Work Text:
В кондитерской пахло печеньем, корицей и — вполне определенно — только что сваренным кофе. Ирен даже запнулась на пороге, стараясь еще раз взглянуть на неприметную вывеску: ну вдруг ошиблась и зашла в кофейню? Там, конечно, тоже продают и пирожные, и тортики, и остальные всевозможные сладости, которые лучше бы не есть, если хочешь сберечь фигуру. Но нет, запах остался запахом, будто кто-то разлил случайно чашку кофе, пока ждал посетителей. Может, оно так и было.
После морозной улицы душное тепло обволокло ее, словно вата. Ирен, подумав, размотала шарф и зашагала вглубь помещения.
Из-за стеклянных витрин на нее выглядывали пирожные, усыпанные вырезанными из марципана сердечками и украшенными цветами и надписями. Что-то вроде: «Ты лучшее, что я знаю». Или банальное «Я тебя люблю», где слово «любовь» заменили алым сердечком. Не про нее такие подарки.
За прилавком скучал парень, из тех подростков, что вечно маются дурью, поэтому экспериментируют со внешностью. У парня косая светлая челка падала на лицо, а в ухе красовались три серьги. На Ирен он даже не взглянул, продолжив копаться в телефоне: в стеклах очков отражался экран мобильного.
— Извините, — достаточно громко, чтобы ее было слышно, произнесла Ирен, — можете мне помочь?
Парень поднял на нее взгляд и недоуменно выгнул брови.
— Мы закрыты, вроде как.
Ирен вдруг почувствовала себя страшно смущенной: на двери таблички, сообщающей о закрытии не было. Хотя, могла бы догадаться, дура, кто в такое позднее время вообще держит магазин открытым? Даже несмотря на праздник, каждому хочется домой, в тепло, к любимым. Ирен на секундочку представила, что Ник ждет ее дома, удивительно теплый и домашний, потому что сегодня важный день, а он ее любит и ценит, и попыталась не вздыхать слишком тяжко. Наверное, не получилось: парень за прилавком поправил вдруг очки и обеспокоенно произнес:
— Да я сам забыл табличку перевернуть, зачем так переживать? Вы что-то купить хотели?
Ирен грустно улыбнулась: никто не виноват, что у Ника в больнице смена, надо просто пережить это. Купить ему что-то вкусное, например, чтобы он обрадовался, когда пришел домой, похвалил ее за старания. Поцеловал, в коне концов.
— Коробку шоколада. Только я не знаю, какой лучше взять. Подскажете? — она улыбнулась еще раз, надеясь, что выглядит очаровательно.
Парень вздохнул и покосился на одну из витрин, где стоял огромный торт, казавшийся слепленным из розового и белого крема. Ирен вдруг показалось, что еще секунда — и он озадаченно почешет в затылке.
— Может, сами? Я вообще-то здесь не работаю, просто жду… того, кто работает. Он переодевается.
— А разве так можно?
— Так мы же закрыты, — парень ей улыбнулся. — Хотя я бы не советовал дарить шоколад, это прерогатива школьников и романтичных дурней. Нужно что-то интереснее.
— А что бы советовали? — Ирен едва сдержала смешок. Нику шоколад понравится точно, тут сомневаться не приходится, она иногда даже подозревала, что шоколад Ник любит даже больше, чем саму Ирен.
— Раздеться и упасть в объятия к любимому, — парень пошло подвигал бровями.
— И вон ту коробку шоколада, — откуда-то из подсобки вышел мужчина, поправляя на ходу воротник свитера. — Иль, запакуй. Ты должен был закрыть магазин?
— Забыл, — парень увернулся от подзатыльника и пошел вытаскивать нужную коробку. Зашуршала оберточная бумага. Мужчина проводил его долгим взглядом и повернулся к Ирен, вежливо улыбаясь.
— Не слушайте его. Шоколад — хорошая вещь, особенно в день влюбленных.
*
Дома она ждала Ника до поздней ночи, нервно барабаня пальцами по краю стола. Коробка, запакованная в ярко-красную бумагу, лежала на кухонном столе и неизменно привлекала взгляд. Слишком заметная. Ирен сотню раз успела придумать себе, как Ник обрадуется, как обнимет, целуя нежно в висок, и выдохнет на ухо: спасибо, люблю тебя.
Наконец, когда стрелка на часах начала неумолимо ползти к двенадцати, в дверном замке завозились ключами. Ирен обрадованно выпорхнула в прихожую, как раз к тому моменту, когда Ник зашел. Заметив ее, Ник только вздохнул, сваливая на тумбочку возле двери кучу разномастных коробочек: все в сердечках, розовых лентах. Сердце незаметно ухнуло в пятки.
Пока Ник раздевался, стягивая теплую куртку, он громко и неизменно ворчал:
— Такое чувство, будто они специально начинают болеть именно к этому дню, чтобы завалить меня подарками. Я, конечно, люблю шоколад, но когда его становится так много, то перестаешь ценить его прелесть. Даже этот придурок с цветами и конфетами приперся, мол, в такой день, любимому врачу… Ирен?
Ирен вздрогнула. Ник пристально смотрел на нее, немного хмурясь.
— Ты чего не спишь еще, кстати?
— Я… — Ирен запнулась, задавленная обидой. Ну почему у нее так нелепо с подарками выходит? — Я хотела тебе кое-что подарить. Наверное.
Ник скептично хмыкнул.
— Конфеты? Милая, я ценю, но…
В голове вдруг щелкнуло: мальчик, копающийся в телефоне, детские подарки. Месяц назад Лира дарила что-то кружевное, прозрачное и слишком маленькое, чтобы это можно было надевать без стыда, мол, не ребенок уже, порадуй молодого мужа.
Раздевайся и падай в объятья?
Ирен стиснула руки и помотала головой:
— Тебе понравится. Наверное.