Work Text:
— В общем, я на тебе жениться не могу.
Инеж подняла взгляд от списка купцов, подозреваемых в работорговле, и обнаружила, что в дверях стоит слегка раздражённый Каз. Крови на нём видно не было, уже хорошо, но, судя по расцветающему на подбородке синяку, в драке он побывать успел.
— Вполне понятно, — сказала она, откладывая бумаги. — Ты наконец осознал святость брачных уз и предпочёл бы жениться в менее сомнительных обстоятельствах.
Каз вскинул на неё ошеломлённый взор.
— …нет, — медленно произнёс он и прищурился. — А ты бы предпочла выходить замуж в менее сомнительных обстоятельствах?
— В принципе, да, но у меня время подпирает.
— Понятно. Хочешь, я совру и скажу ради тебя, что осознал святость брачных уз?
— Очень мило с твоей стороны, но мне уж лучше по-честному.
— Это я с радостью, — пообещал Каз. Инеж почти засмеялась, а он подошёл и прислонился к столу, за которым она работала. Строго говоря, это был кабинет Каза, но во время своих визитов Инеж пользовалась им ничуть не меньше него. По крайней мере, Каз ни разу не жаловался.
— Так в чём заминка? — бестревожно спросила она. Каз скользнул взглядом по её руке — вниз, от плеча, и она почти инстинктивно потянулась к нему. Каз зацепился указательным пальцем за её палец, а большим рассеянно погладил её по внутренней стороне запястья. Инеж чуть не вздрогнула. Она ещё не до конца привыкла к прикосновениям Каза — ровно так же, как не привык к прикосновениям он сам. И всё же за прошедшие годы они оба немало продвинулись на этом пути.
— Короче, — Каз поморщился и оглянулся через плечо, а потом снова посмотрел ей в лицо. — Некоторое время назад я проворачивал одну махинацию со страховкой. Долгоиграющую. У меня на неё несколько месяцев ушло и потребовалась уйма всякой сопроводиловки. — Инеж кивнула. — Ну и вот, чтобы всё сработало… мне нужно было состоять в законном браке… — медленно закончил он.
Инеж подняла брови.
— Каз… ты уже?..
— Я подделал свидетельство, — оправдывающимся голосом проговорил он. — Это подделка. Вся история — сплошная фикция, но, судя по всему, я неплохо справился, потому что эти идиоты в суде утверждают, что брак имеет юридическую силу.
Инеж чуть не расхохоталась. Такое могло случиться только с ними. Она легонько сжала пальцы Каза.
— Ну так подпиши бумаги на развод и дело с концом.
— В том-то и проблема.
— Она умерла? Каз, если она умерла, то и переживать не из-за чего.
— Нет. Никто не умер… к сожалению. — Каз вздохнул и провёл рукой по лицу. — Просто геморрой предстоит тот ещё.
В груди у Инеж шевельнулся первый проблеск тревоги.
— …на ком ты женился?
Каз поморщился.
— Угадай.
***
— Чтоб мне сдохнуть! Четыре года прошло — и мы всё это время состоим в законном браке? — с радостным смехом переспросил Джеспер, прикладываясь к стакану, и задумчиво протянул: — Жаль, я не знал… Мог бы кое-что провернуть. — Каз сузил глаза. — Ну что?! Знаешь же, мне бы что угодно отдали, скажи я, что мы с тобой супруги. А может, ещё и не поздно.
— Даже не пробуй.
— Хмм, — Джеспер откинулся на спинку стула. Инеж подтолкнула бумаги поближе к нему. — Нет-нет, я ничего подписывать не стану, — счастливо заверил он и постучал по столу всунутой ему ручкой.
Каз нахмурился и, повернувшись к Инеж, бормотнул:
— Говорил же тебе.
— Почему не станешь? — спросила она, проигнорировав Каза. Джеспер изогнул бровь, и Инеж почувствовала, как в висках зарождается головная боль.
— Вы, значит, собирались сегодня пожениться? — спросил Джеспер. Каз и Инеж неуютно поежились. — И никому ни слова?
…ну, если ставить вопрос таким образом…
— Джес…
— Гады. Оба два, — он фыркнул и бросил ручку на стол. — Единственное, почему я вообще об этом узнаю — это потому, что я должен развестись с женихом? Ни за что на свете подписывать не стану! — Он оттолкнул документы. — Придётся вам моё согласие заработать.
— А я говорил, проще было бы тебя убить, — сухо прокомментировал Каз. Джеспер ахнул в притворном ужасе. Или в настоящем. С ним иногда сразу и не поймёшь.
— Поверить не могу, что ты говоришь такое на нашу годовщину! — вскричал он, валясь на стол в припадке притворных рыданий. Каз смотрел на него, как на крысу, которую надо загнать в ловушку. Инеж покачала головой, и Каз вздохнул.
— Что мне тебе дать, чтобы ты подписал клятые бумаги? — спросил он. Джеспер так и подскочил. Сквозь мину обманутого супруга прорезалась каверзная улыбка.
— Десять тысяч крюге — и я присутствую на вашей свадьбе.
— Нет.
— Всё твоё — моё, любимый, — подмигнул Джеспер.
— У тебя у самого деньги есть! Или уже все проиграл? — рявкнул Каз. С лица Джеспера слиняла улыбка, и Инеж поняла: Каз только что загубил последний шанс покончить с этой историей цивилизованно.
— Ничего подобного! — отрезал Джеспер. — За одно это… двадцать тысяч.
— Да ты просто…
— Великолепный друг, — встряла Инеж, лягнув Каза под столом. Он бросил на неё возмущённый взгляд. Джеспер фыркнул. — Который понимает, что мне в самом деле очень нужно заключить этот брак, так что, как бы ни забавно было дразнить Каза, ты достаточно любишь меня, чтобы перестать. Верно?
Джеспер немного поразмыслил над её словами.
— Это правда… — протянул он, барабаня пальцами по столу. — И почему всё опять так? А ты не можешь вступить в брак с Ниной?
Дверь отворилась, и Нина просунула голову в комнату.
— Что у вас тут?
— А ты давно под дверью стоишь? — встревоженно поинтересовался Джеспер.
Каз посмотрел на часы и утомлённо ответил:
— Минут десять.
Нина без тени раскаяния на лице впорхнула в комнату, волоча за собой совершенно вымотанного Матиаса.
— Значит, мы с Инеж женимся, — начала она. Матиас с Казом перебили её единодушным и решительным «нет». Нина нахмурилась.
— Ну, Каз-то, судя по всему, не свободен, — проворчала она. Каз злобно покосился на Джеспера, который решил подлить масла в огонь и послал ему воздушный поцелуй. Семнадцатилетний Каз, пожалуй, убил бы его тут же, на месте. Инеж была благодарна судьбе за то, что последние два года поумерили в нём прыть… хотя бы слегка.
— Ты выходишь за меня, — сообщил Матиас, судя по всему, вполне обоснованно взволновавшись, не забыла ли Нина. Нина заулыбалась ещё шире.
— А ну повтори!
— Я сейчас кого-нибудь зарежу, — сообщил Каз. В голосе его звучало предостережение. — Меня устроит любой, кто не Инеж. Самый вероятный вариант — Джеспер.
— У меня иммунитет! Я же твой муж.
— С каждой секундой это утверждение всё менее и менее правдиво.
— Инеж, а ты уверена, что тебе это надо? — скептически поинтересовался Джеспер. — Потому что до сих пор я не вижу в этом браке никакого профита.
Последовал резкий и глухой стук — это Каз опустил ему на ногу тяжёлую трость.
— Оуу! — взвыл Джеспер, пряча ноги под стул. — Так ты меня бумаги подписать не уговоришь…
— Подписывай, а не то я тебе палец отрежу, а пистолеты твои запихну в…
— Ладно, — перебила Инеж, — беседа становится несколько агрессивной. Где Уайлен? — спросила она, надеясь, что его присутствие окажется успокаивающий эффект.
Джеспер задумался.
— Тебе ведь надо замуж ради гражданства? Уайлен родом из Керчии. Может, тебе за него выйти?
— Ты не захочешь, чтобы я за него выходила.
— Он сам на тебе не женится. За него-то кто угодно пойдёт, — просто произнёс Джеспер. Инеж закатила глаза, но не сумела сдержать улыбки, настолько смягчился у него голос.
— А вот ты сможешь, — попробовала она, снова подталкивая к нему бумаги. — Как только подпишешь…
Джеспер фыркнул.
— По-моему, мы все знаем, что Каз бы перестал меня уважать, не попробуй я хотя бы поторговаться.
— Ничего подобного, — начала Инеж, но Каз перебил её.
— С твоей стороны очень смело предполагать, что я тебя вообще когда-либо уважал, но довод по существу, — нехотя признал он, пожимая плечами.
Инеж вздохнула. Ну разумеется.
— Однако это к делу не относится, потому что я всегда могу аннулировать брак, — решил Каз. Джеспер приподнял бровь. — Мы ведь так его и не консумировали. Не считается.
— Твоё слово против моего… а я куда обаятельнее. Тридцать тысяч крюге, — только и вымолвил Джеспер. Инеж гадала, не развлекается ли Каз втайне этой словесной баталией. В конце концов, с кем иным он давно уже разыграл бы карту шантажа.
А может, новая жизнь Джеспера-честного-человека делала его неуязвимым для шантажа. Она, конечно, осознавала, что этот самый честный человек только что признал, что готов соврать, будто занимался сексом с её женихом, но тут ведь дело такое.
— Керчийские законы гласят, что супружеская измена тоже позволяет развод без согласия второй стороны, — попробовал новый подход Каз. Джеспер зацокал языком. — По-моему, вполне можно утверждать, что у тебя интрижка на стороне.
— А доказательства у тебя имеются?
— Доказательством может выступать шея Уайлена, — встрял Матиас с брюзгливым видом. — Бедному мальчику приходится шарф носить, в этакую-то жару.
— Матиас, сейчас шестнадцать градусов, — улыбнулась Инеж. Если Матиас считает, в Керчии жарко, посмотрела бы она на него в Равке или Новом Земе. Матиас содрогнулся.
— Немыслимо.
— Как бы там ни было, — снова подал голос Джеспер. — Засосы Уайлену кто угодно мог наставить. На меня они никоим образом не указывают.
— Даа? А это у тебя тут не контрдоказательство? — Нина вперила взор в шею Джеспера в поисках красноречивых знаков уже на нём. — На тёмной коже скрывать легче, да? — с любопытством спросила она. Джеспер открыл было рот, но тут же захлопнул его, стоило Казу приподнять бровь.
— Отвечу, когда деньги получу, — прошептал он. Каз пощипывал переносицу. Джеспер просветлел. — Кстати, керчийские законы также предполагают соглашение о выплате, если развод обусловлен супружеской неверностью. — Он показал на Каза с Инеж. — А вот и ты с твоей любовницей.
— Джеспер! — возмущённо возопили Нина и Матиас хором. Джеспер аж вздрогнул.
— …которую я, разумеется, люблю и уважаю, — добавил он, косясь на них неверяшими глазами. — Прости, Инеж.
— Никогда ещё не выступала в роли любовницы.
— Никакая ты не любовница, — простонал Каз, зарываясь лицом в ладони. — Джеспер, я стремительно теряю терпение. Никто не должен думать, что у нас с Инеж был роман, пока я — по каким-то причинам — состоял в браке с тобой.
— Почему нет-то? Инеж хорошенькая.
— Кажется, я тебя официально ненавижу, — решил Каз. Джеспер только засмеялся. — И вообще, ты пользуешься тем, что мой моральный компас указывает почти прямо на север.
— Не льсти себе. На северо-запад в лучшем случае.
— Я расскажу Уайлену, что у тебя роман с Кювеем, — посулил Каз. Улыбка Джеспера поблекла. — Раз уж мы тут на откровенное враньё перешли… хотя, может, лучше рассказать ему что-нибудь правдивое, например, как, когда нам было по пятнадцать, ты… стоп! Когда мы это затеяли, нам было по пятнадцать. Это незаконно!
— Ты вступил в фиктивный брак в пятнадцать лет? — спросила Нина. Каз пожал плечами.
— В тот момент оно имело полный смысл, — пробормотал он. Джеспер просмотрел содержимое документа.
— Наши возраста ты тоже подделал. Тут нам обоим по восемнадцать… смешно, учитывая, что выглядел ты тогда на десять.
— Знаешь что! Ладно! — Каз стукнул по столу. Джеспер так и подпрыгнул. — Переговоры так переговоры. — Он протянул руку. — Если подпишешь, я ничего не расскажу твоему отцу.
— Сразу за горло? Тебе же хуже, он решит, что из тебя отличный зять.
— Но всё-таки предпочёл бы Уайлена.
— Это да. Но ему лишь бы я был счастлив, — пропел Джеспер, складывая руки на столе. - Что ещё?
— Пять тысяч крюге.
— Ни под каким видом. Если я получаю только пять, тогда, чур, я официально провожу вашу с Инеж церемонию.
— Нет.
— Тогда поднимай до десяти.
— Я всё ещё могу тебя убить, — напомнил Каз. Джеспер ухмыльнулся. — Шесть — и ты узнаешь, когда состоится свадьба.
— Дурак я, что ли? Как будто не понимаю, что она состоится, как только я бумаги подпишу. Десять.
— Семь — и, так и быть, можешь стоять в нескольких сотнях ярдов от места церемонии.
— Десять — и в футе.
— Восемь — и пятьдесят ярдов.
— Девять — и два фута.
Наступила долгая пауза.
— Нет, — решил Каз. Инеж запрокинула голову. Джеспер неодобрительно поцокал языком. Когда Инеж обернулась к нему, он смотрел на неё непроницаемым взором.
— Вот что я вам скажу. И это моё последнее слово. — Он положил обе руки на стол. Каз сощурился. — Я подписываю — и можете бежать и делать что вам там надо сделать, чтобы Инеж получила гражданство, но потом вы устраиваете вторую свадьбу с нами и родителями Инеж, — просто произнёс он. Каз замер, а потом неуверенно посмотрел на Инеж. И снова на Джеспера.
— Чего это ты добиваешься? — подозрительно поинтересовался он. Джеспер пожал плечами.
— Инеж знает, что перспектива настоящей свадьбы тебя нервирует, так что сама просить не станет. А вот мне не жмёт.
Нина с радостным одобрением показала на Джеспера пальцем. Матиас, похоже, сам не знал на чьей он стороне, так что последовал примеру Нины и тоже указал на Джеспера. Инеж почувствствовала, как неудержимо краснеет под взглядом Каза, и попыталась скрыть свою реакцию, но было поздно. На лице Каза отразилось осознание.
— Замётано, — проговорил он. Джеспер снова щёлкнул языком.
— Не так быстро. Официально?
— Договорились.
— И я буду проводить церемонию.
— Нет.
— Нина?
— Ни под каким видом.
— Матиас или Уайлен?
— На выбор Инеж.
— Угощение?
— А мне какое дело?
— Вот и на нашей свадьбе ты то же самое говорил, — трагически возвестил Джеспер и украдкой подмигнул Инеж. — Сулийская кухня? — спросил он её. Она кивнула, кусая губу. — Великолепно. А я заставлю Уайлена сыграть на флейте. Для меня это много значит. Если откажетесь, ничего не подпишу.
— А Уайлен знает, что в этом участвует?
— Нет. И лучше ему не рассказывайте, — сказал Джеспер. — Да, и лично я за зимнюю свадьбу.
— Э-э-эй, — искренне ужаснулся Каз. — В Керчии? Нет уж. Весной. Со всей очевидностью.
— ...промахнулся немного, — сказал Джеспер и протянул руку. — Тогда меня всё устраивает. Инеж?
Нина хлопнула его по руке.
— А где свадьба будет проходить? Только не в Клёпке! — заявила она. Раздался общий ропот. Джеспер поспешно отдёрнул руку, чтобы Каз не попытался силой заставить его заключить сделку, пока не обговорено место. Каз раздражённо повернулся к Инеж.
— Скажи им, где тебе больше нравится.
Залившись краской, Инеж попыталась было сообразить что-нибудь, но не смогла — настолько врасплох её застало всё происходящее. Каз, видимо, понял это, поскольку настаивать не стал.
— В церкви? — предложил Матиас. Нина покачала головой.
— Инеж не поклоняется Гезену, а Каз и подавно сгорит заживо, если вдруг ступит на святую землю.
— Рад, что хоть кого-то заботит моя безопасность, — сухо заметил Каз и махнул рукой. — Давайте в поместье Ван Эка. Туда посторонние не набегут, а вид красивый. — Он бросил ещё один взгляд на Инеж. Та кивнула. Каз, удовлетворённый, протянул руку. — Сделка?
— Сделка, — согласился Джеспер и, наскоро встряхнув руку Каза, придвинул к себе документы. — Хорошие были годы, милый. Надеюсь, ты вернёшь мне кольцо и… что? — перебил он сам себя, когда Каз сунул руку в карман и швырнул ему в лицо кольцо. — Это то самое кольцо, которое ты носил во время той махинации? — спросил он, поднимая его. Каз пожал плечами. — Слишком уж сентиментально для тебя.
— Ты его сделал с помощью своих гришевских способностей. Я пять лет пытался придумать, как его уничтожить. Теперь у меня безраздельная вера в твои таланты по части изготовлении брони, — сообщил Каз. Джеспер состроил рожу. — Кстати, я хочу, чтобы ты сделал кольчугу для Инеж. Знаешь, как свадебный подарок.
— …как скажешь, — пробормотал Джеспер и толкнул документы обратно к нему. — Ладно. Разумеется, лишь ради Инеж, — добавил он. — Вот вам ваши бумаги, наслаждайтесь вашим браком. Уверен, Нина распланирует всю свадьбу от начала и до конца, что вам и волноваться ни о чём не придётся. Просто прийти и пожениться к полному своему удовольствию.
— Печально наблюдать конец такой великой любви, — очень серьёзно заметила Нина и повернулась к Джесперу. — Если кто спросит, говори, что ваш брак распался потому, что Каз понял, что гетеросексуален.
Джеспер фыркнул.
— Я должен был сам сообразить. Все признаки были налицо. Он слишком часто носил чёрное…
— А я тебе с самого начала говорила, Джеспер, что только гетеросексуал способен убить столько народа.
— Я пытался не идти на поводу у стереотипов!
— Я пошёл, — сообщил Каз.
— Я тоже ношу чёрное, — Инеж нахмурилась, разглядывая свою одежду. Матиас неуверенно покосился на свою.
— А я нет. — Он сощурился. — И что это значит?
Снаружи донёсся какой-то шум, и Уайлен вошёл в комнату как раз вовремя, чтобы увидеть, как Нина хохочет, а Матиас с нарастающим волнением допытывается у неё, что это значит.
— Мы с Казом разводимся, — сказал при виде Уайлена Джеспер. Уайлен с непроницаемым выражением лица закрыл дверь в коридор.
— Жаль. А я так болел за вас, дети мои.
— Я рассказал ему про наш роман.
— Понятно. Так что тут происходит?
Уайлен уселся на свободное место рядом с Джеспером. Каз взял со стола бумаги и свирепо покосился на него.
— Джеспер изменяет тебе с Кювеем.
— Каз, какого хрена? Ничего подобного! — торопливо добавил Джеспер Уайлену. Каз только пожал плечами.
— И ещё он собирается на следующей неделе сделать тебе предложение.
— Каз, какого хрена?
— Ты сам это на себя навлёк, — сухо сообщил Каз. Инеж понятия не имела, сказал ли Каз это ради того, чтобы заронить в голову Уайлена мысль о браке — или же Джес вправду собирался делать предложение. Так или иначе, она приберегла этот вопрос на будущее, а пока выскользнула за дверь и подождала, пока Каз последует её примеру.
На полдороге к зданию суда Каз наконец нарушил молчание.
— Могла бы и попросить.
Инеж спустилась со здания, по крыше которого скользила, и поморщилась.
— Тебе было бы тягостно. И нам вовсе необязательно. Джесперу не следовало тебя заставлять…
Каз засмеялся — должно быть, самой идее, что Джеспер способен заставить его что-то сделать. Но когда он повернулся к Инеж, лицо его было непроницаемо.
— Я бы предпочёл, чтобы ты меня попросила, а не чтобы Джеспер из меня это вытягивал, — сухо произнёс он. Инеж кольнула игла раздражения.
— Я его об этом не просила — и знала, что тебе не захочется. И вовсе не собираюсь наслаждаться тем, от чего ты будешь всю дорогу страдать, — добавила она, напоминая себе сохранять терпение. Не его вина, что он во всём таком не силён.
— И вовсе я не страдал бы всю дорогу, — пробормотал он. Вот это сюрприз. Вероятно, удивление отразилось у неё на лице — Каз вздохнул и, чуть сжав губы, постучал тростью по земле. — Если для тебя это так важно, я бы предпочёл сделать по-твоему, — осторожно подбирая слова, сказал он.
Инеж обдумала услышанное.
— Хорошо… только обязательно скажи мне, если чего-то будет слишком, — предупредила она. Каз нахмурился. — Ты видел сулийские свадьбы? — спросила она. Опасение на его лице усилилось. — Если среди гостей будут мои родители, они захотят соблюдения некоторых традиций.
— …например?
— Жениху полагается прочесть каждому гостю стихотворение. На десять минут. — Каз заморгал. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. С губ Каза не сорвалось ни слова, но в глазах плескалась такая паника, что Инеж с трудом сдерживала смех. — Шутка.
Каз протяжно выдохнул.
— Какое испуганное у тебя было выражение. — Её смех эхом раскатился в воздухе. Каз развернулся и двинулся дальше.
— Зачем ты со мной так? — пробурчал он. Инеж улыбнулась и заскользила следом. Внезапно он снова остановился, сжав губы в тонкую линию. Веселье Инеж перешло в тревогу. Она пыталась сообразить, что могло так напрячь его, но он уже заговорил снова, не смотря ей в глаза. — А если для меня что-то так же важно, мы можем сделать по-моему?
Инеж заморгала.
— Конечно! — тотчас же откликнулась она. — Чего ты хочешь?
Так странно. Она знала: Каз выполнит всё, чего она ни попросит. Вот в чём плюс того, что твой возлюбленный принадлежит к преступному миру — мало на свете тех границ, за которые он не переступит ради тебя… но подчас она забывала, что мало на свете и того, на что она сама не пойдёт ради Каза.
— В суде тебя спросят, хочешь ли ты сменить фамилию. Не бери Бреккер.
Инеж нахмурилась.
— Это ещё почему?
— Это… это не настоящая моя фамилия. Если тебе очень хочется поменять, можешь взять Ритвельд, но мне кажется, Гафа тебе больше подходит.
Инеж сощурилась. Она согласилась, но несколько сомневалась в его мотивах. В глубине души она подозревала, что Казу вовсе не хочется, чтобы она брала фамилию Ритвельд, но в эти материи она сейчас вдаваться не собиралась… во всяком случае, глубоко.
— Но я выхожу не за Каза Ритвельда. Я выхожу за Каза Бреккера
— Тогда оставайся Гафа.
Инеж прикусила язык. На самом деле ей вовсе не хотелось менять фамилию, но под кожей биением боевых барабанов пульсировало желание разобраться.
— Ты не хочешь, чтобы меня с тобой ассоциировали?
— А что, это так неожиданно? — спросил Каз. Нет. Ничего неожиданного. Инеж наморщила нос. — Я думал, тебе твоя фамилия нравится.
— А мне и нравится! И я хочу её сохранить, — чуть досадливо согласилась она. Каз кивнул и продолжил путь. — Но, — начала она и он снова остановился, — я не собираюсь ради тебя хранить наш брак в секрете.
— Я не говорил…
— Говорил.
— Ты всё усложняешь, — заявил он. Инеж пожала плечами. — Тебя уже один раз похищали просто из-за твоей близости ко мне. Объявлять всем, что мы женаты — только ухудшать ситуацию — и тебе что, вправду хочется, чтобы тебя ассоциировали со всем, что я когда-либо совершал?
Ему крупно повезло, что она его любит. Потому что Инеж была близка к тому, чтобы притащить сюда Джеспера — и пускай донимает его, сколько угодно. Она протяжно выдохнула и подняла перед собой обе руки.
— Если бы меня это напрягало, я бы за тебя вообще не вышла, — сообщила она и подошла на шаг ближе. Каз сглотнул. — Для тебя, может, брак — ерунда, но для меня это не так. И я выхожу за тебя не только ради того, чтобы получить гражданство или любые другие законные привилегии, которые тебе, видимо, так милы. Я выхожу за тебя потому, что не собираюсь до конца жизни быть ни с кем другим — и готова открыто это признать. Если ты не готов, давай придумаем какой-нибудь другой способ всё устроить. Тебе понятно?
Молчание. Инеж открыла было рот, но Каз наконец ответил.
— Да. — В коротком слове прозвучала тень раздражения, и Инеж поняла, что это ответ не на тот вопрос, что она задавала.
— Я оставлю “Гафа”. — Теперь уже она зашагала к зданию суда, предоставив Казу догонять. — Может, это тебе фамилию поменять?
Каз засмеялся, но умолк, когда она повернулась к нему.
— …ты серьёзно?
— Клянусь, если ты попытаешься сказать, что опорочишь мою фамилию…
— Ладно, — быстро проговорил Каз. — Я подумаю. И если соберусь, то только во время настоящей свадьбы. Не сейчас. А может, даже и позже. Может, через несколько лет.
— Это по-честному, — согласилась она. Меж ними снова повисло молчание. — Я начинаю понимать, почему из твоего первого брака ничего не вышло, — лукаво добавила Инеж и улыбнулась, когда Каз попытался ткнуть её тростью.
— Страшно смешно.
— Мне тоже так кажется, — согласилась она, протягивая руку. Каз схватил её почти сразу же, без колебаний, и от одного этого у Инеж немного закружилась голова. — Тебе станет лучше, если теперь подумаешь, как нам испортить свадьбу Джеспера с Уайленом?
Лицо Каза мгновенно приняло знакомое выражение, задумчивое и вдохновенное.
— Не первый год об этом мечтаю! Конкретно сейчас я мысленно подсыпаю им яда в свадебный торт.
— Всегда можно сообщить Колму, что они сбежали.
— И это тоже, — ухмыльнулся Каз. — И что медовый месяц они проводят во Фьерде.
Инеж попыталась представить реакцию несчастного Колма, когда он узнает, что его единственный сын намерен тайком жениться без его ведома и провести неделю-другую в стране открытой охоты на гришей. Конечно, она его не то чтобы очень хорошо знала, но догадывалась, что сердечный приступ ему обеспечен… и что если он выживет, то Джесперу белого света не видать.
— Бедный Джес.
— От меня он сочувствия не дождётся, — торжественно сообщил Каз. — Надеюсь, Колм отволочёт его за уши обратно в Новый Зем и запрёт там навсегда.
Инеж сомневалась, что он это всерьёз, но всё равно хмыкнула в знак согласия.
— Мистер Бреккер, — приветствовал их клерк за стойкой, когда они наконец добрались до здания суда. — Добро пожаловать в очередной раз. Вижу, вы собрались вступать в третий законный брак.
Он зашелестел документами, проглядывая записи. Инеж мысленно проиграла в голове его последнюю фразу.
Третий… брак? Она повернулась к Казу. Тот сузил глаза. Шестерёнки у него в голове явно бешено вращались, стараясь припомнить, на ком ещё его угораздило жениться. Через миг он распахнул глаза. Инеж кольнула лёгкая тревога.
— Что? — проговорила она.
Каз провёл рукой по лицу.
— Она не знает! Ни за что ей не говори! Это и было-то всего на три дня, чтобы получить пропуск в Ос Альту.
Последовала пауза. Ос Альта. О нет.
— …ты что, женился на Нине?
— Пожалуй, Матиасу тоже лучше не говори.
— Как ты умудрился на ней жениться без её ведома?
— Просто подделал кое-какие бумаги. Куда неряшливее, чем с Джесом. Тут никто и не думал, что это на самом деле, — объяснил он. Инеж ошеломлённо покачала головой. — Кроме вас, — добавил Каз, обращаясь к клерку. Тот пожал плечами.
— Я знал, что это подделка. А вот насчёт первого раза сомневался. Так что, чисто на всякий случай, буду считать его действующим, — протянул клерк, рассматривая подпись Джеспера. — Всё выглядело таким настоящим… и тот мальчик-земенец так радовался.
Каз многострадальчески вздохнул.
— Возможности транжирить мои деньги он радовался!
Клерк поцокал языком.
— Со мной была точно такая же история.
Инеж подавила улыбку. Каз сочувственно улыбнулся в ответ, протягивая документы на развод. А потом вдруг замер.
— Постойте. А можно мне копию старого свидетельства о браке? До оформления развода? — спросил он. Клерк удивлённо приподнял бровь. — Просто чтобы он думал, что развод не состоялся… в качестве подарка ему с его женихом на свадьбу.
Инеж сама себе не верила, что выходит замуж среди всей этой красоты. И всё же… быть третьей по счёту супругой вовсе не так уж и страшно… по крайней мере, если у них с Казом в будущем зайдёт об этом речь, она будет называть себя именно третьей. Он-то всё настаивал, что вступает в брак впервые — и хотя в техническом отношении, возможно, так оно и было, но Инеж теперь получала козырную карту, на много лет вперёд. Крыть Казу будет нечем.
По крайней мере, в одном она была уверена: их свадьбу никому уже не испортить. А вот шансы Уайлена с Джеспером на безмятежное бракосочетание таяли с каждой минутой.