Work Text:
Олег, едва различимый в темноте, лежал на кровати; на его спине белели свежие бинты, скрывающие рану, уже успевшую досконально отпечататься у Серёжи на сетчатке глаз.
Каким-то шестым чувством он понял, что Олег не спит, но всё равно боялся его потревожить. Просто молча стоял посреди тёмной комнаты, не зная, что делать.
Сиплое дыхание Олега неравномерно разбавляло тишину. Сам Серёжа, казалось, не дышал. Ловил каждый вдох, едва видимое вздымание плеч, и немножко воскресал внутри, с каждым разом заново осознавая, что всё в порядке.
Он беззвучно двинулся вперёд, аккуратно садясь на краешек постели.
В комнате было прохладно, но Олег лежал едва прикрытый одеялом, от него исходила волна жара.
Иногда Серёже было страшно к нему прикасаться. Казалось, просто вытянуть бы руку вперёд и дотронуться до чужой кожи. Так легко и так заманчиво. Он мог сделать это в любой момент и не получить ни малейшего сопротивления со стороны.
Но иногда он так боялся, что под его пальцами тепло моментально обратится в лёд, треснет и рассыпется пылью, что его руки начинали дрожать. Лучше сдержаться, лучше оставить всё при себе. Лучше не двигаться, заглушить жалобный вой души, отчаянно тянувшейся к единственному близкому существу. Лучше мучиться самому, чем позволить себе вновь что-то разрушить.
— Привет, — Олег повернул к нему голову.
— Привет, — тихо произнес Серёжа, — ты как?
Лицо Олега было уставшим, и даже в темноте, с едва пробивающимся из окна ночным уличным светом было видно, как оно покраснело и опухло.
Лера ушла часа два назад, разобравшись со всеми олеговыми ранениями. Перед тем, как выйти за порог, она не терпящим возражений тоном сообщила, что, пусть и слишком серьёзных, угрожающих жизни и здоровью Олега повреждений у него нет, ему необходимо дать достаточно отдыха.
Сергей подумал, что он ведь не настолько тиран, чтобы после всего произошедшего сразу же тянуть друга на новое задание. Хотя, в глазах Леры, возможно именно такой.
— Первым делом — пусть отоспится. Оставь его на время в покое.
Сергей, в кои-то веки не стал ей возражать, лишь покорно кивнул, поблагодарил за помощь и закрыл за ней дверь.
Всё его нутро требовало, чтобы он немедленно отправился в комнату к Олегу, однако он решил прислушаться к рекомендациям девушки и пошёл к себе.
Но протянул так два часа. Пытался заставить себя уснуть, но все его мысли были только о человеке за стенкой. Наконец, во втором часу ночи не выдержал, встал.
Ему было необходимо просто проверить… Просто убедиться, что Олег всё ещё там, в соседней комнате, всё ещё дышит, что с ним всё в порядке, (насколько это вообще возможно в его ситуации).
Серёжа беззвучно проскользил рукой по стене пока не нащупал проём, зашёл в комнату. На секунду замер, потому что показалось, будто кровать пуста, но потом выхватил чужой силуэт головы на светлой подушке и выдохнул.
Всё ещё здесь.
— Я? Замечательно, — едва слышно прохрипел в ответ Олег, пытаясь повернуться полностью и болезненно сморщившись, улёгшись на спину.
— Осторожней, — инстинктивно протянул руку Серёжа — чтобы что — и опустил назад.
Еле как Олег перевалился на другой бок, чтобы смотреть в Серёжину сторону.
— Я мог и пересесть, знаешь, — мягко сказал он.
— Сразу надо было предлагать, — прокряхтел Олег, пытаясь устроить подушку поудобнее. Его волосы упали на глаза и Серёже захотелось их убрать, но он продолжил просто сидеть; слабым кивком Олег откинул мешавшие волосы сам.
— Ты спал?
— Да. Вырубился, как только Валера вышла. Но проснулся минут десять назад. А сколько, кстати, время?
— Где-то пол второго. Лера ушла после двенадцати, так что ты не многое проспал, не беспокойся.
— А ты то чего не спишь?
— Ещё не ложился.
— Почему? Ты же уже вторые или третьи сутки н-на но… гах. — Сипящий ещё сильнее, чем раньше, голос Олега сорвался и он закашлялся. — Из… извини, — выговорил он, восстанавливая дыхание.
Сережа опустил голову. Даже будучи в столь скверном состоянии Олег продолжал думать о нём. От этой заботы становилось ещё невыносимее. Он её не заслужил. Он предпочёл бы, чтобы Олег вообще про него не думал. Чтобы не смотрел на него, не говорил с ним. Игнорировал бы, потому что именно это он и заслужил. А не его чёртову заботу. Лучше бы Олег просто обвинил его во всём случившемся и послал куда подальше.
Но вместо этого Олег тихо позвал:
— Серый? Эй, приём.
Серёжа поднял взгляд на его лицо.
— Да просто… не могу уснуть.
— Почему?
— Просто…
Просто боюсь, что стоит мне закрыть глаза и ты опять исчезнешь. Тебя вновь заберут, а я и не замечу. Или я усну, чтобы проснуться и понять, что на самом деле тебя здесь и не было. Что на самом деле я тебя так и не вызвалил. И что спасать тебя уже слишком поздно. Что ты уже мёртв, на этот раз навсегда и теперь я точно останусь один и окончательно сойду с ума.
Внезапно он почувствовал тепло чужой руки поверх своей, напряжённо цепляющейся за колено.
— У тебя никогда не бывает просто.
Серёжа хмыкнул. Его пальцы подрагивали от напряжения. Ладонь Олега была шершавой и грубой, а ещё горячей. Лера предупреждала, что может подняться температура, но его как будто на конфорке подожгли.
— Ты весь горишь… Ещё не хватало, чтобы заболел… с твоими лёгкими… Я схожу за термометром.
— Я в порядке, Серый, это просто из-за ран.
— Всё равно, если температура высокая, сбить надо. Подожди.
Серёжа поднялся с кровати и потянулся к лампе на прикроватной тумбочке.
— Закрой глаза, — попросил он и включил свет.
— Чёрт, — спустя пять минут поглядел он на цифры на маленьком экранчике электронного градусника, — тридцать девять.
— Я не слепой, там написано тридцать восемь и восемь.
Серёжа закатил глаза.
— Как будто этого недостаточно? Вот, — он вскрыл пачку таблеток с жаропонижающим, — выпей.
Олег с усталым выдохом потянулся за протянутой таблеткой, но его руку легко тряхнуло, и она безвольно упала вниз.
— Да твою…
Серёжа на миг замер. Его опять охватило беспокойство, перемешанное с чувством вины. Что если Олег не сможет восстановиться полностью? Он и до этого был не в лучшей форме, а теперь… Он даже руку удержать на весу не может.
— Ну что ты смотришь на меня, как на обречённого на смерть? Давай свою таблетку, — Олег открыл ладонь, рука лежала поверх одеяла. Серёжа вложил в неё жаропонижающее, — я не умираю, Серый. Не трясись так. Не хорони раньше времени, — кое-как поднёс таблетку ко рту и зажал между зубов, — воды?
Серёжа подал бутылку, Олег взял её здоровой рукой.
— Я итак уже слишком много раз хоронил тебя, — поникшим голосом ответил он, — так что предпочёл бы больше этого вообще никогда не делать.
Серёжины глаза грустно потускнели, он смотрел куда-то в сторону, мимо, куда-то в необъятное прошлое, всплывшее перед ним.
В груди Олега что-то болезненно кольнуло.
— Эй, — позвал он, потом опять протянул больную руку и едва мазнул кончиками пальцев по щеке Серёжи, мышцы снова не выдержали, но тот успел поймать руку Олега прежде, чем она обессиленно упала.
От прикосновения Серёжу ударило током (хотя возможно ему и показалось), он, едва дрожа, аккуратно поднял чужую ладонь к губам и поцеловал.
Никто не развалился.
Он хотел сказать, выразить словами то, о чём думал, но не мог, поэтому просто продолжал держать его руку.
Я так испугался за тебя.
— Теперь они знают…
— Что знают? — Олег слегка поморщился, когда Серёжа опустил его руку назад на одеяло.
— Извини. Всё знают. Знают, что я работаю не один. Знают про Леру, то есть про то, что кто-то другой носит костюм, знают, что ты не умер в две тысячи четырнадцатом, знают, что… Знают, как много ты значишь, ведь я пришёл за тобой и могут этим опять воспользоваться, но только в следующий раз всё может закончиться куда хуже, я могу всё провалить… В этот раз нам повезло, но что будет в следующий…
— Спокойно, следующий раз ещё никто не обещал.
— Но что если…
— Ничего не если. Мы разберёмся с этим до того, как дойдёт до следующего раза.
Олег по большей части скорее просто пытался успокоить Серёжу, чем верил в то, что им действительно удастся легко и быстро со всем разделаться.
Серёжа тоже это понимал.
Он задумчиво закусил губу.
— Олег…
— М-м?
— Может быть… может, тебе стоит скрыться. Уехать куда-нибудь, пока всё не решено и, ну, какое-то время быть подальше от всего?
— С ума сошёл? С какого хрена мне скрываться? Особенно сейчас, когда мы знаем в лицо всех, кто нам противостоит.
— Это опасно.
— Это всегда было опасно, раньше тебя это не останавливало.
— Да… но сейчас всё по-другому.
— Чем же?
— Раньше я не сомневался в том, что ты справишься с теми проблемами, которые я отправлял тебя решать.
— То есть, после всего произошедшего, ты утратил веру в мою компетентность?
— Нет.
— Тогда что?
— Просто…
— Что, блять, просто? Почему, когда мы вышли на финальную прямую, ты предлагаешь мне валить, поджав хвост? — Голос Олега опять охрип. Серёжа терпеливо подождал, пока тот откашляется.
— Потому что, это стало опасным для тебя теперь, понимаешь? Больше, чем раньше.
Олег попытался что-то возразить, но Серёжа решительно продолжил.
— Ты слышал, что я сказал? Они теперь знают, что ты важен, для меня, блин, важен, и они обязательно этим воспользуются, потому что хотят отомстить мне, а это… самый логичный из вариантов. Я бы поступил так же…
Олег сжал пальцами переносицу и тяжело выдохнул.
— Я не могу опять допустить, чтобы с тобой что-то случилось из-за меня. — Его тон вновь стал тише и сдержаннее, — да и вообще допустить, чтобы с тобой что-то случилось.
— Серый… посмотри на меня.
Когда Олег поймал его взгляд, он продолжил:
— Я тоже за тебя боюсь. И поверь, у меня для этого куда больше оснований. Их изначальной целью был ты. Я всего лишь наёмник, исполнитель, я не важен.
— Это не та…
— Для них я не важен. Они охотятся на тебя. Они думали, что следили за тобой. Если бы этот дурацкий жучок оказался у тебя, то всё могло бы разрешиться куда херовее. Так что, в какой-то степени я рад, что вышли они в итоге именно на меня. Лучше так.
Серёжа покачал головой.
— Не лучше.
— Да ладно, всё же хорошо. Ну, почти, — он ободряюще усмехнулся, но Серёжа не отреагировал.
— Просто я устал подставлять тебя под удар. Мне кажется я постоянно только и делаю, что тебя подвожу. Однажды это закончится плохо. И виноват буду я.
— Ты, может, не поверишь, но свои решения я принимаю сам. Да, я действую так, как предлагаешь ты, но всё-таки я не полный кретин всё время тебя слушаться. Я поступаю так, как считаю разумным и иногда моё мнение сходится с твоим. Удивительно, правда? Иногда мне это аукается. Но винить тебя за каждый свой шаг я точно не намерен. И тебе не стоит.
— Но так или иначе ты расплачиваешься за последствия моих действий.
— И? Ты же сделал это не с целью досадить лично мне. За что мне тебя обвинять? Мы можем говорить о твоих поступках и о том, что не соверши ты их, подобных последствий бы не было. Но зачем? Не мне тебя осуждать. Я тоже был замешан. Мы оба сделали слишком много плохого, чтобы надеяться отделаться легко. Знаешь, если вдруг моё прошлое настигнет меня, то нам тоже мало не покажется. И, вероятно, я тоже буду чувствовать себя виноватым, если оно заденет тебя. Но я буду надеяться на то, что ты всё поймёшь и просто будешь рядом.
Серёжа согласно кивнул.
— И я буду с тобой сейчас. К тому же, это наше общее дело, помнишь? Мы оба приняли решение возродить Чумного Доктора. Как равноценные партнёры. Так что от меня ты не избавишься. По крайней мере, так просто.
— Я вовсе не хочу от тебя избавляться, — уголки Серёжиных губ дрогнули в улыбке. Олег понял, что его слова подействовали.
— Вот и не пытайся.
— Спасибо.
Серёже действительно стало проще. Туман в его голове немного рассеялся и теперь он не ощущал себя потерянно блуждающим в собственных сомнениях. То есть, сомнения до сих пор оставались и вряд ли когда-то уйдут, он никогда не перестанет бояться за Олега, но, по крайней мере, у него появилась уверенность в том, что он справится с угрозой, потому что будет справляться не в одиночку.
— Не за что.
От разлившегося теплом спокойствия его моментально охватила слабость, и будто огретый по голове, в секунду он прочувствовал весь свалившийся недостаток сна.
— Так, тебе же нужно спать, ты ещё долго будешь восстанавливаться, — пробормотал Серёжа.
— А тебе то как нужно, — со смешком ответил Олег, глядя в закрывающиеся от усталости глаза, — иди сюда, — он немного подвинулся с середины кровати в бок, освободив место рядом с собой.
— Не, я ж могу, ну, это… задеть тебя во сне, там, синяки, шрамы… всё вот это…
— Да ты даже до своей комнаты не дойдёшь и отрубишься где-нибудь в коридоре. Ложись.
Серёжа хотел возразить, но у него не осталось сил, поэтому он просто кивнул, выключил лампу и лёг рядом с Олегом, практически вплотную к его лицу, носом к носу.
— У тебя температура хотя бы немного спала? — уже отключаясь прошептал Серёжа.
— Мне стало лучше.
— Эт хршо… — едва промямлил он.
Олег тихо рассмеялся, приподнял здоровую руку и опустил на рыжие волосы, бесцветно серые во тьме.
— Спи, мой герой, — он поцеловал Серёжу в нос, тот поморщился в полудрёме.
Олег устроился рядом, чувствуя, как его тоже одолевает усталость.
— Чтобы ни случилось, я всегда буду с тобой. До нашего победного, или до самого последнего моего вздоха, — едва слышно сказал он, закрывая глаза и тут же умиротворённо засыпая.