Work Text:
Не Хуайсан всегда тянулся к прекрасному.
Его веера были изящно расписаны, на полке стояли сборники стихов с иллюстрациями отменного качества, а наряды были продуманы до мелочей. Он даже разбил небольшой сад в Цинхэ во времена, когда брат был жив. И не уступая своему вкусу, выращивал там розы и рододендроны, что неустанно радовали чужой взор. Вот только спустя какое-то время после смерти прежнего главы Ордена на смену роскошным благородным кустарникам пришел простой и невзрачный лядвенец. Наблюдая за тем, во что превращается сад, люди Ордена невольно вздыхали и надеялись, что Не Хуайсан, будучи главой, наконец бросит свои эффектные, но бесполезные занятия вроде расписывания вееров и каллиграфии и займётся делом. Однако их надежды пошли прахом — даже заняв этот высокий пост, Не Хуайсан так и остался никчёмным недотёпой.
***
— Брат, как же мне быть?! — по саду Цинхэ разносится отчаянный голос и шаги.
— Хуайсан, давай для начала успокоимся, — выдержке главы Ордена Цзинь, Цзинь Гуанъяо, стоит лишь позавидовать — он привык держаться спокойно, и завывания младшего названного брата не способны вывести его из себя, — я завтра же направлю к тебе людей, которые все уладят, хорошо?
Гуанъяо улыбается в своей обычной манере, и Хуайсан тут же расслабляется. С плеч спадает напряжение, а шаг успокаивается.
— Ах, — юный глава Ордена Не выдыхает и благодарно улыбается, — старший брат всегда так заботлив.
Он прячет улыбку за веером и, бросив на Цзинь Гуанъяо взгляд из-под длинных ресниц, отводит глаза. Глава Цзинь чувствует едва ощутимое трепетание сердца и направляется за Хуайсаном глубже в сад.
Некоторое время они идут молча, проходя мимо зарослей лядвенца, золотым ковром устилающих сад по обе стороны дороги.
— Хуайсан, — Гуанъяо наконец прерывает тишину, — что стало с твоим садом?
— А что с ним? — непонимающе хлопает глазами юноша.
— У тебя был такой роскошный цветник. Где все те цветы, разведением которых ты так усердно занимался?
— О, брат, я так устаю от дел Ордена, что у меня совсем не хватает сил на сад! Однако посмотри! Эти цветы не требуют ухода и при этом так бурно цветут. Ну разве не замечательно?
Хуайсан легкомысленно улыбается и окидывает взглядом сад, утопающий в желтизне. Это зрелище вызывает у Гуанъяо ответную улыбку, внутри разливается тепло.
— К тому же, — Не Хуайсан склоняется к земле и срывает один цветок, — они напоминают мне о тебе.
Он улыбается шире, и улыбка его, как кажется Гуанъяо, сияет, подобно рассветному солнцу – так, что оставаться равнодушным просто невозможно. Хуайсан подходит и осторожно убирает цветок в волосы Яо. Жёлтый лядвенец прекрасно смотрится с золотыми клановыми одеждами, и Не Хуайсан не спешит отстраняться, любуясь всеми оттенками золота, что так идут Гуанъяо. Яо бережно накрывает чужую руку своей и смотрит в глаза напротив. Смотрит долго, нежно, словно не имея возможности смотреть на что-то кроме.
А потом всё же позволяет себе задать ещё один вопрос:
— И как же эти цветы называются? — вопрос абсолютно бесполезный, глава Ордена Цзинь не нуждается в ответе — он, будучи образованным, начитанным и обладая почти совершенной памятью, сам знаком с этим цветком. Но что-то всё же заставляет его спросить это.
— Ах? — Не Хуайсан заметно смутился, — сейчас-сейчас… На языке вертится… Как же..?
Он начинает беззвучно шевелить губами, перебирая возможные варианты.
— Как же так, — Хуайсан наконец растерянно выдыхает, — совсем из головы вылетело…
— Ничего страшного, — Гуанъяо тепло улыбается и обнимает его за плечи, — пойдём, я принёс тебе подарок.
— Правда? — Хуайсан мгновенно меняется в лице, на губах его привычная улыбка. Кажется, он тут же выбрасывает из головы недавний разговор. И взяв Гуанъяо под руку, направляется прочь из сада.
Действительно, на что мог надеяться Цзинь Гуанъяо? Разве может такой недотёпа упомнить название какого-то цветка? Что уж говорить о запоминании значения. У Не Хуайсана был когда-то справочник по языку цветов, щедро украшенный иллюстрациями. Хуайсан заглядывал в него, когда хотел расписать очередной веер. Но и справочник, и веера давно сжёг Не Минцзюэ. Брата уже нет, и вспоминать об этом не стоит. Что же до того, что во всех справочниках лядвенец является символом мести… Разве праздные юноши вроде Не Хуайсана придают значение подобным мелочам..?