Work Text:
Зима в горах как всегда прекрасна. Белые, крупные хлопья снега не спеша падают откуда-то с вершины небес, опускаясь на голову маленького мальчика и исчезая в аккуратно убранных чёрных волосах. Лань Чжань сидел на коленях перед домом матушки, вернее бывшим домом, ведь её уже год как не стало, однако он, как и раньше, продолжал каждый месяц приходить на это место. Он не чувствовал холода, наоборот, здесь было намного теплее, чем во всей остальной части Облачных Глубин. Лань Чжань не знал почему, именно здесь ему удавалось отпустить любую тяжесть на сердце и привести мысли в порядок. Каждый месяц мальчик рассказывал о том, что происходит в его жизни, хоть знал, что ответа он никогда уже не получит.
-Здравствуй, матушка. Как ты поживаешь? Надеюсь, у тебя всё хорошо. Брат научил меня правильно зажигать благовония, надеюсь они дошли до тебя. Недавно дядя выбрал для меня имя в быту - «Ванцзи», он сказал, что теперь я почти такой же взрослый, как Лань Сичэнь, значит должен больше учиться и усердней тренироваться. Обещаю, я не разочарую вас.
Лишь раз в месяц Ванцзи позволял себе так много говорить, ведь здесь он чувствовал себя в безопасности, здесь не действовали три тысячи правил. Здесь было тепло.
***
-Добрый вечер, матушка. Сегодня я пришёл поздно, прошу прощения.
Теплый весенний ветер развевал длинные волосы пятнадцатилетнего заклинателя. Сейчас перед пустым домом сидел не по годам развитый прекрасный юноша, вернувшийся с нетипичного ночного обхода. Перед ним на специальной подставке горели три палочки благовония.
-Сегодня в орден на обучение приехали адепты других кланов. Только что я встретил одного на стене. Это возмутительно! Он собирался протащить на территорию Облачных Глубин алкоголь и пытался откупиться от наказания!
«Это «Улыбка Императора», давай я поделюсь с тобой, а ты притворишься, что не видел меня.»
-Я решил следить за ним, мало ли, что он может ещё выкинуть. Дяде точно не понравится.
Юноша посмотрел на небо, которое постепенно заполняла полоска света со стороны востока.
-Скоро рассвет, нужно возвращаться.
Ванцзи сложил руки в молитвенном жесте и поднялся с места, готовый встречать новый день. Кто же знал, что эта ночь кардинально изменит всю его последующую жизнь. Солнце медленно поднималось из-за облаков, освещая новый путь заклинателя.
***
Лето в Гусу выдалось, на удивление, жарким. Солнце нещадно палило и никак не желало скрыться за облаками, чтобы подарить людям хоть немного прохлады. Семнадцатилетний Ванцзи в очередной раз преклоняет колени перед домом матери.
-Матушка, этот человек не выходит у меня из головы. Я не понимаю, что происходит. Он бесстыжий до невозможности, но в то же время притягивает к себе. Он сорвал мою ленту на состязании лучников. На мгновение мне показалось, что так и должно быть, что это правильно. Но осознание того, что для него это просто очередное проявление распущенности, вернуло мне трезвость ума.
Я не знаю, что мне делать, и не знаю, кто может помочь. Эта пустота внутри выливается в ноты сама по себе. Но никто не услышит эту мелодию. Она не для них.
Его голос замирает, когда в отдалении слышатся крики заклинателей и лязг металла. Постепенно всё пространство внизу заполняется красным заревом пожара.
Клан Вэнь уничтожал Облачные Глубины.
***
Привычная дорога к маленькому дому сейчас была усыпана золотом. Осень вступала в свои права, осыпая белые здания яркими пятнами опавшей листвы.
Удивительно, но домик не пострадал после сожжения Облачных Глубин в прошлом году, чему Лань Чжань, был очень рад. После Аннигиляции Солнца он получил свой титул - «Ханьгуан-Цзюнь», так что теперь на его плечи легло больше обязанностей, по восстановлению равновесия после войны. Однако душевного равновесия он найти никак не мог.
-Матушка, я боюсь. Он не желает меня слушать. Тьма разрушает его тело и душу. Много тех, кто желает ему смерти. Я хочу спрятать его, чтобы никто не нашёл. Он ненавидит меня, но это не важно, лишь бы с ним всё было хорошо. Но я не могу заставить его силой прийти в Гусу. Отец поселил тебя здесь, но ты была несчастна. Я не хочу делать ему больно.
Хотелось плакать от невозможности что-либо сделать. Его любимый человек страдает, он убивает себя, но не желает слушать.
«Тёмный путь разрушает не только тело, но и душу.»
«С этим я разберусь сам. И какое дело до моей души постороннему человеку?»
***
Зима. Холодная, жестокая зима. Под ослабевшими ногами тихо скрипит снег. На спине ещё не зажили раны от дисциплинарного кнута, но он всё равно идёт. Тишина этой ночи пугает. Липкий страх закрадывается в самую душу и повторяет одно и то же: «Мёртв.»
Мёртв. Старейшина Илина мёртв.
Лань Ванцзи опускается на колени, привычным жестом зажигает благовония.
-Матушка...он...
Он не может договорить, слёзы стекают по лицу нескончаемым потоком, вместе с кровью на спине. Он падает в снег, не обращая внимания на онемевшие от холода руки и ноги. Это сейчас не важно. Ничего не важно.
Ванцзи не помнит, сколько пролежал так. Все три палочки благовоний уже сгорели, а сам он был осыпан только что выпавшим снегом, который, словно обнимая, прилип к телу со всех сторон.
Боль не отступила, она никогда не отступит. Только мир теперь потерял все краски. Плакать больше не хотелось. Все чувства замёрзли этой зимой вместе со слезами на глазах.
Прости меня...
***
Тринадцать лет спустя, весна в Гусу
-Лань Чжань, Лань Чжань, куда ты меня ведёшь?
-Увидишь сам.
-Ну Лань гэгэ. Как можно в день свадьбы что-то от меня скрывать? Ведь теперь я твой муж официально.
Два заклинателя в ярко красных одеяниях продвигались вглубь леса, пока не вышли на небольшую полянку перед аккуратным домиком. Вэй Усянь уже собирался отшутиться насчёт первой брачной ночи, которую они могли провести здесь, но опешил, увидев, как Лань Чжань встаёт на колени и зажигает благовония. Он присел рядом, не забыв перед этим поклониться. После недолгого молчания Ванцзи начал говорить:
-Матушка, он снова здесь, со мной - его голос звучал взволнованно, но в то же время с искренней радостью, - Сейчас...я более чем счастлив.
На их макушки аккуратно приземлились белые лепестки расцветшей магнолии, что росла тут уже много лет. В жизнь Ванцзи снова возвращались краски, ведь его любимый человек теперь стоял на коленях вместе с ним, одетый в красные свадебные одежды.
Теперь, сколько бы раз сезоны не сменяли друг друга, они будут вместе встречать каждый.
«В дали утихнет шум мирских забот, но мы с тобою никогда не разлучимся.»