Work Text:
Лютик в очередной раз безбожно опаздывал. Конечно, все, кто знал Юлиана, не удивились бы этому очевидно обыденному происшествию, но сейчас Лютик ни в коем разе не хотел опаздывать.
Перескакивая через заледеневшие лужи, обегая сонно плетущихся прохожих и мельком извиняясь перед водителями, которые затормозили перед выскочившим на красный свет студентом, Лютик бежал и бежал, пока не увидел знакомую вывеску кофейни. Недолго помедлив перед закрытой дверью, парень всё же влетел внутрь.
За стойкой находился (и очевидно скучал) его любимый хмурый бариста Геральт. Конечно, зачем спешить на пару, на которую Лютик уже совершенно точно опоздал, если совершенно точно нужно поспешить на последние утренние часы до конца смены Геральта?
Любимым этот бариста был у Юлиана по нескольким причинам. Первой причиной были длинные серебристые волосы, собранные в хвост — вы представляете, как мало нынче мужчин, которые отращивают длинные волосы и нормально за ними ухаживают? Лютик вот представлял, поэтому втайне залипал на эти волосы, которые Геральт в удачные дни даже распускал. Второй причиной были офигенные мускулы, на которые тоже можно позалипать, пока пьёшь отвратительно сладкий кофе. А, и да, третьей причиной был тот факт, что Геральт его, Юлиана Альфреда Панкраца, безбожно игнорировал. Потому что Лютик однажды как бы невзначай поинтересовался, откуда у него такие накачанные бицепсы, и получил в ответ сухое “качаюсь”. На вопрос, есть ли у него девушка, Геральт ответил краткое “нет”, как и на вопрос о бойфренде. Да и в принципе среброволосый бариста отвечал редкими и короткими репликами, в основном занимаясь готовкой кофе или протиранием посуды. Юлиан всё не терял надежды развести Геральта хотя бы на пустую болтовню ни о чём в духе “чем занимаешься” или “есть ли у тебя планы на вечер”, и занимался этим с начала учебного года, но, к сожалению, обычно это ни к чему не приводило, так как ко всем намёкам Геральт обычно оставался равнодушен.
“Но сегодня же Рождество, должно же что-то измениться!” — подумал Лютик и оглядел украшенную различными рождественскими атрибутами кофейню в поисках какой-нибудь невероятно клишированной веточки омелы, которая совершенно случайно висела бы над стойкой, где стоял Геральт, который, очевидно, его заметил (потому что он и Лютик столкнулись взглядами), но тут же сделал вид, что очень занят протиранием чашки. Лютик игриво улыбнулся и подлетел к стойке.
— Приветик, Геральт, как настроение?
— Как обычно, — бариста пожал плечами, — разве что все вокруг слишком одержимы духом Рождества.
Лютик невольно восхитился про себя: ого, Геральт всё-таки умеет говорить сложными предложениями! Значит, ещё не всё потеряно. И Лютик продолжил разговор:
— Тогда можно я закажу с собой какой-нибудь отвратительно рождественский имбирный кофе? Внесу тоже свою лепту, — он бы с радостью остался подольше, чтобы побесить Геральта, но, к сожалению, на следующую пару точно было лучше не опаздывать.
— Да пожалуйста, — вновь пожал плечами бариста и принялся за приготовление. Сегодня, к слову, Геральт не был таким смурным, как это обычно бывало. Когда он не сдвигал брови и не поджимал губы, то выглядел более симпатичным…
— Ой ли? — Геральт поднял взгляд и приподнял уголок рта в намёке на усмешку. Лютик понял, что последнюю фразу он случайно сказал вслух, но, скрывая собственное смущение, выпалил в ответ:
— Да я точно тебе говорю! Это всё дух Рождества на тебя положительно влияет. Глядишь, кто-нибудь наконец-то на свиданку тебя позовёт такого серьёзного.
— Кто-нибудь? — Геральт демонстративно огляделся вокруг. Юлиан закатил глаза:
— Ну я, допустим, если тебе так важна конкретика. Если ты не против, — немного помедлив во время вспоминания своего сегодняшнего расписания, Лютик добавил: — в семь тебе удобно?
— Вполне, — Геральт пожал плечами, словно это не было самым знаменательным событием за сегодняшний день (по крайней мере, таковым оно было для Лютика), — тогда до вечера.
С этими словами бариста протянул Юлиану стаканчик с кофе в одной руке, а в другой… маленького имбирного человечка. Лютик умилился про себя и забрал искомые предметы, стараясь внешне сохранять достоинство.
— Спасибо, — он подмигнул Геральту и едва ли не вприпрыжку умчался в университет, чувствуя спиной внимательный взгляд.