Work Text:
— Ты спрашиваешь, что из всего этого является настоящим? Мы.
— Что ты имеешь в виду?
Дин подошел ближе, все еще разъяренный, брови сведены, Кас чувствовал эту злую ауру всем своим естеством.
— Я имею в виду, - терпеливо начал Кас, - что не важно, в лабиринте ли мы, и даже если все вокруг кажется не настоящим, это не значит, что мы безвольные. Бог не может влиять на своих созданий. Ты же не выстрелил в Джека тогда.
Ангел осторожно взял руки Дина в свои, будто бы охотник был диким зверем, которого следовало приручить; нежно провел пальцами по костяшкам, а осмелев поднял взгляд на человека.
— Понимаешь?
В его словах был смысл, здравая холодная логика, остудившая гнев Дина. Винчестер хмыкнул и даже как-то расслабился, но в глубине души все еще был обеспокоен. Он привык прятаться за маской злобы. Так было удобнее: никому не приходило в голову что-то расспрашивать у него, если случилось что-то действительно плохое, гнев служил ему защитной реакцией, а сарказм, появившийся позднее, лучшим другом.
Но с Касом все было по-другому. Ему нельзя было врать, как обычному человеку, но в то же время сложно было довериться поначалу, сложно привыкнуть, почувствовать, что можешь открыться. Но Дину уже не двадцать, и даже не тридцать лет - он взрослый мальчик, и если и есть способ решить проблемы "по-взрослому", то в первую очередь не закрываться от себя и тех, кто тебе дорог.
— Мама, Джек, бог, души, все это, - Дин зажмурился, неосознанно сжав сильнее его руки в своих, - я так устал, Кас.
— Я знаю, Дин, я тоже.
Кас прислонился своим лбом к динову, они заговорили шепотом:
— Я больше не знаю, что делать. Я не знаю, будет ли все хорошо.
— Будет, Дин.
Дин в благодарность провел кончиком носа по спинке носа Каса, несколько мгновений они невесомо потерлись носами, и в этой нехитрой ласке было столько невысказанной любви и нежности, что казалось вселенная замерла. Будто все на свете вмиг стало медленнее.
Хотелось вот так и остаться с Касом наедине; хотелось стоять в этой темной комнате и не думать ни о чем.
Их поцелуй был легким, невесомым, беззвучным, почти не ощущаемым. Следующий был как будто более реальным и настоящим, они не раскрывая глаз целовались еще и еще, осторожничая друг с другом.
Кас провел ладонями по щекам Дина, ненадолго задержался на скулах, все еще целуя родные губы.
Они остановились на мгновение, зеленые уставшие глаза встретились с такими же уставшими голубыми:
— Я скучаю, Кас.
— Я тоже.
Дин уперся лбом ему в плечо, рухнул, практически без сил, и еще долго водил руками по касовой спине. Ангел услышал тихое "прости меня", и лишь сильнее обнял плечи своего человека. Казалось, только с ним охотник мог "быть слабым".
Ни Дин Винчестер, ни Кастиэль пока не знают, что произойдет потом, но оба понимают - пока они есть друг у друга жить в этом безумном диком мире как-то легче.