Work Text:
Когда вечером Олег возвращается домой, в квартире пахнет жареной картошкой. Он чертыхается про себя. Серый любит готовить и умеет, его лазанья – просто пальчики оближешь, но он совершенно не умеет жарить картошку, которую так любит Олег, поэтому довольно регулярно пытается овладеть этой наукой. Он скрупулезно изучает каждый найденный рецепт и отзывы к нему. Олег сбился со счета, сколько вариантов жареной картошки он уже попробовал. Но все не то. Каждый раз у Серого она не получалась, ведь главное – не четкое следование рецептам, а… Додумать он не успевает – из кухни высовывается Серега:
– Ты вовремя! Я как раз заканчиваю. Раздевайся и приходи.
Послав воздушный поцелуй, он скрывается обратно на кухне. Оттуда тут же доносится сдавленная ругань, видимо, что-то пошло не так.
Олег бросает ключи на полку, неторопливо разувается и идет мыть руки. Он безмерно любит этого рыжего засранца, его стремление сделать Олегу приятное, каждую его попытку поджарить картошку, но пора прекращать их общие мучения.
Зайдя на кухню, он застает Серого, гипнотизирующего сковородку. Там булькает что-то кроваво-красное.
– Мне показалось, что ты жарил картошку? – Олег не может отвести взгляд от плиты, заляпанной красными брызгами.
– Ага. Нашел рецепт картошки в томате. Вроде несложно, но томатного сока дома не оказалось, и пришлось импровизировать.
Олег слегка кривится, пока Серый не видит, и достает из холодильника пиво. Он понимает, что импровизация в их случае – это вяленые помидоры. Они вкусные, но абсолютно не предназначены для жарки вместе с картошкой. Без пива тут не обойтись.
Пока они едят, Серый расспрашивает, как прошла консультация, что сказал врач и какие прогнозы на будущее. Олег ковыряется в картошке и нехотя рассказывает про варианты восстановления. Серый слушает, задает уточняющие вопросы, а сам внимательно следит за тем, как Олег ест.
– Совсем ужасно получилось? – Серый кивает в сторону тарелки, по которой почти в полном составе размазана картошка и помидоры.
– Да нет, Сереж. Нормально получилось, просто…
– Знаю я это нормально. То сожгу к чертям, то в кашу превращу, то лук пережарю, то недожарю. Уже столько рецептов перепробовал, на электронных весах ингредиенты отмеряю! С секундомером жарю!
Серый бросает вилку, порывисто поднимается и отходит к окну. Олег допивает пиво – он знает, что Серый еще не закончил говорить, поэтому продолжает молчать. И он прав, как всегда. От окна доносится приглушенное:
– Вот у тебя всегда картошка вкусная. До сих пор помню, как мы вернулись с занятий голодные как черти, а дома только майонез и картошка, которую ты сразу поджарил. Мы ели ее прямо со сковороды, сдабривая этим химическим майонезом. И это было самое вкусное, что я ел в своей жизни.
Олег смеется.
– Сереж, ну я же не раз и после жарил, и не раз мы ее ели с майонезом. Как ты запомнил именно ту картошку?
– Я тогда впервые осознал, что готов есть ее каждый день, даже со сковороды. Если жарить ее будешь ты.
Олег молча поднимается и подходит к Серому. Крепко обнимает и целует в шею.
– Я готов ее жарить каждый день, лишь бы ты был рядом.
– Пиздец мы с тобой романтики, Волков, – Серый мелко трясется от смеха, разворачивается в объятьях и проникновенно смотрит в глаза. – Волче, а почему у тебя картошка такая вкусная всегда?
– Потому что это крайне интимный процесс, – ржет Олег, – и ее не по рецептам надо жарить, а по интуиции! Давай завтра тебя научу. А сегодня доедим эту.
* * *
На следующий день Серый еле дожидается вечера. Им сегодня никуда не надо, поэтому в шесть вечера он тащит Олега на кухню и ультимативно требует:
– Учи.
Олег тихо смеется и заставляет чистить картошку.
– Смотри, Серый. Нарезать картошку надо одинакового размера, иначе какие-то куски прожарятся, а какие-то останутся сырыми или сгорят.
Минут пятнадцать уходит на нарезание картошки.
– Масло наливай побольше, и бери лучше рафинированное.
– А как же «семечкой пахнет»? – Серый смеется.
– Не каждое масло приятно пахнет. Так что рафинированное и не жалей!
Серый послушно ставит сковороду на плиту и наливает масло.
– А что дальше? – он с любопытством заглядывает Олегу в глаза.
– А дальше накрываем крышкой и, пока ждем, когда оно раскалится, высушиваем картошку от излишней влаги. Давай, отрывай бумажное полотенце и промокай все.
– Хоть бы помог, – Серый смеется, но послушно выполняет все указания.
Когда масло нагревается до необходимой температуры, Олег открывает крышку и говорит:
– Смотри, от масла должен идти дым, но не очень сильный, иначе все испортишь. Можешь подставить руку над ним и почувствовать, какой силы жар.
Серый протягивает руку, кивает с умным видом, но Олег знает, что тот нифига не запомнит.
– Теперь мы закладываем картошку, перемешиваем, чтобы она вся покрылась маслом, и жарим до слабой корочки. А пока она жарится – чистим лук и мелко нарезаем. Только не забывай следить за картошкой, нельзя, чтобы она сильно зажарилась.
Пока Серый возится с луком, Олег следит за жаркой и в какой-то момент окликает его.
– Сереж, смотри. Вот такой золотистой корочки нам хватит. Теперь мы ее аккуратно переворачиваем, но не перемешиваем! И жарим дальше.
Серый возвращается к луку, на его глазах выступают слезы. Олег подходит, разворачивает его и шепчет:
– Говорят, что при резке лука выделяется какое-то вещество, которые и вызывает слезы. Но только если мы вдыхаем его, а я знаю отличный способ не дышать.
Он обхватывает ладонями лицо Серого и глубоко целует. Тот сначала слабо отвечает – жжение в глазах отвлекает, но чем дольше длится поцелуй, тем активнее он становится. Когда они начинают уже задыхаться и отлипают друг от друга, слезы на его глазах уже высыхают. Олег чертыхается и бросается к плите. Успел.
– Вот у нас картошка немного обжарилась, и теперь ее можно перемешать, уменьшить огонь и накрыть крышкой, – Олег опять поворачивается к Серому и продолжает. – Надо дорезать лук.
– А если опять заплачу?
– Обязательно заплачешь, а я тебе обязательно облегчу страдания.
Серый радостно улыбается и возвращается к луку.
– Понимаешь, Сереж. В жарке картошки главное – ее чувствовать и лишний раз не беспокоить. Вот сейчас она пропарится под крышкой, затем мы ее посолим, добавим лука и осторожно перемешаем. Можно добавить еще и чеснока, но лично я считаю, что лука вполне достаточно.
Серый уже закончил резать лук и опять плачет. Олег подходит к нему и поцелуями высушивает его слезы, а затем легко целует в губы.
– Не будем отвлекаться. Ты достаточно мелко нарезал картофель и он скоро будет готов.
Он забирает лук и добавляет его в сковороду, солит и все перемешивает.
– Если не любишь сильно зажаренную – можно опять накрыть крышкой, а если любишь с корочкой, то дожариваем без крышки.
Олег достает тарелки и вилки, ставит на стол и произносит:
– Давай сегодня не будем есть из сковороды? Да и без майонеза обойдемся.
* * *
На кухне витает вкусный аромат жареной картошки, возле окна целуются двое. И оба понимают, что урок предстоит не раз повторить. Все равно лучше Олега никто картошку не пожарит, а Серому слишком нравятся поцелуи в качестве лечения от луковых слез, поэтому данную науку он будет постоянно бойкотировать. Но Олег не против.