Chapter Text
Внимание, это не учебная тревога.
Чуя Накахара — совершенное оружие мафии.
И это могло бы быть лишь пафосной бездарной метафорой, если бы не было правдой. Рядом с ним все неумолимо кренится и распадается, а от решивших встать на пути остаются кровавые ошметки. Они повсюду на полу и на стенах; все это похоже на ад, или на пиздец, или на ад и пиздец одновременно, потому что Смутная печаль не щадит никого.
Просим прощения, предупреждение опоздало.
Все заканчивается так же внезапно, как и начинается. Чуя хрипит и сползает вниз по стене, скребет ногтями по холодному бетону, вздрагивает, ощущая крепкую хватку на плече — Дазай держит его и не отпускает, пока тот не придет в себя.
Пока безумие Порчи не отступит в очередной раз.
Дазай смотрит на него сверху вниз: самодовольно, весело и с циничной усмешкой. Чуе хочется сказать ему что-нибудь вроде «прекрати пялиться, уебок», но сил едва хватает на то, чтобы подняться на дрожащие ноги.
— Как ты, партнер?
«Партнер» из уст Дазая звучит на редкость ехидно и насмешливо. Слишком ехидно и насмешливо, чтобы можно было поверить в искренность.
— Засунь свою сраную заботу себе в…
Осаму не дает ему договорить — подходит непозволительно близко, проводит рукой по лицу, аккуратно стирает бегущую из носа и рта кровь. Накахара замирает; ему требуется несколько секунд, чтобы опомниться, оттолкнуть Дазая и изогнуть губы в оскале — предупреждение недвусмысленное и выразительное. Словно тревожный вой сирены. Словно вспыхивающая ярко-красным неоновая надпись «ОПАСНО».
Внимание, это не учебная тревога.
Осаму Дазай плевать хотел на все предостережения, на оглушающий вой сирен, на огромную предупреждающую надпись — он тянется к Чуе как ни в чем не бывало, хватает за руки, сжимает его ладони в своих, заглядывает в глаза; насмешка сменяется каким-то почти жадным интересом. Смутная печаль не щадит никого, но он — исключение из непреложного правила. Единственный, кто может не испытывать страха перед совершенным оружием мафии по имени Чуя Накахара. Позволяет собственный дар или банальное отсутствие инстинкта самосохранения — черт его знает, Чуе не то чтобы наплевать, но попытки найти адекватное объяснение поведению Дазая он решает оставить кому-нибудь другому. Кому-нибудь, кому это действительно будет нужно.
Накахара знает о Дазае не так уж и много, но в общем и целом, как ему кажется — вполне достаточно.
Дазай — настырный язвительный ублюдок без малейшего чувства такта.
Дазай — тот, кому он доверяет прикрывать свою спину во время боя.
Дазай — единственный, кто способен вырвать его из лап Порчи, когда она полностью захватывает его тело и разум.
А целоваться с ним — странно, непривычно, вроде как неправильно. И вроде бы надо продолжать отталкивать его раз за разом, потому что они, на секундочку, знают друг друга не так уж и долго, успели подраться в первые несколько минут знакомства и едва ли не постоянно изводили друг друга издевками.
Дазая, кажется, не волнуют все эти мелочи.
И то, что они стоят посереди залитой кровью вражеской базы
И то, что Чуя Накахара — совершенное оружие мафии.
И то, что это даже не кривая безвкусная метафора, а чистая правда.
Вой сирены стихает.
Снаружи раздаются взволнованные голоса, через несколько секунд отправленный Огаем в качестве поддержки отряд бойцов вваливается в здание. Чуя предусмотрительно отступает от Дазая на несколько шагов, ловит на себе его внимательный взгляд и меняет предупреждающий оскал на некое подобие улыбки.
Неоновая надпись «ОПАСНО» мигает последний раз и гаснет.