Chapter Text
И ветер свеж, и ночь юна. Горит насмешница-луна:
Сегодня я, как и она, с возлюбленным разлучена.
Могучий Массер скрыт во мгле, Секунда скалится земле,
А мне ещё трястись в седле, покуда ночь юна.
Мерцают звезды в вышине, злосчастный Стоунфоллз — в огне,
И улыбается войне насмешница-луна.
В степях волнуется ковыль, кобыла, поднимая пыль,
Озлоблена, как нетопырь, а я — как и она:
Могу взъяриться и взбрыкнуть… Мне каждый раз терзает грудь
Тоска — когда, пускаясь в путь, с тобой разлучена.
Я — свет на острие клинка, и эта ноша — нелегка,
А Хладной гавани рука когтит меня исподтишка.
В крови давно погас азарт, на горизонте — Эбонхарт,
И индорильский авангард — на острие клинка.
Отбит войсками форт Вирак, и далеко отброшен враг,
Но на душе — клубится мрак, и ноша — нелегка.
Оплачен кровью наш успех, смерть снова требует — не тех,
И рвёт из горла едкий смех холодная рука.
Мой друг был чарами убит, — ликует даггерфольский с’вит! —
И вновь отчаянье когтит меня исподтишка.
Из мертворожденных побед растут виквит и горицвет...
В дороге повстречав рассвет, любимый, шлю тебе привет.
О чём мне лучше рассказать? Как дыбилась морская гладь?
Как жжёт сердца неблагодать отравленных побед?
О том, как Ковенант разбил отважный Танвал Индорил?
Увы, на сердце он взрастил один лишь горицвет.
Не мне о тяжести вины скорбеть, маня дурные сны,
Ведь тень насмешницы-луны почти прогнал рассвет...
А госпожа Ашибаэль вновь не-касыду, не-газель
Плетёт, как скверный менестрель — и шлёт тебе привет.