Ронвид. А ведь еще недавно был таким спокойным и приятным молодым человеком…
Геральт выразительно потряс тяжелым кошелем на поясе и добавил насмешливо:
— Не знаю, как ты, благородный сэр, а я хочу вкусно пожрать. К Эйвару очереди выстраивались за варениками, а уж его коллекция вин… Но как знаешь, я не настаиваю.
Ронвид пожевал нижнюю губу, затем кивнул:
— Хорошо, ведите, сэр Геральт.
И Геральт направился по привычному пути, который мог бы найти и с закрытыми глазами — так часто он заходил к Эйвару продать добытое оружие и доспехи или починить собственные. Ронвид шел за ним, и всю дорогу Геральт чувствовал на себе пристальное внимание. Он несколько раз оборачивался и однажды заметил направленный на его зад взгляд. Ронвид тут же отвернулся, но покрасневшие щеки выдали, что это не было случайностью.
Эйвар открыл не сразу. На нем все еще был рабочий фартук, а от рук пахло маслом. Смазывал мечи, судя по всему.
— Добрый вечер, Геральт, — заметно обрадовался Эйвар.
— Привет, Эйвар.
Геральт переступил порог, а вот Ронвид застыл истуканом.
— Пришел не один? — Эйвар перевел взгляд на рыцаря.
— Это Ронвид с Малых Болот, — представил его Геральт. — Он жаждет отведать твоих вареников.
— Снова перехвалил мою стряпню? — улыбнулся Эйвар. — Ты же знаешь, теперь я готовлю только для друзей. И друзей друзей, конечно, — добавил он приветливо. — Однако почему вы не заходите, сэр Ронвид? Не стесняйтесь, здесь всегда рады друзьям Геральта.
— Мы не друзья, — выпалил Ронвид и ткнул пальцем в Эйвара: — А ты — эльф.
— Поразительная наблюдательность, — поднял брови Геральт.
— Ну-ну, Геральт, не стоит пугать нашего гостя, — мягко ответил Эйвар, ничуть не обидевшись на реакцию Ронвида. Он слегка поклонился. — Меня зовут Эйвар Хаттори, и я действительно эльф. Ваши доспехи, сэр Ронвид, нуждаются в починке, а меч затупился. Если не возражаете, я бы утром ими занялся.
— Я думал, вы повар, — вновь ляпнул Ронвид, все еще таращась на острые уши эльфа. Затем его взгляд опустился ниже, и Геральт легко мог представить, что творится у него в голове.
Деревенские жители обычно представляют эльфов тонкими, как тростинка, худыми и стройными, с женственными лицами, и некоторые выглядели именно так. Эйвар, однако, был далек от этого стереотипа: его мускулистые руки привыкли к ковке мечей, а скрытое под одеждой тело могло бы принадлежать тренированному воину. Разве что лицо излишне доброе, нет в нем привычной для солдат жесткости и озлобленности. На самом деле, внешне Эйвар походил на рыцаря больше, чем Ронвид.
— Я им был, — кивнул Эйвар и приглашающе махнул рукой, — но Геральт помог мне вновь заняться любимым делом.
— Готовить ты по-прежнему любишь, — возразил Геральт.
— В свободное время — да.
— Мы тебя не отвлекаем?
— Нет-нет, я всегда рад тебя видеть, Геральт, ты же знаешь. Сэр Ронвид, сквозняк не полезен для здоровья, заходите, пожалуйста. Уверяю вас, вы не станете эльфом, просто находясь поблизости.
Ронвид залился краской и пробормотал, что вовсе так не думал, ничего против эльфов не имеет и просто не ожидал его здесь увидеть. Эйвар мягко, как только он умел, прервал его оправдания и пригласил к столу, на котором стояла початая бутылка вина.
— Геральт, тебе следует переодеться, — заметил Эйвар, оглядывая его с ног до головы. — Бадья с водой в моей спальне.
Геральт благодарно кивнул, успев уже позабыть, что рухнул сегодня в гнездо неккеров, которое нашел как раз по вони. Когда он направился к лестнице, на лице Ронвида отразилось облегчение — видимо, тоже почувствовал. Обычно рыцари привычны к неприятным запахам, но рыцарь из Ронвида был, как из Геральта — придворный.
Уже со второго этажа Геральт услышал, как Эйвар расспрашивает Ронвида про плечо и советует мазь, которая — вот совпадение! — у него имеется. В присутствии Эйвара Ронвид сразу расслабился и даже начал наслаждаться вниманием, если верить довольному голосу. Не удивительно: Эйвар кого угодно мог утихомирить, ласковым словом или взглядом.
Скинув доспехи и одежду, Геральт умылся водой из бадьи Эйвара, не залезая в нее — это казалось злоупотреблением гостеприимством эльфа. Переодевшись в простую белую рубашку и тонкие шерстяные штаны, Геральт босиком спустился вниз и кинул мешок с грязной одеждой в угол. Утром он планировал сдать ее прачкам (и заодно сходить к брадобрею), а доспехи почистит сам.
Эйвар и Ронвид уже сидели за столом, и последний уплетал за обе щеки вареники с мясом. Геральт заметил, что и Ронвид успел избавиться от доспехов, оставшись в штанах и подпоясанном кафтане голубого цвета, который выгодно оттенял его глаза. Выглядел он очень по-домашнему и мало походил на того рыцаря, что совсем недавно пытался скрестить с ним меч.
— Присоединяйся, — приветливо позвал Эйвар, — ты как раз вовремя.
Геральт занял третий стул и налил себе вина.
— Сэр Ронвид успел рассказать, как вы познакомились, — продолжил Эйвар, пока Геральт опустошал бокал. — Вижу, помогать незнакомцам становится традицией, — его глаза весело блеснули.
— Гм? — Геральт перевел взгляд на Ронвида. Тот уставился в тарелку, но уши предательски покраснели.
— Но я не думал, что это касается и травм в результате несчастных случаев. Ты меня удивляешь, Геральт.
Эйвар уже откровенно подкалывал, но Ронвид иронии явно не замечал. Что же такого он наговорил?.. Геральт пожал плечами, долил себе вина и принялся за вареники. Пока они ели, Эйвар поделился последними новостями из Новиграда. Когда Геральт с удовлетворенным вздохом откинулся на спинку стула, Ронвид уже клевал носом. Быстро же он захмелел. Или догнала побочка от Аксия?
— Эйвар, прости, что не спросил раньше, — обратился к нему Геральт, — но я пообещал Ронвиду, что он сможет переночевать у тебя в свободной комнате.
— А где будешь спать ты? — поднял брови Эйвар. Даже не засомневался, что Геральт останется. Хм.
— Займусь медитацией в той же комнате. В подобных делах твердый пол предпочтительнее кровати.
— С удовольствием предоставлю ту комнату вам обоим, — и, взглянув на засыпающего Ронвида, Эйвар тихо спросил: — Что на самом деле произошло?
— Не веришь, что я помог страждущему рыцарю? — поднял брови Геральт.
— Почему же, это вполне в твоем духе, — улыбнулся Эйвар, — но только не в этот раз. Когда Ронвид рассказывал свою историю, было ясно, что он врет и приукрашивает. Или ты правда вытащил его из-под обвала?
Геральт покачал головой и начал рассказывать: про столкновения с Ронвидом, про его нежелание сдаться и про странное воздействие Аксия. Эйвар внимательно слушал и время от времени кивал.
— Понимаешь, впервые объект Аксия сделал не то, что я велел, — закончил Геральт. — Даже если у него не было дома в Новиграде, он же мог отправиться в направлении своего поместья. До сих пор не понимаю, что случилось.
— Не можешь без неразгаданных тайн, да? — улыбнулся Эйвар. — Тогда добавь в свою коллекцию еще одну: твой рыцарь не просто так бегал именно за тобой. Он ведь хотел вызвать сто человек, не так ли? Представь, насколько сложно было тебя отыскать: это же нужно опрашивать всех, кто мог тебя видеть и подсказать, куда ты направился. Даже с твоей приметной внешностью это проблематично.
— Ронвид просто не смог стерпеть поражения, — ответил Геральт, но уже не так уверенно.
— Не думаю, что дело только в этом, — Эйвар вновь кинул взгляд на дремлющего Ронвида и наклонился ближе. — Думаю, ты ему приглянулся.
— Нет, — и Геральт дернул краешком губ. — Слышал бы ты, что он говорил…
— Как скажешь, — судя по виду Эйвара, он остался при своем мнении. — Но ты правильно сделал, что привел его ко мне. Я видел, что ты творишь в бою с помощью ведьмачьих знаков, видел, как твои противники отлетают на несколько метров. А у Ронвида сильный ушиб плеча.
— В этом нет моей вины, — покачал головой Геральт. — Из-за собственной неосторожности он свалил на себя цветочный горшок, как бы странно это не звучало.
— Но ты чувствуешь себя виноватым, верно? Ведь Ронвид не мог существенно навредить, а ты подчинил себе его волю.
— Альтернативой было его убийство, — повысил голос Геральт.
Ронвид вздрогнул и поднял голову, часто заморгал:
— А? Вы что-то сказали, сэр Геральт?
Эйвар подмигнул, затем обратился к Ронвиду:
— Не пора ли вам на боковую, сэр? Время позднее, а мне еще нужно поработать.
— Да, спасибо, — пробормотал Ронвид и встал.
Покачнувшись, он направился к двери в противоположном конце комнаты, но Геральт показал на лестницу.
— Спасибо, — повторил Ронвид и зашагал, куда надо. Как сомнамбула.
Геральт недоуменно покачал головой: снова Ронвид ведет себя, будто под Аксием.
— Тебе тоже стоит отдохнуть, — заметил Эйвар, надевая фартук. — Когда ты в последний раз спал в нормальной постели?
— Неделю назад. Но в ней были вши.
— Я бы мог уступить тебе свою, — предложил Эйвар. — Все равно нужно закончить один заказ, и раньше, чем через пару часов, она мне не понадобится.
— Спасибо, но я лучше помедитирую.
— Как знаешь, — согласился Эйвар и стал готовить инструменты.
Уже на пороге Геральт обернулся и поинтересовался:
— Что за мазь ты рекламировал Ронвиду?
— Разогревающую — отлично подходит для ушибов.
— И что же не отдал?
— Ты несколько запоздал с беспокойством, — улыбнулся Эйвар. — Ронвид воспользовался ею, пока ты переодевался. Отличное средство, кстати, с ядом зангвебарского аспида.
— Со снотворным эффектом, — кивнул Геральт. — Работает быстро, но и стоит недешево. Ты чересчур щедр к незнакомцам, Эйвар.
— Спасибо на добром слове, — улыбнулся тот.
Пожелав спокойной ночи, Геральт направился в гостевую спальню. Там уже было натоплено. Ронвид лежал в постели на боку; из-под одеяла выглядывала рука и кусок рукава нижней рубахи. Заслышав шаги, он открыл глаза и принялся за ним наблюдать. Геральт перевязал волосы в хвост и снял рубашку: сразу стало полегче. Ронвиду явно не было жарко, раз он кутался в одеяло, но Геральт привык к более холодным условиям.
Скрестив ноги, он несколько раз глубоко вздохнул, закрыл глаза и расслабил тело. Но что-то отвлекало от погружения в медитацию. Геральт открыл глаза. Ронвид внимательно смотрел на шрамы на его груди, потом перевел взгляд ниже — на ноги, туго обтянутые шерстяными штанами. Ронвиду явно нравилось то, что он видит, если верить выражению его лица. Когда глаза Ронвида остановились на его пахе, Геральт понял, что Эйвар оказался прав.
Наглядевшись вволю, Ронвид поднял глаза и испуганно воскликнул:
— Вот дерьмо! Они светятся в темноте!
— И видят, — подтвердил Геральт. На него падал свет от огня в камине, а вот кровать находилась в тени.
Ронвид тут же отвел глаза и натянул одеяло до подбородка. Теперь он выглядел смущенным и испуганным, явно осознав, что от внимания Геральта не ускользнул его интерес.
— Эта дева Билберри, — нарушил молчание Геральт, — зачем ты ее придумал?
— У рыцаря должна быть дама сердца, — и Ронвид добавил с гордостью: — Я даже восхвалил ее в письме, которое всегда ношу на груди.
Кажется, он не вполне понял причину вопроса.
— Звучит довольно странно, — заметил Геральт.
— Да что вы об этом знаете, сэр? — запальчиво воскликнул Ронвид. — Вы не рыцарь и даже не… не…
— Не человек? — подсказал Геральт. Ронвид благоразумно промолчал. — Я хотя бы не притворяюсь кем-то другим, — заключил он со вздохом: попытка аккуратно намекнуть, кажется, провалилась.
— Боюсь, я вас не понимаю, — надменно произнес Ронвид. Однако, судя по бегающему взгляду, он понял если не все, то многое, и теперь неумело играл дурачка.
Геральт повел плечами и вновь закрыл глаза:
— Твои желания мешают мне медитировать.
— Мои… что?!
Геральт поморщился:
— Ты спросил — я ответил. Мне нужны тишина и покой. Могу уйти в другую в комнату, если мое присутствие тебя напрягает.
Вновь молчание. Геральт уже начал погружаться в медитацию, когда Ронвид тихо спросил:
— Зачем тогда привели сюда?
— Если честно, хотел предложить работу, — ответил Геральт, не открывая глаз. — Эйвару нужен помощник, а тебе — чем-то занять свободное время. И не помешало бы привести себя в форму — еле меч в руках держишь. Работа в кузнице могла бы этому поспособствовать.
— Да, у сэра Эйвара сильные красивые ру… — и Ронвид резко замолчал.
— Согласен, — Геральт не сдержал зевок. Кажется, с медитацией придется повременить: он просто-напросто сейчас заснет, не успев подготовить сознание.
— Вы с ним, м-м-м?..
Геральт представил, как Ронвид смущенно выглядывает из-под одеяла, не в силах закончить вопрос.
— Друзья, — ответил он.
— Только друзья? — В голосе Ронвида сквозило недоверие.
— Я не против чего-то большего, — добавил Геральт откровенно, — но Эйвар давно дал понять, что его это не интересует.
— Понятно, — пробормотал Ронвид с облегчением. — Поначалу я подумал, что он… кхм… Он очень открыт с незнакомцами.
— Таков уж Эйвар, — улыбнулся Геральт.
— А ведьмаки все такие любвеобильные? — поинтересовался Ронвид через какое-то время.
Геральт вновь зевнул.
— Любвеобильность не означает, что мы спим с каждым встречным, — ответил он и добавил с усмешкой: — К тому же далеко не каждый встречный соглашается.
— А-а-а?..
— Если утром по-прежнему будешь хотеть, вернемся к этому разговору, — Геральт устало вздохнул. — А теперь позволь мне помедитировать.
— Мы могли бы разделить постель, — предложил Ронвид и добавил с паникой в голосе: — Как братья, разумеется. Не следует одному спать на полу, когда другой устроился с удобствами.
— Так и сделаю, — неожиданно для себя согласился Геральт.
— А-а-а… Хорошо, — кажется, Ронвид и сам не ожидал такого ответа.
Геральт снял штаны и остался в одних только брэ, залез под одеяло. Ронвид зашевелился и сдвинулся к краю.
— Вы — благородный человек, сэр Геральт, и я приношу извинения за все неудобства, что вам пришлось из-за меня вынести, — чуть ли не скороговоркой проговорил он.
Ох, силы, неужели Ронвид никогда не заткнется?
— Соблазнять меня сейчас — бесполезно, — мстительно заявил Геральт, в ответ — недовольное сопение. — Если утром будет стояк — не принимай близко к сердцу, — добавил он довольно и повернулся к Ронвиду спиной.
Пусть теперь гадает, о чьем стояке он говорил.