Work Text:
- Здорово всё таки, что мы тогда встретились, - говорит Дайн, широко улыбаясь от переполнявшего его счастья.
Он держит Люмин в крепком объятье, сомкнув руки вокруг её талии. В шёлковой ночной сорочке сиреневого цвета, смятой после длинного ночного сна, стоя у подоконника под лучами утреннего солнца, что играли на лице девушки, подчёркивая мягкие его черты, Люмин казалась совершенством. Солнечный свет, падая на глаза девушки, оттенял медового цвета глаза, глядя в которые можно увидеть то, что обычно зовётся нежностью и любовью.
Люмин, обвивая шею Дайна тонкими руками и искренне улыбаясь в ответ, кладёт голову на его плечо, утыкаясь носом в нежную кожу шеи.
- Да, здорово... Но, - Люмин вдруг резко поднимает голову с плеча, словно её внезапно озарило, и, удивлённо уставившись в глаза напротив, кротко спрашивает, - Разве ты помнишь то, как именно мы встретились?
- Хм... Должен признаться, я не был готов к такому вопросу, - Дайна нельзя было назвать стыдливым человеком, но эрозия, как ему казалось, делала его похожим на больного старика, страдавшего от старческого маразма. Дайн боялся, что в моменты, когда он не мог вспомнить что-то важное, как бы он ни старался, он выглядел глупо и жалко.
- Нет, Люмин, боюсь, я не помню. Прости, я... Не могу вспомнить даже самые памятные моменты наших отношений. Не помню, как я встретил тебя, не помню нашего первого поцелуя, ничего. Прости.
- Ничего страшного, - шепчет Люмин, снова кладя голову на родное плечо, поглаживая спину медленными успокаивающими движениями, - Главное, что мы сейчас рядом. Мы можем создать новые памятные для нас моменты, хочешь? - Люмин снова поднимает взор на Дайна, тепло улыбаясь, и, словно стремясь утешить, запускает руку в копну пшеничных волос, поглаживая кожу головы.
- Конечно хочу! Но, Люмин, мне кажется... - Дайн отводит взгляд куда-то в пол, смущаясь и подбирая слова нужные слова, - мне кажется, что чем больше я забываю прошлое, тем больше я теряю себя в настоящем. Я словно теряю опору. Это странно, когда прожив долгую, насыщенную жизнь, тебе со временем становится нечего сказать о своём прошлом.
- Звучит угнетающе, - Люмин слегка хмурит брови, но вовсе не от злости. Она понимает, что как бы ей ни хотелось помочь любимому человеку не потерять себя, она никогда не сможет вернуть ему воспоминания, которые ушли, как ей казалось, безвозвратно, - Наверное, это глупый вопрос, но я могу тебе как-то помочь?
- Отведи меня в Каэнриа'х и покажи мне места, где мы были счастливы в те дни. Может быть, я и не вспомню эти моменты отчётливо, но хотя бы я буду знать наше прошлое.
- Ты уверен? Там всё ещё нет ни одной живой души. Это земля, омытая кровью, от которой остались лишь руины.
- Да, это стоит того. Хочу снова увидеть свою родину с тобой.
- Если ты настаиваешь... - Люмин тяжело вздыхает, - Пошли.
***
- Пришли.
Спустя несколько часов пути и спуска в давно павшее подземное королевство, они пришли на местный обрыв горной породы, образовывающей огромную пещеру, в которой много лет назад располагался Каэнриа'х. С утёса открывался печальный вид почти на целое древнее королевство. Руины главного дворца казались смехотворно маленькими. Вероятно, так выглядел Каэнриа'х в глазах Богов, в одночасье испепеливших могущественную нацию с её домом? Но в этом царстве смерти, окутанным загробной тишиной, по сей день рос лишь один вид живого - интейваты. Те самые цветы, что считались национальным символом Каэнриа'х, имеющие особый жизненный цикл, заполонили собой почти всё пространство королевства, будто насмехаясь над Божествами, которые не смогли истребить этот необычный цветок.
Стоя на утёсе и держась за руки, Дайнслейф с Люмин смотрели на пейзаж, открывывавшийся с высоты. Тёмные стены многочисленных домов, крепостей, наконец, главного дворца, казалось, тонули в белом море из интейватов. Под ногами пары тоже росли эти цветы, щекоча их щиколотки.
- Красиво, - тихо говорит Дайн, - На удивление, я помню, как ты их любила.
- Да, красиво... Позволь мне, - Люмин отпускает руку Дайна, наклоняясь к земле, срывает один интейват и снова встаёт на ноги, поворачиваясь лицом к мужчине,- сделать так.
Люмин слегка улыбается, смотря в глаза Дайнслейфа с хрупкой надеждой на лучшее. Девушка лёгким движением руки вставляет стебель цветка в волосы Дайна с правой стороны.
- Так ещё красивее, - Люмин легко держит Дайна за руки в районе локтей, пока он обнимает её талию, - Выглядит замечательно. Глядя в голубые глаза напротив, девушка мягко улыбалась, надеясь, что её маленький план по спасению воспоминаний Дайнслейфа увенчается успехом и молчала.
Стоя напротив Люмин, которая как-то странно смотрит ему в глаза, в сознании Дайна пронеслась вспышка. Сердце с бешеной скоростью вдруг забилось в груди так, как не билось давно, будто стремясь выбраться из грудной клетки. На лице Дайнслефа в миг отразилась буря эмоций, от шока до радости.
- Я люблю тебя, Люмин, - глубоко вздохнув от нахлынувших чувств говорит Дайн, кладя руки на щеки девушки, и утягивает её в длинный поцелуй.
В этот раз губы Люмин кажутся особенно сладкими. Дайну хочется вложить в этот поцелуй столько нежности и любви, сколько он сможет. От учащенного сердцебиения дыхание становится глубже, что наравне с приятным волнением дарит особые ощущения мужчине. Медленно проникая языком в рот девушки, Дайн медленно оглаживает круговыми движениями нежную кожу щёк Люмин, стараясь объять её любовью как можно больше. По мере того, как языки пары сплетаются в танце, в животе Дайна зарождается тепло, которое, кажется, способно согреть даже его израненную душу. Заканчивая долгий поцелуй, мужчина отстраняется, но руки с лица Люмин не убирает.
- Так вот каким был наш первый поцелуй? - нежно улыбаясь, смотря в янтарные глаза возлюбленной, неуверенно спрашивает Дайн.
- ...Да. Так ты признался мне в любви и мы поцеловались, - радостно отвечает девушка.
- Теперь я помню. Спасибо, - только сейчас сердце в груди Дайна начинает успокаиваться, - Я люблю тебя.
- И я тебя люблю, - тихо отвечает девушка, в глазах которой сейчас отражается искренняя радость. Дайн вспомнил.
Вспомнил.