Work Text:
«Вы знаете предательства, которые мне пришлось пережить.
Питая себя ложными надеждами, я думал, что наконец-то смог начать всё сначала.
Пока меня в очередной раз не предали»
Мондштадт отличался от Сумеру и Инадзумы своей расслабляющей атмосферой. Она была беззаботной и умиротворённой. Каждый в городе смотрел друг на друга с улыбкой и радушием, хотя скрыть искреннее любопытство от мимо проходящего гостя жители всё же не могли. Они приветливые, добрые, но слегка наивные. И такая простота даже завораживала, заставляла вспоминать дни, когда Странник жил на Татарасуне. Люди там тоже были добрыми.
Для местных он был чужаком, для рыцарей — почётным гостем, а для Моны довольно близким человеком, раз она прислала ему письмо с просьбой приехать. Малая властительница Кусанали сказала, что смена обстановки пойдёт ему на пользу и дала добро на путешествие. Тем более земли Барбатоса всегда открыты для чужаков, у которых нет злых намерений.
Она позаботилась о письмах в Орден, чтобы Страннику не приставили к горлу копьё, стоило бы ему только зайти в город. Однако сейчас он сомневался, что местные рыцари могут сделать нечто подобное. Они непринуждённо расхаживали, мило беседовали, а некоторые флиртовали с молоденькими девушками. И это казалось странным. Что в Сумеру, что в Инадзуме стража всегда была наготове и относилась к своей работе очень ответственно. Любое неверное движение, которое может вызвать хоть каплю подозрения, так тебя сразу бы связали.
Неудивительно, что Синьора так легко забрала гнозис у их Архонта.
Мотнув головой, Странник свернул возле кузницы, встретился взглядом с широкоплечим мужчиной, у которого по вискам стекал пот, а позади веяло жарой из горна. Мужчина нахмурился, хлопнул себя по бедру, словно стряхнул что-то, а потом отвернулся, продолжая ковать меч. Единственный человек, который действительно работал в этом городишке. И делал это недурно, Странник знаком с этим ремеслом и увидел в мужчине настоящего профессионала.
Ещё было очень много бездомных котов. Они высовывали мордочки из каждого угла и внимательно смотрели на незнакомца, громко мяукали и требовали к себе внимания. Некоторые были смелыми, подходили, обнюхивали, а затем начинали либо яростно шипеть, либо тихо мурлыкать, тыкаясь мордочкой в ноги. Тяжело вздыхая, Странник гладил вторых и чесал их за ушком. Первых он не обвинял в агрессии, не каждый день животные встречают живую куклу, такое поведение он встречал довольно часто. Животные умные, понимают, если встретили в природе что-то неправильное.
Мона жила подальше ото всех, её домик находился чуть ли не в самом углу города. В голове сразу возникло две догадки: снимала подешевле или же она не хотела, чтобы её отвлекал посторонний шум. Зная её, оба варианта были возможны. Непримечательный, похожий на все соседние. Выпустив кошку из рук, Странник подошёл к двери и тихо постучал.
Через пару секунд дверца приоткрылась и появилась голова молодой ведьмы. Она оглядела его с ног до головы и распахнула дверь. Растрёпанные волосы и недовольный взгляд свидетельствовали о том, что её прервали от какого-то важного дела.
— Ты долго, — проговорила она, отворачиваясь и быстро проходя в свою комнату.
— Я не умею телепортироваться, как это делаешь ты, — подметил Странник, заходя в дом и закрывая за собой дверь. — И могла бы меня встретить нормально.
— Не хотела таскаться по Ордену. Слишком много возни.
Он услышал шелест — Мона собирала свои труды в одну стопку, освобождая место в комнате. Как и ожидалось, она не избавилась от дурной привычки устраивать бардак.
Перед взором Странника открылся хаос из бумаг, диаграмм, непонятные приборы стояли на полу, занимая значительное место и не позволяя свободно расхаживать. Рабочий стол был завален книгами и свитками, стены увешаны фотографиями ночного неба с пометками на маленьких стикерах. В углу стояли непонятные красные камни, которые чуть заметно грели. Работа у Моны кипела, это было заметно.
— Так зачем ты меня в гости пригласила? Ради уборки? — он выразительно обвёл взглядом комнату, скривил губы. — Я зря ехал сюда?
Мона напряглась, взглянула на него оценивающим взглядом.
— Ты, как обычно, всё интерпретируешь неправильно и грубо! — она с громким стуком положила механизм на стол. — Мы с тобой давно не проводили время вместе. Последний раз мы встречались, когда я ездила в Фонтейн. Это был месяц назад! Я бы хотела с тобой побыть больше, чем пару вечеров, знаешь ли.
Странник скептично выгнул бровь и скрестил руки на груди.
— Почему Мондштадт?
— Потому что я тут живу? — в тон ответила Мона, фыркнув. — И тебе не помешало бы посетить другие места, а не сидеть в своём Сумеру, изредка выезжая вместе с малой властительницей Кусанали в другие регионы.
Если бы юная ведьма знала, что он уже побывал в каждом регионе, что он там творил не самые хорошие дела, то не стала бы так дерзко отвечать. От одной только информации, что Странник был в бездне, она сойдёт с ума от любопытства. Хотя ему не хотелось лишний раз вспоминать те моменты. Особенно то, что следовало после них, стоило только вернуться в Снежную.
— Как скажешь, — ровным голосом ответил Странник. — Но причина натянута.
Она сердито нахмурилась и сделала шаг ближе к нему.
— Натянута? Мы с тобой общаемся только письмами, ты был смел сказать, что я тебе нравлюсь, а теперь ты говоришь, что я притянула причину за уши? — в её словах отчетливо слышалось недовольство. — В нормальных случаях, люди хоть как-то пытаются быть вместе. И кто бы мог подумать, что я буду первой, кто начнёт об этом думать! Нонсенс! Молчал бы тогда уж!
Это было действительно необычно для неё. Для них двоих. Оба не придавали отношениям той сладости и романтичности, о которой многие говорили. Их общение вполне можно было назвать дружеским. Ровно до этого момента, когда Мона внезапно решила попытаться превратить это во что-то большее. И это удивляло.
— Может ты не поняла меня, — начал он, не сводя с неё глаз, произнося это таким тоном, словно перед ним был несмышлёный человек. — Но я говорил, что ты мне нравишься в целом. Или ты свои звёзды растолковала неверно?
Она запнулась, резко мотнула головой, её хвосты сделали дугу в воздухе и плавно упали на плечи.
— Какая разница. Ты всё равно приехал.
— Верно.
Странник перевёл взгляд с неё на ближайший прибор, пощупал его. Что-то подобное он уже видел в Академии. Штучка весьма занимательная, больше удивляет, что Мона пользуется ею в домашних условиях.
— Мы так и будем стоять в твоём бардаке? — наконец-то он прервал тишину, продолжая расхаживать по комнате, внимательно изучая заметки. — Или ты всё же придумала, чем мы будем заниматься?
На его лице появилась усмешка, когда он взглянул на неё. Мона поймала его взгляд, но не распознала в нём двусмысленность, которой он хотел её смутить. Лицо у неё было задумчивое, даже беспокойное. Убрав с лица ухмылку, он подошёл к ней.
— Мона, — сказал он серьёзным голосом. — Что случилось?
Она подняла голову, мгновение помедлила с ответом, а затем пожала плечами.
— Мои исследования зашли в тупик, — начала она, делая шаг мимо него и указывая рукой на фотографии на стене. — Я изучала небо несколько неделей назад, потому что увидела, как в этой области... — Она ткнула в темную область на фотографии. — Звёзды сместились. Причём очень заметно, что повлияло на местоположение основных созвездий…
Она продолжала рассказывать, показывая на фотографии и уточняя некоторые моменты, когда ловила хмурый взгляд Странника. Тот подошёл ближе, начал разглядывать. Никогда не смыслящий в этих вещах, он даже не видел разницы в мириаде звёзд на двух разных снимках.
— И что ты от меня хочешь? — он прервал её.
— Ты же в Академии учишься сейчас, может есть идеи про эту ситуацию?
— Я учусь в Вахумане, а не в Ртавахисте, — Странник взглянул на девушку так, словно ему пришлось объяснять самую глупую вещь в мире. — Не трачу время на бесполезные вещи.
Однако идеи у него были, ведь несколько лет назад он узнал правду о небе. И если Мона права, если изменения заметны опытному глазу, то это могло означать что-то очень важное. Странно, что учёные из Академии этого ещё не заметили.
— И почему ты не обратилась в Академию лично? Сама знаешь, что я не лучший кандидат.
Мона шагнула к нему, её губы превратились в забавный бантик из-за возникшего раздражения.
— Ты правда ничего не понимаешь? Потому что я хочу провести время с тобой! — она ткнула пальцем в его грудь, её щёки слегка покраснели. — Ну и… Я хочу, чтобы это было только моим открытием.
Странник издал лёгкий смешок, очарованный тем, как Мона старалась создать иллюзию, что ей так не хватает его присутствия рядом. Он слишком хорошо знает Мегистус, чтобы поверить в это.
— Так бы сразу и сказала, — он аккуратно взял её руку, слегка сжал и отвёл в сторону. — Чем быстрее начнём, тем лучше. Не хочу тратить всё выделенное время на это.
Он не стал добавлять, что если проблема действительно серьёзная, то недолго до того, как об этом узнают другие. Фатуи или Боги, что контролируют Тейват. Ни первые, ни вторые не принесут радости. А если Странник поймёт причину первым, то будет шанс предпринять хоть какие-то действия и отсрочить что-то неприятное.
— Ой, ладно, — она для вида закатила глаза, хотя в её голосе звучало облегчение и нетерпение. — Я покажу точку, откуда очень хорошо видна аномалия. Я посовещалась с Альбедо… — Странник нахмурился от незнакомого имени, и Мона поспешила объясниться. — Это местный алхимик. Очень умный, много всего знает. Вот и подумала, что он мог подсказать. Но нет…
Мона стала шагать по комнате, задумчиво постукивая пальцами по локтю. Странник внимательно наблюдал за ней, попутно вспоминая откуда он мог слышать это имя.
— Познакомишь с ним? — неожиданно для себя и для Моны спросил он.
— А? — она подняла на него удивлённый взгляд, а затем потрясла головой. — Могу познакомить. Сейчас он занят, завтра можем встретиться с ним.
Парень кивнул, удовлетворённый ответом. Заиметь умного алхимика будет полезно, тем более имя Альбедо было на слуху несколько дней, когда в Академию вернулся генерал махаматра после отпуска. А Сайно с плохими людьми знакомств не водил.
— Ну а пока мы ждём ночи, — Мона легонько подскочила к нему, взяла за локоть. — Я могу показать тебе Мондштадт.
Из-за чарующего взгляда Моны было невозможно отказать ведьмочке. Он ему мило улыбнулась, состроила глазки — что ещё больше не походило на привычную Мегистус — и потянула за собой. Придержав свободной рукой шляпу, Странник двинулся за ней, напуская на себя скучающий вид.
Она показала ему собор и главную площадь с большой статуей Барбатоса, мельком рассказала про обычаи, связанные с Анемо Архонтом. Мона не была сильно верующей, но рассказывала с уважением к чужой вере. Это впечатляло, ведь Странник бы на её месте не упустил бы шанса сказать какой-нибудь едкий комментарий. Скользнув взглядом по своему глазу бога, он помотал головой. Нет, не стал бы шутить над Барбатосом, под чьим благословением он находился.
Мона провела его по улицам города, показывая самые примечательные места — Долю ангелов и Кошкин хвост. Если с первым заведением было понятно, то второе известно во многих кругах. Одно из немногих заведений, почти что полностью посвящённое карточной игре. Останавливаться там долго они не стали — никто из них не был заинтересован в картах.
Потом Мона и Странник отправились на прогулку по природе. Вместе посмотрели на огромное дерево, побродили по побережью. Она всю дорогу не затыкалась и рассказывала свои предположения об изменении местоположений звёзд. Хоть Странник не любил пустую болтовню, прерывать ведьму не стал. Пока она суетилась и болтала, сам он обдумывал варианты, чем могло быть вызвано изменение в небе.
Когда солнце село за горизонт, луна постепенно заняла место светила. Мона помедлила, повернулась к Страннику.
— Нужно пойти в храм Тысячи ветров, — проговорила она, указывая рукой куда-то в сторону. — Там лучше всего видно. Пошли.
Не дожидаясь ответа, она уверенной походкой пошла в противоположную от той стороны, где они гуляли предыдущие часы. Только сейчас Странник осознал, что Мона не водила его на юг, даже не упоминала, что там есть какой-то храм. Вполне возможно, что они бы не успели всё обойти. А ознакомиться с южной частью Мондштадта можно будет завтра.
Чем ближе они подходили к храму, тем чаще стали встречаться разные колонны, разрушенные арки и другие объекты архитектуры. Это не было похоже на обычный стиль земель Мондштадта.
— Тут жила какая-то цивилизация раньше? — он решил прервать тишину, к тому же будет полезно узнать что-то новое.
— Нет, — она покачала головой. — Насколько я знаю, то это руины древнего Мондштадта. Чем-то похоже на логово Ужаса бури. Здесь поклонялись Барбатосу и… — она задумалась. — Вроде, ещё кому-то. Но я плохо разбираюсь в истории. Лучше спросить Барбару или Венти, они могут дать более точный ответ.
— Ясно, — он хмыкнул, не отводя взгляд от колонн.
Может, стоило бы изучить эту тему. Писать об Инадзуме становилось уже тошно, хоть откровенная ложь в работах студентов всегда его раздражала. История Мондштадта в качестве досуга? Идея неплохая.
Они оказались в центре храма. Хотя честно сказать, Страннику это больше напомнило подобие открытого театра. Есть «трибуны», а в центре могли выступать артисты. Или же в древности тут могли устраивать бои, как это делают до сих пор в Натлане. Второе казалось более вероятным после того, как он заметил решётки. Однако одна часть храма не была закрыта, что могло бы позволить монстру сбежать. Поглощенный в свои мысли, Странник пришёл к заключению, что это смесь театра и Колизея.
Время, проведённое в Вахумане, сделало из него настоящего учёного. От этой мысли Странник чуть поморщился и направился обратно к Моне, которая суетилась в центре и сосредоточенно смотрела в небо. Он подошёл к ней и тоже задрал голову, всматриваясь в ночное небо. Но ничего необычного не заметил.
— И? — протянул он.
Мона молчала, опустила голову и с необычной для неё решимостью стала смотреть на него. Странник оторвал взгляд от звёзд и взглянул на Мону, вопросительно изогнув бровь.
И тогда он услышал голос.
— Так-так-так, — до ненависти знакомый мужской голос. — И это правда тот самый потерянный шестой предвестник?
Странник резко обернулся, сжимая кулаки. Прежний титул вызвал мурашки, заставил конечности заледенеть.
Дотторе.
Он шагал прямо к ним, за маской по обыкновению не было ничего видно. Хотя Странник сомневался, что перед ним стоял «оригинал». Очередной клон. Только что он тут забыл? И откуда у него мысль, что перед ним шестой предвестник? Странник же стёр себя из Ирминсуля…
— Это он, можете не сомневаться. Судьбу не обманешь, — Мона громко заговорила неожиданно для Странника. — Я перепроверила много раз.
Парень с ужасом и непониманием уставился на ведьму, чей взор был прикован к Дотторе. По её поведению было заметно, что она всеми силами старалась избежать прямых взглядов со Странником.
— И я бы не стала обманывать второго предвестника, — добавила она более тихим голосом.
В горле встал предательский ком, губы дрогнули. Странник тяжело дышал, переводя взгляд с предвестника на ведьму, а затем наоборот. Внутри закипала злость, которая питалась от обиды.
— Мудрое решение, — как ни в чём не бывало, ответил Доктор, подходя ближе к ним. — Давай посмотрим. Итак, вы…?
Притворная вежливость выворачивала наизнанку. Отвращение и ненависть вспыхнули в Страннике, когда он смотрел на Дотторе. Воспоминания о вечном обмане вскружили голову. Глаз бога угрожающе засветился, однако Странник вовремя спохватился и постарался принять более спокойный вид, не поддаваясь эмоциям ещё больше. Бросаться просто так на Доктора было глупым решением. Он мог быть не один — хотя это не проблема для Странника. Однако он прекрасно знал весь потенциал Дотторе. И вступать с ним в схватку без подготовки было бы очень глупо. Нужно быть осторожнее.
С Моной он разберётся позже.
— Учёный из Сумеру, приехал на помощь госпоже Моне Мегистус, — он покосился на девушку. — О вас я наслышан.
Тот улыбнулся краешком губ — в знак приличия — и остановился в нескольких шагах от Странника. Из-за маски было не видно, однако было стойкое ощущение, что его глаза — настоящие или нет — рассматривала Странника, изучали каждый дюйм его тела. Невольно он сжал пальцы, словно опасался, что давно спрятанные шарниры могут выдать его истинную сущность. Хотя он знал, что одурачить Доктора очень сложно. Если Мона предъявила весомые доказательства, то перехитрить второго предвестника будет невозможно. И тогда от неприятностей просто так не уйти.
— И как нам это проверить, госпожа Мегистус? — он обратился к Моне, она сильно нервничала от присутствия Доктора.
— Я вам покажу.
Странник сделал шаг ей навстречу, готовясь схватить её за руку и остановить. Но прежде, чем он успел это сделать, яркая голубая вспышка. Он зажмурился, а когда открыл глаза, то увидел проекции звёзд и сосредоточенное лицо ведьмы. Она поморщилась, создавая перед собой диск, в котором был нарисован маленький человечек — пилигрим. Глаза Моны были полностью поглощены тем, что она видела в его судьбе.
— Какого чёрта?
Этот вопрос адресовался и Моне, и его жизни. Почему Мона может это делать? Разве Ирминсуль не стёр всё, что с ним было связано? Если только…
Если только судьбу нельзя обмануть.
— Сказитель, Скарамучча, шестой из предвестников, также известен как Куникузуши, — прошептала Мона, а перед ней на магическом диске начали мелькать образы. Дотторе подошёл ближе, заинтересованно наблюдая за всем. — Сложно пробраться далеко… За ним стоит что-то высшее. Но я вижу связь между вами, Доктор, и ним. Вижу… что он выполнял опасные поручения… бездна, много монстров… опасные ранения, лечение… множество опытов, знания… Я не понимаю, но… он как-то помог в… клонировании? Я вижу два Доктора… Ещё… И ещё…
Не в силах больше терпеть, Странник махнул рукой, выпуская анемо-лезвие, которое больно ударило Мону по рукам. Она взвизгнула и отпрыгнула назад, хватаясь за глубокий порез на руке. Дотторе стоял неподвижно, словно думал о чём-то. Внезапное нападение на девушку его ничуть не смутило, а, наоборот, только подтвердили догадки. Воспользовавшись моментом, Странник подлетел к Моне и грубо схватил её за руку, притянул ближе к себе.
— Какого чёрта, Мона? — прорычал он от гнева. — Что это значит?
Она смотрела на него со страхом в глазах. Она видела, как внутри него кипела злость, чувствовала, что его хватка с каждой секундой становилась сильнее. Из ран продолжала течь кровь, на миг в её голове промелькнула мысль, что парень мог бы с лёгкостью отрезать ей кисти рук, если бы захотел.
— Меня предупредили звёзды…
Она заставила себя произнести эти слова дрожащим голос, а затем зажмуриться, когда отметки Странника угрожающе засветились. Но вместо того, чтобы ударить её, он лишь вызвал вокруг себя сильный порыв ветра, отбрасывая девушку прочь. Мона упала на землю, хватаясь рукой за одну из ран.
Потом, потом с ней разберётся. Сейчас не время.
— Интересно… — Дотторе с интересом наблюдал за происходящей перед ним сценой. — То, что она сказала… Хм, это имеет место, если разобраться. Ты ведь не человек, верно? Полагаю, что кукла Вельзевул. Может, один из первых неудачных прототипов.
Глаза Странника угрожающе блеснули огнём.
— Что тебе нужно?
Глаз бога ярко светился, а владелец был готов в любую секунду наброситься на Доктора.
— Я прав, — сказал он сам себе и кивнул. — Также выдвину теорию, что во всём был замешан Ирминсуль.
На это было сложно что-то ответить. Ошеломлённый тем, как легко Доктор разгадал большую часть, Странник на мгновение застыл на месте. Но быстро совладал с собой, возвращаясь в привычное напряжение.
Вопрос заключался в том, чтобы понять откуда у Дотторе столько знаний об этом.
— Это много объясняет тогда, — с насмешкой произнёс Доктор, шагая ближе к Страннику, совсем не опасаясь его. — Субретка знала всё, но не желала говорить всё прямо. Упрямая.
Становилось только хуже. Странник взглянул на Мону, на её лице не было намёка на раскаяние и сожаления. Только боль из-за раненых рук, отчего она вся морщилась и всеми силами пыталась сдержать подступающие слёзы.
Внутри всё сжалось.
Предательство.
Опять.
— Почему?! — выкрикнул он, голос смешал в себе отчаяние и злость. — Мона! Отвечай!
Странник испытывал невероятную злость на неё. И на себя. Он проклинал самого себя за то, что вновь доверился и открылся кому-то. Каким же идиотом он был! Вокруг резко похолодало и стал безжалостно визжать ветер, хлестая всех троих по лицу. Мона вновь взвизгнула и прикрыла лицо руками, уткнулась в коленки и тихо захныкала.
Ярость кипела внутри, хотелось накричать на Мону, изрешетить её тело воздушными клинками. Только обида и боль в груди останавливала его от таких радикальных действий, удерживая на месте.
Он жалок. Не может даже поднять руку на ту, которая его отдала монстрам. На ту, чьё присутствие он любил и находил приятным.
Стыдливые слёзы прокатились по его щекам, когда он только сильнее разгонял анемо энергию вокруг себя.
А она молчала. Застыла на месте, словно пугливый котёнок.
Он доверял ей. Думал, что можно доверять.
Он думал, что Мона та, с кем ему будет хорошо.
Ошибался.
— Жаль прерывать вашу трогательную сцену, Сказитель, — Дотторе насмехался над ним. — Но вы кое-что задолжали Фатуи.
И прежде, чем он успел хоть как-то среагировать на Доктора, нечто острое пронзило его тело. И вернулась та боль, которую он не испытывал очень давно. Хватаясь за последние крупицы сознания и силы, он выпустил в Доктора множество анемо-лезвий. Те попали по его маске и отбросили её прочь. Как и ожидалось, вместо лица были лишь механизм.
— Эффективно, верно? — Дотторе подошёл ближе, Странник упал на колени, задыхаясь от разрывающей боли, что медленно пропитывала тело. — Не убьёт, но даст время, чтобы тебя без проблем вернуть в Снежную. А там мы с вами переговорим, Её Величество будет только рада встретиться с тем, кто сбежал от её власти.
В глазах помутнело, тело безвольно упало на землю, сознание медленно отключалось.
Почему?
— Госпожа Мегистус, — голос становился всё дальше и дальше. — С вами свяжется Регратор…
Почему Мона его предала? Что ей предложили Фатуи?
— …благодарю за сотрудничество. Мы запомним… — сознание стало быстро ускользать прочь, глаза скользнули по бледной Моне, чей взгляд был устремлён на Дотторе. Она кивала ему. — Сказитель… ошибку… время платить… Много тайн…
— Звёзды… сообщили, что так будет лучше, — он услышал единственную чёткую фразу прежде, чем закрыть глаза.
Странник был идиотом, раз вновь доверился людям. Мона была стервой, которая использовала его ради какой-то выгоды.
Даже причину он не узнает. Ему никто не скажет. «Так сказали звёзды» — отвратительное оправдание.
Почему его всегда предают?