Work Text:
Все в округе знали об отношении Кэ Цин к работе: ни секунды не должно быть проведено впустую. Закончились дела? Придумай новые! Устаёшь? Отдохни за прочтением законодательной книги! (В этом они сходились с Янь Фэй).
В общем, Кэ Цин была самым законченным трудоголиком, и работа была всей ее жизнью.
Поэтому, когда Кэ Цин заболела, это стало настоящей трагедией.
Было раннее утро понедельника — солнце только начало подниматься из-за горизонта. Обычное время подъема Кэ Цин: вся природа принималась за свою работу, и она пыталась не отставать.
Кэ Цин, как и обычно, проснулась, стоило только солнечным лучам коснуться ее окна. Она приоткрыла глаза, потянулась в кровати и... вздохнула, почувствовав резкую боль в виске.
«Странно, почему голова болит?», подумала она про себя.
Ведь спала она свои стандартные пять часов, лишним отдыхом себя не обременяла вчера, а, как все знают, чем больше отдыхаешь, тем больше устаёшь.
Значит, надо заварить травяного чаю на завтрак — и все тут же придёт в норму. С этой мыслью Кэ Цин сглотнула утреннего воздуха и тут же закашлялась сухим кашлем, вызывающим неприятные ощущения в горле.
«О нет...», была ее мысль.
Да, люди были не такими уж беспомощными, чтобы полагаться на деяния богов, да и в принципе могущи были во многом, как и сами боги, что так пыталась доказать Кэ Цин, но были у богов всё-таки некоторые преимущества, и одно из них — не заболевать.
Но кто такая Кэ Цин, чтобы какое-то больное горло остановило её?
Собравшись с силами, она поднялась с кровати, потянулась, пытаясь не обращать внимание на лёгкое головокружение, намекавшее на желание организма остаться в постели.
— Работа не ждёт!
***
— Да, сейчас все будет готово, — говорила Кэ Цин одной из младших секретарей Цисин.
Она бегала то от стола, то к столу, успевая подписывать объемную стопку бумаг и одновременно собирать по всему кабинету другие стопки, которые нужно было передать госпоже Нин Гуан.
Кэ Цин было и холодно, и жарко одновременно, голова страдала, горло болело, но она все не обращала на это внимания. А когда у неё спросили, плачет ли она, когда она зашмыгала носом, то ответила: «А как тут не плакать, когда умнейшие люди делают такие глупые ошибки в важных документах?», — а сама в это время незаметно достала платок.
Кто-то доложил о проблемах в порту, и Кэ Цин, известная своим девизом «чтобы сделать что-то хорошо, надо сделать все самой», незамедлительно отправилась туда.
— Госпожа Нефритовое Равновесие! — окликнул ее тихий скромный, но такой знакомый голосок. — Какое-то срочное дело?
— Доброе утро, Гань Юй, — кивнула Кэ Цин с серьёзным лицом. Она поправила свою незаменимую заколку и, не сдержавшись, громко чихнула, но с таким же невозмутимым видом, как и до этого, ответила: — Да, опять чего-то не досчитались в пришедших товарах, и в порту переполох. Я... — Сухой кашель не сдержался, следом за ним всхлип.
От Гань Юй, конечно, такое состояние скрыть не вышло... Та, будучи и так довольно чувствительным существом, тут же заволновалась за Кэ Цин.
— Вам, кажется, нездоровится...
— Нет-нет, все нормально, — апчхи, — лишь несильный кашель.
Но Гань Юй уже робко дотронулась ладонью до лба девушки. Почувствовав исходящий от неё жар, она заволновалась ещё сильнее, глаза волнительно стали осматривать лицо Кэ Цин.
Кэ Цин же, не ожидавшая никаких прикосновений, от неожиданности замерла — то ли ее болезненное состояние сыграло с ней злую шутку, отчего ей как будто стало ещё жарче, то ли солнце засветило ещё сильнее.
— Да у тебя жар! — воскликнула Гань Юй. — Нельзя в таком состояний работать, давай я отведу тебя обратно в постель.
— Но я должна...
Казалось бы, из них двоих упрямой и стойкой был Кэ Цин, в то время как Гань Юй, в силу своего воспитания и, возможно, цилиньского характера, оставалась более податливой и тихой, но теперь они как будто поменялись местами.
— Сейчас ты должна, Кэ Цин, — говорила Гань Юй мягким голосом, ведя за руку Кэ Цин, которая умолкла тут же, стоило той уверенно взять её ладонь в свою, — ты должна вылечиться и не думать о работе, пока болеешь!
Кэ Цин, удивляясь то ли поведению девушки, то ли самой себе, молча шла вслед за Гань Юй, уже десять раз позабыв про какие-то дела в порту.
Гань Юй остановилась перед дверью спальни и наконец отпустила Кэ Цин — та, правда, как будто увяла слегка, стоило руке опуститься.
— Я принесу тебе горячий чай. Я делаю его рецепту Хранительницы Облаков, он точно должен помочь, — сказала Гань Юй, робко улыбнувшись. — А ты, пожалуйста, ложись, отдыхай.
Дождавшись кивка Кэ Цин, Гань Юй оставила ее ненадолго, побежав за чаем. Кэ Цин ничего не оставалось, только послушаться заботливую девушку и лечь обратно в постель. Но, что удивительно, её уставшее и еле выдерживавшее тяготы болезни тело мгновенно окуталось мягкостью одеяла и подушки. Кэ Цин уснула тут же, позабыв обо всем на свете.
***
Сколько прошло времени — неизвестно, но Кэ Цин открыла глаза, когда уже солнце заходило обратно, а за окном, выходящее на восток, уже даже темнело. Она все ещё чувствовала жар, горло болело, а нос заложило окончательно, но... ей как будто действительно стало чуть получше после нескольких часов беспокойного сна.
Кэ Цин повернулась в сторону двери и увидела в кресле рядом с кроватью Гань Юй. Та сладко дремала, поддерживая голову одной рукой, сложив ноги под собой. На кофейном столике стоял поднос с давно остывшим чаем и... тарелкой шариков с креветками. Любимое лакомство Кэ Цин.
Столько нежности и благодарности всколыхнулось в Кэ Цин, она с улыбкой смотрела на спящую девушку и думала о том, какая же она замечательная.
Гань Юй, словно почувствовав на себе взгляд, приоткрыла глаза, встрепенулась и поднялась с кресла.
— Ой, прости! — Скрывая зевок, она потерла заспанные глаза, а у Кэ Цин чуть сердце не остановилось от такого количества эмоций. — Я просто хотела проследить, чтобы с тобой все было хорошо и... и чай остыл, надо, наверное, новый заварить... зато я принесла...
— Все нормально, — улыбнулась Кэ Цин, останавливая Гань Юй мягким касанием руки. — Мне уже немного лучше. Просто... просто побудь со мной? — неуверенно попросила она.
Гань Юй замерла на мгновение. А потом застенчиво улыбнулась в ответ девушке и, нежно сжав ее руку в своей, кивнула и присела обратно.
— Расскажешь о сегодняшних делах в Цисин?
Гань Юй радостно кивнула, приблизившись к кровати.
Рук друг друга они не отпускали до самого рассвета.