Work Text:
Он чувствует запах цветов. Ласковый. Мягкий такой. Трава зелëная. Совсем чистая. И одуванчики вокруг. Маленькие солнышки в зелëном море. Тепло.
Срывает одно солнышко вместе с белеющим к концу стебельком. Сок белый, тягучий. Пальцы пачкает. И липнуть заставляет. Как юные, ещë не распустившиеся почки. Цветок свежий. Кажется, совсем нежный. Так хочется укусить. Одуванчик такой яркий, совершенно жëлтый. Кажется, на вкус он тоже будет таким. Жëлтым. И сладким. Нежным, как шëлк. Слишком уж славные эти лепестки.
Кусает. Смыкает зубы аккуратно почти в центре золотого пятнышка в своей руке. Лепестки водянистые. Как и у всех других цветов. И их много. На его взгляд, даже слишком много. Облизывает губы. На кончике языка расцветает вкус пыльцы. Сладковатый слегка. И пыльный. Усмехается очевидному. Так приятно. Жуëт повреждëнные лепестки. Снова пробует их на вкус. Ничего особенного. Жëлтая пыль на них ему понравилась больше. И запах. Одуванчик пахнет так, как он представлял себе запах Солнца. Весенний, сладковатый и слегка пыльный.
Слышит зов где-то сзади. Оборачивается. Его жена прекрасна. Золотые одуванчики в венке так красиво смотрятся на фоне чëрных волос. Она щурится слегка от слепящего Солнца. Солнце любит еë. Потому всë лицо своими поцелуями обсыпало.
Обнимает ласково. Виктория обычно пахнет кофе. Крепким, но с примесью сливок. И сахара чайная ложка. Как она любит.
Запускает руки под рубашку, чувствуя проходящий сквозь неë лëгкий ветер. пальцами по коже проходится. Тëплой обычно, сейчас же - прохладной. Вверх по спине ведëт, прямо к плечам. И носом в шею ей утыкается. Знает, что на лопатках и шее россыпь веснушек есть. И на лице тоже. Что щëки и нос ими усеяны. А одна особо яркая под правым глазом виднеется. Любит их. Больше жизни любит.
Дышит глубоко. Родной запах вдыхает, спину поглаживая. Смотрит в глаза, отстраняясь. Такие яркие. Прямо как она сама. Небо чистое, река весенняя, не глаза. Такие пронзительные, но тëплые-тëплые. Тонет в них. И всплывать не хочет. Она смеëтся, касаясь его щеки рукой. К себе притягивает. Целует в мягкие губы. Он сам котëнком слепым тычется. Будто неумело. От нежности сердце в груди замирает на мгновение. Любит еë. Только еë и хочет рядом видеть. Она снова улыбается. Усмехается даже.
- Я снова глупо смотрел на тебя? - кровь к щекам и шее приливает. Стыдно.
Вики по носу щëлкает. В глазах озорство пляшет.
- Может и смотрел, - плечами пожимает. Не говорит. Не хочет.
Вместо этого снимает с головы венок из одуванчиков и ему на голову надевает. Отросшие волосы за ухо заправляет. А он от глаз еë оторваться не может. К ладони ласковой льнëт. И глядит восхищëнно.
Любит.