Work Text:
— В смысле ты не будешь вести основы управления тёмной энергией, — спросил Сюэ Ян, замерев со стаканом, поднесённым ко рту.
Вэй Усянь нежно вытащил стакан у него из ладони, отпил и сделал вид, что его сейчас стошнит.
— Как ты пьёшь эту приторную гадость? — спросил он, как будто сам только что не высыпал в своё пиво упаковку хлопьев чили. Но Сюэ Ян не позволил праведному негодованию отвлечь его от самого главного.
— Ты же стоишь в расписании у перваков, — сказал он с подозрением. — Если ты скажешь деду, что расписание надо переделывать, его хватит удар.
Вэй Усянь хохотнул, но тут же сделал вид, что не одобряет шуток над Лань Цижэнем, хотя сам посвятил последние лет пятнадцать своей жизни доведению его до ранней могилы. Причём он, кажется, реально старался ему понравиться, но получалось наоборот, и Сюэ Ян находил это невероятно ироничным.
— Вэй-сюн так не поступит, — возразил Не Хуайсан, помешивая трубочкой свой цветной коктейль — безалкогольный, со сливками и мороженым, от которого пахло так, что Сюэ Яну хотелось схватить его и сбежать с улюлюканьем. — Ему кафедра не позволит.
— Мы и есть кафедра, — фыркнул Сюэ Ян и был прав.
Они и были кафедрой, а это сборище было их традиционным пятничным совещанием. В универе они называли это очищением от пагубного влияния тёмной энергии, но на самом деле в основном просто упивались до трупиков, и Сюэ Ян считал, что это спасает от безумия куда эффективнее, чем медитация и прослушивание занудных мелодий. Лично ему от мелодий хотелось убивать — в основном, себя. Вэй Усянь говорил, что это потому что он был психопатом. Сюэ Ян возражал, что психопаты — те, кто эти мелодии сочиняет.
— Вот именно, — надулся Не Хуайсан. — Расписание придётся менять мне, а я не знаю, как его перекраивать, вообще не знаю!
Его брат, сидящий рядом, протяжно выдохнул через нос. Братья Не аргументировали своё появление на очищающих сборищах тем, что их заклинательские техники плохо влияли на душу. Сюэ Ян подозревал, что на самом деле приходили они ради Цзинь Гуанъяо, который тёмным заклинателем официально не был, но явно об этом мечтал. Только Сюэ Ян пока что не понял, какой из братьев Не хотел Гуанъяо выебать, а какой убить. Возможно, они менялись каждую неделю.
— У нас на кафедре не один тёмный заклинатель, — заметил тот, дружелюбно и очень приятно улыбаясь. Сюэ Ян не верил этой улыбке: много раз он видел, как Гуанъяо зарабатывает ею отличные оценки, халявную жратву и повышение зарплаты. Он даже пытался научить Сюэ Яна, но очень быстро похлопал по плечу и прискорбно сообщил, что своей улыбкой Сюэ Ян мог заработать только тюремный срок. А у него один и так уже был, условно-досрочный, ему нельзя было нарушать закон.
— Не один, — подтвердил Вэй Усянь. — У меня нет времени на перваков, Вэнь Нин тут откопал, хехе, целое новое захоронение, я хочу с пятым курсом уйти оживлять мертвецов, заодно кладбище расчистим, Эмпатию поизучаем. А для этого столько бумажек собрать надо… Но по документам курс веду всё равно я.
— Ну и кто на самом деле будет вести эту хрень? — спросил Сюэ Ян.
Вэй Усянь сделал задумчивый вид.
— Так, где бы нам взять тёмного заклинателя, который настолько пропитан тёмной энергией, что его даже очищающие мелодии не берут? Ещё и такого, чтобы был по уши у меня в долгу и умел подделывать мою подпись…
Не Хуайсан хихикнул. Вэй Усянь тоже хихикнул. Сюэ Ян посмотрел на него, как на предателя.
— Нет, — сказал он.
— Да, — сказал Вэй Усянь и ободряюще похлопал его по плечу. — Ничего, первокуры тебе понравятся!
Сюэ Ян проклял свою ужасную жизнь.
***
Первую пару в девять двадцать утра он тоже проклял. Это же основы управления тёмной энергией, тёмной — кто вообще догадался поставить занятия в такую рань? Небось, дед Цижэнь снова пытался приучить Вэй Усяня вставать до рассвета, а не в час дня — но почему страдать должен был он?
— Здрасьте, учитель Вэ… — начал очередной первокурсник и осёкся, как и все предыдущие. Сюэ Ян посмотрел на него с прищуром.
— Чё? — спросил он. — Похож? Чёрные волосы, чёрные шмотки, и всё, все тёмные заклинатели на одно лицо? Брысь.
Он грохнулся за учительский стол, едва сдерживаясь, чтобы не забросить на него ноги. С этим можно было подождать занятия до третьего, а пока — господи, пиздец, почему он не додумался влить в себя с утра литр кофе.
Кто вообще решил, что будет хорошей идеей поставить его кого-то учить? Нет, он, конечно, вёл другие предметы, был младшим преподавателем и непосредственным подчинённым Вэй Усяня, ну, и тёмным заклинателем тоже был — одним из лучших, причём! — но с ним было прикольно ночью ходить откапывать трупы, а не изучать теорию. Ладно хоть Не Хуайсан подогнал ему спизженные откуда-то конспекты…
Откинувшись на стуле, он мрачно смотрел, как заполняется аудитория. Студенты — восемнадцатилетние лбы, зачем-то решившие поучиться заклинательству, — рассаживались по местам и с любопытством косились на него. Половина из них тоже была одета в чёрное. Учитывая, что основы управления тёмной энергией были предметом по выбору, он подозревал, что большая часть припёршегося народа втихаря надрачивали на известного Вэй Усяня, а оставшаяся состояла из деток-панков, которым ну очень уж хотелось стать крутыми тёмными заклинателями. Сюэ Ян их понимал — он десять лет назад пришёл с той же целью.
И куда его это привело…
— Доброе утро, — сказал кто-то ещё, и он неохотно поднял взгляд.
И увидел — не восемнадцатилетнего пацана, а высокого молодого мужчину в белых заклинательских одеждах.
И вот в чём дело. Сюэ Ян разделял людей, носящих традиционные одежды, на две категории: претенциозные уебаны и Лани.
Чистеньких Ланей, наводнявших универ, он мог терпеть — он бы и сам, небось, ходил в традиционном, если бы за ним следил дед Цижэнь. Вот только Лани носили бело-голубое, а на рукавах этого мужчины были вышиты чёрные узоры. Значит, не Лань. Оставался первый вариант.
— Привет, — коротко буркнул он. — Ты не староват для первого курса?
— Учиться никогда не поздно, — ответил ему мужчина приятным голосом. И, коротко улыбнувшись, пошёл искать место в аудитории.
Сюэ Ян уставился ему вслед с открытым ртом и предательски заколотившимся в груди сердцем.
***
— Так, — сказал он, грохаясь за столик на ближайшем же очищающем сборище. — У меня появился вопрос.
Вэй Усянь, вычёсывающий из длинных волос землю, уставился на него с интересом.
— Валяй, — сказал он.
— Тёмное заклинательство как-то связано с кинком на чуваков в белых одеждах?
Не Хуайсан — да и Не Минцзюэ, кажется, тоже — подавился коктейлем. Цзинь Гуанъяо уставился на Сюэ Яна из-за стакана своими внимательными лисьими глазками. Сюэ Ян мысленно показал ему средний палец.
— Это научный интерес, — буркнул он. — Мне за год три статьи написать надо. Вот, тему выбираю.
Вэй Усянь, как эксперт в надрачивании на заклинателей в белом, заржал в голос.
— Если обнаружишь связь — скажи, я докторскую напишу, — попросил он. — Что, первая пара прошла успешно? Надеюсь, он хоть совершеннолетний? Так, стой, у меня же Сычжуй с Цзинъи к тебе ходят — ты не про них? А то я готов породниться!
Сюэ Ян злобно посмотрел на него и захлюпал коктейлем.
Как же он жалел, что проклятия отскакивали от Вэй Усяня, как от стены горох.
***
Сюэ Ян никогда ещё так сильно не злился на собственное разгильдяйство. На первой паре он не провёл перекличку — потому что ему было плевать, хотелось спать, и он забыл распечатать список. Но без списка вычислить первокурсника в белом не получилось, поэтому в следующий раз он притащил на пару и список, и даже ручку, да ещё и нормальные заметки на лекцию. Ну и что, что это было всего лишь введение в дисциплину — Сюэ Ян был серьёзным преподавателем, почти что учёным, магистром тёмнозаклинательских наук, собравшим в гараже из говна и палок копию тигриной печати Вэй Усяня. И, да, его за это чуть не посадили, но это было давно и неправда, и вообще, на его тёплое преподавательское место никто особо не рвался.
Сюэ Ян с завистью вспомнил пятничный рассказ Вэй Усяня про пятикурсника, который грохнулся в обморок при виде Вэнь Нина с трупом в руках, и в очередной раз подумал, как же сильно он соскучился по практическим занятиям.
Надо было выбить для себя какого-нибудь крутого практического материала. Может, даже выпросить у целителей крови. Или своей слить литр — пусть детки заодно поучатся писать тёмные талисманы.
— Доброе утро, — раздался рядом с ним знакомый голос. Сюэ Ян поднял голову. Для девяти утра заклинатель в белом выглядел ну слишком уж хорошо.
В этот раз он не стал ждать, пока Сюэ Ян ответит — просто прошёл на своё место в центре первого ряда и достал конспект из широкого белого рукава. Запястья у него тоже были белыми, изящными и ухоженными. Сюэ Ян сглотнул.
Он так, так сильно был готов проводить перекличку.
***
— Сяо Синчэнь, — заявил он, как только Вэй Усянь рухнул за столик, потеснив братьев Не. И вовремя — Сюэ Ян задолбался смотреть, как младший тайком подливает в свой безалкогольный коктейль ром из стакана старшего, пока тот прожигает взглядом сидящего напротив Цзинь Гуанъяо.
— Не, я Вэй Усянь, — ответил Вэй Усянь. Со звоном поставил на столик стакан виски с колой и целую тарелку куриных крылышек. Не Хуайсан деловито налил в пустой стакан чистой воды, взял крылышко, прополоскал его и принялся есть. Вода при этом подозрительно окрасилась в красный.
— Да не ты, — раздражённо сказал Сюэ Ян. Его «очищение» проходило пока что не очень — было уже десять вечера, а он до сих пор не успел накидаться. Вот нужно было Вэй Усяню опаздывать? — Парень-первак. Сяо Синчэнь. Ну, который в белом, но не Лань.
— А-а, — глубокомысленно издал Вэй Усянь. — На которого ты запал.
Сюэ Ян вздыбил метафорическую шерсть. Ни на кого он не запал — просто парень в белом был. Ну. Объективно горячим. Но только потому что он был единственным взрослым, и традиционные одежды ему шли. И, да, возможно, Сюэ Ян не отказался бы посмотреть, что у него под одеждой, но это был чисто профессиональный интерес.
— Западать на студентов нельзя, — напомнил Не Минцзюэ. Сюэ Ян кисло на него посмотрел, но спорить не стал, потому что очень хотел жить, а у Не Минцзюэ был ну просто охуеть какой огромный меч, и это даже не было пошлой метафорой.
— Мне просто интересно, что он забыл на первом курсе и на моём предмете, — сказал Сюэ Ян. — Он ж старше меня. Ещё и выглядит, как праведник. Хуже какого-нибудь Ланя.
— Эй, — одновременно сказали Вэй Усянь, Не Минцзюэ и Цзинь Гуанъяо.
— А я вот люблю кнуты, — с милой улыбкой поделился Не Хуайсан.
Застонав, Сюэ Ян залпом опрокинул в себя стакан пива.
***
Сяо Синчэню было двадцать девять, он был на год старше Сюэ Яна и поступил на первый курс, с блеском сдав все вступительные экзамены.
Разумеется, выяснил это Сюэ Ян как нормальный вменяемый человек — забравшись в универскую базу данных под логином Вэй Усяня и найдя на Сяо Синчэня всё, что мог. Он, кстати, реально оказался каким-то праведником. В расписании у него стояла светская и заклинательская этики, две разных философии, введение в целительство, музыкальное заклинательство и пара предметов по усмирению разных созданий. А ещё, с интересом отметил Сюэ Ян, он ходил на факультатив по пиздилову, который официально назывался, разумеется, факультативом по фехтованию с элементами древних техник. Сюэ Ян в своё время на такой тоже ходил, но быстро разочаровался, потому что на самом деле они там почти не дрались, а постоянно медитировали и развивали золотое ядро. А когда начали драться, Сюэ Яна оттуда выгнали, потому что, видите ли, нельзя было кидаться в глаза противников песком.
Сяо Синчэнь, небось, песком не кидался. И золотое ядро у него должно было быть нормальное, в почти тридцать-то лет. Сюэ Ян вообще не понимал, как можно было пойти в универ в таком возрасте, но не ему было говорить — он в этом универе вообще застрял на всю жизнь.
(Пока, конечно, не изобретёт какую-нибудь крутую тёмную технику, потому что тогда он продаст её на чёрном рынке и уедет отдыхать в тёплые страны.)
А ещё Сяо Синчэнь был каким-то ну очень уж добрым. Он постоянно улыбался — у Сюэ Яна от его улыбки болело в животе, серьёзно, он не мог на это смотреть, — был вежлив и каждую пару желал ему доброго утра, даже когда Сюэ Ян приползал с похмелья, на полчаса врубал эпизоды из первого попавшегося хоррор-сериала и предлагал определить, какая именно нечисть наводила там шороху и как от неё нужно было избавляться.
И Сяо Синчэнь писал отличные ответы. У него даже почерк был приятным. Сюэ Ян его презирал. Ставил высший бал, вздыхал на фотку в базе данных и презирал.
***
— Короче, я знаю, кто он, — сказал Вэй Усянь в следующую пятницу, заедая свиные рёбрышки сухариками с сыром и запивая шотами Сюэ Яна, который за них вообще-то заплатил и планировал выпить сам. Потому что Вэй Усянь мог вообще не пить — алкоголь его не брал. Сюэ Ян опасался, что это влияние тёмной энергии.
— Кто кто? — спросил Не Хуайсан, заинтересованно поблёскивая глазами. Цзинь Гуанъяо, пьющий вино, тоже перевёл на него взгляд, но вслух свой интерес выражать не стал.
— Будущий парень Сюэ Яна, — ответил Вэй Усянь.
Если бы он не был гением и начальником (а ещё хозяином квартиры, которую Сюэ Ян снимал), Сюэ Ян бы его уже убил.
— Ну и кто он? — спросил Не Хуайсан.
— Даос с горы одной бессмертной заклинательницы, — ответил Вэй Усянь. — Пару лет назад спустился в мир. Решил вот получить правильное образование, чтобы дали лицензию на ночные охоты. Его один раз чуть не арестовали за нелицензионное изгнание призрака, кстати, так что ты выбрал себе отличную пару!
Сюэ Ян, которого, вообще-то, арестовали по-настоящему и даже едва не посадили, и не за изгнание призрака, а за поднятие целого фамильного кладбища с помощью самодельной печати, сделал вид, что это вовсе его не интересует.
— Ты откуда всё это знаешь? — спросил он.
— А, — легко отозвался Вэй Усянь. — Да он сам рассказал. За ужином. Он, оказывается, шиди моей матери, шишу мой, в общем. Круто, да? — Он поднёс сухарик ко рту и остановился. — О, кстати. Мы, получается, и правда породнимся!
— Замечательно, — без энтузиазма ответил Сюэ Ян и задался вопросом, почему его постоянно тянет на стукнутых в голову.
***
Стукнутый в голову, он же Сяо Синчэнь, он же даочжан в белом, он же причина, по которой Сюэ Ян продолжал ходить на пары, реально оказался светленьким заклинателем с отдалённой горы.
Сюэ Ян даже нашёл про него пару статей, распечатал их, вырезал фотки и использовал их по назначению. Цзинь Гуанъяо предложил подарить ему пару рамочек, а лучше мозгов, чтобы он перестал страдать хуйнёй и подбил к нему свои яйца.
— А кто тогда кем воспользуется, я им, потому что он мой студент, или он мной, потому что я младше и невиннее? — спросил Сюэ Ян. Цзинь Гуанъяо ничего не сказал, но мысленно явно поклялся, что больше никогда не будет давать ему советы в личной жизни.
Как будто Сюэ Ян нуждался в советах. Он был самодостаточным человеком, и даже светлые красивые даочжаны не сбивали его с истинного пути (пути кулака и двух пальцев, как ласково звал это Не Хуайсан. Иногда Сюэ Яну казалось, что маленький чёрт наблюдает за ним даже в душе).
Поэтому, как самодостаточный человек, Сюэ Ян продолжал вести лекции. Они были скучными — основы основ, откуда что взялось, кто и зачем изобрёл и на сколько лет чуть не присел за это (и в отличие от Сюэ Яна, который мог улететь лет на восемь, Вэй Усяню грозило тринадцать!), как использовать правильно и безопасно и как подчинять своей воле. Вот последние темы Сюэ Яну освещать нравилось.
— Посмотрите сюда, — говорил он, обводя себя рукой и ухмыляясь. — Вот это случается, когда вы игнорируете технику безопасности.
Перваки послушно пугались. Сяо Синчэнь с первой парты смеялся и прикрывал лицо белым рукавом.
Сюэ Ян представлял, как красиво традиционное ханьфу должно было смотреться в бою. Он сам как-то пытался научиться драться в подобной одежде — по правилам, без швыряния в противников стульев, проклятий и собственного меча. Чтобы было честно, благородно и всё такое — и да, это было сразу после того, как его выгнали с факультатива. А потом Лань Ванцзи, обычно учащий старшие курсы, в пяти боях подряд выдал ему таких грандиозных пиздюлей, что Сюэ Ян решил навсегда остаться босяком и пакостником и продать душу тёмному заклинательству. Там тебя хотя бы не лупили деревянными мечами по рукам, пока те не начинали отваливаться.
Но Сяо Синчэнь просто обязан был быть шикарен. И Сюэ Ян всё ещё помнил, что он был записан на факультатив пиздилова, и семестр продвинулся достаточно, чтобы они перестали постоянно там медитировать и начали драться.
Его даже не остановило то, что в это время у него должны были быть пары. В смысле, что он должен был их вести — не основы управления тёмной энергией, просто химию, из-за которой в школе его разок исключили, и которая в универе оказалась внезапно не такой уж и скучной. Но он, что, виноват был, что её ему поставили так поздно? Да и съебаться он собирался всего один раз.
Как младший преподаватель, лаборанты которому были не положены, он был низшим звеном в пищевой цепочке и издеваться имел право только над студентами, поэтому вручил бразды правления первому отловленному в коридоре пятикурснику.
Мо Сюаньюй посмотрел на него немного испуганными подведёнными глазами.
— Но я шёл в клуб, — сказал он жалобно.
— Нет, ты шёл учить второкурсников химии, — возразил Сюэ Ян.
— А отказаться можно? — с надеждой спросил Мо Сюаньюй.
— Можно, но тогда будешь писать диплом со мной, — с улыбкой маньяка ответил Сюэ Ян.
Это, конечно, сработало.
И когда он спустя двадцать минут сидел на крыше пристройки, с которой открывался замечательный вид на тренировочное поле, где с мечом легко и грациозно танцевал Сяо Синчэнь в этих его летящих белых одеждах, то жалел только об одном: что хреновая камера его телефона не пишет видео в нормальном качестве.
***
— Так, тебе выговор за то, что бросил группу с Мо Сюаньюем, тебе за продажу неподобающей литературы студентам, тебе за расхаживание по коридорам с саблей наголо, и тебе за… о, не, тебе благодарность за организацию практик на охранных башнях!
Вэй Усянь отложил листок, на котором что-то было начирикано его нечитаемым почерком, и широко улыбнулся. Его подчинённые, уже изрядно подвыпившие, печально закивали. Цзинь Гуанъяо тоже автоматом закивал, потом сделал сложное лицо и вежливо довольно заулыбался. По нему не было видно, но он был в говно, и Сюэ Ян знал это, потому что видел, как Не Хуайсан тайком то и дело подливает ему в мартини водку.
Самому Сюэ Яну было плевать. Ему было херово.
— Хочу, чтобы он проткнул меня своим мечом, — сказал он, опрокидывая в себя очередную пиалку «Улыбки императора», на покупке которой настоял Вэй Усянь.
Не Хуайсан присвистнул и захлопал ресницами.
Не Минцзюэ хмуро посмотрел на брата.
— Быть проткнутым мечом — честь для любого мужчины, — сказал он. Сюэ Ян не знал, бухой он, прикалывается или серьёзен. И не хотел проверять.
— Кого-то им явно протыкают недостаточно, — с милой улыбочкой сказал Цзинь Гуанъяо. Братья Не посмотрели на него. Если Сюэ Ян правильно угадал, то сегодня выебать его хотел Не Хуайсан, а убить — Не Минцзюэ. Хотя с этими двумя он ни в чём не был уверен.
В любом случае, ему не нравилось, что внимание переключилось с него на кого-то другого.
— Эй, — сказал он, постучав пальцами по столу. Всеми девятью имеющимися.
— Если хочешь, у меня открыты комишки на фанфики, — сказал Не Хуайсан. — Любая заявка до пяти тысяч слов, и он проткнёт тебя мечом в любых позах. Готов сделать скидку по дружбе!
Звучало, на самом деле, интересно.
— Ты можешь предложить ему скрестить мечи, — заявил Вэй Усянь. — Я вот Лань Чжаню с пятнадцати лет предлагал, и что вышло!
Насколько Сюэ Ян знал, вышло то, что встречаться они начали только в тридцать пять. У них с Сяо Синчэнем не было столько времени, Сюэ Ян вообще не собирался доживать до пятидесяти, он хотел уйти в самом расцвете сил и с мёртвой армией на три тысячи голов, не меньше. Сяо Синчэнь не входил в эти планы.
Но этот дурацкий меч… и это дурацкое ханьфу… и улыбка эта, тоже дурацкая…
— Эй, это моя порция! — воскликнул Вэй Усянь, но было уже поздно: Сюэ Ян осушил всю «Улыбку», оставшуюся в кушине.
***
Первого дня практики Сюэ Ян ждал и боялся одновременно. Ждал, потому что это было единственной интересной частью всего дурацкого курса и отличной возможностью напугать первокурсников до слёз, а боялся — потому что чувствовал, что если светлый даочжан окажется хорош в управлении тёмной энергией, то Сюэ Ян поедет покупать ему кольцо.
Первое занятие было, разумеется, вводным. Сюэ Ян в очередной раз повторил технику безопасности, чтобы дед Цижэнь не смог влепить ему выговор, когда что-нибудь обязательно пойдёт по пизде, и вывалил из шкафа целый ворох источающих злобу сабель семейства Не. Кто-то на дальнем ряду пискнул. Сюэ Ян поглядел на Сяо Синчэня и успел заметить, как тот прячет улыбку.
— Вам как-нибудь помочь? — спросил он. Сюэ Яну пришёл в голову сто и один ответ, из-за которого его могли уволить.
— Все подходим и берём по одной, — сказал он вместо этого. — Они не кусаются, — будто он только что не потратил пятнадцать минут, рассказывая, как любая из этих сабель могла устроить в аудитории массовую резню.
Потом прошёлся по рядам с иглой и раздал талисманную бумагу, обильно капая на неё кровью из пальцев.
— А нельзя как-то более гигиенично? — спросил один из студентов.
— Обязательно учту это пожелание, когда пойдём копать свежие трупы, — пообещал Сюэ Ян.
Хотя они даже не должны были заниматься некромантией — это же были дурацкие основы тёмной энергии.
Он снова услышал, как смеётся Сяо Синчэнь, а когда дошёл до него, тот поднял на него взгляд. Глаза у него были красивые, тёмно-серые, с длинными пушистыми ресницами. Сюэ Яну хотелось их лизнуть.
— Возьмите, — тихо сказал Сяо Синчэнь, когда Сюэ Ян ткнул иглой себе в палец и побрызгал на бумагу кровью. И протянул ему упаковку с пластырями. И снова улыбнулся.
Сюэ Ян, который даже не думал, что уколы от иглы надо обрабатывать, забрал пластыри и тоже улыбнулся. По крайней мере, он так думал, но Сяо Синчэнь посмотрел на него с лёгкой тревогой и явно читающимся в глазах вопросом, не сошёл ли Сюэ Ян с ума.
Сюэ Ян решил, что во всём виновата тёмная энергия, сочащаяся из сабель. А это значило, что ему нужно было провести очищение. Хорошее такое, глубокое очищение.
***
— Ты собрался покончить с жизнью путём алкогольного отравления? — с интересом спросил Вэй Усянь, глядя, как Сюэ Ян заливает в себя третий стакан ромколы. К его чести, в перерывах между стаканами он сожрал что-то очень острое из тарелки Вэй Усяня и, возможно, заплакал, так что часть алкоголя вышла слезами.
И причина даже — почти — не крылась в пластырях, которые до сих пор Сюэ Ян носил с собой.
Причина крылась в результатах практического занятия.
Он понимал, что работает в основном с малолетними кусками дерева, поэтому выбрал самое лёгкое задание. Такое, что могли справиться даже криворукие идиоты. Им всего-то и нужно было, что правильно срисовать из методички талисман и привязать к нему тёмную энергию сабли, пользуясь кровью Сюэ Яна. Да им даже стараться не надо было — сабли реально их там чуть не порешали, вибрируя и пытаясь добраться до талисманов.
И с этим справились все. Вообще все, даже мелкие Лани, среди которых был какой-то очень умный мальчик и какой-то совсем не очень.
Даже они — но только не Сяо Синчэнь.
— Ты посмотри, — сказал он и достал из кармана талисман, подписанный ровным почерком Сяо Синчэня, прекрасным, как и он сам.
Вэй Усянь посмотрел.
— Ничего себе, — сказал он с уважением.
— Он либо очень тугой, либо в прямом смысле святой. Там же была моя кровь! Там же была ебучая сабля Не! — «Эй», — послышалось с противоположного конца стола в унисон, но Сюэ Ян не обратил внимания. — Как можно было превратить простейший талисман в талисман очищения? Да, кстати, поздравляю, вы лишились одной из сабель предков. Она без тёмной энергии развалилась, — бросил он кисло в сторону братьев Не. Потом вспомнил, с каким виноватым лицом сообщил об этом Сяо Синчэнь, излучающий праведность всем своим видом, и снова потянулся к ромколе.
Вэй Усянь с сочувствующим вздохом похлопал его по плечу.
***
Следующую практику Сяо Синчэнь тоже завалил. Грандиозно. Сюэ Ян подумывал начать избегать его, потому что, видимо, аура святости расправлялась с любой тёмной энергией, которая оказывалась в её радиусе.
Поэтому завалил Сяо Синчэнь не только себя, но ещё и парочку своих соседей. Сюэ Ян молча поставил перед ним ноутбук, включил эпизод хоррора и снова заставил писать анализ.
Написал его Сяо Синчэнь идеально. Проблема была только в практиках, но если бы они продолжились в том же духе, у Сяо Синчэня были все шансы завалить его предмет. А тогда, подозревал Сюэ Ян, ему бы точно не дали.
Нужно было что-то с этим делать.
***
— И что ты тупишь? — поинтересовался Вэй Усянь в ближайшую пятницу. — Предложи ему репетиторство!
Не Хуайсан согласно закивал, оторвавшись от нарезания булочки на части кромкой своего веера. Сюэ Ян отчасти очень хотел, а отчасти всеми силами желал избежать столкновения с этим веером в бою. Это был, конечно, не громадный меч старшего Не, но Сюэ Ян в принципе подозревал, что с этой семейкой что-то не в порядке.
— Он ведёт у него пары, он не может заниматься с ним отдельно, — заметил Цзинь Гуанъяо. Потому что хотел поднасрать, не иначе — просто потому что мог. Сюэ Ян на него даже не злился — наоборот, искренне уважал.
— Это когда-нибудь останавливало Сюэ-сюна? — мило спросил Не Хуайсан. Цзинь Гуанъяо столкнулся с ним взглядом. Не Хуайсан начал резать булочку в три раза активнее.
— Если кто-то из студентов об этом узнает, они либо полезут доебываться до деда, либо до меня. Даочжан даже не самый тупой из всей группы, — кисло сказал Сюэ Ян. Для этого разговора он был слишком трезв. Ему это не нравилось, но до зарплаты оставалось ещё несколько дней. Иногда он жалел, что не остался по ту сторону закона.
— А ещё ты будешь выглядеть, как сталкер, — добавил Цзинь Гуанъяо. Сюэ Ян попытался вспомнить, не насолил ли он ему чем за прошлую неделю, но в памяти как-то ничего особого не всплывало. Ну, разве что та пара раз, когда он вставал на цыпочки и предлагал Гуанъяо забрать из его задранных рук документы. Если так подумать — удивительно, как его до сих пор не пырнули в подворотне ножом.
— Я не сталкер, — огрызнулся он. Фотки Сяо Синчэня у него под подушкой говорили об обратном, но Цзинь Гуанъяо о них не знал. Скорее всего.
Ну, может, он был сталкером. Но Сяо Синчэнь-то не был в курсе — и Сюэ Ян предпочёл бы, чтобы так и оставалось.
— О, — сказал Вэй Усянь, отрываясь от крыльев, которые своим соусом уже практически разъели деревянную тарелку, на которой лежали. — А давай я сам ему предложу позаниматься? Он же мой шишу, мы с ним нормально общаемся!
Сюэ Ян не понимал, как это ему поможет, поэтому просто смотрел, как Вэй Усянь облизывает алые пальцы.
— Короче, я ему предложу, назначу время, а потом напишу, что не могу, и придёшь ты! Только сделай лицо поудивлённее, как будто я тебя не предупредил, что учить нужно именно его. А потом включишь своё природное очарование, и всё!
На словах про природное очарование Не Хуайсан как-то подозрительно захихикал. Сюэ Ян вспомнил, как буквально день назад довёл своим видом до слёз аж троих студентов.
— Нет уж, в пизду, — искренне сказал он.
***
Ещё будучи студентом Сюэ Ян понял, что утренние пары — зло. Но когда он стал преподавать, то понял, как сильно ошибался.
Утренние пары были адом на земле.
Особенно когда в его аудитории внезапно обнаруживалась чужая группа, а какой-то в мозг клюнутый долбоёб-коллега клялся, что в расписании что-то изменилось, и именно его дурацкую этику поставили в это помещение.
Пока Сюэ Ян, дымясь, бегал разбираться, какого хрена кто-то хочет осквернить этикой его любимую аудиторию, нерадивый долбоёб смылся и забрал с собой группу и ключи, и тогда пришлось бегать, чтобы их отыскать.
Сдавшись за пятнадцать минут до начала пары, Сюэ Ян пошёл вниз требовать второй ключ, который точно должен был где-то валяться. Он бесился — но ровно перед тем, как пар окончательно повалил из ушей, среди галдежа студентов, бесконечным потоком сонно тянущихся через проходную, мелькнули знакомые белые рукава с чёрным узором.
Забыв про ключ, Сюэ Ян уставился в толпу.
Сяо Синчэнь только вошёл в универ, всё такой же свежий и улыбчивый, как и всегда. Только вот улыбался он человеку, при виде которого в горле поднялся рвотный позыв.
Он не просто так завёл категорию претенциозных уёбков, ходящих в традиционных одеждах. А возглавлял её никто иной, как Сун Цзычэнь, конченый урод, мудак и просто бывший одногруппник Сюэ Яна, с которыми они в одно время учились в магистратуре. Он постоянно ходил в чёрном, за несколько лет улыбнулся ровно ноль раз, но нервов Сюэ Яну выел немало.
А ещё этот придурок написал свою магистерсую на стыке заклинательства и психологии, выбрав как тему что-то в стиле «Бла-бла и отрицательное влияние тёмной энергии на психику», сделав основным объектом исследования самого Сюэ Яна.
Вэй Усянь, при этом, ржал как сволочь и работу лично одобрил.
Сюэ Яну хотелось пойти и устроить Сун Цзычэню незапланированную встречу с его почившими родственниками.
И вот сейчас этот самый Сун Цзычэнь стоял у входа в универ, и пришёл он явно с Сяо Синчэнем.
— Спасибо, что подвёз, Цзычэнь, — донеслось до Сюэ Яна.
— Всегда пожалуйста, — сказал Цзычэнь.
Потом они обнялись.
Пара проходящих мимо Сюэ Яна студентов шарахнулись в сторону, заметив выражение его лица. Сюэ Ян проводил выходящего Сун Цзычэня взглядом.
У него появился план.
Сразу же после пары он остановил двух мелких Ланей Вэй Усяня, которые пытались покинуть аудиторию, и ловким пинком закрыл перед ними дверь.
— Зачёт сдать хотите? — спросил он у них.
— У нас и так средний балл высокий, — с подозрением сказал тот, который не был умняшкой. Сюэ Ян был примерно на сто процентов уверен, что высокий средний балл был у второго, а у этого едва ли переваливал за проходной.
— Это ненадолго, — пообещал он. — Короче. У вас есть одногруппник.
Лани переглянулись. Тот, что поумнее, вежливо улыбнулся.
— У нас их много.
— Который в белом, — сказал Сюэ Ян. — У него есть парень?
Один из Ланей — точно, Сычжуй, или как его там, — посмотрел на него всё с такой же улыбкой. Даже не озадаченной. Сюэ Ян был уверен, что Вэй Усянь рассказывает ему все подробности лично. А вот второй уставился с открытым ртом, за что получил лёгкий и очень вежливый тычок под рёбра.
Как Вэй Усянь умудрился вырастить такого вменяемого пацана?
— Мы не знаем, — сказал он. — Узнать?
— Какой ты сообразительный, — сказал Сюэ Ян. — Валите, и чтоб без выполненного домашнего задания не возвращались!
***
— Предложение наебать Сяо Синчэня ещё в силе? — спросил он, ставя перед Вэй Усянем два кувшина «Улыбки императора».
Тот просиял.
— Я расскажу эту историю на вашей свадьбе, — пообещал он.
— Отношения, начатые с обмана — отличные отношения, — прикрывая улыбку веером, сказал Не Хуайсан, и Сюэ Ян был склонен с ним согласиться.
***
Адрес Сяо Синчэня Сюэ Ян получил уже в воскресение. Ещё он получил целую строчку подмигивающих смайликов от Вэй Усяня, который скинул его, и напоминание не палиться, что всё это было запланировано.
Мысль эта вылетела у него из головы, стоило Сяо Синчэню распахнуть дверь.
Потому что дома он тоже, как оказалось, ходил в традиционном, только выходное ханьфу сменилось на такое же белое, но простое. И рукава у него были подвязаны, открывая изящные, но крепкие руки.
Сюэ Ян уставился на них.
— О-о, какая неожиданность, — неискренне сказал он.
Сяо Синчэнь, замерший перед ним, удивлённо поморгал.
— А где Вэй-шичжи?
— Он умер, — сказал Сюэ Ян. — Я за него.
Сяо Синчэнь распахнул рот — а через мгновение до него дошло, и он коротко хохотнул. Тут же прикрыл рот рукавом и уставился на Сюэ Яна. На его щеках появился румянец.
— А вам точно можно мне помогать? — спросил он.
— А мы никому не расскажем, — пообещал Сюэ Ян и змеёй скользнул к нему в дом.
Отлично. Первый пункт плана был выполнен.
Оставалось совсем немного.
***
— Он сказал, что ни с кем не встречается, — ответственно доложил Лань Сычжуй перед началом пары. Он пытался скрыть это, но любопытство всё равно проглядывало в его взгляде. Сюэ Ян поощрять его не планировал.
— Учтите, если вы пролюбились — я вас и сейчас завалю, и на химии в следующем году, — пообещал он. Второй Лань слегка побледнел.
— Вы будете вести у нас химию?
Сюэ Ян кровожадно ему улыбнулся. Он готов был поугрожать ещё немного, но его отвлёк знакомый свежий запах и мягкий голос:
— Доброе утро, Сюэ Ян.
Сяо Синчэнь ему улыбнулся. Чуть шире обычного. Сюэ Ян внезапно понял, что ему нельзя вставать из-за стола, потому что тогда его точно уволят за домогательство.
На всякий случай он устроил рюкзак на коленях и сделал вид, что что-то там ищет.
— У вас десять минут на подготовку, — сказал он чересчур высоким голосом. — Сейчас будем писать срез.
Не самый умный Лань застонал — но когда Сюэ Ян кинул короткий взгляд в сторону Сяо Синчэня, тот всё равно ему улыбнулся.
***
— Как дела с Сяо Синчэнем? — поинтересовался Не Минцзюэ на следующее их очищающее собрание.
Сюэ Ян посмотрел на него с недоверием, но заметил Не Хуайсана, который невинно хлопал ресницами из-за стакана, и решил, что это всё его манипуляции. Хрен знает, какие, но точно его.
Но он всё же задумался над ответом.
Потому что он сам не знал, как с ним дела.
Потому что Сяо Синчэнь был, кажется, безнадёжным.
— Простите, — каждый раз с виноватой улыбкой говорил он, когда случайно разрушал слабенькие талисманы Сюэ Яна. И когда изгонял духов, которых Сюэ Ян призывал — в основном цветочных, от безвременно сгинувших домашних растений. И когда умудрился порезаться в процессе нарезания бумаги для печатей, и в этот раз Сюэ Яну пришлось предлагать ему пластырь.
Зато он подержал его за руку.
И посидел рядом с ним.
И Сяо Синчэнь даже накормил его чуть подгоревшим и несолёным обедом.
Насколько странным было, что Сюэ Яну хотелось передёрнуть на то, что его накормили обедом?
А ещё в квартире Сяо Синчэня не было ни единого следа Сун Цзычэня, уж Сюэ Ян-то чувствовал — он бы унюхал этого придурка за километр. Может, маленькие Лани действительно не облажались, может, у него был шанс.
Нет, у него точно был шанс.
Он ухмыльнулся.
— Понятно, — сказал Не Минцзюэ задумчиво.
Не Хуайсан всё так же невинно продолжил хлопать глазами.
***
Сюэ Яну стоило бы заподозрить подвох уже тогда.
Но заподозрил он его, когда Сяо Синчэнь два раза подряд завалил практику, причём во второй раз — то же задание, что до этого он кое-как выполнил дома, потому что Сюэ Ян наплевал на всякую там этичность и здравый смысл и решил подготовить его заранее.
— Я не знаю, что ты сделал, но ты виноват, — сказал он, врываясь на кафедру. Не Хуайсан, веером нарезающий тонкие полоски бумаги — кажется, это был какой-то документ — невинно округлил глаза.
— Я? — спросил он.
Сюэ Ян подумал.
— Или Гуанъяо, — сказал он. — Или вы оба. Я вам не верю, предатели.
— Я не знаю, о чём ты, но поверь, Сюэ-сюн, если бы мы что-то и делали, то только в твоих интересах.
— Лучше бы ты снова хотел его убить, — честно сказал Сюэ Ян.
Не Хуайсан только мелко пожал плечами.
— Твой даочжан сейчас, кстати, на тренировочном поле, — сказал он.
Сюэ Ян развернулся и вышел.
***
Сяо Синчэнь, заметив, как он приближается к полю, остановился. В его руках сверкал белоснежный меч.
— Хотите присоединиться? — окликнул он, поправляя выбившуюся из причёски прядь волос, липнущую к щеке. — Я наслышан про ваше духовное оружие.
Сюэ Ян бы назвал Цзянцзай, скорее, оружием бездуховным. Но всё равно ухмыльнулся.
— Победишь — засчитаю тебе практику, — сказал он.
Сяо Синчэнь рассмеялся, весело и коротко.
— Пусть победит сильнейший, — сказал он вежливо, но Сюэ Ян видел, как смешливо сверкают его глаза.
…Он никогда ещё не возбуждался от того, что кому-то проигрывал.
***
— Всё ещё не знаю, что вы делаете, — сказал он, покупая Не Хуайсану и Цзинь Гуанъяо по дорогущему коктейлю, — но продолжайте.
Те только переглянулись, но коктейли забрали.
***
Сюэ Ян видел, как перешёптываются маленькие Лани, глядя на него. Лань Сычжуй — он теперь побаивался забывать его имя, потому что Вэй Усянь, прознав про это, запер его на кафедре и сорок минут рассказывал про своего драгоценного сына, показывая миллиарды фоток, — при этом выглядел нормально, а Цзинъи — как доморощенный шпион.
Сюэ Ян смотрел на них с прищуром.
Это было подозрительно. Ещё подозрительно было то, что сидели они не на своих местах, а на первом ряду, куда обычно садился единственный студент, на которого Сюэ Яну не было плевать.
Этот студент как раз вошёл в аудиторию, привычно поприветствовал его, светло улыбнулся и спокойно сел рядом с Ланями. Те зашушукались.
Сюэ Ян сощурил глаза ещё сильнее.
«Какого хуя», — произнёс он одними губами, перехватывая взгляд Лань Сычжуя.
Тот покосился на своего дружка, который активно затирал что-то Сяо Синчэню, то и дело округляя глаза и кивая в сторону Сюэ Яна. Вздохнул. Достал телефон.
Через секунду завибрировал уже телефон Сюэ Яна.
«Здравствуйте. Мы просто помогаем ему с учёбой. Нас очень просили», — было прислано с незнакомого номера.
Когда Сюэ Ян поднял взгляд, Сычжуй виновато ему улыбнулся — но тут Сяо Синчэнь коротко рассмеялся, закрывая рукавом рот, и посмотрел на Сюэ Яна — а потом почему-то помахал ему и отвёл взгляд.
Сюэ Ян решил, что казнь мелких Ланей можно отложить на далёкое, далёкое будущее.
***
— Может, они и правда ему помогают, — предположил Вэй Усянь, как будто он был разумным человеком.
Сюэ Ян отвлёкся от слизывания сахара с кромки своего стакана.
— Ха, — сказал он. — Кто бы помог им.
— Ну вот не надо! — оскорблённо взмахнул рукой Вэй Усянь, чуть не макнув рукав в свой бокал, от которого остро пахло перцем. Сюэ Ян чувствовал, что глаза у него потихоньку начинают слезиться от одной только вони, и завидовал Не Хуайсану, который обмахивался веером. — Я лично тренировал а-Юаня тёмному заклинательству. С пяти лет, между прочим!
— Это явно пошло ему на пользу, — сказал Сюэ Ян, который практиковал тёмное заклинательство с десяти и абсолютно точно не был поехавшим сталкером-психопатом.
— Зато представь, что будет, если твой даочжан научится пользоваться тёмной энергией, — лукаво сказал из-за веера Не Хуайсан.
Сюэ Ян представил.
Почему-то Сяо Синчэнь идеально вписывался в его фантазию про трёхтысячную армию мертвецов, с которой они должны были попытаться захватить мир, чтобы потом умереть на пике славы, держа друг друга в объятиях.
Где-то на фоне фантазии даже маячил Сун Цзычэнь — как какая-нибудь мелкая пешка посреди мертвяков.
Сюэ Ян медленно расплылся в ухмылке и даже не заметил, как весь столик протяжно и безнадёжно вздохнул — и как все они переглянулись между собой.
***
Когда Сяо Синчэнь открыл ему дверь в следующий раз, на его щеках уже был румянец.
— Привет, — сказал он. Осёкся. Покраснел сильнее. — В смысле, здравствуйте.
— Ну, привет, — с подозрением сказал Сюэ Ян, проходя. На всякий случай огляделся, но ловушек никаких не увидел.
Он прошёл в гостиную, где они обычно занимались. Увидел на столе талисманы — но Сяо Синчэнь быстро подошёл к ним и убрал. Обернулся на Сюэ Яна. Тот принюхался, щурясь.
От талисманов исходила тёмная энергия.
— Практиковался? — спросил он.
Сяо Синчэнь поглядел на бумагу в своих руках, открыл и закрыл рот. Потом медленно вздохнул. Потом снова открыл рот.
Сюэ Ян сощурился ещё сильнее.
— …Эти придурки тебе всё рассказали? — спросил он прямо. На всякий случай не стал уточнять, какие именно придурки — лично он ставил либо на маленьких Ланей, либо на пару крыс Не-Цзинь, либо на пару крыс, которые подговорили маленьких Ланей.
Но это было неважно, потому что Сяо Синчэнь вздохнул.
— Но у меня правда плохо получается, — сказал он виновато, протягивая Сюэ Яну талисман. Тот взял его, придирчиво осмотрел и кивнул.
— На зачёте такой повторишь?
— Наверное, — честно ответил Сяо Синчэнь.
— Класс. Хочешь пососаться?
— А нам точно можно? Ты мой преподаватель, — с сомнением сказал Сяо Синчэнь.
— По документам курс ведёт Вэй Усянь, — ответил Сюэ Ян.
Сяо Синчэнь ему улыбнулся и сел на кровать, складывая руки на коленях.
— Тогда давай, — радостно сказал он.
***
В бар Сюэ Ян вполз, прихрамывая.
Вэй Усянь, заметив его, поперхнулся пивом и заржал в голос. Не Хуайсан с Цзинь Гуанъяо переглянулись и кивнули друг другу. Сюэ Ян был очень рад, что они пока что не хотели друг друга убить, но лично он невероятно их ненавидел. И даже планировал натравить на них деда. Чуть позже. Когда пройдут с шеи засосы, чтобы самому не нарваться на часовую лекцию.
Только Не Минцзюэ посмотрел на него очень серьёзно.
— Тебя проткнули мечом? — спросил он с чем-то, напоминающим сочувствие.
Вэй Усянь начал плакать от смеха.
Сюэ Ян, захрипев, очень медленно опустился за столик.
— Парное совершенствование, — сказал он. И замолчал, потому что пока не решил, было ли оно лучшим, что случалось с ним в жизни, или наоборот.
Вэй Усянь похлопал его по спине.
— Выпьем за это? — спросил он.
Сюэ Ян вспомнил сияющую улыбку Сяо Синчэня.
— Выпьем, — сказал он и потёр поясницу.