Work Text:
— Ты уверен, что не ошибся? Сейчас ровно шесть утра.
— Нет. Не могу дозвониться до полиции.
Ойкава охнул, перевернувшись на другой бок. Часы на тумбочке в отеле действительно показывали 6:01, и он понятия не имел, что ему только что говорил Ушивака. Сон все еще не отпускал его, поэтому сознание сейчас как будто плескалось в дымке. Ойкава нахмурился, широко распахнул глаза — чтобы снова не уснуть — и пробормотал в телефон:
— Извини. О чем мы говорили?
Ушивака на другом конце провода громко вздохнул.
— О том, что кто-то стучится в мою дверь уже минут пятнадцать.
— В шесть утра?
Ойкава определенно представлял себе этот день немного иначе. Он специально прилетел ночным рейсом в Токио, чтобы устроить Ушиваке сюрприз, тщательно спланировал время его тренировки, чтобы прийти к самому ее концу, и пригласить его в ресторан. По прилету Ойкава вывесил новый, недавно купленный в одном из модных бутиков Аргентины костюм, чтобы тот не помялся, потому что на День всех влюбленных у него должно было быть все идеально.
— Да, — ответил Ушивака, и его голос звучал встревоженно, — это вряд ли кто-то из знакомых.
— Может, ошиблись квартирой? — зевнул Ойкава. — Ложись спать, позже выяснишь.
— Мне не по себе, — всегда спокойный Ушивака, кажется, слегка паниковал, — попробую набрать полицию еще раз.
Они проговорили еще какое-то время — Ойкава пытался успокоить своего бойфренда, уверял, что ничего страшного не случилось, может, кто-нибудь напился или перепутал двери на его этаже, но лучше от этого Ушиваке не становилось. Они условились на том, что он все-таки попытается сообщить об инциденте в полицию, и Ушивака положил трубку.
Теперь сон окончательно не шел. Ойкава был тем еще паникером, и случись такой с ним, он бы поднял на уши полгорода. Он еще немного полежал, прикидывая, как поступить, и сам набрал телефонный номер полиции. Оператор ровным голосом опросил его, взял необходимые данные и отключился — так быстро, что Ойкава даже не успел преувеличить, что Ушиваке грозит смертельная опасность. Зато в своей голове он уже нарисовал далеко не радужную картинку, и что-то подсказывало ему, что нужно скорее бежать спасать Ушиваку.
Вместо приготовленного костюма Ойкава надел спортивный, по крайней мере, его не нужно было гладить, и он отлично сочетался с кроссовками. Во время отпуска или на выходных, когда его свободное время не занимали одни только тренировки, Ойкава старался убирать подальше все, что напоминало ему о работе, но сегодня был другой случай.
По правда говоря, они встречались с Ушивакой всего ничего — прошло примерно четыре месяца с их откровенного разговора, во время которого Ойкава не удержался и растрогался от чувств, пусть они и говорили по видеосвязи. Ушивака, к счастью, был плохо знаком с новейшими технологиями, а потому не сделал никакого компрометирующего видео, где Ойкава утирал рукавом вязаного свитера слезы и пытался продолжить диалог. Так что, может быть, вся эта внезапная поездка были чем-то «слишком» для пары, которая еще даже не перешла отметку в полгода, но Ойкава очень хотел сделать приятное Ушиваке.
Он не сразу понял, что чуть не проехал свою остановку, когда таксист круто свернул не туда, и его затрясло на кочке. Ойкава тихо выругался, попросил высадить его на ближайшей остановке и, пока сверялся с картой в приложении, понял, что квартира Ушиваке располагается как раз в соседнем доме.
Ойкава посмотрел по сторонам — полицейской машины нигде не было видно — и быстро зашагал вверх по лестнице. Было тихо. Ни возни из квартир вокруг, ни жильцов по дороге, только чья-то кошка настойчиво царапала дверь, умоляя, чтобы ее впустили. На пятом этаже Ойкава понял, что переоценил свои силы, и сбавил скорость, но добравшись на шестой…
— Доставка! — барабанил в дверь предполагаемой квартиры молодой парень в форменной зеленой жилетке, на которой был изображен логотип цветочного магазина.
Увидев Ойкаву позади себя, он расстерялся и сказал:
— Доставка! Цветов, — видимо, подумав, что Ойкава — хозяин квартиры, он протянул ему большой душистый букет белых лилий. — Вы заказывали?
— Нет, — прищурился Ойкава, осматривая букет. Он был перетянут бирюзовой лентой и громко шелестел бумагой. Внутри, между красивых цветов, лежала специальная карточка с выведенным именем Ушиваки.
— Адрес верный, — сказал курьер, — время тоже.
Из-за двери, наконец, высунулась голова Ушиваки. Увидев Ойкаву, он чуть не выронил из рук ножницы — зачем они ему только понадобились? — и так и остался стоять с открытым ртом.
— Ушиджима Вакатоши? — обратился к нему курьер.
— Я, — рассеянно ответил Ушивака, не сводя глаз с Ойкавы.
— Слава богу! — выдохнул курьер. — Не ошибся. Подпишите, пожалуйста.
Он откланялся им обоим, еще раз с подозрением осмотрев их напоследок, и исчез в темноте ведущего вниз коридора. Ойкава все еще прижимал к себе букет свежих лилий — тех самых цветов, которые он заказал в подарок Ушиваке в прошлом месяце. Специально подбирал надежную доставку и просмотрел десятки, а то и сотни отзывов, прежде чем забронировать на 14 февраля.
— Это тебе, — быстро сообразил он и протянул цветы Ушиваке. Он кивнул в знак благодарности и с сомнением принял их, как будто все еще не веря в происходящее.
— Когда ты прилетел? — тихо спросил Ушивака.
— Утром, — признался Ойкава, рассматривая крайне интересный подъездный дизайн стены напротив, — хотел сделать сюрприз.
— Так это… — замер Ушивака. — Ко мне стучали… Это… Цветы… Мне?
— С праздником? — виновато улыбнулся Ойкава.
Они решили поспать оставшийся кусочек утра вдвоем, все равно спешить было некуда. На кровати Ушиваки было тесно и неудобно, и он крепко обнял Ойкаву, чтобы тот не свалился на пол. Только засыпая в третий раз за это утро, вдыхая слабый фруктовый аромат шампуня Ушиваки, Ойкава понял, что снова забыл про разницу во времени в Аргентине и Японии, но это уже не имело никакого значения.