Work Text:
Чуя на самом деле знает Дазая ещё с первого курса в универе. Тот не то чтобы был популярен среди одногруппников, скорее выделялся в толпе и гордо нёс ярлык чудака. На Чуе никаких ярлыков не было, потому что его самого будто никогда и не было. Окружающие казались ему слишком недалёкими, слишком поверхностными, чтобы тратить время и силы на общение с ними.
Дазай был другим.
Дазай привлекал взгляд с первой минуты хотя бы потому, что был банально красивым. Чуя боялся лишний раз посмотреть на него, лишний раз побыть рядом минуту, о заговорить и речи не шло. Они проучились все четыре курса, по собственной воле разведённые по разным концам лекционной аудитории. Чуя не удивился бы, если бы Дазай не знал его имени и не помнил, как Чуя выглядел.
Ну и к лучшему, думал Чуя. Пока не узнал в конце четвёртого курса, что Дазай устроился на работу в крупнейшее рекламное агентство Йокогамы.
Дазая окружают одногруппники в пустой после экзамена аудитории, заваливая вопросами, кем же тот работает.
— Оператор контекстной рекламы, — гордо заявляет Дазай, и Чуя украдкой кидает на того взгляд. Какой же Дазай охуенный.
Нет, Чуя не сталкер, он просто искал работу и вспомнил случайно, где работает Дазай. Вырядился в самую приличную толстовку, расчесал рыжие непослушные космы и убрал их в более-менее аккуратный хвост. Пришел в офис, который совсем скоро станет таким знакомым и привычным, поднялся пешком по лестнице на четвёртый этаж и присел ждать эйчара на оранжевом диванчике на входе. И чуть не выплюнул легкие, когда увидел, что ему навстречу идет Дазай.
— Чуя Накахара, — улыбается Дазай. — Удачи на собеседовании!
Чуя успевает только поздороваться и кивнуть, как его уводит на собеседование подошедшая сотрудница. Пожелание удачи от Дазая становится счастливым предсказанием для Чуи — в агентство его берут. И берут в ту же группу, где работает младшим специалистом по интернет-рекламе сам Дазай.
Чуя думает, что выиграл эту жизнь. Он может каждый день смотреть на Дазая, делая вид, что так нужно по работе, может разговаривать с ним, может просить о помощи по задачам, может шутить, может ходить курить вместе…
Не может разговаривать о личном. Не может показывать, что действительно заинтересован. Не может открыться и признаться в том, что уже давно в Дазая влюблён. Что видит его периодически во сне, целует во сне, обнимает во сне, живёт во сне. Что ненавидит выходные и праздники, откладывает отпуск, потому что скучает по Дазаю, как ободранный орущий кот скучает по весне.
Дазай такой смешной иногда и недалёкий. Такой припизднутый на всю голову, неловкий, глуповатый и простой. Но Чуя уважает его за то, что Дазаю не всё равно на свою работу и своих коллег. Дазай, блять, строит свою карьеру, и Чуя не может не считать это крутым.
Чуя строит воздушные замки и задыхается в песке, когда они рушатся.
Они стоят в курилке и говорят о какой-то фигне, Чуя не помнит и слова из их разговора. Он просто смотрит Дазаю в рот, на кончик тлеющей сигареты, и то, как Дазай сначала затягивается, а потом медленно выпускает дым. Чуя, кажется, обкурился. Он неловко стучит пальцем по сигарете, стряхивая пепел, докуривает и тушит об мусорку. Туда же летят его неозвученные, никому не нужные чувства.
Дазаю нужна рядом красивая, привлекательная девушка, которая ходит только на каблуках, пахнет свежей клубникой и смеется, как колокольчик. Только такую сможет полюбить Дазай, а никак не Чую — совершенно обычного, неловкого, невыразительного, грубоватого, совершенно не подходящего под стандарты красоты.
Чуя закрывается в себе все больше. Чуя отдаляется, хотя куда дальше отдаляться. Чуя не выдерживает и увольняется, устраиваясь в другое агентство в Токио. Чуя жалеет об этом каждый день и каждую ночь, когда он больше не видит Дазая и не может эгоистично думать, что имеет на это право.