Work Text:
***
Обычно после уроков ребята из «Чёрного списка» собирались в заброшенном корпусе на территории школы, чтобы обсудить дальнейшие планы. Но на этот раз у Джим-Бэ был запланирован приём у стоматолога, а у Тайтына — встреча с парнями из спортивного клуба, вместе с которыми он занимался паркуром по выходным.
Эндрю же внезапно вызвали домой, так что на место их привычной сходки в итоге явились только Трафик, Хайлайт и Бантад, который минут через сорок тоже слился, поскольку у него был назначен факультатив по информатике на это время.
Таким образом Хайлайт и Трафик остались единственными в заброшке и, чтобы не терять времени даром в ожидании друзей, они решили пока сделать свою домашнюю работу.
В старших классах слишком много предметов и столь же много домашнего задания, особенно по естественно-научным дисциплинам, так как учеников уже понемногу начинали подготавливать к выпускным экзаменам. А поскольку оценки и успеваемость у их класса всё ещё были достаточно низкими по школе, следовало приложить больше усилий, чтобы хотя бы слегка повысить себе репутацию в глазах директора и учителей.
Задачки по математике давались Хайлайту легко, но сам предмет был ему неинтересен. Он больше любил чтение и занятия по художественной литературе. А вот в физике он был слаб, хоть и получал стабильную четвёрку в конце каждого полугодия. Зато Трафик щёлкал примеры как орешки, без единого заглядывания в решебник, поэтому Хайлайт в кои-то веки мог воспользоваться помощью друга. Однако, взглянув на него, он понял, что физика — последнее, что интересует Трафика на данный момент.
Трафик сидел за столом рядом, в исступлении покусывая резинку на кончике карандаша и, кажется, не написал ещё ни строчки в своей тетрадке.
Хайлайту не требовалось особых усилий, чтобы понять, о чём он думает.
Если бы его собственная сестра пропала, Хайлайт вёл бы себя точно так же. Но к счастью (или к огорчению), ни сестёр, ни братьев у Хайлайта не было — что, однако, не мешало ему сочувствовать Трафику в полной мере своих возможностей. Хайлайт вообще из всех ребят «Чёрного Списка» был, пожалуй, самым тонко чувствующим и сопереживающим парнем.
Он отложил в сторону учебник и повернулся к Трафику: видеть его таким грустным и страдающим было невыносимо.
— Мы обязательно найдём твою сестру, не переживай, — сказал он, глядя на друга.
Трафик вздохнул и поднял голову, наконец выпустив кончик карандаша с резинкой из зубов.
Взгляд его принял оттенок благодарности, а глаза увлажнились.
Каким-то образом Хайлайт всегда точно угадывал его мысли и настроение, в то время как другим членам «Списка» это было не под силу. Не то чтобы они не сочувствовали...
Просто иногда ты подсознательно чувствуешь человека и заботишься о нём больше, чем кто-либо другой.
Хайлайт был таким человеком для Трафика.
— Спасибо, — Трафик вымученно улыбнулся. Его сестра пропала уже несколько месяцев назад. Был ли хоть один шанс, что она до сих пор жива?.. По его лицу скользнула мрачная тень.
— Не глупи, — тотчас нахмурился Хайлайт, проследив за его выражением. — Она определённо точно жива, иначе бы её тело уже нашли.
Трафик выдохнул с облегчением и в то же самое время снова отметил про себя то, как легко Хайлайту удаётся прочесть его по одному лишь взгляду.
Хайлайт заглянул к нему в тетрадь.
— Хочешь, я помогу тебе с примерами?
— Спасибо, не нужно. — Трафик снова робко улыбнулся. — Я сам. Просто... немного сложно сосредоточиться на физике, когда всё, о чём ты можешь думать, это твоя семья.
Хайлайт кивнул.
— Понимаю. Но, знаешь, постоянное прокручивание в голове негативных мыслей может навредить твоему психическому здоровью. Это... тяжело, если всё время только и думать о том, что могло приключиться с твоей сестрой.
— Я знаю. Но ничего не могу с этим поделать, — Трафик пожал плечами виновато, словно оправдываясь. — Родители сейчас в другой стране, и каждый вечер я остаюсь один на один со своими мыслями. А школа ничуть не отвлекает... скорее, наоборот. Здесь я постоянно думаю о «Руках Бога» и о том, в какую же дурную компанию и обстоятельства могла попасть Пи'Фа. Это не обнадёживает.
— А ты пробовал поговорить об этом со школьным психологом? — В голосе Хайлайта звучала неподдельная забота.
— Я не могу раскрывать себя, — напомнил Трафик, грустно улыбнувшись. — Если кто-нибудь кроме вас и учителя Ванпадета прознает про моё родство с Пи'Фа, это может обернуться чем-то плохим для моей сестры. Мне бы не хотелось так рисковать, по крайней мере, до тех пор, пока мы её не найдём.
Хайлайт снова понимающе кивнул и на минуту уставился в свой раскрытый решебник, будто там было скрыто и решение этой непростой, только уже жизненной задачи.
— Я бы отдал что угодно, лишь бы не думать об этом постоянно. Мои мысли сводят меня с ума, — поделился Трафик и обречённо вздохнул.
Хайлайт помолчал немного, а затем произнёс, не поднимая головы:
— Я могу сделать для тебя кое-что, но с обещанием, что ты не обидишься на меня за это. Орендж сказала, что это самый надёжный способ заставить кого-то не думать ни о чём минуты на две.
Он наконец поднял взгляд и перевёл его на Трафика. Трафик смотрел на него так, словно Хайлайт был единственным в мире человеком, которому он доверял.
— Обещай, что не обидишься, — повторил парень негромко.
— Я не обижусь на тебя, Хайлайт. Но если ты решил меня ударить, то лучше предупреди зара-...
Трафик хотел улыбнуться, но не успел.
Так же, как не успел закончить предложение.
Хайлайт подался вперёд, наклонившись к нему, и поцеловал в губы.
Это определённо было вовсе не то, что Трафик мог ожидать. Поцелуй застал его врасплох. Однако, всё, о чём он мог думать в этот момент, это о том, какими нежными и мягкими были губы Хайлайта.
Когда тот отстранился, Трафик всё ещё сидел с закрытыми глазами, не решаясь выдохнуть.
— Прости, что использовал этот трюк на тебе. — Голос Хайлайта был полон сочувствия и раскаяния.
Трафик медленно открыл глаза, чувствуя, как по груди разливается приятное тепло. Он ещё никогда в жизни не целовался и почему-то сейчас думал лишь о том, что Хайлайт был единственным человеком, которому он бы позволил сделать это снова. Но попросить об этом было страшно. Что если Хайлайт неправильно его поймёт? Что если это разрушит их дружбу? Трафик мог пережить расставание с кем угодно из «Списка» — с Эндрю, с Бантадом, даже с Джим-Бэ... Но не с Хайлайтом. С ним у него с самого первого дня знакомства установилась какая-то тонкая незримая связь, обрывать которую было почему-то труднее всего.
Поэтому молчание — единственное, что он мог позволить себе в ответ.
— Хочешь что-то сказать? — засомневался Хайлайт, глядя на странное выражение на лице друга.
— Хочу. — Это слово вырвалось у Трафика быстрее, чем он того хотел.
Хайлайт вдруг вздрогнул от неожиданности и удивлённо посмотрел вниз: рука Трафика вцепилась в его руку, покоящуюся на коленях, необычной, выжидающей хваткой.
Он улыбнулся, мгновенно осознав, что это означает.
— Надеюсь, это и правда работает, — сказал он, прежде чем снова наклониться и встретиться губами с Трафиком.
На этот раз Трафик разрешил ему зайти глубже, и поцелуй превратился в намного более откровенный и чувственный, чем просто дружеский. Хайлайт поочерёдно ласкал своими губами губы Трафика, а затем скользнул кончиком языка в его приоткрытый рот — совсем неглубоко, но достаточно для того, чтобы Трафик испытал чувство жара в груди. Его бросило в дрожь. Сердце забилось быстрее. Он стал мягче и податливее, позволяя Хайлайту целовать его так, как бы ему этого хотелось. Все его чувства и ощущения растворились в этом мгновении. В голове больше не было ни одной мысли.
Ни одной.
Совершенно.
Хайлайт казался настоящим джентльменом: он не напирал, был чутким. И Трафик мало-помалу сам начал становиться более требовательным, подаваясь вперёд и ловя каждое движение губ Хайлайта своими так, словно хотел, чтобы Хайлайт перестал осторожничать с ним и стал более инициативным. Чтобы его руки в конце концов сомкнулись в кольцо вокруг его пояса.
Он ощутил, как где-то в глубине его тела поднимается и нарастает сильная волна, становящаяся всё более яркой и перерастающая во что-то новое и непонятное: в желание обладать и касаться, жаждать и растворяться в объятиях Хайлайта.
Когда поцелуй окончился, губы Трафика всё ещё скользили по лицу Хайлайта. Он робко поцеловал его сперва в уголок рта, а затем в подбородок, после чего носом ткнулся ему в плечо и только тогда почувствовал, каким горячим тот был.
Они приходили в себя почти минуту, прежде чем Трафик начал сознавать, что сидит у Хайлайта на коленях, крепко обвивая его за шею обеими руками и вплотную прижимаясь к нему. Ладони Хайлайта обжигали его спину сквозь ткань школьной рубашки.
— Прости меня, — глухо прошептал Трафик ему на ухо, извиняясь за своё неуместное поведение.
— Всё хорошо, — чуть хрипловато отозвался Хайлайт.
Трафику совсем не хотелось выпускать его из объятий, но они оба уже слышали на лестнице коридора шаги их поднимающихся друзей, возвращавшихся со своих тренировок.
Трафик отстранился, пересаживаясь обратно на свой стул; Хайлайт с неохотой выпустил его из своих рук.
— Тебе лучше? — тихо спросил он всё с той же заботой в голосе.
— Да, — мягко отозвался Трафик, и оба тотчас уткнулись в свои конспекты, с головой закапываясь в учебники, чтобы не раскрыться перед вошедшими в комнату друзьями.
Трафик снова сосредоточенно грыз кончик карандаша с резинкой, но взгляд его был намертво прикован к едва заметной улыбке Хайлайта, который вовсю делал вид, что переписывает суперважную формулу по химии в тетрадь.
Хайлайт нашёл самое лучшее лекарство для Трафика из всех возможных.
Трафик действительно больше не мучил самого себя мрачными мыслями о судьбе сестры. Теперь всё, о чём он мог думать, это о том, когда они с Хайлайтом снова останутся наедине...