Work Text:
Прохладные вечера вроде этих не были любимы тобой. К счастью, здесь было много болтовни, смеха, историй и тёплая интимная атмосфера в лагере почти заставила тебя забыть о мурашках, пробегающих по твоей коже. Не говоря уже о тёплом костре рядом с тобой. Ты сидишь на земле, на маленьком одеяле около огня, согреваясь и с улыбкой глядя, как Ленни пытается показать Дженни что-нибудь из того, чему он научился. Он держал открытую еловую шишку и четыре одинаково коротких палочки. Он вставляет палочки в шишку и она теперь выглядит так, словно у неё стало четыре лапы. Он гордо садится на землю и говорит Дженни «Теперь это корова-шишка.»
«Корова? Я думаю, это больше похоже на овцу, тебе так не кажется?» Дженни встаёт, чтобы рассмотреть художество Ленни поближе. «Она выглядит так, словно у неё тёмно-коричневая шерсть.»
«Я не знаю, просто отец показал мне это, когда я был маленьким. Говорил, что это показал ему один путешественник,» Ленни расплывается в тёплой усмешке от этой мысли, затем продолжает, «и из всего, сказанного путешественником, он понял только слово «корова» и ничего больше, но, тем не менее, это почему-то впечаталось в его память.»
«Это очень мило.» Подмечает Дженни, широкая улыбка украшает её красивое лицо. Улыбка легко распространяется на Ленни, который улыбается ей в ответ. Ленни буквально светился. Все знали о его немалой влюблённости в Дженни. Это было милейшее зрелище, как немного неловкий подростковый роман наполнялся неопределённостью. Дженни так же искренне любила компанию Ленни, но ни один из них не делал первый шаг. Иногда тебе казалось, будто мысленно склоняешь их к романтическому свиданию, сталкивая их лицами, чтобы они, в конце концов, поцеловались, но ты знала, что нужно дать им время. Любовь расцветёт, когда придёт подходящее время.
Чувственный эпизод был прерван, когда ты услышала приближающийся стук копыт. Повернувшись в направлении звука, ты видишь возвращающегося в лагерь Артура на его кобыле. Он спрыгивает со спины Боадиции с глухим ударом, по его наморщенному лбу и поджатым губам ты могла предположить, что он был в ярости. Он не сказал ни слова, топчась сзади тебя, около своей повозки и палатки. Единственным человеком на его пути, кому он уделил немного внимания, был Хозия, который спрашивал, в порядке ли он. Артур просто пренебрежительно махнул рукой и исчез в недрах своей палатки.
«Что это с ним?» Громко поинтересовался Ленни, его пристальный взгляд по-прежнему был там, где исчез Артур.
«Чёрт его знает.» Отвечаешь ты, пожимая плечами в неведении. Всего лишь работа или что-то пошло не так во время его отсутствия. Ты пытаешься вспомнить, когда он ушёл из лагеря. Ты помнишь, что он вернулся поздно ночью и тогда, но ты не помнишь, чтобы видела его этим утром. Должно быть, он ушёл с первыми лучами солнца.
Каждый остановился, когда Артур вернулся, но далее болтовня продолжилась, как по нажатию кнопки. Ты возвращаешь свой взор к огню рядом с тобой. Ты смотришь на его танец радостно и чувствуешь его чудесное тепло, обволакивающее тебя. Ты пока совсем не была уставшей, но ох, как бы это было прекрасно, лечь прямо здесь и уснуть, если бы кто-то при этом держал тебя, разделяя теплоту своего тела с тобой.
Ты только собиралась так и сделать, но потом ты заметила Хавьера, приближающегося с гитарой в руках. Ты неожиданно очень насторожилась. Сейчас определённо не время, чтобы спать. Хавьер, играющий на гитаре и поющий — это лучшая вещь, что ты можешь услышать за эту неделю. Ты никогда не понимала слов в его песнях, но в них всё равно было чувство, что ты могла бы их понять. Иногда меланхоличная атмосфера, что-то вроде тоски и, может быть, скорбь по утраченной любви. Большинство песен, однако, были о счастье и любви, и они были очень цепляющими и окутывали всю банду в хорошее настроение. Может быть, это могло бы даже заставить недовольного Артура вылезти из своей пещеры и присоединиться к веселью.
Хавьер садится около огня, прямо напротив тебя, его ноги скрещены и гитара лежит у него на коленях. Он немного настраивает её и начинает играть мелодию. Его глаза были закрыты, когда он двигал пальцами по грифу гитары с его привычкой к задумчивости. Он был полностью погружён в музыку и забыл о мире вокруг него; был только он и его гитара. Когда он открыл рот и начал петь своим мягким голосом, ты была в трансе и твои глаза не могли оторваться от него. Ты подтянула к себе колени и прислонилась к ним, и слушала.
«В свисающей с балкона клетке золотой,
Печальная каландрия плакала о своей тюрьме»
Многие из банды остановились послушать и подошли ближе к источнику пения и игры. Ни для кого не было секретом, что музыка Хавьера поднимала настроение каждому. Их жизнелюбие заражало каждого, каждого, кроме, пожалуй, Артура, который по-прежнему сердился или что он там делал в своей палатке. Тебе хотелось пойти и вытянуть его оттуда, но ты не желала сдвигаться с места. Ты была слишком восхищена музыкой.
«О Бог, нет средства,
О Бог, нет благочестия,
Ты крадёшь мой покой
И прощай моё спокойствие.»
Песня звучала живо, но ты слышала что-то вроде отчаяния между строчками. Однако, уголки губ Хавьера были по-прежнему чуть подняты, так что, ты позволила себе почувствовать себя счастливой и раскачиваться в такт музыке. Всё больше и больше людей собирались вокруг костра, так что, чтобы освободить для них пространство, ты подвинулась ближе к Хавьеру, оказавшись напротив его руки, которая по-прежнему двигалась по струнам гитары.
Он наградил тебя слабой улыбкой, пока продолжал петь куплеты. Хавьер всегда был очень добрым и уважительным по отношению к тебе. Он относился так ко всем женщинам в лагере, но к тебе особенно. Хорошо иметь рядом кого-то вроде него, мужчину, которому можешь полностью доверять. Потому что здесь были мужчины, рядом с которыми ты не чувствовала, что можешь им верить. Особенно недавно прибывший, Мика. На самом деле, он никому не нравился, кроме Мака, Датча и, может быть, Билла. Мика был тем парнем, который кидал отвратительные фразочки в адрес женщин и расистские оскорбления касательно каждого цветного человека в банде. Ты правда не могла понять, почему они позволили ему остаться на первом месте.
Ты наклонилась к Хавьеру, положив щёку на его плечо, закрывая глаза с довольным мурлыканьем. Его улыбка стала только шире, когда он продолжил петь. Это был не первый раз, когда ты так делала. У вас была хорошая дружба и ты полагалась на него во многих вещах. Плохой сон? Ты идёшь прямо к нему, чтобы успокоиться. Очередная работа, о которой ты слышала от какого-нибудь отчаявшегося городского пьяницы? Он будет первый, кому ты об этом расскажешь. Когда ты хочешь разделить с кем-то что-либо из своего прошлого? В большинстве случаев, ты пойдёшь к нему и тогда. Твоя давняя влюблённость? Хавьер был единственным человеком, кому ты говорила, что тебе нравится Артур, который, не похоже, что разделяет те же чувства. Это расстраивало.
Ты совсем не понимала Артура, особенно то, как он вёл себя по отношению к тебе. Иногда казалось, что он заинтересован в тебе, что зажигало в тебе искру надежды, которую он же и испарял потом, когда вёл себя так, будто тебя не существует. Иногда он очень добр к тебе, а иногда откровенно груб. Иногда он смеётся с тобой, а иногда бормочет несколько злостных слов. Он всегда оставляет тебя в неведении, сделала ли ты что-то не так или почему он повёл себя таким образом. Ты всегда открывала это Хавьеру, у которого не было на это каких-либо ответов. Однако, он старается, как может, утешить тебя и говорит это своё «даже лошадь брыкается от любви».
Некоторые члены банды, возможно, думали, что ты и Хавьер были парой, но каждый, кто знал тебя лучше, знал, что это было не более, чем дружба и взаимное доверие между вами. Хавьер всегда знал, что иногда тебе нужна забота и близость, но не в романтическом плане. Он тот, кому ты можешь доверять, когда нуждаешься в этом, потому что у тебя выдались нелёгкие времена в обзаведении друзьями и доверии кому-либо с самого начала. Понемногу, он построил своё доверие к тебе и заставил тебя открыться. Теперь ты гораздо более расслабленна и доверяешь каждому в банде, и ты можешь быть собой. Каким-то образом он смог утешить тебя и ты благодарна ему за это.
Вечер продолжался некоторое время в этой приятной и мирной атмосфере. Хавьер играл на гитаре и время от времени пел. Толпа вокруг костра стала меньше, некоторые из них уже забились по своим кроватям. Некоторые пили и наслаждались эффектами алкоголя и, тем временем, Билл был уже пьян в стельку и лежал на земле, у подножия дерева, громко храпя.
Хавьер начинает петь очередную песню, когда Артур наконец-то выходит из своей палатки. Он потерял где-то свою шляпу, поплёлся ближе к костру, конкретно пьяный. Его глаза были сосредоточены на тебе, а Хавьер и ты не были уверены, выглядит он грустным или злым. В любом случае, ты немного нервничала по поводу того, что он собирался сказать, потому что он выглядел так, будто хотел вылить тираду слов.
«Пьянице дано всё,
Когда он чирикает, он не знает стыда»
Артур зовёт тебя по имени и с небольшой нерешительностью ты смотришь на него, когда он уже стоит перед тобой. Он, скорее всего, пьян, но взгляд на его лице был серьёзный. «Конечно я найду тебя здесь опять, чёрт возьми. Я должен был догадаться.» Артур ворчит, его голос сочится негодованием. Ты глядишь в его глаза в смущении. Ты не знала, что он имел в виду. Так что, ты была без понятия, что ещё сделать, кроме как вопросительно глядеть на него, разинув рот. «Ах, забудь об этом.»
Он уходит, шатаясь. Ты предпочла бы остаться на месте, но это, очевидно, не было хорошей идеей. Потому ты встаёшь и бежишь за ним, хватая его за плечо, когда догоняешь его. Он останавливается и встаёт, как вкопанный, и поворачивается посмотреть на тебя, всё та же ярость горела в его глазах, такая же, как ты засвидетельствовала, когда он вернулся в лагерь ранее. Это тебя пугает, но ты не можешь отпустить его, не можешь, не сейчас. Тебе нужны объяснения его пьяных слов.
«Если я напьюсь — это из-за последствий,
Вызванных страстью женщины»
«Артур-» Ты пытаешься сказать что-то, но Артур прерывает тебя до того, как ты успеваешь сказать ещё одно слово.
«Уходи.» Артур фыркает и пытается оттолкнуть тебя, в буквальном смысле и в эмоциональном тоже. Несколько дней назад ты, может быть, позволила бы ему оттолкнуть себя снова, как он всегда и делает, но на этот раз твоя решимость превысила его упрямство. Твоя хватка на его руке только крепла.
«Нет. Ты теперь должен мне объяснение.» Споришь ты. Твой пристальный взгляд пытается найти какие-либо намёки на его лице, какую-нибудь эмоцию или объяснение его поведения. Артур просто опускает свой взгляд в землю и избегает зрительного контакта с тобой.
«Я ничего не должен тебе, женщина. Просто оставь меня в покое.» Он возражает, только разжигая твоё отчаяние. Ты шлёпаешь его по лицу свободной рукой. Единственным эффектом, который это вызвало на нём было то, что он закрыл глаза и скрипнул зубами.
«Хорош дерзить. Ты ведёшь себя как...как грёбанный дурак. Что, чёрт возьми, с тобой не так?» Ты споришь от отчаяния. Тебе нравится он, очень сильно, и это беспокоит тебя, когда он ведёт себя так агрессивно с тобой. Ты не понимала, что ты сделала неправильно. Но ты не сможешь это исправить, если даже не знаешь, в чём дело.
«Мой друг вино, ты сбиваешь меня с ног дыханием своим
Где полные стаканы, которых у меня нет»
«Прекрати, пока я не сказал что-то, что не должен.» Артур шипит сквозь зубы, стараясь заткнуться. Чем больше он говорит, чтобы вылить из себя всё это, тем более отчаявшейся ты становишься в его глазах,.
«Артур, пожалуйста, не оставляй меня в неведении. Что случилось? Почему ты так зол на меня? Что я тебе сделала?» Слёзы лились из твоих глаз, пока ты говорила.
«Я не злюсь на тебя. Это просто- нет, забудь об этом. Это неважно.» Он уклоняется от тебя вновь. Нуждается ли он в ещё одной пощёчине или что бы ещё заставило его открыться? Ты знала, что он мог видеть печаль в твоих глазах. Ты также знала, что ему тяжело далось сейчас не говорить ничего. Он хотел рассказать тебе, но не мог.
«Тогда что это за чертовщина, Артур? Ты не ведешь себя так ни с кем в лагере, кроме меня. Со мной что-то не так? Ты мне не доверяешь? Объясни мне, прошу.» Ты умоляла. Твоё сердце колотилось и слёзы катились по твоим щекам.
Артур всё ещё избегает того, чтобы смотреть тебе в глаза. Его взгляд убегает куда-то. Он задумчиво трёт рукой челюсть и другую щёку, ища верные слова в своём смущённом разуме. Алкоголь в крови только подталкивал его рассказать свой секрет девушке, стоящей перед ним. Он старался сопротивляться, как только мог, но если ты не остановишь вашу ссору, он не сможет больше сдерживаться.
«Если я напьюсь, это будет чистым чувством
Всему виной эта неблагодарная женщина»
«Слушай, я не могу рассказать тебе. Это..звучало бы не очень красиво, если бы я сказал. Просто знай, с тобой всё нормально.» Артур мямлит едва слышно. Наконец, ты не можешь мириться с этим больше и злость в тебе закипает. Слёзы обиды уступают путь слезам злости, когда ты агрессивно упираешься ногой в землю. Артур вздрагивает и наконец смотрит тебе в глаза, перегруженный смятением от твоих эмоций.
«Да ну тебя, Артур Морган. Я пытаюсь понять, что происходит в твоей голове, но ты всё усложняешь. С меня хватит! Если ты хочешь, чтобы я ушла, я уйду, но, Господи, это будет последний раз.» Твои слова делали больше тебе же. Это ощущалось так, будто кто-то сжимал твоё сердце в руке. Но эти увиливания от ответа и столкновение с ним снова — это было слишком для тебя. Ты не могла больше терпеть это странное поведение. Ты должна была оставить эту глупую влюблённость давным давно. Артур никогда не смотрел на женщин на протяжении всего времени, что ты была частью банды. Почему он мог бы сделать исключение из-за тебя?
Рот Артура открывается и закрывается, как у рыбы, но он не может сказать ни слова. Он совсем не ожидал твоей вспышки гнева и был абсолютно безмолвен. Ему так хотелось быть трезвым прямо сейчас, может быть, тогда он мог бы сказать что-нибудь умное. То, что он скажет тебе далее, полностью изменит направление ваших отношений, к лучшему или к худшему. Из-за мыслей руки Артура начали потеть.
Он нежно шепчет твоё имя, но его голос был уже на пределе. «Не говори так.» Это было всё, что он смог сказать. Ты чувствовала, будто ты что-то бросаешь или разбиваешь. Почему он такой сложный? Что это было настолько плохое, что он не мог бы рассказать тебе?
Ты глубоко вздыхаешь и медленно киваешь, «Понимаешь ли ты, что я чувствую, когда ты ведёшь себя так? Я просто не могу больше выносить этого.» Ты наконец-то отлипаешь от его руки и делаешь шаг назад. Ты была готова отвернуться и вернуться назад, к теплу огня.
На расстоянии, Артур выглядел таким большим и сильным, но в то же время таким уязвимым. Он излучал отчаяние и панику. Он не хотел, чтобы ты уходила и боялся, что он испортил всё до конца своей жизни. И он ненавидел то, как алкоголь заставлял его вести себя. До того, как он понял, что наговорил, слова из него уже вылились.
«Просто возвращайся к тому своему мужику и оставь меня в покое.» Бормотал он в раздражении, но достаточно громко, чтобы ты могла услышать.
«Я пью виски, я пью для аппетита
«Я покупаю свой напиток, это слишком мало для меня»
Ты замираешь на месте от его слов. Что он вообще имел в виду под этим? Он снова звучал таким злым, но в то же время уязвлённым; может быть...ревнующим. Но нет- и тогда внезапно всё складывалось в единую картину. Его перепады настроения, избегания ответа и все эти прочие странные моменты. Всё это время он ревновал. Он думал, что ты была с Хавьером. Но что более важно, это значило, что ты ему нравилась. Широкая улыбка нарисовалась на твоих губах и ты громко засмеялась. О Господи.
Теперь была его очередь пялиться на тебя в смущении; он просто смотрит, как ты смеёшься, словно маньяк. Он хотел сказать что-то, но не был уверен, что именно сказать. Так что, он дождался, когда твой приступ смеха закончился. И когда ты смогла успокоиться, у тебя сбилось дыхание и слёзы потекли из глаз.
«Ты в порядке?» Спросил он, приподняв бровь. Ты могла слышать намёк на заботу в его голосе, что удивило тебя ещё больше. Ты чувствовала, будто тяжёлый груз свалился с твоих плеч. Ты могла дышать легче и впервые за долгое время, ничто не отягощало твой разум.
«Ох, ну и дурачок же ты.» Ты усмехаешься, делая несколько шагов к нему, располагая свои руки на другой половине лица Артура, сокращая дистанцию между вами, касаясь своими мягкими губами его огрубевших. Поцелуй стал для него настоящим сюрпризом, но, на удивление, ты почувствовала, что он целует тебя в ответ с удвоенной страстью. Он обвивает руками твою талию и прижимает тебя ближе, желая ощущать тебя настолько ближе, насколько это возможно.
Ты таешь в поцелуе. Ты не чувствовала чего-то подобного уже давно. Видя одну из своих сладких грёз сбывшейся — это было чем-то, что, по твоему, никогда не могло бы сбыться, но ты была здесь, целуя руки Артура. На вкус они были как виски и табак, но тебе было всё равно, даже несмотря на то, что тебе не нравился ни один из этих вкусов. В этом весь Артур. Ты едва замечала их вкус во время приступов удовольствия, которые ты испытывала.
В конце концов, тебе понадобилось время, чтобы отдышаться. Впервые ты видишь лишь чистое счастье в его глазах и это почти заставило тебя зарыдать, зарыдать слезами счастья. Он продолжает глядеть в твои глаза, словно он ищет верные слова вновь. Он всё ещё немного смущён.
«Я думал-» Начинает он, но ты его затыкаешь, касаясь пальцем его губ, закрывая ему рот.
«Я знаю. Он просто друг, так что, тебе не нужно ревновать.» Умышленно дразнишь ты его. Ты хочешь, чтобы он узнал, что ты это понимаешь.
«Ревную? Я никогда не ревновал.» Артур отрицает, качая головой. Но уголки его рта, приподнятые вверх, говорили обратное.
«Да ну? Просто возвращайся к тому своему мужику и оставь меня в покое. Ох, и что же это было-» Ты дразнишь его ещё сильнее, пародируя его акцент. Но до того, как ты успеваешь закончить предложение, он затыкает тебя тем же способом, что ты использовала с ним.
«Так, всё, ты достаточно сказала, леди.» Он разражается в чистосердечном смехе и ты улыбаешься тому, как он тебя назвал.
Он тянется за очередным поцелуем. Он был более нежным, чем предыдущий и ты полностью расслабилась в его объятиях. Хотя Артур раньше думал, что было бы лучше быть трезвым в этой ситуации, то теперь он был абсолютно несогласен. Он бы никогда и ни за что не дал тебе и малейший намёк, что ты ему нравишься, если бы был трезв. Ничего из этого всего не случилось и ты бы всё ещё злилась непонятно на что. Возможно, его мотив, если это можно назвать мотивом, срабатывал лучше, когда он был пьян.
Хавьер смотрит на влюблённых голубков с расстояния лагерного костра и улыбается. Он рад за тебя. Он помнит, как поведение Артура повлияло на твоё настроение, даже несмотря на то, что он как бы пытался позаботиться о тебе. Он знает, что с этого момента ты будешь переполнена лишь энтузиазмом.
Хавьер закрыл глаза до того, как спел последние слова и сыграл последние ноты песни.
«Как чашка текилы от моего дедушки
«Все это вызвано страстью женщины.»