Work Text:
их свадьба – маленькая пакость. у шена нет семьи, семью муана же они игнорируют. потому что бессмысленно, потому что муан эра никогда в жизни не позволит шену войти в их семью, пусть шен даже поклянется в вечной верности или умрет за муана. и честно? шен прекрасно понимает, почему. он словно ураган, врывается в чужие жизни, приносит с собой хаос и кучу проблем, а потом уходит так же внезапно, как пришел. оставляет после себя разруху. иногда буквально.
поэтому их свадьба – маленькая пакость. что-то, что они позволяют себе сделать, не считаясь наконец с правилами этого мира. не считаясь ни с кем.
шен заранее выгоняет всех из замка. лисица на это обиженно шипит – как так, ведь именно она рассказала про ритуал призрачной свадьбы, почему же ей нельзя присутствовать. шен не хочет видеть никого в этот особенный вечер, и муан, как ни странно, понимает и разделяет его желание. людей вокруг было слишком много в последнее время. им правда не хватает хотя бы нескольких моментов, которые они разделят только вдвоем.
они расходятся по разным комнатам, чтобы подготовиться. муан находит это бессмысленным – у них нет ни его меча, ни уж тем более тела, чтобы нарядить в свадебные одежды. но шену нужно это, так что муан соглашается. и ждет.
секунды тянутся за минутами, минуты за секундами. муану тревожно. оставаться в одиночестве страшно. оставлять шена наедине с собой – еще страшнее. муан борется с желанием проигнорировать обещание и заглянуть в комнату к шену. так, немного. убедиться, что он в порядке. убедиться, что он не попытается сделать с собой то, что пытался прежде. от мыслей о том, что у шена почти получилось активировать ту печать, у призрачного тела муана проходят мурашки. "могут ли призраки вообще ощущать подобное?" – раздается в голове голосом его возлюбленного.
проходит полчаса. затем час. полтора. никакого обещанного стука в дверь так и нет. тревога берет над муаном вверх и он пролетает через дверь, потом поднимается по лестнице в конце коридора, направляется прямиком к комнате шена. муан не церемонится с тем, чтобы постучать прежде, чем зайти.
сцена перед ним... забавная? смешная? у муана вырывается облегченный вдох, когда он видит, что шен возится вокруг зеркала в неправильно завязанном ханьфу и пытается ровно вывести кисточкой красные стрелки.
шен тут же вздрагивает и поворачивается, слыша неожиданный звук позади. брови нахмурены, взгляд жесткий, рука тянется к рукаву за одним из множества талисманов. муану больно видеть, что шен теперь постоянно настороже.
– мы разве не договорились, что я постучу, когда закончу? – в позе шена все еще много напряжения, хоть он и достает руку из рукава пустой, а мимика его лица меняется сначала в более удивленную, а после в наигранно-недовольную. – нехорошо подглядывать за тем, как твой жених готовится к свадьбе.
жених.
это слово вызывает столько всего в груди муана. а после расползается к кончикам пальцев на руках, к щекам, в низ живота. ему на секунду кажется, словно у него лихорадка. иначе как объяснить, почему у него горит лицо и трясутся руки?
интересно, вызывает ли это слово столько же эмоций в шене?
– у меня начало получаться, видишь? а потом пришел ты и теперь мне нужно начать заново, – шен фыркает и улыбается широко. муану так нравится видеть эту прекрасную улыбку. шен отворачивается. берет платок и начинает стирать ломанную над глазом.
– я... – в голове муана пусто. да и откуда взяться словам? муан знал, что не сможет оторвать взгляд от своего возлюбленного в красном свадебном ханьфу. но вот он шен, с неправильно завязанным поясом и хаосом на голове, с яркой помадой на губах и смазанной стрелкой. зовет себя женихом муана. и муан уже подается вперед, чтобы прижать его к себе, и поцеловать.
руки проходят сквозь шена.
и вся эта атмосфера уюта и счастливой неловкости тут же исчезает. шен больше не улыбается так широко.
– я почти закончил, – голос шена уже не такой пустой, как в первые дни после произошедшего в кушоне, теперь он скорее полон печали.
муан виновато опускает голову и только сейчас замечает множество использованных платков на полу.
"как глупо," – думает он, но не знает, к чему именно это относится.
муан разглядывает мусор на полу еще несколько секунд-минут, а потом поднимает голову.
– давай я помогу тебе.
шен молча оборачивается в его сторону. выглядит растеряно. муан не удивлен – он и сам бы не знал, что ответить в такой ситуации. "шен бы не довел до такого," – звучит где-то на подкорке в голове.
– ты... можешь, если хочешь?
муан подходит ближе, вливает энергию, чтобы взять кисточку из рук шена. и начинает красить. это кажется таким простым. если игнорировать, что ему приходится прикладывать силы, чтобы держать материальный объект, то кажется, что он и не потерял свое тело.
красная кривая. еще одна. аккуратный цветок на лбу. это не занимает у муана и пяти минут. муан вспоминает, что и при жизни он часто рисовал свадебные узоры на лице. представлял свадьбу своих родителей и то, как красиво выглядела матушка. то, как красиво будет выглядеть и его партнер однажды. они с муаном обязательно будут в красивых нарядах. обменяются кисточками для мечей, потому что разве может быть иначе? человек, с которым он захочет связать свою судьбу, обязательно будет владеть мечом. а возможно, будет и заклинателем, как сам муан.
– у тебя есть золотой? – немного неловко спрашивает муан. еще одна вещь, которую он предавлял своему возлюбленному в детстве – это смесь золотого и красного на лице.
– я не уверен... сейчас, – шен отворачивается и начинает шарить на столе.
муану нравится наблюдать за таким оживленным шеном.
– кажется... кажется вот? – шен поворачивается обратно, в его руках небольшая коробочка, поблескивающая позолотой. он крутит ее, разглядывая переливы цвета на ней, и словно пытается понять, а то ли он нашел. муан наклоняется и тоже заглядывает внутрь коробочки.
– о, то, что нужно, – говорит он. – подержишь вот так?
– мгм, – отвечает шен, вновь закрывая глаза.
финальный штрих – и готово. осталось разобраться с беспорядком на голове шена.
муан видит в его волосах едва держащуюся заколку, и не может сдержать хихиканье. шен вновь дует губы и начинает распутывать то, что сделал с волосами раньше.
– раз уж братец муан такой умелый, может он поможет мне и волосы убрать?
– почему бы и нет, – отвечает муан. у него удается взять расческу, но когда он хочет взять прядь, чтобы аккуратно расчесать, рука вновь проходит насквозь.
шен смотрит на руку муана, потом на свои волосы, потом снова на руку муана.
– видимо, волосы слишком массивный объект для тебя, – шен бормочет под нос.
муан не совсем понимает. массивный? еще пара секунд и в призрачной голове щелкает. каждая волосинка для него словно отдельный материальный предмет? и их слишком много, чтобы удержать все за раз. видимо, так и есть. а возможно проблема в том, что они напитаны странной энергией мерцающего ядра шена.
– тогда я расчешу сам? а потом буду держать волосы, чтобы ты правильно закрепил эту вещь, – шен кивает в сторону заколки на столе. муан, если признаться, никогда не видел ее до этого даже на другом шене. возможно, его возлюбленный успел купить ее когда-то давно? или попросил аннис купить ее к свадьбе. муан решает не забивать себе голову.
они следуют идее шена, пусть это и занимает куда больше времени, чем у муана ушло бы на это в одиночку раньше. но это того стоит. они немного дурачатся, как раньше. шен опять ворчит о том, что с радостью отстриг бы большую часть волос.
продолжая дурачится, они спускаются вниз.
***
первый поклон. благодарность богу-небу за возможность заключить брак.
затем второй. родителям – тем, что давно позабыты и умерли.
без слов они разворачиваются друг к другу. муан берет своей призрачной рукой подготовленные ножницы, шен держит для него прядь своих волос.
чик.
шен убирает прядь в маленький мешочек с узорами розовых цветов вишни. глаза муана полны печали, когда он принимает мешочек из рук шена. хочется иметь возможность дать что-то взамен.
муан наливает церемониальное вино в пиалу шена. вторая пиала – та, что для муана – остается пустой. призраки не могут пить.
испить вина, скрестив руки.
наконец, сделать третий поклон друг другу. отныне – муж мужу.
молча они смотрят как бумажные деньги превращаются в пепел. муан кладет свою руку поверх руки шена.
вместе в жизни и вместе в посмертии.