Work Text:
Лунный свет освещал комнату, где на стоящей у окна кровати, сидел зеленоглазый парень. Кровать большая, простыни были белыми и чистыми.
- Что гложет тебя, свет мой? - тихо говорит мужчина, садясь рядом с возлюбленным, переплетая пальцы их рук.
Парня шея, грудь и руки были перемотаны несколькими слоями бинтов и в некоторых местах проступали пятна.
- Я... - тихо пытается начать.
- Ты??? - аккуратно подталкивает.
Минуту, парень молчит, а потом заваливается годовой на колени мужчине.
- Если только мысли от осознания того, что моя мама не расстроилась из-за того, что моя мама... - глотает бесшумные слёзы, - она не расстроилась из-за того, что я пытался покончить жизнь самоубийством, - руки, придерживающие его прижимают его ближе. - Но она была зла, потому что верёвка была прибита высоко к потолку и стёрла краску прежде, чем порвалась.
Его приподнимают и, обернув лицо к груди мужчины, прижимают крепко-крепко, не давая вырваться.
- Ты не обязан больше туда возвращаться.
Объятья приятно душили, он бы хотел умереть прямо здесь, запоминая этот момент навсегда, чтобы помнить и после смерти его, и смерти всего живого.
Темноволосый мужчина обвивает его тело руками, всё сильнее и сильнее прижимает к себе, так что они начинают чувствовать дыхание друг-друга.
Изуку прижимал руки к груди, подсознательно защищаясь.
Они не отрывали глаз друг от друга.
- Изуку, ты прекрасен. - аккуратно рукой поправляет волосы зеленоволосому, с грустью глядя на него.
Парню на это нечего ответить, он просто прижимается к Шоте ближе, начиная плакать сильнее. Айзава прижимается подбородком к голове Мидории.
Мир был отвратительным, хотя рядом с Изуку становился мягче. С появлением парнишки в его жизни, он становился долее чувствительным ко всему, он чувствовал, как каждый изъян общества бил по ним, ослабляя воображаемую защиту, которая слабела с каждым новым ударом, создавая трещины и порезы на коже младшего.
Они могли остаться здесь, потеряв имена и статус, больше никогда не вмешиваясь в жизни других, но оба они знали, что кто-то да найдёт их, заставляя проходить всё сначала.