Chapter Text
Авантюрин стоял с мокрыми плечами и водой на белых штанах, постоянно отряхиваясь. Затем его встретило огромное здание, корпоративный муравейник, где было нельзя считать этажи.
— Гильдия эрудитов?
— Да, люди из Гильдии, пара человек.
— Любопытно, - он зажег сигарету и сильнее надвинул оправу очков к глазам. – И кто из них будет?
— Два исследователя и какой-то доктор, – мужчина выдохнул большим серым облаком, боком прислонился к стене.
Они прибыли на Пир-Пойнт десять минут назад. Холодные металлические стены в специальной комнате, звук гуляющего по вентиляции воздуха вперемешку с дымом, обклеившим потолок — в урне лежали обгоревшие фильтры.
— Доктор? Тот самый? — через открытую дверь проник сквозняк.
— Я не знаю, кого ты имеешь в виду.
— Ну этот, с гипсовой головой, - Авантюрин приподнял ладони и медленно очертил над собой подобие этой белой фигуры.
— А это не его голова? – лицо мужчины туповато вытянулось
Авантюрин в ответ пожал плечами. Конечно, не его.
— Я видел его тут пару раз, — он потушил сигарету и потянулся к ручке двери. — Интересно будет посмотреть на него поближе.
Его собеседник коротко кивнул.
Авантюрин шагнул в коридор. Встреча должна была начаться с минуты на минуту и, судя по часам, у него оставалось совсем немного времени, чтобы пройти весь корпус до нужной двери. Сегодня в штаб-квартире КММ стояла странная тишина, и он не хотел знать, какой был у всего этого повод. Авантюрин встретил по пути совсем немного людей, а те, кого он все же видел, шли ему навстречу с грузными засохшими лицами, скучными приветствиями, пустыми улыбками. Он поправил углы пиджака при виде Топаз, стоявшей неподалеку от зала заседаний отдела инвестиций, широко усмехнулся. Она была в красно-черном пиджаке и белой рубашке, с волосами, собранными в маленький тугой хвост, с таким же выражением лица, как и все до нее.
– Давно не виделись, – он махнул ей рукой и медленно подобрался поближе. Все становилось интереснее с каждой минутой. – Не знаешь, по какому поводу они даже Гильдию эрудитов позвали? И ходят все как в последний раз. Может быть, умер кто?
– Пф, – она грустно усмехнулась. – Ну тебе-то всегда везет на предположения.
– Что, и правда кто-то умер?
– Вчера убили Аквамарина. Пока не знаем, что случилось. Наверное, на миссии.
Авантюрин на секунду замолчал и еще раз посмотрел на Топаз. Аквамарин был самым молодым из десяти каменных сердец, он получил его камень в прошлом году, и хотя сам Авантюрин видел его только изредка на собраниях, с трудом верилось, что каменное сердце можно было убить так быстро. Похоже, их снова осталось девять. Он потер между пальцами монету, откашлялся, чтобы его голос не выглядел слишком озабоченным новостями.
– Вот оно как. И нас собрали, потому что выбрали нового?
На секунду глаза Елены блеснули холодом. Счетовод, который увлеченно путался у нее в ногах, сильнее прижался к краю брюк. Ее спокойные, мягкие черты лица вдруг стали резкими и неживыми.
– Не знаю. Зайди и увидишь.
На этом она отвернулась от него, резко провела ключ-картой по панели на двери и исчезла в проеме. Авантюрин остался стоять один в коридоре еще несколько секунд, прежде чем убрать наконец монету в карман на груди и последовать за Топаз в комнату, залитую белым ледяным светом. После тусклых коридоров, глаза не сразу привыкли к освещению, но уже через пару мгновений ему удалось различить знакомый длинный стол, уставленный металлическими стульями – девять штук для каменных сердец и три для представителей Гильдии эрудитов. Все места, кроме двух, уже были заняты, и на него уставилось множество глаз, ожидающих начала собрания. Одно пустое место – для Авантюрина. Второе пустое место – для Аквамарина. При виде него, Яшма улыбнулась и поправила края широкой шляпы.
– Не хватало только тебя.
Топаз уже сидела на своем месте, сложив руки на столе и пустым взглядом глядя на пальцы, Счетовод сидел у нее на коленях и тихо попискивал. Гильдия Эрудитов расположилась у самого края стола, напротив кресла Авантюрина и слева от последнего пустого места, которое, судя по всему, так и останется пустым. Авантюрин с легкой улыбкой поспешил сесть – человек-гипсовая голова молча наблюдал за ним все это время, а когда он оказался по другую сторону стола, показательно отвернулся к одному из своих коллег.
Яшма начала говорить своим привычным расслабленным тоном с искрой радости, как будто ничего необычного так и не произошло.
– Как вам всем известно, отдел стратегических инвестиций вчера потерял одного важного сотрудника – Аквамарина. Обстоятельства его смерти все еще до конца не определены, – она скучающе потянулась за стопкой бумаг и быстро пробежалась по ним глазами, затем отбросила на край стола и больше к ним не прикасалась. – Местные власти планеты так нам ничего интересного не сказали, отказались даже позволить нам забрать тело.
Она поднесла к толстым губам кубок с вином и сделала жадный глоток, с высоким звоном поставила его на место.
Авантюрин посмотрел на других участников процесса, практически все они не выражали особой заинтересованности. Доктор, сидевший напротив, с начала речи Яшмы делал какие-то заметки у себя в блокноте и только изредка поднимал взгляд на говорившую женщину. Он был хорошо сложен, и хотя Авантюрин не мог видеть его лица, он вполне мог представить как выглядел этот загадочный доктор. Его коллеги сильно отличались от него. Это был мужчина, настолько обычный, что сказать про него что-то особенное было сложно, и рыжая женщина с тонкими чертами лица, которая раз за разом осматривала комнату, проходилась глазами по каждому камню.
— И все вы понимаете, что оставить это так, как есть, мы не можем, – продолжала она. – Алмаз не смог сегодня присутствовать, но он тоже считает, что нам нужно вести выяснение обстоятельств самостоятельно, иначе ничего им предъявить мы не сможем. Для этого сегодня здесь присутствует уважаемый доктор Рацио, - она посмотрела на человека-статую и вежливо ему улыбнулась, насколько только можно было назвать такую улыбку.
Доктор в ответ наконец заговорил.
– Я и мои коллеги надеемся, что сможем помочь в данном вопросе, - его голос тяжело отслаивался от стен, спокойный и размеренный.
– И мы уверены, что у вас это получится. В особенности, с помощью наших талантливых кадров, – ее улыбка вдруг стала шире, она посмотрела на Топаз, и, как показалось Авантюрину, на него.
То, куда все это вело, вдруг перестало ему нравится. Планета, на которую в последний раз отправляли Аквамарина, была целым гнездом для преступных группировок и наемных убийц, сделать там с ним что-то мог буквально кто угодно, и выяснять, кто именно – задача не самая простая. Античная статуя тоже заметила этот взгляд Яшмы, направленный на Авантюрина.
Теперь и доктор Веритас Рацио смотрел прямо на него. Терпеть такое внимание становилось все тяжелее — в упор лучше стрелять, чем смотреть. Под столом пальцы нервно перебирали кольца на правой руке и тянули за края браслета, пытаясь удушить запястье. Золото на стенах, картинах, развешанных повсюду, на цветочной вазе, стоявшей на столе, все оно лезло в глаза даже через розовую тонировку очков. Черный галстук продолжал перекрывать воздух.
В какой-то момент это прекратилось. Доктор снова переключился на свою записи, а Авантюрин впервые за несколько минут сделал глубокий вдох, расслабляясь. Но для этого, понятное дело, было еще рано, ему предстояло ехать с этим человеком на одну сплошную планету-преступление и договариваться с местной мафией, чтобы их при этом не убили в первую же секунду. Звучало как ночной кошмар, и хотя он всегда выпутывался из всего, из чего только можно было выпутаться, это дело звучало все так же сумасшедше. Когда все закончилось, большинство сотрудников отдела стратегических инвестиций выплывали из помещения один за другим, торопливо собирая вещи и наполняя коридоры.
Только Яшма, Топаз, Авантюрин и доктор Веритас Рацио оставались на своих местах, задумчиво наблюдая за этим процессом.
— Послезавтра вас будет ждать наш корабль и специальный отряд для охраны, — сообщила Яшма и вместе со всеми остальными вышла из зала заседаний.
Они остались втроем. Два камня и доктор. Еще не поднимаясь со своих мест, они молча осматривали друг друга, как в первый раз, пока первые слова не врезались в стены.
– Полагаю, нам придется поработать вместе, – Авантюрин приподнялся на месте и окинул всех взглядом. – Как насчет снять эту маску, доктор? Или вы нам не доверяете?
– Не доверяю ли я вам? Из чего вы сделали такой вывод? – в голосе промелькнула саркастичная нота.
– Тогда зачем вы ее носите?
– Чтобы не отвлекаться на ваши глупые вопросы.
Свет из окна обрамлял профиль Топаз так, что ее волосы в этом свете были кровавым шлейфом, она поднялась с места вместе с Счетоводом, взяла его на руки и нежно прижала к ребрам.
– Отстань от него, Авантюрин. Сейчас важнее, что мы будем делать со всем этим проектом.
Да, каждая из планет была проектом. Какие-то проекты были неудачными, какие-то – успешными. Но этот явно был неудачным.
– Эриния X - интересное место, – Рацио наклонился к своим записям, потирая подбородок. – Их судебная система предполагает смертную казнь, но каждый раз казнят не тех, кого они собирались изначально казнить. Их правовая система - хаотичная и изменчивая, и в ней нет ничего, что помогло бы жить обычному человеку хотя бы немного лучше. Их законы - один большой анекдот, который можно читать на научных конференциях.
– И что нам это дает? – шутливый тон, бровь, выгнутая вверх.
– Вам - ничего. Навряд ли вам вообще даст что-то хоть какой-то из фактов.
– Вы правы, доктор. Нам поможет только удача.
Топаз хмуро посмотрела на него, но ничего не сказала. Это было бесполезно, что-то ему говорить. Рацио делал вид, что не обращал на него внимание.
– Тогда полагаю, что моя помощь вам тоже не нужна, и вы сможете сделать все сами, раз вы такой удачливый? – он встал, громко отодвинув стул, и направился к выходу. – Смотрите, иначе каменных сердец станет еще на одного меньше. Хотя, вероятно, они и вам быстро найдут замену.
На этих словах он исчез в темных углах коридора. Елена, конечно же, последовала за ним. Отказываться от помощи доктора им нельзя было ни в коем случае.
На следующий вечер ему сообщили, что каменных сердец снова десять: они нашли какую-то молодую девушку с умершей планеты. Классический сценарий. Авантюрину казалось, что в этом отделе других сценариев и не существует.
Путь домой естественным образом проходил через несколько часов посиделок за барной стойкой, через выигранные кредиты и пару бутылок алкоголя, пока ноги не начнут заплетаться, а сознание мутнеть. Уже завтра ему придется встретиться с Топаз и Доктором, а пока что он весело ронял фишки на стол и смотрел, как остальные игроки поддерживают ставку, а в руки удачливо падают нужные карты – пока что все доставалось только ему. И если дилер хмуро мешал этот плотный двухцветный картон, то Авантюрину оставалось только улыбаться, сегодня ему особенно везло.
Этот запах не могли перебить даже дорогие духи, снова начавшийся ливень, холодный воздух из-под черных колес такси. Авантюрин спрятал шляпу в сумку, пока не пролил на нее еще один бокал текилы. Туфли, дорогие и блестящие от лака, разбрызгивали воду луж на когда-то белые штаны. Пока он стоял на улице, покачиваясь от вечернего ветра, с ним говорила девушка – он уже не помнил ее имени. Она что-то увлеченно рассказывала ему, укутавшись в дорогое пальто: про свои отношения, про деньги, про то, как же ей сегодня не везет. Он мутно кивал, пока ее лицо расползалось у него перед глазами, затем возвращался внутрь с онемевшими ладонями и делал еще одну ставку, последнюю ставку за вечер, шестую по счету.
Он вернулся домой поздно ночью, промазав ключ-картой по замку пять раз. На это его удача не распространялась. Как только прозвучал противный писк, он ввалился в темное помещение, прижимаясь одним боком к холодной стене и рукой нащупывая выключатель. Волосы грязно падали на лицо, облепленные душным воздухом бара и сигаретным дымом, липкие перчатки, привыкшие к фишкам и картам, уже не могли удержаться на его руках, он хмуро кинул их на пол и, не разуваясь, упал на кровать. Грязь с туфель так и осталась лежать на ковре. Авантюрин тяжелыми руками снял серьги-перья, чуть не вырвав их из ушей, и сложил рядом с часами, браслетом, очками, ножом и револьвером, выигранными деньгами и блестящими кольцами. Встреча с Топаз и Доктором – через четыре часа. Он проснулся три часа спустя – от головной боли, сразу с таблетками в пищеводе и минеральной водой во рту. Сегодня ему придется сменить очки на солнцезащитные и попытаться не задушить себя галстуком.
***
Доктор, как всегда, был непроницаем, все еще с этой его гипсовой головой на плечах, в черно-фиолетовом костюме, как и при первой встрече. Позади него Топаз общалась с Счетоводом, подкармливала его лакомствами и нежно гладила за ушами.
– Вы опоздали, – голос доктора был спокойным и сдержанным. – Корабль чуть не улетел без вас.
– Извините, Доктор, были неотложные дела. И космическая пробка.
– Пробка в космосе?
– Да-да, она, – Авантюрин улыбнулся, двигая солнцезащитные очки вверх к переносице. – Просто кошмарная.
Рацио скептически посмотрел на него, но ничего не ответил. За его спиной Топаз выровнялась и перестала кормить Счетовода. От одного взгляда на Авантюрина уголки ее губ поползли вверх. Она чуть ли не смеялась.
– Интересно, остался ли на станции еще алкоголь, или ты вчера выпил его весь? Выглядишь ужасно.
– Это так важно? – он весело усмехнулся. – Как скоро мы прилетим?
– Десять минут, – ответил Доктор, наблюдая в большое окно, занимавшее всю стену напротив. – Вы уже знаете, как будете договариваться с местными?
– Подозреваю, ничего хорошего нас там не ждет, – он уселся на ярко-красное кресло. – Даже не знаю, хватит ли нам охраны там. Опорные камни это, конечно, хорошо, но зная местный контингент, стоит хорошо следить за тем, что лежит в карманах.
– Учитывая их задолженность, – продолжила Топаз. – А это число просто огромное - не стоит упоминать про такие деньги. Мы прибыли только для расследования, по их мнению, и на этом нужно остановиться. Больше им знать не нужно. Они и так очень рискуют, играя с КММ. Им выгодно будет сотрудничать с нами.
– То есть вы рассчитываете не только узнать про убийство, но и сделать то, с чем не справился ваш коллега?
– По-возможности.
– И при хорошем везении.
Веритас Рацио тяжело вздохнул, скрещивая ноги на слишком мягком и неудобном кресле.