Chapter Text
Солнце, как всегда, нещадно палило. Жара обрушилась на них как-то неожиданно, зато сногшибательно. Семь месяцев назад.
Семь месяцев… Тогда-то их жизнь, и так полная опасности, подверглась еще большей угрозе.
— Тэхён? — жалобный оклик заставил отвлечься от своих невеселых мыслей и обернуться.
Чимин выглядел плохо. Совсем плохо. Губы посерели, практически сливаясь с бледностью его лица, под глазами синяки, и вены… потемнели. Плохой знак. Очень плохой.
— Я знаю, — тихий выдох. Привычным жестом потрепал друга по макушке, успокаивая скорее себя, чем его, — Потерпи немного.
Парень молча кивнул, поджимая иссохшие губы. Но стоило им встретиться взглядами, чтобы понять — потерпеть долго не получится.
Чимин был младше его всего на три года, с крепким телосложением, слегка огрубевшими от мозолей руками и светлой копной волос с белесыми от солнца прядями, которые то и дело спадали на глаза — слишком умными для его возраста. Эта особенность каждого проживающего в этом месте — не по-детски взрослый взгляд выдавал всю грусть и боль, пережитую ими.
— Ну как там, получается? — Пак нарочито бодро вытянул голову, выглядывая за спину Тэ на высаженный цветок.
Ким нахмурился:
— Пока наблюдаю.
Не говорить же, что очередной эксперимент не удался. Он целый месяц выхаживал этот кустик и, казалось бы, тот принялся, но сегодня Ким обнаружил иссохший стебель. Как и в предыдущие разы. Надежда гасла всё сильнее, но разрушать её в других сердцах пока не спешил. Её и так мало.
— Понятно, — да, надурить тут никого не получится, — Значит, завтра идем в лес?
— Скорее всего. Наши через пару часов вернутся, обсудим план, — а затем улыбнулся, — Ладно, пошли бодриться.
Чимин на улыбку не ответил. Только лицо нахмурилось чуть больше. Тэ понимал, как ему тяжело — запасы женьшеня на исходе, каждая порция выдается строго по расписанию, и лишнего у них не водится. И взятая прежде времени доза означает — он подвергает риску одного из своих сотоварищей. Увы, иммунитет Пака не вывозит еженедельного приема, как это было раньше, а Тэхёну хватает одного приема в недели. Конечно, не без труда, но кому сейчас легко. Вот он втихую и отдавал свою дозу парню. И того данный факт грыз изнутри, заставляя улыбаться все меньше. А Ким так скучал по его улыбке.
— Тэ, ты не должен этого делать, — эти слова были ожидаемы.
Так же, как и реакция на них Тэхёна. Молча сжав кулаки, он привычно спокойным тоном произнес:
— Мы с тобой это уже обсуждали.
— Но это несправедливо по отношению к остальным.
За все годы, проведенные в данном месте, Ким научился контролировать свои эмоции. Вот и сейчас, заливая кипятка в кружку с женьшенем, оставался крайне спокоен.
— Остальные получают свою порцию как и положено. Никто ни в чем не обделен.
— Кроме тебя, — едва слышный ответ.
Маленький, упрямый мальчишка никак не желал сдаваться. Обхватив себя руками, Чим смотрел на него с немым укором и настойчивостью осла, и Тэ тяжело вздохнул:
— Слушай, я справляюсь. И хватит об этом. Я не дам тебе умереть, — после чего протянул кружку парню, — Пей давай. И прекращай себя терзать.
Чимин выглядел таким тоскливым, что желание обнять и утешить оказалось почти нестерпимым, но Ким с огромным усилием воли подавил его в себе. Никому нельзя раскисать. Да к тому же никакие слова утешения не помогут. «Все будет хорошо?» Не мог он такого сказать. Не будет хорошо. По крайней мере, тешить ложным надеждами не намерен.
— Ну что, легче? — глядя на то, как парень облегченно выдохнул, допив последнюю каплю, поинтересовался Тэ.
Тот удовлетворенно кивнул и даже немного улыбнулся. Черная паутина из вен постепенно возвращалась к своему естественному цвету, губы вновь налились розовинкой, а в глазах исчезло едва заметное зарождавшееся безумие.
— Спасибо, — Пак оживал на глазах. Даже движения его стали более расслабленными, и складывалось впечатление, что тело наполнялось силой, — Ну что, пойдем?
— Да, беги готовить ужин. Скоро парни вернутся. А я пока схожу к посевным.
— Ладно, — и парень бодро поскакал в сторону их импровизированной кухни, которая представляла из себя большой разведенный костер с котелком сверху и самодельным столом из состыкованных вместе досок поверх толстенного бревна.
А Тэ направился к огороду. Именно он беспокоил его в последнее время. Жара делала свое дело, уничтожая все их старания, взамен щедро одаривая голодными временами. Оставалось лишь надеяться, что подарок обойдёт их стороной.
— Ну что тут у нас? — вопрос вылетел, едва он подошел к группе ребят, добросовестно пропалывающих грядки.
На вопрос отреагировали мгновенно:
- И тебе доброе утро, - хмыкнула Линсу, а затем доложила, — Почва непригодна для посева.
Нежная, хрупкая на вид, она обладала довольно бойким, и порой чересчур дерзким характером. Правда это не мешало ей строить глазки парням, очень даже удачно. По крайней мере пока ни один не смог устоять перед её чарами. Кроме Тэхёна. Возможно, именно поэтому девушка относилась к нему с уважением.
Вот только сейчас слова Лин заставили живот скрутиться в тугой комок. Правда, лицо все еще хранило спокойствие.
— На сколько у нас осталось удобрения?
— На пару месяцев, не больше, — отозвались в ответ.
Вырывавшийся наружу испуг тут же был спрятан под опущенными ресницами. До боли закусив нижнюю губу, Ким задумчиво разглядывал подвявшие помидоры. Да, семь месяцев назад много чего изменилось. И одной из глобальных проблем стало отсутствие ежемесячных поставок, среди которых неизменными в наличии оказывались удобрения. Почва тут совсем не плодородная, как бы они ни пытались её облагородить. И только подкормка помогала. Которая сейчас катастрофически заканчивалась.
— Хорошо, добавьте удобрений вдвое меньше, чем обычно и подкормите перегноем. Посмотрим, что выйдет.
- Оке-ей, - лениво протянула девушка и с явным удовольствием выпрямилась, разминая затёкшие мышцы, - Ой, как кушать хочется, - привычная манера кокетливо вытягивать гласные порою проскакивала и с Тэ, - Что у нас на ужин?
Ким хмыкнул, рассматривая плоский упругий животик Линсу. Вот вроде-бы худенькая, стройная, а жрёт...
- Рис с овощами.
- Оу, мне нравится.
- Я не сомневался, - оповестил Тэ и вспомнил, - Кстати, Набом просил передать, что хочет видеть тебя на ужин.
- Так на ужин, или на ужине? Знаешь, разница существенная.
Да, это она точно подметила. На ужин её хотели многие... и на завтрак, и на обед...
В этот момент у восточной стены раздались изумленные возгласы. Пчелиный гул, который становился все громче и громче. Невольно Тэ обернулся, всматриваясь в сторону шума. И нахмурился, стоило увидеть, как у прохода столпились подростки. Ребята бежали со всех углов, бросая свои дела. И это означало только одно - произошло что-то запредельное.
— Что там такое? — вмиг заинтересовался стоявший рядом с Линсу парень, который уже вот несколько лет всё пытался завоевать её внимание. Увы, девушки тоже умеют быть жестокими, — Неужели наши вернулись?
— Слишком рано, — ответил Ким скорее самому себе. Не выдержав, он направился в сторону толпы, отметив, что остальные последовали его примеру. Грандиозные события здесь редкость, потому любопытство прожигало всех.
А шум поднимался все сильнее, отовсюду так и слышались перешептывания. Явно взволнованные и обескураженные стояли кучками и чуть ли не пальцами тыкали в проход. Но стоило Тэхёну приблизиться, как толпа мигом расступилась, пропуская его вперед, и дружно уставились в ожидании развязки события. А через секунду стало понятно, почему. То, что он увидел, заставило его сердце замереть, чтобы в следующую секунду забиться как сумасшедшее.
Бегуны. Они вернулись раньше времени. Но если бы дело было во времени. Тэ больше волновала причина их возвращения, а точнее хвост, который они с собой притащили. Прямо в проеме высоченного широкого прохода стояли парни. Ещё два парня. Два, новых, незнакомых парня.
Черт возьми, как такое вообще могло произойти?
— Что за фигня? — вставший рядом Чимин явно прочитал его мысли.
А там, у прохода двое незнакомцев выглядели не менее растерянно. С прилипшей к телу одеждой, разгоряченные и взлохмаченные, они ошарашенно оглядывали всех присутствующих. И выражения их лиц выдавали то, что сейчас было в голове у Кима:
«Этого не может быть».
Нет, Тэхёну определенно нужно больше информации, иначе его часть мозга, отвечающая за шок, перегреется. С выражением абсолютной невозмутимости на лице, Ким обратил свой взор на бегунов, в ожидании увлекательных подробностей.
— Оу, а тот парень слева ничего такой, — неожиданно вклинилась в его мысли Линсу, указывая на улыбчивого, но чуть ошалелого и, собственно, стоящего чуть левее относительно спутника парня. Она, в отличие от остальных, смотрела на незнакомцев без какого-либо изумления, скорее с любопытством и заинтересованностью. Большой такой заинтересованностью.
Разглядеть "левого" Тэ не успел. Наконец, Джин с Хосоком подошли к нему.
— Что произошло? — голос дрожал от волнения, хотя внешне никаких признаков беспокойства не выступало.
Джин тут же поспешил ответить:
— Мы столкнулись с ними в лабиринте, - и посмотрел своими широко раскрытыми глазами так, что и слов не нужно, чтобы понять - он в ауте.
Правда, не в таком, как остальные, но тем не менее вопрос в глазах не исчез.
— Как такое возможно? — выпалил Хо.
Тэ на это ответить было нечего. Полностью разделяя смятение парней, он как всегда при стрессовых ситуациях кусал нижнюю губу. И всё никак не мог избавиться от мысли: как? Всю жизнь они считали себя единственными обитателями лабиринта, а сейчас, оказывается, у них появились... соседи? Невольно Ким вновь вернул взгляд на стоявших столбом парней. Чувствуя себя не в своей тарелке, они то и дело оглядывались по сторонам. Наверняка звери в клетке чувствуют себя так же.
— Не знаю, — прошептал Тэ, а затем решительно сжал кулаки, — Но нужно это выяснить.
Не мешкая ни секунды, парень направился к двум незнакомцам, и едва поравнявшись с ними, выставил руку вперед. Знакомство с соседями начинается.
— Привет. Я Тэхён.
И едва заметно вздрогнул, стоило горячей ладони уверенно обхватить его собственную.
— Чонгук, — с охотой пожал руку тот самый "левый" парень, и Ким не смог не обратить внимания на его внешность.
Линсу оказалась права: мальчишка и впрямь красотой обделен не был. Открытый, честный взгляд, добрая улыбка и по-детски невинное лицо. Бронзовые волосы слегка кучерявились, придавая образу более озорной вид. Но главное, глаза - глубокие, темно карие, похожие на лесные каштаны, которые пронзали насквозь, заставляя шумно сглотнуть и нервно выдернуть руку из крепкого захвата.
А вот его спутник выглядел посерьезнее и всё время настороженно оглядывался. Его глаза то дело бегали вокруг, выискивая неизвестную ему угрозу. Будто ожидая удара. Укуса змеи - стремительного, неожиданного и болезненного, но пока ещё не смертельного. Правда на протянутую руку все же ответил, хоть и с неохотой:
— Намджун, — рукопожатие оказалось не таким крепким, как с Чонгуком, и очень быстрым.
Парень явно чувствовал себя не в своей тарелке. В отличие от своего спутника, которого так и распирало от любопытства. Он не выглядел напуганным или смущенным. Как раз-таки можно было отметить, что слово "смущение" отсутствовало в его лексиконе, потому как, несмотря на разделявшее их и так небольшое расстояние, сделал шаг навстречу, напрочь стирая смысл фразы "личное пространство". Это понятие, наверное, тоже отсутствовало в его оказавшимся скудном лексиконе.
— Что это за место?
Интересный вопрос. А самое главное актуальный для всех. Ребята прожили тут не мало времени и настолько притерлись к друг другу, одни и те же лица каждый день. А тут, такой резонанс.
— Кажется, нам предстоит долгий разговор, — медленно протянул Тэ, глядя почему-то на озорника. И тот с готовностью кивнул.
***
— Так хотите сказать, что вы из другого лабиринта? — решил все же уточнить Ким спустя четверть часа, ибо в данный факт как-то слабо верилось.
Всю жизнь он считал, что они единственные в этом проклятом месте, а оказалось, что за стеной существуют и другие. И живое тому свидетельство сейчас восседало напротив, с каким-то диким аппетитом пожирая только что поджаренное на углях мясо. Складывалось впечатление, что парни несколько дней голодали. По крайней мере их бегуны таким обжорством не отличались.
— Угу, — с набитым ртом подтвердил Чонгук. Его челюсти работали безостановочно, пережевывая все на своем пути. И куда в него столько лезет? Наконец, вдоволь утолив свой аппетит, озорник откинулся на спинку стула, — Мы, как и обычно исследовали лабиринт. Но почему-то сегодня вместо тупика в стене образовалась прореха. Хотя мы точно знали, что в шестой секции её быть не должно. Не знаем, что это было, механизм заглючил, что стены эти двигает или просто стена осыпалась, но факт остаётся фактом. Каково же было наше удивление, когда оказалось, что проем этот ведет в совершенно новый, неизвестный нам лабиринт.
— Да, мы их встретили практически на границе, — подтвердил слова юноши Джин, — Услышали голоса и решили проверить. Честно говоря, нам казалось, что у нас начались слуховые галлюцинации.
— Это точно, — беззаботно ответил озорник, — Мы и сами едва не поседели.
Сложно было не заметить, что телосложение его соответствовало всем параметрам бегуна: подтянутая, спортивная фигура с идеальной осанкой и гордо вздернутый подбородок. Чонгук явно был упрямцем. И Тэ почему-то отметил, что его это нисколько не отталкивает. Легко и непринужденно парень схватил чашу с водой, отпил и довольно облизнулся, как дикая кошка. Вот именно, Чон ассоциировался у него с чем-то свободным, диким, и абсолютно неуправляемым. Эти новые ароматы ощущений заставляли вновь и вновь возвращать заинтересованный взгляд на парня. И тут же смущенно отвернуться, стоило им встретиться взглядами.
- Нет, ну это всё же невозможно, - никак не мог успокоиться Хосок, - Получается, если вы из другого лабиринта, то, чисто из логических соображений, можно предположить, что существуют ещё?
- Как вариант, - согласился с предположением Чон и вновь посмотрел на Тэ. Парень смотрел на него чуть ли не каждую фразу, словно ждал от него каких-то слов. Странно, что Тэ это подметил, ведь во время беседы вполне нормально смотреть в глаза собеседнику. Хосок смотрел, Джин смотрел. И Чонгук смотрел... но по-другому что-ли. Ни один взгляд не заставлял его нервно сглатывать и впервые так тяжело было сохранять маску равнодушия.
Намджун пока не спешил вступить в диалог, молча наблюдая за разговором. Да, доверие его ещё нужно заслужить. Парень был немногословен и очень осторожен.
— Так, получается, наши лабиринты разделены стеной? - Джин закинул виноградинку в рот.
— Да, и скорее всего они совершенно разные, — первая полноценная фраза от молчаливого парня. Кстати говоря, несмотря на замкнутость характера от еды он тоже не отказался, даже крошки не оставил.
— Не факт, — не согласился с его словами Хосок, — Вы сказали, что у вас сегодня открыта шестая секция. У нас же девятая. Скорее всего просто порядок у нас разный. А вот схематично думаю лабиринты идентичные.
— Возможно и так, — не стал спорить Намджун, — Но по крайней мере, путь оказался нам незнаком.
Нужно было узнать всё. Сделать сравнительные характеристики, уточнить детали... может другим удалось отыскать что-то новое, что они упустили? А они упустили, ибо выход так и не найден. Так же как и цели их нахождения в данном месте. Для чего-то же создали эти лабиринты. И повернувшись к новеньким, осторожно спросил:
— Сколько вас человек? — этот вопрос заставил задержать дыхание в ожидании ответа. Тот факт, что где-то там, проживает еще одно поселение, казалось нереальным.
— Тридцать шесть, — прозвучал незамедлительный ответ.
И Тэ переглянулся со своими бегунами. Они поняли друг друга без слов, и невозможно было не заметить, как в глазах парней засветился огонек надежды. Наверное, и у самого Тэхёна впервые за долгое время появилась вера в будущее.
Как-никак первая зацепка. Хоть какое-то изменение, которое, возможно поможет им выбраться во внешний мир. Любая перемена сейчас для них была важна. Потому что с каждым годом их энтузиазм гас на глаза.
Но вот следующий вопрос был не менее важным. А точнее одним из самых решающих:
— И есть у вас... — Хо чуть помедлил, прежде чем спросить, — Зараженные?
— Зараженные? — искренне удивился Чонгук, — Вы имеете ввиду ужаленные? Да нет, у нас больше трёх лет никого не жалили. Мы очень осторожны в этом плане.
И вновь странные переглядывания.
— А у вас сколько? — полюбопытствовал Чон, с интересом наблюдая за их немым разговором.
— Пятьдесят четыре.
Теперь молчали все, обдумывая свалившуюся на голову новость. Два лабиринта… если они объединятся, то их шансы возрастут. И если существует разлом между лабиринтами, значит где-то есть и выход из него.
— Интересно, у нас такая разбежка в количестве людей, — задумчиво протянул Джин, — Как часто к вам поступали новички?
— М-м...раз в месяц, - как всегда ответил Чон, и Тэ успел заметить недовольно поджатые губы Намджуна, который вновь замолк.
— К нам тоже, — медленно протянул Хосок. Это количественное различие не могло не насторожить. Получается, люди в другом лабиринте погибали чаще. Зато теперь у них как три года назад всё нормализовалось. Странная ситуация выяснялась, и это не могло не навести на некоторые мысли.
Но любопытство взяло верх — все же интересны были и другие совпадения.
— А девушки у вас есть? — первым нарушил тишину Джин.
На вопрос, естественно, ответил Чонгук. Он вообще с огромной охотой вел диалог, что довольно-таки явно раздражало Намджуна. Тэ подметил это еще в самом начале, ибо во время общения он тоже особо общительностью не выделялся, предпочитая вести наблюдательный пост. Уж очень персонажи интересные попались.
— Девушки есть, — Чонгук снова забегал глазами в поисках еды. Неужто не наелся? Подметив яблоко, парень тут же довольно схватил добычу, протер рукой и смачно откусил почти половину, чтобы затем едва внятно промычать, — Но они фтали пофтупать к нам нефафно… — и уже прожевав, улыбнулся, — Около двух лет назад.
Вот и первое отличие. К ним девушки поступали сразу, но совсем недолго. После лифт стал присылать только парней. Уж Тэ это точно знал. И только как раз пару лет назад снова стали присылать женский пол. Очень редко.
— А как давно вы в лабиринте? — на этот раз полюбопытствовал Хо.
— Я восемь лет, — сказано было так, будто бы речь шла о восьми днях, — А Намджун почти одиннадцать. У нас есть некоторые, которые и пятнадцатилетнего стажа достигли.
И Чон красноречиво дал понять, что так же ждёт ответа. Хосок понял его без слов, усмехнулся, откинул отросшие волосы назад и произнес:
— Я почти девять, Джин тринадцать… — парень замялся, бросая быстрый взгляд на последнего неназванного.
И тут Тэхёну стало некомфортно, ибо в этот момент шоколадно-карие глаза уставились на него. И столько было в этом взгляде, что щеки почему-то окрасились розовинкой. К счастью Ким никогда не краснел до пунцового оттенка, как к примеру, его друг Чимин.
— Я почти столько же, — быстро ускользнул он от ответа, и тут же поспешил задать новый вопрос, — А как у вас с сельским хозяйством?
И вновь крошечная надежда всколыхнула душу, хотелось верить, что хотя бы у их новообретенных соседей ситуация получше, чем у них. Не хотелось бы помереть голодной смертью.
Но парни почему-то не спешили с ответом. Даже Чонгук слегка замялся, прежде чем открыть рот. Правда Намждун его опередил. На удивление быстро, чуть резко отрапортовал:
— Не так, как бы хотелось, но нам вполне хватает.
Судя по тому, каким ошалевшим взглядом окинул его озорник, кое-кто недоговаривал. Знать бы только, что именно парочку беспокоило — то, что новые знакомые могут ограбить их поселение, или то, что грабить нечего?
— А вообще, знаете что? — Чон резко хлопнул себя по коленям, разряжая напряженную обстановку, — Нам нужно завтра отправиться в лабиринт и исследовать этот разлом. Авось что найдем.
На его предложение отозвались моментально — Джин иронично фыркнул, а вот Хосок отреагировал более бурно:
— Ау, очнись, балда, — и даже по голове указательным пальцем постучал, — Что исследовать собираешься? Завтра-то другая секция открывается.
— Ну и что, — некоторые сдаваться не планировали, — Все равно нужно пробежаться.
— Вот и беги себе на здоровье, — раздраженно бросил Хо, — А у нас своих дел по горло. И вообще, спать уже пора, нам завтра в лабиринт с самого утра.
Видимо в Чонгуке находился нескончаемый поток энергии, ибо он тут же вскочил:
— Я с вами.
— Э-э, не, дружочек, — вмешался Джин, — Нам обуза не нужна.
— Но я тоже бегун!
— Вот и бегай в своем лабиринте, — осадил энерджайзера Хосок, — А мы в няньки не набивались.
С какой же надеждой мальчишка посмотрел на Тэхёна, устоять было невозможно. Но Ким лишь ответил ему спокойным, ничего не выражающим взглядом. И тот обреченно уселся обратно на стул.
Тэ едва заметно улыбнулся. Жалко ему было Чонгука. Было в нем что-то такое чистое и оптимистичное, что невольно вызывало симпатию. В любом случае, за этими парнями нужно следить в оба. Словно в подтверждение его мыслей с улицы раздался жуткий лязг такой силы, что было бы вполне нормальной реакцией заткнуть себе уши. Но в бараке никто не шевельнулся — для каждого присутствующего данный звук стал ежедневным будильником и отбойным колоколом. Вот только взгляды беспокойно упали на выход — туда, где вдали тревожно закрывался вход в лабиринт. А затем Чонгук медленно перевел взгляд на Тэ, чтобы нервно спросить:
— Ну что, примете на ночь заплутавших путников?
Тэ ответил слабой улыбкой:
— Добро пожаловать в нашу обитель.
"Обитель зла" - мысленно добавил Ким и с горечью ухмыльнулся.
***
Утренний туман медленно рассеивался под первыми солнечными лучами, стирая остатки серой дымки. Вот и наступил новый день. Еще один. День за днем, извечно одинаковый. Но не в этот раз. Тэхен чувствовал это нутром. Надо сказать, впервые за столько лет, он вновь ощутил будоражащее щекочущее чувство внизу живота. Так бывало, когда предвкушение изменений захватывало дух. Вот и сейчас, проводив бегунов в лабиринт, он задумчиво наблюдал за двумя неожиданными новичками. К счастью удачно подобранное место за высокими кустарниками позволяло ему оставаться незамеченным.
— Как они тебе? — Линсу прокралась так незаметно, застав врасплох своим вопросом, но Тэ даже не вздрогнул. Встав рядом, девушка сложила руки на груди, полностью скопировав позу парня. Даже взгляд выдавила максимально задумчивый, - Думаешь, им можно доверять? Продолжая изучать юношей, Ким только досадливо прикусил губу. Неприятно, когда застают за шпионажем. А Тэхён именно этим и занимался. И это было так странно, ибо такое случилось с ним впервые. Просто почему-то вдруг стало интересно понаблюдать за людьми, которые этого не знают. Вот к примеру, маленькая слежка дала понять, что Чонгук в принципе не способен усидеть на месте. А еще каждый раз при разговоре, он активно жестикулировал, эмоции легко читались на его почти детском чистом личике. Интересно, даже ни одного прыщика, кожа такая нежная и гладкая. А это, между прочим, редкость. В их кругу никто не мог похвастаться такой идеальной кожей. Даже у Линсу периодически выскакивали то на носу, то на щеке, от чего та несказанно расстраивалась и могла часами скрываться в берлоге.
Но сейчас её лицо было чисто, потому она нисколько не скрываясь, пожирала глазами новеньких.
— Пока не понятно, — медленно проговорил Тэхён, наблюдая за тем, как Чонгук громко рассмеялся какой-то шутке, опрокинув голову назад. Его шея в этот момент казалась такой мощной и чертовски соблазнительной. Ну надо же, что за мысли? Соблазнительная... почему он вообще так подумал. Просто вдруг возникло желание коснуться её губами, пользуясь такой беззащитной открытости данной части тела.
Испугавшись своих же мыслей, Ким невольно заморгал, сбрасывая с глаз пелену наваждения и не сразу осознал, какое девушка внесла предложение. А когда понял, стало уже лишком поздно.
— Ну так давай узнаем, — а затем как крикнет, — Хей, мальчики.
Тэ с шумом втянул воздух, чувствуя, как к лицу прилил жар. Черт бы её побрал со своим любопытством. А Лин кокетливо повиливая бедрами, направилась, собственно, к парням, не оставляя Тэхёну выбора, кроме как пойти следом. Молча подошел, встал рядом, окидывая парней равнодушным взглядом. И пусть внутри все бурлило от неловкости ситуации, это не мешало внешне оставаться абсолютно спокойным, в то время, как Линсу не переставая болтала:
— Как вам спалось?
Чонгук ответил широкой улыбкой и совершенно искренне:
— Отлично. Люблю спать на открытом воздухе.
На одну ночь выделять гостям койко-место никто не намерен, потому в их распоряжении были гамаки, зато с шикарным видом на звезды. К слову, парней это нисколько не расстроило, ну если только Намджун недовольно насупился.
А Линсу продолжала щебетать, не переставая накручивать прядь своих угольно черных волос на палец. А её глаза — они буквально пылали огнем страсти и вожделения. О-о, Тэхён знал этот взгляд. Такое случалось, когда Лин кем-то очень сильно увлекалась. На этот раз взгляд её красноречивее слов показывал, кто стал очередной жертвой чар. Девушка глаз не сводила с Чонгука. Не удивительно — парень привлекал своей чистой красотой. А в совокупности с подтянутым спортивным телом вызывал полное падение к его ногам гормонов. Линсу не могла пропустить такой лакомый кусочек.
Почему-то данный факт вызвал противоречивые чувства. Естественно, гормоны бушевали не только у Лин. А учитывая тот факт, что девушек можно было по пальцам пересчитать, растущему мужскому организму так же требовался выброс. И Тэ прекрасно понимал, что Чон не устоит. Никто не мог устоять. Вот только никогда его не раздражал данный факт.
Линсу уже вовсю пускала свои феромоны. Вот даже сейчас, глядя на то, как она, словно невзначай, поглаживала парня по плечу, хотелось отвернуться, да и вообще уйти.
— Хотите, устрою вам экскурсию, — улыбаясь сугубо Чонгуку, промурлыкала девушка.
Невольно Ким почувствовал себя в одной лодке с Намджуном. Складывалось впечатление, что они стали свидетелями очень личного разговора, и фраза "третий лишний" как нельзя точно описывало их присутствие. Хотя Нам, надо признать, сегодня отличился болтливостью, старательно включаясь в разговор. И плевать ему было, что девушка на него почти не смотрела.
Наблюдая за сложившейся картиной, Тэ как-то не особо следил содержанием разговора, потому услышал только последнюю фразу, ибо в следующий момент случилось нечто.
Как-то слишком резко озорник повернулся к нему, игнорируя столь щедрое предложение.
— Тэхён, — впервые парень назвал его по имени, и это звучало так… необычно и вкусно. А потом… потом Тэ растерялся, потому как последовало продолжение, — Отведи нас в лабиринт.
Ответить Ким не успел. Намджун раздраженно фыркнул:
— Ну сколько можно? На кой черт тебе сдался этот лабиринт. Все равно проход закрыт. К чему время тратить?
И оцепенение как рукой сняло, оставляя только снисхождение. Судя по всему, разговор между ними имел место быть. И у Чонгука на этот счет сложилось свое мнение:
— Мы этого не знаем, — упрямо поджав губы, твердо произнес он, — В любом случае проверить стоит.
— Ну уж нет! — процедил его спутник, — Я туда идти не намерен. Хочешь, шуруй, — после чего повернулся к Линсу, и Тэ впервые лицезрел улыбку парня, — А я вот на экскурсию схожу.
Уголки губ Тэхёна слегка дернулись — слишком уж красноречивым стало выражение лица девушки, которой предложение явно пришлось не по вкусу. Чары слегка промахнулись, стрельнув в другого. С другой стороны, ещё не вечер. И даже не обед.
— Ну что, покажешь мне ваши красоты? — кажется, кто-то проникся кокетливыми взглядами.
— Оке-ей, — медленно протянула Лин, с сожалением провожая взглядом Чонгука. А потом не менее жалобно Тэхёна. Её глаза так и говорили "спаси меня", но Тэ как раз и отличался тем, что стойко умел выдерживать такую глазную атаку. А затем решил последовать примеру парочки и свалить, правда в противоположную сторону. И далеко не на экскурсию. Гордое одиночество длилось недолго.
— Тэхён — догнав парня и пристроившись рядом, позвал Чон, — Я тоже хочу на экскурсию.
Нет слов! Кажется, он что-то не понимает в этой жизни. К примеру, людей. Не сбавляя шага, Ким бросил ну очень выразительный взгляд на озорника, который так и говорил: «малыш, тебе в другую сторону».
Но потом последовало продолжение, и лицо вновь приобрело равнодушное выражение.
— По лабиринту.
- Бывает же такое, - равнодушно бросил Тэ, - Как жаль, что наши хотелки не всегда осуществимы.
Чонгук на фразу как-то странно ухмыльнулся, и пристраиваясь под шаг Тэ, бодро спросил:
- Так ты меня отведешь?
— Нет.
— Но почему? - резко же его оптимизм сменился щенячьим скулежом. Ну, ей богу, Ким чувствовал себя хозяином собаки на выгуле, которая очень настойчиво тянула его к очередным приключениям. Даже не взглянув на парня, Тэ продолжил идти вперед.
А Чонгук оказался настырным.
— Тэхён, пожалуйста, — тишина в ответ, — Мы только туда и обратно.
Устало выдохнув, Ким резко остановился и хмуро глянул на парня:
— Зачем тебе это?
— Хочу проверить, на месте ли проход?
— Ты в курсе, что сегодня открыта другая секция? — напомнил Тэ, скептически приподняв бровь.
— Все равно, хочу в этом убедиться.
Тэ едва сдержался, чтобы не закатить глаза. Хочет он. Слишком много "хочу". В этом месте желаниям свойственно не сбываться.
— Слушай, у меня нет времени, чтобы тратить его попусту на твои убеждения, - бесстрастно заявил Ким, после чего посоветовал, - Лучше присоединись к своему другу. Поверь, там намного интереснее.
И не говоря больше ни слова, развернулся и направился дальше. Он еще не совершил свой ежедневный утренний обход. К тому же живот отчетливо ощущал отсутствие завтрака и неприятно урчал. Да и в лес пора бы уже сбегать, запасы заканчиваются. А с этим тянуть нельзя.
За этими мыслями Ким не замети, что спутник от него отстал. Не то, чтобы он ждал, что за ним последуют, просто казалось, что парент так просто не сдастся. И любопытство взяло верх. Молча развернулся — Чонгук задумчиво рассматривал вход в лабиринт, так и остановившись вполоборота к нему. И Тэ, кажется, догадывался, что этот взгляд означал. Этот, кадр походу, на всю голову шальной, и в одиночку сиганет.
Еще один усталый выдох, и проклиная себя за внезапный порыв мягкотелости, Ким вернулся к парню.
— Ты хоть понимаешь, что это не безопасно? - очередная попытка вразумить упрямца... Потрачено.
Чон улыбнулся, несмотря на то, что в глазах его была решимость.
— Я бегун уже несколько лет. Поверь, мне это известно.
— Ты ведь не успокоишься?
И слов не нужно было, чтобы по взгляду понять — не успокоится.
Усмешка вышла кривой:
- Я так понимаю, твои хотелки осуществляются намного чаще.
- Почти всегда, - не стали спорить некоторые.
Ну вот и как тут сохранить самообладание. Вот вроде и бесит, и придушить хочется, но, черт возьми, забавный этот Чонгук.
— Впервые вижу, чтобы кто-то так рвался в лабиринт, — обречённо выдохнул он и хмыкнул, едва взгляд напротив заблестел, — Ладно, пошли.
В ответ счастливо улыбнулись. А затем тут же взяли себя в руки и важно кивнули.
— Только от меня ни на шаг, — предупредил Тэ на всякий. Потому что этот может и сигануть, стоит увидеть очередное "хочу".
И они рванули. Бежали быстро, практически не разговаривая. Чонгук послушно следовал рядом с самым серьезным лицом. По всей видимости, запоминал дорогу. Все же привычки бегуна в нем проскальзывали, да и бежал он легко и быстро. Парень находился в отличной форме. Удивительно, но бегущий рядом вызывал в нем симпатию. Тэ по характеру своему одиночка, но общества Чона желал всё сильнее. Даже если они будут просто молчать - смотреть на парня было приятно.
Наконец, через час, Ким остановился у огромной монолитной стены, и тяжело дыша, выпалил:
— Конечная станция.
— Здесь тупик, — Чон даже не скрывал своего разочарования.
— Мне вот просто интересно, - сарказм в голосе сдержать было сложно, - Что ты тут ожидал увидеть? - но заметив поникший взгляд, чуть смягчился, - Как я и говорил, проход закрыт. Вас нашли прямо за этой стеной.
— Черт, — выругался озорник, а затем задумчиво уставился на самый верх.
— А может…
— Перелезть не получится, — предугадал его мысли Ким, — Да и опасно. Видишь, на этой стене нет лиан, как на остальных. Даже если ты попробуешь перепрыгнуть с другой стены, зацепиться будет не за что. Если повезет, подохнешь быстро. Ну, а если нет... инвалидом в приюте долго не протянешь.
— Н-да, -задумчиво протянул Чон. Его глаза то и дело бегали от одной стены к другой, изучая, исследуя, — А что, если…
— Короче, — раздраженно прервал Ким, — Если хочешь домой, тебе придется дождаться открытия девятой секции. Усёк?
Напротив печально кивнули.
— Вот и молодец. А теперь пошли обратно.
Почему-то тот факт, что Чонгуку не терпится вернуться обратно вызывал недовольство. Хотя Тэ понимал, что на его месте рвался бы в точности так же.
— А сколько всего секций в вашем лабиринте? — назад они шли уже шагом. Правда быстрым.
— Десять, — короткий ответ.
— Значит, ждать еще девять дней.
Тэ бросил быстрый взгляд на парня:
— Ты расстроен?
В ответ часто-часто заморгали, а затем произнесли:
— Нет. Наоборот, прикольно. Единственное, что обузой становиться не хочется.
И словно в подтверждение, живот Чона громко заурчал. К слову, парень на это никак не отреагировал, продолжая бодро идти вперед.
— Хочешь есть? — вот Тэ лично очень хотел, и потому шаг его слегка ускорился.
— Не особо, — пожали плечами в ответ, — Мы как-то привыкли уживаться без еды?
Эта фраза заставила вскинуть голову. Чонгук не был похож на человека, который голодал долгое время, но что же значили его слова? Естественно, не задать вопрос Тэ не мог.
— Чем же вы питаетесь?
— В основном тем, что поставлял нам лифт, — нехотя ответил парень, — Но он уже несколько месяцев не подает признаков жизни.
Как и у них. Правда, они давно просекли, что на лифт лучше не надеяться. И всё же, ответ на свой вопрос он так и не услышал.
— И-и… так чем вы сейчас питаетесь?
— Картошкой, кукурузой… всяким, — было как-то непривычно наблюдать за немногословным Чонгуком.
Казалось, его что-то останавливало. И вопросы слегка нервировали. Но почему?
— А мясо? — вытянуть правду из озорника хотелось всё больше и больше.
— Мясо? — удивление сменилось задумчивостью, — Ну да, тоже бывает.
Куча вопросов вертелась на языке, и Тэ даже готов был их задать, но в следующее мгновение случилось невероятное. Смотреть на лицо Чонгука было приятно. Настолько приятно, что Тэ отвлекся от всего остального. И потому… споткнулся. Впервые за несколько лет, оступился и полетел носом вперед. От эпического столкновения с землей его остановили сильные, уверенные руки на талии.
— Осторожнее, — почти крик, и Тэ опомниться не успел, как оказался прижатым к твердому телу парня. Лицом к лицу. Слишком близко, чтобы можно было спокойно дышать. Даже в неярком свете лабиринта виднелись золотые отблески в его темных глазах, аккуратный маленький нос и высокие скулы. Не отдавая себе отчета, Ким спустился взглядом к губам и, кажется, оглох от того, как громко стучит его сердце.
Дышать. Просто дышать. Вдох через нос, выдох через рот, ведь всё так просто. Но почему так получилось, что Тэ забыл как дышать, чувствуя пульсацию в висках. На мгновение, всего на мгновение его самообладание дало трещину, и парень гулко сглотнул. А потом вновь вернулся к своему привычному состоянию.
— Спасибо, — неловкость отражалась и на движениях Кима, когда он неуклюже выбирался из объятий. Слишком близких.
Черт возьми, почему он вообще так смутился? И это невероятное ощущение в животе как от падения с высоты.
А напротив ободряюще улыбнулись, и они пошли дальше. Чон болтал как ни в чем ни бывало, и Тэ медленно приходил в себя. Душевное равновесие, так стремительно покинувшее его, возвращалось. Вот только смотреть на спутника почему-то не получалось. Казалось, стоило взглянуть, и смущение скрыть уже не удастся.
— Сколько тебе лет? — перебив Чонгука на половине какого-то захватывающего рассказа, полюбопытствовал Тэхён. Он сам не знал, зачем спросил. Просто слова вырвались прежде, чем мысль сформировалась в голове.
— Восемнадцать, — прозвучал ответ.
Значит, всего на год младше.
— А тебе?
— Девятнадцать, — сдерживая улыбку на кончике губ, ответил Ким.
Знал бы он, какая последует дальше реакция.
— О, так ты мне хён.
От такого неожиданного предположения Тэ слегка опешил. Вот это фривольность. А у этот паренька скромность отсутствовала напрочь. Да и сближаться с людьми, судя по всему, ему проблем не составляло. Вот будь на месте Чона кто-нибудь другой, давно бы испытал силу подзатыльника, а рука у Тэхёна тяжелая. Но сейчас… сейчас почему-то сдержался.
— И всех новых знакомых ты так быстро в хёны записываешь? — не смог сдержаться от подколки Ким.
Он и не думал, что ответ так неприятно заденет.
— Нет, только старших, — очаровательная улыбка. А затем, заметив помрачневший взгляд, уже без шуток добавил, — Но если серьезно, то ты мне просто понравился. Правда, если ты против…
И на Кима подняли полный ожидания и волнения взгляд.
Вот черт, да этот парень умеет добиваться своего. Разве таким щенячьим глазкам ответишь иначе?
Тэ хмыкнул:
— Не против, — подумал немного и добавил, — Но не смотри так на меня больше.
— А как? — тут же ухватился за фразу озорник и мигом оказался прямо перед Тэхёном, продолжая путь спиной вперед, — Вот так? — лицо приняло совсем умильный вид, — Или так? — глаза некоторых шутников скосились на переносице, — Или, м-м, — парень на секунду прикрыл веки, задумчиво кусая губу, и Тэ не смог не выпалить.
— Вот так, — ни один мускул на его лице не дрогнул, хотя внутри все окуталось теплом, — С закрытыми глазами самое то.
Чон нисколько не обиделся. Только до конца пути хитро улыбался.
До лужайки они добрались за полтора часа. Но едва ли Тэхён заметил это время. Разница между парнями была всего год, но казалось развитие Чонгука остановилось в возрасте десяти лет. Откуда в таком месте могло сохраниться столько жизнелюбия и оптимизма. Нескончаемый поток энергии, от которого просто невозможно было не зарядиться, и под конец их прогулки, Ким будто проснулся от многолетней спячки.
Уже издали запахло костром, и живот Тэ мучительно свело от голода. Если он сейчас же не поест, то в приюте станет на одного человека меньше.
Тот факт, что Чонгук хвостиком ходил за ним буквально повсюду вводил в замешательство, заставляя мозг взрываться от сотен догадок. Правда непонятно пока было, это только с ним парень такая заноза в заднице, или же таким характером наградила природа. На завтрак раздавали рисовую кашу с молоком и сушеным виноградом. И пока Тэ с упоением уплетал свою порцию, Чон тихонько на него поглядывал, ковыряясь в своей тарелке.
Тэ упорно не замечал его взгляда. Напрасно, уже через минуту прозвучало жалобное:
— Хён?
— Ну чего тебе? — раздражение получилось слабым. Ну не получалось злиться на этого, оказавшимся приставучим, озорника.
— Ты изюм любишь?
Только сейчас, опустив взгляд на соседнюю тарелку, Тэхён, наконец, понял причину долгого ковыряния — изюм горкой возвышался на самом краю, ожидая своей участи.
— Не любишь?
В ответ покачали головой и вновь жалобно взглянули.
Ну просил же ведь так не смотреть.
— Давай сюда.
Гора тут же перекочевала в новое обиталище, успешно перемешавшись с остальным виноградом. Насладиться завтраком, который уже обед, не дал новый вопрос.
— Хён?
Да что б его.
— Чего?
— На экскурсию сводишь?
Вот пристал, как банный лист. Хватит с него на сегодня экскурсий. Переизбытком эмоций на сегодня он обеспечен.
— Линсу тебе в этом вопросе с удовольствием поможет, — не отрывая взгляда от риса, произнес Тэ.
Чон тут же насупился.
— Мне её искать по всему приюту не охота.
Нет, всё же поведение парня напротив вводило его в ступор. Откровенно говоря, Ким впервые не знал, как себя вести.
— Я тебе в няньки не устраивался, — поест он сегодня нормально или нет?
Некоторые только шире улыбнулись и вобрали в грудь воздуха, чтобы что-то сказать, но:
— Просто заткнись, — все тем же бесстрастным тоном произнес он, — А потом сходим на экскурсию.
Просто потому что стало понятно: лучше согласиться сейчас и, наконец, насладиться едой, чем спустя час длительных уговоров.
И Тэ, наконец, смог доесть в тишине, ну вот ни капельки не замечая довольной победной улыбки озорника.
***
— Даже не знаю, с чего начать, — честно признался Ким, — У вас, наверняка, все так же.
— Ну вот и узнаем, — Чон подмигнул.
— Ладно, давай начнем с Садов.
Тэ вообще не понимал, к чему вся эта ерунда с экскурсией, но Сады были ближе всего.
— У нас цветут яблони, черешни, персики, груши и сливы, — Тэ последовательно указывал на каждый отсек деревьев, аккуратно обрезанных и растущих по прямоугольнику. Садами он гордился. Деревья каждый год плодоносили достаточно крупным урожаем. Тэхёну понадобилось несколько лет, чтобы достигнуть таких успехов, — Это все фрукты, что нам изначально поднимал лифт. Мы поэкспериментировали и вывели свои деревья. А там, чуть правее от садов, — Ким повел гостя в указанном направлении, пока они не дошли до грядок, — Наш огород, — тут Тэ нахмурился, — последние полгода дела у нас с ним идут худо-бедно.
— Почему? — тут же полюбопытствовал Чон, который с явным интересом слушал собеседника.
— Земля у нас неплодородная, — пояснил Ким, — Раньше удобрения присылал нам лифт. Сейчас же наши запасы на исходе. Семена принимаются с трудом, и урожай уже не такой крупный. Еще несколько месяцев и есть нам будет совсем нечего, — впервые Тэхен всем корпусом повернулся к Чонгуку и, глядя ему прямо в глаза, со всей серьезностью произнес, — Именно поэтому вы наша надежда.
Улыбка на лице озорника исчезла мгновенно. Парень вздрогнул и захлопал своими длинными ресницами, невольно задержав дыхание. Его волнение выдавала прикушенная нижняя губа и испуг в глазах.
— Почему ты думаешь, что мы сможем помочь?
Такой открытости со стороны Тэхёна явно не ожидали. Учитывая то, что Ким в принципе не особо отличался болтливостью.
Парни являли собой полную противоположность друг друга. Чонгук ни минуты не мог усидеть на месте, предпочитая одиночеству компанию. Молодой, взрывной, горячий, с полным спектром эмоций, которые всегда являлись достоянием публики.
Для того, чтобы увидеть хоть одну эмоцию на лице Тэ, нужно было хорошенько постараться. Или же быть очень близким и дорогим ему человеком. Вот только Чонгук слегка ломает сложившиеся стандарты. Ну не привык Ким к такому близкому общению. Все в приюте это знали, и довольно долго привыкали к, можно сказать, тяжелому характеру. Но зато практически каждый с любой проблемой бежал именно к Тэхёну, ибо парень умел слушать. Да еще и болтливостью не отличался.
Но сейчас, стоя перед Чонгуком, Тэхёну хотелось разрушить возведенную стену.
— Скажи мне, — начал он, делая шаг ближе. Неосознанно, но теперь они находились на расстоянии ладони друг от друга, и озорник даже не отшатнулся, только внимательно смотрел на собеседника, — Вы нашли хоть какую нибудь прорезь в лабиринте? Намёк на то, что выход есть?
Чон молчал, продолжая смотреть в глубокие цвета морской волны глаза Тэхёна, завороженный их сиянием.
«А хён красивый» — пронеслось вдруг у него в голове. Но больше всего его впечатлял голос. Глубокий, низкий, будоражащий до дрожи во всем теле — такой бы слушать и слушать.
И Кима прорвало:
— Мы искали этот чертов выход каждый день в течении нескольких лет, но его нет. Понимаешь? — Чонгук вновь кивнул, а Тэ продолжил, — Каждый уголок лабиринта исследован вдоль и поперек. Надежды у нас почти не осталось. А еще и этот дурацкий лифт перестал ездить. Даже не знаю, что хуже — сдохнуть от голода или от яда гривера.
Чонгук медленно сглотнул, все еще загипнотизированный сиянием глаз. Он толком так и не успел рассмотреть глаза хёна — тот вечно отводил взгляд. Но сейчас…
«Красивый» — вновь пронеслось в голове.
А потом очнулся. Причиной тому стало отсутствие нежного баритона. И Чон понял, что от него ждут ответа. Правда пропустил последнюю фразу, потому выпалил то, что хотел сказать изначально:
— Мы предполагаем, что выход идет через бассейн.
И вот тут невероятно насыщенные прекрасные глаза напротив округлились.
— Какой бассейн?
Теперь оба парня смотрели друг на друга в замешательстве.
— Вы не нашли бассейн?
— Нет, — раздраженно начал Ким, — Потому что его нет.
— Есть, — Чон и не думал спорить, он, действительно, искренне хотел помочь, — Когда открывается восьмая секция в… м-м, это надо на карте показать.
Чон готов был отдать весь свой завтрак, обед и ужин, лишь бы еще раз увидеть этот блеск надежды в глазах напротив. Тэхён словно выпил элексир жизни. Даже щеки чуть покраснели, хотя Чонгуку казалось, что бледность хёна вечна.
— Покажешь на нашей карте, когда бегуны вернутся, — с готовностью предложил Ким, — А пока рассказывай.
Парни быстрым шагом направились в живодерню.
— В общем, бассейн этот отличается от стандартно принятого, — начал Чон, но в глазах напротив нашел лишь вопрос, словно Тэ в принципе не знал значения этого слова. Странно, но это все потом, — Дело в том, что бассейн — это второй лабиринт.
— То есть? — Ким нахмурился. Только этого им не хватало для полного счастья.
А Чон участливо кивнул:
— Да, сверху он выглядит как простой лягушатник, но если опуститься под воду, то можно обнаружить тоннель с прозрачными трубами. Трубы эти разветвляются на несколько сотен метров и запутаться довольно легко. Даже несмотря на то, что под водой достаточно светло, — и тут взгляд напротив потемнел, — У нас многие погибли — и причиной тому паника, от неё дезориентация в пространстве, а там… — Чон откашлялся, — В общем, плыть там надо строго по маршруту, который мы обозначили веревкой. Все было бы просто, но дело в том, что расстояние между воздушными карманами составляет полторы минуты быстрого плавания. Многие просто не выдерживают такой нагрузки. Нам так и не удалось придумать, как перебросить всех.
Ким все это время молча слушал, пытаясь сопоставить картину в своем мозгу. Получалось нечто кошмарное.
— А водный лабиринт так же меняется? — и с ужасом уставился на парня.
Тот, к счастью облегченно фыркнул и выпалил:
— Не хватало, чтобы еще и он менялся. И так проблем с ним хватает.
— Хорошо, — было заметно, как Тэ облегченно выдохнул. А затем глаза вновь потухли. Словно в голову парня вернулись нехорошие мысли.
Смотреть на это было невыносимо, и Чон не выдержал.
— Эй, — не сдержав порыва, озорник нежно, но при этом уверенным жестом обхватил ладони Тэ своими, — Хён, мы выберемся отсюда, — и взгляд глаза в глаза. Чонгук постарался вложить в свой как можно больше твердости и решительности. И Тэ… улыбнулся.
Впервые, не натянуто, не мучительной, а чистой искренней, хоть и не совсем широкой, но… улыбнулся. А в глазах столько надежды и благодарности.
Внутри вдруг поднялось что-то жгучее и настолько щемящее, что захотелось перевернуть весь мир, лишь бы хён вот так вот улыбнулся еще раз. Чонгук даже готов был остаться в этом проклятом месте еще на годик-второй. А еще жутко захотелось увидеть Тэхёна счастливым. Искренне счастливым, а не вечно молчаливым, хмурым парнем. Ну ничего, он его растормошит. В данный момент это стало одной из его главных задач.
— О, вот вы где, — звонкий веселый голос вынудил отвлечься на его источник. Линсу легкой походкой от бедра направлялась прямиком к парням, на ходу привычно поправляя вьющиеся волосы, — А я вас везде ищу?
«Зачем?» — первым порывом было спросить у Чона. Но раз уж хён молчал, значит так нужно. Одного взгляда на Тэ было достаточно, чтобы удивленно вскинуть бровь — парень снисходительно усмехнулся. Едва заметно, но Чон успел заметить.
— Тэхён, тебя Чимин ищет. Он в живодерне, — на миг глаза девушки стали серьезными, а затем к ним вновь пришла привычная игривость. И взгляд плавно перешел на Чонгука. Ему она и улыбнулась, — Вы на экскурсии? Ты не против, если я сменю гида?
Вообще-то против, ему не хотелось менять общество пусть не слишком болтливого хёна на вечно щебечущую девушку. С Тэхёном было интересно, хоть он и сам не мог понять почему, и… комфортно. Это тоже дня него было загадкой. Ну вот просто тянуло его к этому человеку. Бывает же так, что с определёнными людьми и помолчать приятно.
А кивнул он девушке в знак согласия и улыбнулся лишь по одной причине — слишком уж у Кима взгляд был напряженный и направленный, видимо, в сторону живодерни. Кто такой Чимин?
Увы, ответа он так и не узнал, потому как, подхватив его под локоть, девушка потащила продолжать знакомство с местными достопримечательностями.
Тэ некоторое время смотрел им вслед. Да, Линсу умеет добиваться мужчин любой ценой. И Чонгук скоро падет её натиску. Дело всего-лишь времени. А в данном конкретном случае, Лин увлеклась настолько сильно, что не успокоится, пока дело не закончится постелью.
И вновь внутри что-то неприятно сжалось. Странно, похождения девушки его никогда не волновали, хотя пару раз он пытался вести с ней диалог. Но Линсу нисколько не считала свое поведение аморальным, к тому же, она рьяно убеждала, что кровать с ней делили только двое мужчин, и Тэ больше не пытался её вразумить. Это дело каждого, главное, чтобы не было беспорядков.
Но вот, глядя вслед удаляющейся парочке, захотелось «поговорить» с Лин еще раз. Айщ, чёрт. Какая ему разница. Чонгук молодой, горячий, безумно сексуальный парень, тестостероном от которого так и веет. Конечно же Лин сложно устоять перед таким экземпляром. Да и сама она не промах.
Горячий, безумно сексуальный — только сейчас до Тэ дошло, какой образ Чона сложился в его голове. Ну надо же, никогда он не смотрел на парней с такой точки зрения. Да он вообще в принципе не смотрел на внешность. Почему же сейчас из головы не выходят его крепкие руки, обнимающие за талию в лабиринте?
Хватит размышлений. Пора бежать в живодерню. И все его мысли сосредоточились на Чимине, который уже неизвестно сколько его ждет.
***
Сердце билось как сумасшедшее. Тэ бежал, сломя голову, каждой клеточкой тела испытывая страх. Не за себя. Не дай бог Чимину стало плохо — их запасы чая практически на исходе. А если приступы участились до трех раз в неделю, то это в корне усугубит ситуацию. Жить хочется всем, а такая обуза для многих станет помехой.
И потому, когда Тэ ворвался в амбар и увидел там живого и улыбающегося Чимина, на сердце отлегло. Правда сбившееся дыхание не давало нормально выдохнуть.
— Всё в порядке? Ты как? — мигом оказавшись рядом, пропыхтел он.
В ответ ему улыбнулись еще шире и повернулись всем корпусом, демонстрируя то, что изначально Тэхён не заметил.
В первую секунду Ким оцепенел — окровавленные по локоть руки, держащие какой-то сгусток не оставили его равнодушным. И только при внимательном рассмотрении стало понятно, что паниковать нет причин.
— Как же ты меня напугал, — в сердцах выпалил Тэ и плюхнулся рядом на не заляпанный кровью пол.
А напротив улыбка стала совсем запредельной, и окровавленные руки поднялись чуть выше:
— У нас родился козленок.
Напряжение медленно отпускало тело, даря легкую расслабленность. Перенервничал парень знатно.
— И поэтому ты меня позвал?
Активный кивок в ответ и с придыханием:
— Смотри какой красивый.
Ничего красивого в окровавленной мясной тушке Ким не видел. Но столько счастья было в детском голосе, что сердце сжалось от тоски. Он знал, что будет дальше. И Чимин знал, но все равно наивно радовался.
— Я тебя об одном прошу, — усталый выдох, и тихое, — Не привязывайся.
В ответ промолчали, поджав губы. А Тэ высказал то, что всегда говорил.
— Чимин, не ходи сюда.
И глаза Пака погрустнели. Прижав к себе комочек, он успокаивающе прошептал:
— Я тебя не брошу, Таппи.
И вот так всегда. Сначала телёнок Мия, затем Киран, поросенок Воппи, а теперь вот Таппи. Каждый раз привязывается к детенышу животного, который рано или поздно взрослеет и… уже как три года Чимин не ест мясо.
— Ты вынуждаешь меня ввести запрет на твое нахождение в амбаре, — слишком больно Тэхёну было утешать рыдающего в подушку Пака. Его чистая светлая душа тяжело переживала расставание со скотом. Но, сжав зубы, парень все равно каждое утро приходил в живодерню и ухаживал за животными с такой преданностью делу, что это вызывало восхищение. Чимин любил свою живность, ровно так же как и они его. Некоторые ели только с его рук, что усложняло задачу остальным. Но Пак никогда не брал выходные, безустанно наведываясь в амбар. Даже как-то пару раз засыпал прямо на сене, что Тэхёну приходилось его переносить.
— Я справлюсь, Тэ, — иногда Пак умел быть твердым.
И Ким сдался.
— Как ты себя чувствуешь?
При внимательном рассмотрении можно было заметить назревающие синяки под глазами, вены уже слегка выделялись под кожей. Слишком быстро. Такие симптомы должны были проявиться хотя-бы через три дня после приема чая.
— Все в порядке, Тэ, — парень и впрямь выглядел бодро. Он весело улыбнулся Киму, поднял на него взгляд и улыбка тут же потухла, — Тэхён.
Одно слово, но сколько паники.
Ким знал причину. Да, он видел свои вздувшиеся вены, да, чувствовал накатывающее чувство приближающегося приступа. Но при этом знал свой организм — он протянет еще как минимум неделю. А вот у Чимина не такой долгий срок.
— Тэхён, хватит печься обо мне. Подумай хоть раз о себе, — парень настолько испугался, что инстинктивно начал злиться, отчего на милом детском личике так смешно морщился лоб.
— Хей, хей, остановись, злюка, — Тэ привычно потрепал Пака по волосам, — Я в норме.
— Что-то не видно, — не сдавался парень.
Но Ким и не думал поддаваться панике.
— Ты же знаешь, я еще долго могу продержаться.
Чимин знал, и потому медленно успокаивался, только выражение лица говорило о том, что всё это ему далеко не по нраву.
— И все равно…
— И все равно нам пора обедать. Пойдем, пока все не остыло.
Мальчишка согласно кивнул, тяжело поднялся на ноги, при этом умудряясь осторожно уложить окровавленную тушку, вытер руки об висевшее на крючке в углу амбара полотенце, задумчиво так, а затем вдруг как улыбнется широко:
— Как тебе прибавление в строю? — Пак заговорщицки подмигнул и хихикнул, — Линсу так места себе не находит. Заметил, как она глаза на этого… как там его… веселого такого…
— Чонгук, — настроение Тэхёна стремительно улетучивалось, и он поспешил выбраться из амбара.
А Чимин не отставал, не замечая перемены.
— Слышал бы ты, как она его расхваливала на завтраке. У неё такие планы. Я слышал, как она обсуждала их с Лони и Кихён.
Тэ пошел значительно быстрее.
— Это её право, — действительно, чего это его так задело. Стоило только об этом подумать, как Тэ моментально отпустило. И вот он вновь спокоен и абсолютно равнодушен. И как-то все равно стало кто там и с кем. Да вообще, парни эти временные, скоро вернутся в свой лабиринт, у Чонгука там свой сформировавшийся круг общения, места в котором Тэхёну вряд ли найдется. Да и Киму есть с кем вечера проводить. Они в приюте все тут друг за друга горой. Одна семья, которую у них украли…
— Ага, — не стал спорить парень, — Но во всяком случае нас ждет новая драма. Как думаешь, как быстро сдаст позицию этот… как его…
— Чонгук, — сквозь сцепленные зубы процедил Ким, что мало говорило об его успокоении.
Наваждение какое-то ей богу…