Work Text:
Сейчас 19:54, и Питер зажат между стариком и очень усталой беременной дамой. Дрожащий голос раскатистым басом бьет по его барабанным перепонкам, метро гудит и стучит под его ботинками, воздух спертый. Его задание должно быть сдано ровно в 21:00, минута в минуту, никаких оправданий или чего-то еще. Из 2000 слов осталось 798 слов, хотя даже в предыдущих 1202 изобилие орфографических ошибок и сложносочиненных предложений. Как он позволил этому случиться? Он слишком умен для подобного. У него было целых две недели. Пиздец.
Метро с грохотом останавливается, и он бросается к двери, стремясь вырваться из этой металлической консервной банки, которая почему-то всегда пахла тухлым мусором и мочой.
19:56
Если он побежит, то может вернуться в свою квартиру к 20:03, тогда у него будет целых 56 минут, чтобы дописать. То есть нужно писать примерно по одному слову каждые 4,21 секунды. Он способен на это!
Сейчас он на платформе, поднимаясь по лестнице, горящий азартом, Питер врезается в мужчину, стоящего перед ним.
– Ах! Мне очень жаль, очень жаль! – он бормочет торопливые извинения и бежит трусцой вверх, вверх по ступенькам и прочь. “Все отлично. Все под контролем. Кардиотренировка в любом случае будет полезна для меня, да?"
Обычные гудки и крики, ассоциирующиеся с городом, заглушаются музыкой, мурлычущей в его наушниках: "Spiders in my head, spiders in my mind¹". Это хорошая песня. Ведь он может бежать под неё!
Он вылетает со станции, летит по тротуару (метафорически, к сожалению… почему плохие парни получают все крутые гаджеты?), мимо ряда потрепанных машин, толпы туристов, избегая большой лужи чего-то слегка коричневого. Бетон бьет его по конверсам, ветер кусает за нос и щипает за щеки. На его часах 19:59.
"It all works out all right, you know I'm gonna be all right". Да! С ним все будет в порядке, он сдаст это чертовски дурацкое эссе!
Песня кончается, и ритм города возвращается. Мурашки пробегают по спине, и вдруг он остро осознает: что-то совсем не в порядке. Но когда начинаются мощные барабаны, заглушающие шум города, грохот поездов и гудки машин, он отмахивается от этого чувства, списывая его на беспокойство от недописанной биохимии.
"Почему перемещаться на паутине намного легче, чем бегать?" Питер задыхается. Вот что он получает за пропуск дня ног.
Когда он проходит грязный переулок, волосы на его затылке встают дыбом. Но он так близко, что почти может разглядеть среди смога уродливую груду кирпичей, которую называет домом, подсвеченную заходящим солнцем.
– Ой! – кричит Питер. Что-то врезается в него, эта сила сбивает его с ног и уносит в переулок. Там сыро, задымлено и слегка воняет табаком и свежим мусором. Наушники выскальзывают, и возвращаются шум и суета города.
Его зрачки привыкают к темноте. Питер разглядывает мужчину в черной толстовке с надетым капюшоном, в простых джинсах, заправленных в ботинки в армейском стиле.
Должно быть, грабитель, какой-то преступник нападает на бедных студентов колледжа за их ноутбуки и кошельки. На прошлой неделе он видел пост на Reddit, предостерегающий людей. Питер смотрит на него, но из-за натянутого на голову капюшона не может прочитать выражение его лица.
– Ты!
Он? Это нехорошо. Никогда не хорошо, когда на тебя указывают пальцем, выделяя из толпы. Это целенаправленное нападение? На него? На Человека-паука?
Питер подскакивает на месте, наушники раскачиваются возле него на привязи, адреналин бурлит в его венах. Черт. Его костюм находится в его квартире, и даже с его способностями Питер не хочет сражаться с каким бы то ни было приспешником зла, с его тощим, все-еще-не-могу-отрастить-щетину лицом Питера Паркера, выставленным на всеобщее обозрение.
– Чего ты хочешь?
Дико жестикулируя, мужчина кричит:
– Отдай это!
Питер хмурится.
– Что? Что вернуть?
– Мой телефон!
– Твой телефон? Какой телефон?
Это какой-то новый трюк, который пытаются использовать грабители? У мужчины хватает наглости раздраженно вздыхать, как будто это не он только что напал на Питера.
– Да, мой телефон, я только что получил новый ебаный чехол и все такое, розовый с наклейками Hello Kitty, и я так близок к тому, чтобы открыть Волшебный мир в Cwazy Cwupcakes. Теперь просто отдай его!
Наклейки с Hello Kitty stickers? Cwazy Cwupcakes? Мужчина на 4 дюйма² выше него, он по крайней мере 6 футов 3 дюйма³, наверняка выше, с плечами шире, чем паром Ист-Ривер. Питер считает, что если бы не его силы, этот человек мог бы легко сломать его пополам, как зубочистку. В нем есть что-то знакомое, но Питер не может понять, что именно.
– Ты пытаешься ограбить меня? – Питер спрашивает, сбитый с толку. Он действительно не уверен, что делать с этим гигантом и его Cwazy Cwupcakes.
Мужчина наклоняет голову и слегка поднимает руки, как бы повторяя замешательство Питера.
– Что? С чего ты взял, что я тебя граблю?
Почему? Питер хмурится. Он принял решение. Глупо, но что бы ни делал этот клоун, грабя его, тщательно продумав аферу, что бы ни происходило, страх провалить биохимию превосходит это. Он чувствует, как уходит время, поскольку его оценка за будущее эссе становится пропорционально ниже. Он поджимает губы.
– Боже, дай мне подумать, может быть, это потому, что ты преследовал меня, толкнул в темный переулок и потребовал мой телефон. И все это время не снимал капюшон, так чтобы я не мог увидеть твоего лица! Почему, почему я мог подумать, что ты меня грабишь? – мужчина возмущенно качает головой.
– Как удобно, ты забываешь о той части, где ты, блядь, врезался в меня в метро и выхватил мой телефон, прежде чем рвануть, со скоростью ебаной газели?
– О! – глаза Питера расширяются от узнавания. – Человек из метро! – тень смущения стекает ему за воротник. – Это был ты? Мне очень жаль...
– Да, да, прекрати, просто верни мне мой чертов телефон.
Мужчина хмурится.
Это его вина. Этот человек не какой-то жуткий наемник или мелкий воришка, он просто привязан к своему телефону. И Питер? Питер может посочувствовать этому.
– Я его не брал. Послушай, чувак, я клянусь, я клянусь своей тетей. Я могу позвонить на твой телефон, доказать, что он не у меня. Окей?
Человек на мгновение задумывается.
– Хорошо, позвольте мне ввести свой номер, – и выжидающе протягивает руку.
Питер не был особым любителем рук⁴, пока одна определенная интернет-знаменитость не изменила его мнение. И хорошо. У этого парня определенно есть руки. Толстые, узловатые. Мозоли расползаются по его ладони, по каждому пальцу, растущая грибница, ряд бугристых алых кратеров на далекой планете. На задворках сознания Питера мелькает воспоминание. Там что-то есть, кто-то есть… Но он не может точно определить, что именно. Мужчина опускает рукава, чтобы скрыть шрамы, и Питер понимает, что человек пристально смотрит на него.
– Извини.
Он переводит взгляд на свои карманы и вытаскивает телефон с треснувшим экраном и с изящным корпусом, выбранным в Dollar Tree⁵.
– Вот, введите свой номер.
И, как идиот, Питер отдает свой телефон. Когда он попадает в руки незнакомца, схема замыкается, и Питер понимает, что он только что добровольно отдал свой драгоценный телефон с его неловкими селфи и смущающими поисками в Google совершенно рандомному незнакомцу.
Он наполовину ожидает, что мужчина сунет его в карман и сбежит. Но по милости окорочков Тора и всего хорошего, он просто вводит цифры и набирает номер. Он звонит один, два, три раза. Никто не берет трубку, и Питер вздыхает.
– Видишь? Я говорю правду. У меня нет твоего телефона. Ты можешь продолжить звонить, но он просто переключится на голосовую почту.
Мужчина завершает безуспешный вызов.
– Отлично. Я тебе верю.
Возможно, это просто воображение Питера, но мужчина, кажется, немного сдулся.
– Могу я забрать свой телефон, пожалуйста? Теперь, когда мы со всем разобрались.
Питер облегченно выдыхает, когда успокаивающий, прохладный металл возвращается в его руку. Хотя все те же странные запахи грязного переулка остаются, воздух, кажется, расслабляет его плечи.
– Спасибо.
– Нет, спасибо тебе. Извини, что побеспокоил. Черт, я думаю, мне нужно купить новый телефон. Вероятно, в этот самый момент его разбирают на части или что-то вроде того... – мужчина засовывает руки в карманы толстовки и качает головой.
Питер натягивает свою лучшую сочувственную улыбку, крепче сжимает телефон и поворачивается, чтобы уйти.
– Удачи, чувак. Надеюсь, ты его найдешь.
Он получает нерешительное прощание.
– Спасибо. Увидимся.
Питер сворачивает за угол, вне предела слышимости.
– Надеюсь, что нет… – бормочет он.
Он проверяет свой телефон. 20:12, дерьмо! Не оглядываясь, Питер бежит по тротуару.
Только когда он сидит, скрестив ноги, на своей кровати, накинув одеяло на плечи, когда эссе было давно закончено и забыто, Питер понимает. Раз в несколько секунд образ незнакомца в капюшоне, его мозолистых рук и плеч шире, чем паром Ист–Ривер, кружится под его веками, точки выстраиваются в линию.
– Святое дерьмо!
Он моргает.
В правой руке у него телефон с журналом вызовов с 20:09, а в левой – телефоне со списком контактов, для всего что, связанно с Человеком-Пауком, открытый на контакте Дэдпула. С обоих экранов на него смотрят одни и те же одиннадцать цифр. Он проверяет код города. Затем каждое число, следующее за ним. Питер проверяет это снова, брови сдвинуты, он старательно ищет разницу.
Хочется ли найти ее или нет… Он не уверен. Несмотря на это, различий нет.
Эти два числа – одно и то же.
Так что это должно означать, что мужчина… Питер осторожно кладет оба телефона на прикроватную тумбочку и закрывает глаза. Каковы шансы?
Мысленно рисуя широкие плечи мужчины и телосложение Дэдпула, облаченного в кожу, Питер видит сходство. И руки мужчины… разве массив рябой кожи не напомнил ему о чьей-то еще?
Нижняя половина лица, показывающаяся только на темных крышах на долю секунды, прежде чем быть скрытой каким-либо жирным, соленым конгломератом "еды", который был подсунут к ней.
Что он должен делать? Будет очень странно смотреть в лицо Дэдпулу. Но разве не было бы еще более странно просто притворяться, словно ничего не произошло? Как будто Дэдпул не видел его лица, без спандекса?
Питер замирает. Дэдпул видел его лицо!
– Блядь! – он зарывается головой в подушку и стонет.