Work Text:
Шэнь Цинцю растёкся по шезлонгу. Обещанный турагентством райский хайнаньский пляж сейчас казался ему настоящим адским котлом. Даже заботливо поставленный Цингэ широкий зонт, подаривший ему божественную тень, помогал мало.
— На вот.
Цинцю обернулся. И тут же дёрнулся в сторону, чтобы не напороться на оказавшийся прямо у него под носом традиционный китайский веер. Сморгнув первый испуг, Цинцю взял веер и вопросительно посмотрел на Цингэ. Устроившийся на соседнем шезлонге Лю Цингэ сосредоточенно разглядывал купающихся туристов и недовольно хмурился.
— Спасибо, Цингэ, — Шэнь Цинцю благодарно кивнул и развернул веер.
На бумажной основе было не очень аккуратно пропечатано пресловутое «райские пляжи Хайнаня», стилизованное под традиционную каллиграфию, а рядом красовалась пара пальм. Туристы, наверняка, были в восторге. Цинцю скептически хмыкнул.
— Цингэ, милый, где ты взял это?
— Купил вчера вечером на рынке. — Цингэ поправил солнцезащитные очки и повернулся к Цинцю. — Здесь жарко, я подумал, что тебе может стать плохо.
Цинцю впечатлённо приоткрыл рот. Несмотря на вечно недовольное выражение лица и взрывной характер, Лю Цингэ всё же был совершенно невероятным. Да и чего скрывать, выглядел он охрененно круто! Цинцю скользнул глазами по загорелой груди Цингэ и довольно сощурился.
— Ты такой внимательный, — Цинцю мягко улыбнулся и откинулся на спинку своего шезлонга.
Лю Цингэ смущённо кашлянул. Под пристальным жарким взглядом Цинцю он зарделся и неловко поёрзал. Утерев пот со лба и облизнув сухие губы, Цингэ спросил:
— Может быть... ты хочешь мороженое?
— Хочу, пожалуй, — Цинцю кивнул.
— Скоро вернусь, — сказал Цингэ и, поднявшись и накинув футболку на плечи, почти побежал в сторону отеля.
Шэнь Цинцю продолжил разглядывать фигуру Цингэ, пока тот не скрылся из виду. Цинцю очень нравилось смотреть на красивое лицо Цингэ, но когда бы он отказался полюбоваться на обтянутую плавками тренированную задницу? Вот Цинцю и не отказывал себе в этом маленьком удовольствии.
Когда же Цингэ вышел с прибрежной зоны, Цинцю заметил, что на него изумлённо пялилась какая-то европейская бабуля. Усмехнувшись, Цинцю подмигнул ей, вызвал крайнее возмущение старушки-туристки, и, довольный собой, улёгся поудобнее.
Цингэ вернулся довольно быстро. Однако разморённый на жаре Цинцю уже успел задремать, и, почувствовал нежное прикосновение к плечу, сонно разлепил глаза.
— Держи, — Цингэ протянул ему рожок с тремя зелёными шариками. — Я взял тебе фисташковое. Нормально?
— Конечно! Моё любимое, — Цинцю счастливо улыбнулся и потянулся за своим мороженым.
Цингэ засмотрелся и наклонился ближе к Цинцю. Вместе с корпусом наклонилась рука, а вместе с рукой наклонилось и мороженое. Подтаявшее мороженое. Мгновение спустя прекрасные холодные шарики плавно стекли и с забавным звуком шлёпнулись Цинцю на живот.
Цинцю замер с протянутой рукой. Цингэ глупо моргнул. Два печальных взгляда следили, как мороженое дальше соскальзывает с Цинцю на шезлонг и песок.
Цингэ расстроенно нахмурился и уже собирался пойти купить ещё одно мороженое, но тут Цинцю легко рассмеялся и ухватил его за руку.
— Забей, — протянул Цинцю, понизив голос. — Я думаю, оно и так может помочь нам охладиться...
Окунув в размазанное по его животу мороженое два пальца, Цинцю вскинул руку и мазнул Цингэ по шее. Цингэ вздрогнул и изумлённо уставился на Цинцю. Цинцю хитро глянул на проделанную работу и дёрнул Цингэ на себя. Исполнив свой коварный план, Цинцю припал губами к шее Цингэ и широко лизнул оставшийся сладкий след мороженого.
— Нет, пожалуй, оно вряд ли поможет охладиться.