Work Text:
За одним из двух недобитых командиров "Врихедд" Роше гонялся уж сколько лет. Сколько людей полегло от "беличьих" стрел и клинков. И на те, Йорвет попался в чужую ловушку. Даже обидно было.
Вернон бесшумно спускался в темницы. Ему хотелось поглядеть на гордого эльфа, сидящего за решеткой. Ведь так хотелось засадить его туда самому, а сейчас... Мужчину обуревали смешанные чувства. Казнь была назначена на утро, и это последний раз, когда бегавшие практически вместе по лесам и трактам человек и эльф могут взглянуть друг другу в глаза.
Ещё находясь далеко от нужной камеры, Роше услышал эхо какой-то бодрой песни. И то был голос Йорвета.
Привет вам, тюрьмы короля,
Где жизнь влачат рабы!
Меня сегодня ждёт петля
И гладкие столбы.
Нагло и уверенно, как и все, что делал этот остроухий. Роше был уж совсем близко.
Разбейте сталь моих оков,
Верните мой доспех.
Пусть выйдет десять смельчаков,
Я одолею всех!
Темерский Пёс остановился напротив сидящего на каменном полу и явно мерзнущего Старого Лиса. Эльф замолк, и с минуту они лишь глядели друг на друга. На скуле "белки" красовался желтеющий синяк. Зная регенерацию эльфов, можно было предположить, что оставлен след был буквально несколько минут назад.
- Можешь начинать злорадствовать. Наконец хоть одна твоя мечта сбылась - я за решеткой и с утра расстанусь с жизнью. Вперёд, я слушаю, dh'oine.
И прав вроде, лесной выродок, да только почему-то тоскливо на душе у человека. То ли потому, что из жизни исчезает цель, занимавшая его ум и сердце столько времени, то ли ещё отчего.
- Я хотел убить тебя сам. К черту суд, ты должен пасть от моей руки, - неожиданно даже для самого себя высказал мысли Роше.
Помолчали.
- Придешь посмотреть на казнь?
- Не приду.
- Жаль. Я бы хотел видеть тебя в первых рядах.
Роше борется с собой, с неясными желаниями. И достает из кармана одежды связку ключей, быстро и тихо отпирает дверь.
- Я же сказал: я поймаю и убью тебя сам, белка.
Эльф ничего не спрашивает, он знает: сейчас его отпускают и дают фору. Недостаточную для другого, но они оба понимают, что этого времени Йорвету хватит.
Выскользнув из камеры, он скрывается в коридорах без единого звука, разумеется; Роше все стоит у распахнутой решетчатой двери. И сердце колотится у обоих, как ненормальное, от предвкушения новой погони. Это только их прятки и пятнашки, не стоит никому больше лезть.