Work Text:
Их встреча была назначена на двенадцать дня, в это время министр магии обычно обедал и за принятием пищи собирался пообщаться со своим будущим помощником, который этому был совершенно не рад.
Томасу Уайту, а именно так звали молодого человека, нанимающегося на работу, было на тот момент почти двадцать один год. Три года тому назад он закончил Хогвартс и с тех просто прожигал жизнь, сидя на широкой отцовской шее. Все его однокурсники либо уже давно работали, либо обучались в каких-нибудь магических университетах. Сам Том мечтал стать художником, но дальше неумело намалеванных картинок дело не шло. На обучение рисованию нужны были деньги, но папа финансово его не поддерживал, а лишь выдавали ласковые пинки, чтобы парень наконец-то нашел работу.
Работать было лень, Том рассказывал всем, что в магическом мире теперь безработица, и что никому не нужен вчерашний выпускник. Поначалу папа даже верил и качал головой, ругая на чем свет магглов, из-за которых по его мнению все это происходило. Они отбирали рабочие места, и вот теперь настоящий чистокровный маг не может никуда устроиться. Конечно, папа немного лукавил, ибо чистокровными они никогда не были, разве что Том мог похвастаться тем, что его родители оба маги. Иногда спорил с отцом, что так неправильно говорить. И что магглы ведь тоже люди, вот Гарри Поттер, победитель магического мира, с ним контакт наладил.
Вот уже пять лет Томас жил с отцом вдвоем, мать погибла пять лет назад при исполнении служебных обязанностей, когда парень ещё учился в школе. Она была аврором и расследовала какое-то серьезное дело, связанное чуть ли не «Пожирателями Смерти». Том не знал подробностей её гибели, лишь тогда видел медаль, которую выдали посмертно. Не очень хорошее утешение, по крайней мере, парень чуть было не выкинул эту штуку в окно, когда отец дал ему посмотреть, но сдержался, не хотел ещё больше расстраивать отца.
Отец с тех пор стал словно другим человеком, да и Том чувствовал, что изменился. Не было в нем прежнего задора и веселья, все теперь в его жизни было словно покрыто серым цветом. Со временем, конечно, все устаканилось, жизнь-то продолжалась, но Том считал, что с матерью из его жизни ушли тепло и забота.
Почти три года Том ничего не делал и развлекался, чем очень злил отца. Поначалу он верил в рассказы про безработицу, а потом понял, что его сын просто лентяй, о чем он ему сообщал чуть ли не каждые выходные, как только Томас попадался ему на глаза. Именно поэтому парень сбегал из дома на два дня и кутил с друзьями на те самые деньги, которые ему выдавал папа в качестве карманных расходов. Стыдно парню особо не было, хотя кое-кто из его приятелей и подкалывали его насчет этого. Том всем говорил, что он просто творческая личность, и завтра обязательно нарисует такую картину, что сразу прославится и получит кучу денег. К сожалению, друзья к этому относились скептически, а Рэй так вообще начинал над ним смеяться, что Том даже обижался. Ему было обидно, что в него не верят.
Работу он получил случайно. Отец по пятницам любил пройтись в бар, где у него был свой клуб по обсуждению квиддича. Там с однокурсниками они обсуждали матчи, употребляли огневиски, а потом уползали домой. Папа всегда возвращался в подпитии и иногда лез к Тому с нотациями, в кого же он такой балбес уродился. Парень стоически это сносил, а потом шел в свою комнату и рассматривал свои работы. Он пару раз ходил в музей искусств магического мира, где представлял свои работы. Тогда пожилой старикашка, который считался мэтром, довольно зло высмеял его и предложил рисовать на маггловских ярмарках. Тому очень хотелось сделать какую-нибудь пакость этому старику. Парень даже достал палочку, но её тут же отобрали и погрозили ему пальцем. Видимо, Том был не первый, кто хотел разобраться с противным критиком.
С тех пор он картины свои никуда не носил, а рисовать предпочитал для себя, или иногда для приятелей. Например, у него получился неплохой портрет Рэя, лучшая его работа, которую он подарил своему другу на день рождения. Тот очень обрадовался и все пророчил ему великое будущее. Том поблагодарил его, но в глубине души возникла нехорошая мысль, что, увы, художником ему не стать.
И тут отец после пьянки заплетающимся языком ему сообщил, что нашел ему работу. Том вначале не обратил внимания на его нетрезвые откровения, потому что папа что-то вещал про открывшиеся ему перспектиы. Том согласно покивал, а потом отправил предка спать, надеясь, что до утра до забудет про всех министров магии скопом.
Но к его глубокому сожалению, все это оказалось правдой. За завтраком отец, перебравший вчера огневиски, заявил.
― Том, у тебя в понедельник собеседование, ты помнишь?
Парень, меланхолично жевавший в этой время пирог, поднял глаза на родителя и удивленно спросил.
― Какое ещё собеседование?
― Где твои манеры? — рявкнул отец, ― Почему ты говоришь с набитым ртом? Я договорился, у тебя собеседование в двенадцать, с министром магии Гарри Поттером.
До Тома все доходило не с первого раза. Ещё в школе на него из―за этого ругались учителя, а некоторые называли его ласково «тормозом». Не сказать, что парень был таким уж глупым, просто ему требовалось немного больше времени, чтобы понять материал, зато в некоторых сферах он знал побольше остальных. Он несколько мгновений переваривал информацию. Его отец с кем―то пил, а тот предложил работу у министра магии. Вот смеху-то!
― Пап, ты с министром магии что ли пил?
― Дурак, ― обозвался отец, ― Не с министром магии, а с его ответственным замом, и на тебя, балбеса, жаловался, что ты делать ничего не хочешь. Даже дома убираться, все приходится мне. Ну он и сказал, что Поттеру требуется помощник, ничего сложного, будешь бумажки перекладывать. Оклад маленький, но хоть при деле будешь.
С каждый отцовской репликой на Тома вываливалось все больше информации, и к своему глубокому сожалению, он понимал, что отец говорит это в уме и полном здравии. И это печалило больше всего. Том с ужасом осознал, что ему теперь придется работать. Прощай его вольготная жизнь.
― Пап, но я не хочу работать помощником, я же творческий человек, никакого полета мысли…
― Ты пойдешь туда работать, или я тебе ни кната больше не дам, ясно? Ты уже третий год сидишь на моей шее и только с приятелями своими развлекаешься. Достал!
Отец заорал, да так, что у Тома даже в ушах зазвенело. Некоторое время они молчали и смотрели друг на друга. Глаза отца метали молнии, а парень смотрел исподлобья.
― Ладно, ― вдруг сказал Том, ― Я схожу на это собеседование.
А сам про себя заметил: «Обещаться — не значит жениться!» То, что его пригласили на это собеседование совершенно не означает, что его туда возьмут. Может быть, Гарри Поттер посмотрит на него и от греха подальше отправит гулять. Так что все будут довольны. И Том, и отец, и даже Гарри Поттер.
В назначенное время Том стоял перед входом в кабине министра магии и чувствовал, как сердце уходит куда-то вниз. Три года существования в уютном мирке за папиной спиной давали о себе знать, Том чувствовал себя так, будто пришел на казнь. Он минут десять стоял перед дверью, думая заходить или нет. Очень хотелось плюнуть на все и отправиться отсюда подальше, да хоть к тому же Рэю. Но в голове стоял образ отца, который обещал его лишить денег, а на что он тогда будет жить?
А ещё он жутко боялся министра магии. Ему ещё не приходилось общаться с таким высокопоставленным лицом, он даже в школе с директором никогда не встречался. Все его грехи прекрасно разруливались деканом и заканчивались отработками. А вот чтобы директора привлекать — никогда такого не было. А тут министр магии, победитель Второй магической войны, легенда магического мира. Великий человек, о котором ходит столько рассказов. Тому становилось дурно при мысли о том, что они будут общаться и ему нужно будет что-то отвечать. Зато наверняка мистер Поттер отошлет его обратно с пометкой «идиот», и можно будет опять сидеть дома и тусоваться с друзьями. Отец конечно будет ворчать, но Тому не привыкать. Так что, пятнадцать минут позора, и он свободен.
Наконец, Том решился и робко постучал в дверь. Услышал «войдите» и оказался в кабинете министра магии, который он представил совсем не так. Ему почему-то представлялись роскошные гардины, вышитые золотом, много красного дерева. Том и сам не знал, почему так думал, может быть, связывал это с тем, что Гарри Поттер учился на Гриффиндоре, который любил такие цвета. Сам Том когда-то закончил Равенкло, но ему это в жизни не сильно помогло.
На деле же все оказалось банальнее. Темного цвета мебель, спартанская обстановка, светлые обои. Ничего интересного, у папы на работе также все было, даже скучно.
― Добрый день! — пискнул Том и уставился на министра магии, который сидел за столом и с усталым видом изучал какой-то пергамент. Страшным он кстати совершенно не казался, скорее очень утомленным. Том слышал, что мистер Поттер на работе буквально днюет и ночует. Тяжко, наверное, занимать такую должность. Том даже мысленно ему посочувствовал, а тот сразу же поднял на него глаза, иронически улыбнувшись.
Гарри Поттеру было уже за пятьдесят, к старости он чуть располнел и выглядел погрузневшим. Знаменитый шрам был на месте, хоть со временем уже настолько не выделялся на лице, как в молодости. Руки у него немного отекли, и обручальное кольцо впивалось в безыменный палец.
― А, мистер Уайт! — поприветствовали его министр магии, ― Присаживайтесь! Подождете немного, мне нужно дочитать документ?
― Конечно, конечно, ― закивал Том и тут же уселся в гладкое кожаное кресло. Несколько минут прошли в тишине, Поттер читал, а Том глазел по сторонам, пытаясь зацепиться хоть за что-то в этом кабинете. Его немного удивил старый блокнот с дыркой посередине, который лежал на столе Гарри Поттера. Интересно, зачем он ему? Тем более порванный.
― Итак, ― вдруг поднял голову министр магии и посмотрел в глаза Тома, ― Приятно с вами познакомиться.
Только сейчас Том заметил, какие у Гарри Поттера глаза, и ему стало не по себе. Холодные, пронизывающие до глубины души. На миг Тому показалось, будто он проник в его душу, перевернул там все вверх дном, просмотрел его самые постыдные страхи и с презрением отбросил от себя, словно какую-то грязь. Потом Том вынырнул из этого видения, тряся головой и пытаясь собраться с мыслями. Его даже начало тошнить.
― Что с вами, мистер Уайт? — мужчина лучезарно улыбнулся, словно ничего и не было.
― Ничего, ― выдавил из себя Том, стараясь не смотреть в лицо этого человека. Том не понял, что случилось, но было ощущение, что его вывернули наизнанку. А может ему вообще это показалось? Эта мысль словно пришла извне, и Том почти прислушался к ней.
― Я думаю, ваш отец рассказал условия работы? — поинтересовался мужчина, продолжая смотреть в лицо Тома, которому хотелось оказаться отсюда как можно дальше. Он боялся смотреть ему в глаза. Это было неприлично, поэтому усилием воли Уайт все-таки поднял взгляд и стал смотреть в лицо Гарри Поттер. Такого эффекта как раньше теперь не было, но все равно смотрел мистер Поттер пронизывающе. Рядом с ним явно ощущается аура власти, и ещё чего-то, что Том понять не мог, но от этого ему было не по себе.
― Нет, ― прошептал Том, у которого пропал голос, ― Так, в общих чертах.
Гарри Поттер хмыкнул, ему видимо это не понравилось, но он все-таки сказал.
― Мне нужен помощник, ибо работы с каждым днем только прибавляется. Магический мир взял курс на интеграцию с маггловским, и теперь мы вовсю налаживаем связи с разными странами, в том числе с такими странами как Россия. Вам придется иногда вступать с ними в переговоры. Вы готовы?
Том хотел было сказать, что в гробу он видал этих русских, но та же самая воля, что до этого выворачивала его мозги, вдруг словно взяла его за горло, и он мог только произнести.
― Конечно, я готов!
― Что касается условий. Стандартные, иногда бывает сверхурочная работа, когда идут переговоры, оклад — 20 галлеонов для начала, дальше посмотрим.
Сумма кстати была смешная по нынешним временам, он больше на обеды потратит и опять придется побираться у отца. Том даже хотел скорчить физиономию, но потом не решился.
― Хорошо, ― вежливо кивнул Том, и опять увидел эту холодную улыбку, от которой у него мурашки по коже бежали.
Гарри Поттер ещё некоторое время распространялся по поводу работы, которую он будет выполнять, но Том особо не прислушивался, размышляя о том, что вообще происходит, и что это было. Ещё его беспокоил этот странный блокнот с дыркой, он постоянно притягивал его взгляд и как будто гипнотизировал.
― Ну вот и отлично, что мы друг друга поняли. Кстати, отличное у вас имя Том, ― со странной усмешкой сказал Гарри Поттер, а Уайт вдруг вспомнил, что когда-то главного врага легенды магического мира звали Том Риддл. Интересно, чем думали его родители, когда называли так своего сына? Впрочем, Тома Риддла запомнили Лордом Волдемортом. А Томас Уайт знал его настоящее имя исключительно потому, что писал про него реферат в школе на Защите от Темных искусств.
― Можете идти, Том, ― улыбнулся ему министр магии, ― Жду вас через три дня.
Уайт кивнул, попрощался и на негнущихся ногах отправился к выходу. На улице он некоторое время просто стоял в ступоре и смотрел по сторонам, размышляя об этой встрече. Он знал только одно — что Гарри Поттер очень странный человек, и что Том его очень боится, особенно его взгляда, как будто змеиного. Том долго не мог найти сравнение, и вот оно наконец пришло.
И да, одно Уайт знал точно — этот человек ему совершенно не нравится, но деваться ему некуда, он будет у него работать. Зато папа будет доволен.