Chapter Text
Была глубокая ночь. На небе собирались грозовые тучи, воздух пропитался запахом скорого ливня. Ветер колыхал мертвые ветки деревьев, а вместе с ветром пожелтевшие листья, не свойственные этим краев, улетали вдаль. Светы в домах были зажжены, и по всей деревне был слышен крик рожающей женщины. С каждым криком плачем завывал ветер. Каждый молился, чтоб ребенок родился мертвым. Страх рождался у каждого, каплем оседая где то внутри, не давая сомкнуть глаз. Красная луна ярко, устрашающе сверкает на небе, прикрываясь облаками.
Родится в этот день стать дьяволом.
И через несколько часов люди услышали детский плач.
Проходили месяцы и годы. Дьявольский ребенок тих и замкнут, никто с ним не сближался, не разговаривал. Все убегали в страхе, только увидев его. Большое чувство одиночества давно поселилось в его груди.
Каждый день был один и тот же. Но стоило ему начать ночь, он убегал в страхе. Не от людей, а от самого себя. От своих мыслей.
Каждую ночь чувствуешь эти руки, обвивающие его шею и сжимающие до удушения. Каждую ночь видеть эти до ужаса, смотрящие в душу, глаза. Кадзуха не помнит, когда это началось; кажется еще с рождения. Ему кажется, что эта темнота всегда преследовала, контролировала, сковывала своими оками. Стоило только черной пелене застелить глаза, он чувствовал себя беззащитным. И у этого кошмара было три актёра: призрак, чьё лицо он видит каждый раз, он сам и чудовище с острыми зубами, кровавыми глазами и жаждой убийства.
И вроде бы обычные кошмары, но просыпаться по утрам с миллионами кровоточащих ран и ломотой в теле. Физическая боль приносит извращённое удовольствие, а осознание этого факта - невыносимые муки. Невидимые руки призрака ползут по его телу, оставляя глубокие раны, словно шипы прекрасных роз, и Кадзуха чувствует запах: отвратительно дурманящий. Это был аромат розы, его собственной крови и отвратительного смрада. Запах крови дурманил разум, хотелось еще стремиться; слизать с рук истекающее сердце, впиться зубами в чью то шею, испить чьей то крови.
Кадзуха перед ним бессилен. Ему кажется, что он слышит его голос, который шепчет ему о его бессилии, никчемности и жалости. Сковывает его разум, заставляя медленно сходить с ума. Весь его ужас выходит из груди вместе с громким криком, а голос самого дьявола эхом отражается в сознании. Он подчиняет, ставя все живое на колени. Он проводит призрачные мысли по обвитым шипами шею и обнажает все самое тёмное, скрытое, что есть у Каэдэхары. Все самые извращённые желания и мысли, которые Кадзуха подавлял в себе долгое время.
Кадзуха слаб. Кадзуха проигрывает каждый раз ему. Кадзуха попадает в его ловушку и слышит его смех - так смеются над бедной добычей.
Кадзуха чувствует металлический привкус во рту, и это возбуждает. Он задыхается от этих призрачных, властных прикосновений и жаждет ещё. Стонет что то неразборчивое, умоляет. Непонятно чего: продолжить или прекратить. Чувствует, как он высасывает душу из него, кусает до крови, возвышает до эйфории, а насытившись, бросает на пол, как куклу ненужную.
"Ты принадлежишь только мне."
Кадзуха скатывается с постели, солнце неприятно щиплет глаза через закрытые окна шторами и лишь отголосок чужого голоса эхом выскажет в глубоком подсознании. Он весь в холодном поту, озирается по сторонам, понимая, что это был один из его кошмаров. Кадзуха медленно плетется к столу, где находятся незаконченные записи о новонайденных растениях, секунда смотрит на них и кидает взгляд на кровать уже зная, что там увидит: мятая постель и маленькая капля крови. С выдохом он срывает покрывало, бросает в камин и зажигает огонь. Кадзуха пытался стереть события о его кошмарах, о нем. Но некоторые следы уничтожить невозможно: они находятся внутри него.
Он смотрит на себя в зеркале и видит новые шрамы на руках, синяки на шее и рану на губе. Кадзуха снова будет воротить маме, что сам прикусил во сне, синяки результат очередных его растений, а шрамы он скроет под одеждой. Кадзуха стоял возле маленького таза с водой, смотря на свое осунувшееся лицо. Выглядит он так, будто пробежал через весь лес, спасаясь от хищника без сна несколько ночей подряд.
Эти кошмары сложно было бы назвать обычными кошмарами. Оно словно выдёргивает из реальности, погружаясь в другую: пропитанную смрадом, кровью и чужими страхами. Словно испытывают на прочность, а Кадзуха эти испытания проигрывает каждый раз, позволяя своему кукловоду управлять его разумом, как ему заблагорассудится. Каждое утро он воспринимает те эмоции и хочется рвать себе глотку. Забать эти призрачные руки. Кадзуха ненавидит себя и его.
Каэдэхара сидит возле кровати, обнимая руками, подтянутые к груди колени и не может сомкнуть глаз: в голову сразу же лезет отрывки кошмара. Он устал. В детстве такие сны были редкие, но с каждым годом, с каждым приближением его совершеннолетия эти сны значительно участились. От этой эмоциональной нагрузки он не мог делать базовые вещи: приносить воду, зажечь огонь в камине, изучить новые растения.
Когда за окном слышится кукареканье, Кадзуха надевает плотную рубашку, приподнимая воротник, чтобы скрыть синяки от лишних глаз. Дом, в котором он живет с матерью стоит в конце деревни, отдаленный от всех. Деревня находится недалеко от столицы и на главной дороге часто можно встретить проезжающие мимо кареты. Если идти пешком до города, то это всего два часа.
Периодические порывы ветра треплют волосы. Кадзуха стоит рядом с крыльцом и нежить от утреннего пока что прохладным летним ветром. Климат в этой стране далёк от северных земель. Тут тепло, зимы короткие, лета длинные. Из-за столь жаркой температуры тут не встретишь по типу снежных фей, похожих на маленьких человечков с синей кожей с размером его кулака, а вот лилипутов, с размером его мизинец, можно встретить в зачарованном лесу в двух часах отсюда.
Гораздо более обширные территории занимает Золотистый континент - громная земля, расположенная на юго-востоке и земля самой разношерстной расы. Континент разбивается на Волчьи земли, Зеленую долину и Южное королевство.Три государства граничили между собой и было решено создать один континент.
На карте мира также глаза бросалась небольшой остров, расположенный на юге: Райский остров, где обитают самые сильные существа, но также малочисленные существа - ангелы. Мирные существа с белоснежной кожей, и такими же цветами волос и крыльями.
Но существует еще одно место, страна, скрытая от всех - Тёмная империя. Империя занимает большую часть запада и севера. Про эти земли ходят разные слухи: Каждый хуже другого. Говорят, что ночи там чернее бездны и бесконечны, а закаты и рассветы - кровавые. Территории земли были запечатаны особыми чарами тысячелетия назад, чтобы ни одно существо не сеяло хаоса. И лишь в ночь кровавой луны - печати спали и вся нечисть вылезала из теней, пожирая все на своем пути. А правитель империи закрывал глаза на всё. О темном правителе известно мало: он является демоном и единственный, кто может покидать свои земли без трудностей. Последний раз его видели пятисот лет назад на южных землях. Он прибыл для подписания о мирном договоре, на котором стоял сам король. Вот только договор был крайне странного содержания: когда придет время, король должен беспрекословно отдать темному правителю одного человека. И не важно, что человек будет не из его земли. Зачем и с какой целью было не сказано.
Не в положении Южного королевства было тогда спорить и задаваться вопросом с темным правителем, следовательно ничто не стоит развязать войну. Страх перед ним и созданием тьмы живет в крови у человечества с давних времен и не угас до сих пор.
Кадзуха стирает пот со лба рукавом рубашки. Деревня только просыпается, открываются окна домов и пекарь раздающий свежий хлеб. Он старался, чтоб его не замечали, прошмыгнул через внезапно появившиеся толпу людей к кромку леса. Помнится ему, что сегодня распускаются рассветные цветы и нужно успеть их сорвать прежде, чем они завянут. Таким образом Кадзуха надеется отвлечься. Проветрить голову и привести себя в равновесие.
У травников нет выдающегося потенциала: собирают травы, продают лекарства и изучают диковинки. Изучение флоры помогало ему отвлечься от кошмаров, сосредоточиться на работе и тем, как будет жить дальше.
Каэдэхара завязывает тряпичный мешочек с лепестками цветов и бредет обратно, слушая щебетание зябликов и вытирая пот. Не стоило ему так плотно одеваться. Дом встречает его с организованным теплом, запахом трав и маминой выпечкой. Мама - женщина довольно пожилая для своего возраста с седыми волосами всегда убранными в низкий пучок. Она уже проснулась и приготовила завтрак. Единственный человек в его жизни, кто принимает его таким. Кадзуха бросает мешочек с лепестками в готовую настойку с закатниками и накрывает крышечкой.
- Люди говорят, что темный правитель скоро нанесёт визит в Южное королевство, - между делом говорит мать, раскладывая кукурузные лепёшки по тарелкам.
- Уж не с войной ли? - говорит юноша.
- Нет, - качает головой женщина, - За обещанным человеком.
- Зачем высшему демону сдался какой то человек? - Кадзуха давно не мог понять этого. Тот договор ему казался довольно абсурдным.
- Этого я знать не могу, - она подмешивает еду в кастрюлке и продолжает, - Говорят, у демонов есть случаи, называемые предназначенные. Подобие на сильную связь между двумя. И, возможно, среди людей есть те, кто предназначен для темного правителя. Только вот, почему он так медлил, не понятно.
- А как проявляется эта связь? - осторожно спрашивает Каэдэхара. Нервно теребить швы на рукавах - надо будет их зашить - и внутри рождаются куча догадок, подтверждение которых он слышать не хочет.
- К сожалению, сынок, этого я знать не могу, - матушка ставить перед ним миску каши и замолкает, - Ты снова выглядишь уставшим. Снова мучают кошмары? Знаешь же, что ты можешь мне их рассказать.
Кадзуха уже не слушает. Быстро доев кашу, шепчет тихое "прости, не сейчас" и уходит в свою комнату. Между бровей залегла складка. Дыхание сдавленное, ритм сердца учащается. Он медленно сползает по закрытой двери, кусает губы и шипит, когда задевает ранку. Его откровенно трясёт. Вкус крови опять чувствуется на языке, но в отличие от прошедшей ночи, сейчас оно вызывает только отвращение и ненависть. Он хочет забыть это. Забыть, о том, как он в бреду выгибался навстречу призрачным рукам, умоляя о большем.
Потихоньку приходя в себя, Кадзуха сел за стол и принялся за изучение новых трав. Слух о внезапно появившемся темном повелителе стал явью. Его не было в каждом городе, деревне и глуши. Не было того, кого именно искал демон. Король почти отчаялся, но тут хозяин зеленой долины решил помочь своему приятелю. Теперь темный властитель стал искать человека в другом государстве. И жаль только, что день его приезда выпал на праздник урожая.
По общему календарю на дворе сейчас осень и время сбора урожая. В деревне этот день отмечают по особенному. После сбора урожая, женщины готовят стол, а мужчины разводят большой костёр. И целую ночь будет наполнена плясками, смехом и пивной пеной за краем.
До дня сбора урожая оставалось два дня и в этот день в дверь постучался королевский посол и отдает Кадзухе приглашение в дом главы деревни на его имя. Он поинтересовался причиной и ему отвечают, что по приказу короля на главную площадь должны прибыть юноши от семнадцати до двадцати лет. Зачем, пока неизвестно, но в глубине души он надеется, что его опасения не подтвердятся. Однако это приглашение - приказ, который не оспаривается.
Кадзуха всю ночь ворочается в постели, сминая новую простыню. На столе, прямо перед его взором лежит то самое приглашение. Ему страшно, и он не знает, что ему ожидать от этой встречи. Возможно, он параноик или реально сумасшедший, но ему кажется, что приглашение связано с приходом темного правителя. Он надеется, что он не является предназначенным для этого демона. Меньше всего в жизни он хотел бы провести свою никчемную жизнь в стенах демона. Страшно даже представить, на что способен этот дьявол.
Через два дня, рано утром Кадзуха с тяжелыми мыслями и ощущением разбитости отправляется в дом главы деревни, но ему сообщают, что правитель еще не приехал. Он не выходил из дома до самого вечера. Каэдэхара слоняется по дому, летая в облаках пол дня и пытаясь взять себя в руки. Но в конечном счёте просто заваривает себе успокоительное и выпивает больше положенного. Потом долго выворачивает свой желудок от содержимого.
Солнце давно село, а за окном слышится людской смех. Выглянув в окно, Кадзуха видит, как люди танцуют вокруг костра, наливают в кружки едкой жидкости до краев и наполняют животы. Свет от огня отражается на его лице. Он смотрит на них, этих горожан, которые веселятся и хохочут. Без него. Стоит ли ему выйти из дома в этот день, как все прогоняли его прочь. Эти их предрассудки, суеверия загоняли его жизнь в рамки, из которых он хотел выбраться. Люди жестоки и глупы. Стоит сказать маленькое, как поверят и разнесут по всему миру.
Кадзуха опускает занавеску, когда слышит стук в дверь. Он открывает и перед ним стоит мужчина, примерно его возраста. Не собираясь обмениваться с ним словами, мужчина повел головой и ушел к остальным, которые на его удивление стихла.
По мере приближения к толпе, на него накинулась мать с объятиями. Она обнимала так отчаянно, словно знала. Он старается ни о чем не думать: все мысли слишком мрачные.
Он осторожно бредёт к главе деревни. Люди мигом расступаются перед ним и отходят на далекое расстояние. Кадзуха стискивает зубы. Пальцы сжимаются в кулак. Приближаясь к старику, он вжимал голову в плечи, пытаясь слиться с тенью и темнотой ночи. Со стариком стояли две темные фигуры, скрытые в черных кровлях.
- Господин, - старик повернулся к тесной фигуре, - Вот еще один из наших травников.
Кадзуха нервно сглотнул слюну. Губы пересохли. "Как путану рассматривает" - пронеслось в его голове. Инстинкт самосохранения бьёт по голове и кричит "беги", но бежать ему некуда: он окружён. Горожане со всех сторон, хоть они и стоят на несколько километров от него. Дыхание остановилось, когда он подошел к нему на расстояние вытянутой руки.
Демон слышит поверхностное дыхание с неровным стуком сердца. Под капюшоном прозвучало хмыканье. Сиканоин буквально ощущает на фоне огромного всплеска эмоций. Страх и ненависть. Какое интересное сочетание.
Демон хватает пальцами подбородок Кадзухи и поднимая голову, заставляя посмотреть вверх. Прямо в малахитовые глаза, в которых отражается свет от огня. Он снова видит эти глаза, но уже в реальности.
Земля уходит из-под ног. Кровь кипит от ненависти к этому существу, и застывает льдом от страха. На чужом лице растекается ухмылка. Дьявольская улыбка прямо и говорит ему: он попал, его нашли. Кадзуха тянется руками к шее, где он ощущает прикосновения призрачных рук, как во сне. Еще немного и он упадет на колени или потеряет сознание, потому что в глазах напротив плещет сама тьма: хищная, властная и кровожадная.
Он повернулся к старику и кивнул. За спиной Каэдэхары откуда-то, словно из тени, появились две темные фигуры.
Его подчиненным не нужны никакие приказы: они интуитивно понимают его слова. Кадзуху мутит от страха, сердцебиение учащается. Где за спиной люди выдыхают в облегчении: ведь их дьявол уходит. И лишь чувствительные слух Каэдэхары улавливает чей то горький плачь.
Две фигуры сзади подталкивают его к карете, которую он не замечает, так как была скрыта клубком тьмы. Голова немного проясняется и Кадзуха начинает глазами искать путь отступления. Его демона нигде не видно, по бокам двое. То ли инстинкт самосохранения появился, то ли его покидает здравомыслие, ведь он собирается сделать самое глупое: пытается сбежать.
Он совершает резкий рывок и этого хватает, чтобы настигнуть его в ту же секунду. Он падает на землю, двое стражей заламывают ему руки назад. Отчаяние достаёт его быстро. Он рычит, дергается, пытаясь скинуть с себя чужие тела, но разве ему, человеку, сравниться с демонами?
- Наивный, - раздается где-то сверху насмешливый голос. Темный правитель смотрит на него и этого взгляда достаточно, чтобы по всему телу прошли мурашки, - Тебе не сбежать. Ты был моим еще с рождения. И прекрасно это понимаешь: долгими, прелестными ночами. Не так ли, Кадзуха?
- Заткнись! - кричит он, зажмуривая глаза. И в уголках скапливаются маленькие хрусталики слёз. Его поднимают и держат с обеих сторон, так как он может упасть в любой момент.
- Можешь молить, плакать сколько тебе угодно, но, - он скинул капюшон и перед его взором показался очень красивое, незапятнанной чернотой, лицо, - Ты давно принадлежишь мне, Кадзуха.
Стража снова встает по бокам и держать за плечи, подталкивая вперед. Демона не видно в поле зрения. Кадзуху заталкивают внутрь кареты и захлопывают дверь. Он слабо тормошит дверь, но она оказалась закрытой. Внутри была кромешная тьма, и маленьким источником света была небольшая щель от штор. Он не успевает все осмотреть, так как карета резко трогается с места и он падает с сидения. Лошади мчались невообразимой скоростью. Пейзаж за окном стремительно менялся. Но ему казалось, что он сидит там вечность. Когда путь стала более и менее ровной, Кадзуха сел и отодвинул занавеску, осматриваясь вокруг. Они только что оказались на южных землях. Краем глаза он также заметил тех стражей, что едут следом за ним. Картина удручающая. Отодвинув штору, оставив лишь щель, чтоб полоска света падала на пол, он свернулся в клубок на сидении. Он думает о том, что этот темный правитель настоящая мразь и не может поверить, что он фактически находится в клетке, хотя и довольно удобной и роскошной.
Он ненавидит себя и свою жизнь. Невидит эти кошмары, свои особенностей. Его с младенчества боялись, уговаривали мать бросить его, убить, пустить в реку. Все что угодно, лишь бы он не был в живых. Родился в ночь кровавой луны с ангельской белизной, но кровавыми демоническими глазами. Вроде бы демон, но и не ангел. Даже отец после его рождения покончил с собой: был растерзан существами тьмы. Мать утопала в горечи и слезах.
Эту ночь неспроста называют кровавой. В период красной луны рождаются только демоны и только в ночь кровавой луны открываются врата Темной империи. В эту ночь запираются все двери, на улицах не встретишь ни единой души и погибает лишь тот, кто не смог спрятаться.
Никто не знает, почему именно в этот день заклятие сбрасывается и как они добираются так быстро до чужих земель. Через волчьи земли или через море? По утверждениям волков, их территории глухо запечатаны магией ангелов, но и они оказываются под растерзанием.
Кадзуха лежит на сидении, прижав колени к груди. Его уже не волнуют кочки на дороге. Где то позади него остаётся дом и его прошлая жизнь. И где то там плачет мать. Кадзуха закрывает глаза, не собираясь стирать слезу, прокатившийся по щеке. Внутри бушует страх будущего в стенах замка демона, их правителя. Единственное, что он ощущает, это слабый холод на шее, посему тело и вскоре проваливается в беспокойный сон.
Он проснулся от резкой кочки, холода и моральной опустошенности. Несколько минут он пытается сморгнуть пелену с глаз, и придя в себя, он озирается по сторонам. В карете проникновение тумана. Кадзуха отодвигает занавеску: снаружи простирается ужасный туман, вокруг голые деревья и дорога укрыта снегом. Лошади ни на секунду не сбавляли скорость. За кромкой леса можно было увидеть красные огоньки и Каэдэхара, по крайней мере, надеется, что это обычные огоньки. Вскоре они едут вверх по дороге на краю ущелья. Кадзуха кидает взгляд вниз и отшатывается назад: раскрытая бездна окутанная туманом и острыми пиками. Завораживающее зрелище.
За горизонтом видны небольшие лучи солнца. Вопреки слухам, тут рассветы отнюдь не кровавые. Наоборот, они сливаются всеми оттенками розово-бежевого до фиолетово-голубого, и сливается оно с туманом, что выглядит не так уж плохо. Кадзуха смотрел на пейзаж сего с восхищением, укрываясь, откуда то появившимся, пледом. Он в изумлении выдыхает и изо рта появляются облака пара. Он выдыхает еще раз специально. Смотрит, как пар растворяется на воздухе. И он забывает, что находится практически в заложниках.
От голода сводит живот: со вчерашнего утра он не взял в рот ни кусочка еды. Животное громко урчит, и кажется, это слышали его стражи. Один из них появляется перед его взором и кидает маленький мешочек. Его лицо еще не видно из за капюшона и даже утренние лучи не освещают. Кадзуха открывает мешочек и там дикие ягоды, растущие только в землях волков. Он оставляет мешок в стороне: не решается, есть ли то из рук демонов.
Кроме хруста снега и цокота лошадиных копыт, других звуков не было. Была тишина. Словно сопровождающие демоны не больше, чем тени. Он даже не слышал общения между ними.
Густой лес сменяется просторными лугами. И если они уже вышли из леса то они близки к конечной пути. Выглянув из окна, Кадзуха почувствовала горький запах неизвестных ему растений, кроме того очень похожих на полевые цветы. Но рассмотреть их у него не получается.
Он не знает сколько сейчас времени, лишь знает, что наступило утро и когда его терпение заканчивается,карета резко останавливается. Дверь открылась по магии и Кадзуха осторожно выбрался наружу, плотнее укрываясь пледом. Один из стражей отдает ему гранитно-черный плащ, и он впервые услышал голос хоть одного из них.
- Надень. Согреешься, - и его сопровождающий наконец снимает этот капюшон, а перед ним был довольно молодой парень с заплетенными в косички волосами и кончиками окрашенными в бирюзовый цвет. Не скажешь, что он один из демонов. Он был слишком миловидной внешности.
Кадзуха секунду смотрит на плащ и надевает. И правда стало теплее. Медленно осмотревшись по сторонам, он в ужасе отшатнулся назад: от этих лошадей был лишь скелет. Место, где должны были быть глаза - были красные огни.
Они стояли возле огромных металлических ворот. Двое общались с мужчиной, если его можно назвать мужчиной, на башне перебрасывались парой слов и ворота цвета тьмы отварились. За воротами скрылся целый город. Издалека можно построить огромную башню, стоящую на холме. Его крыша сделана из чистого черного алмаза, которые, словно зеркала, отражали розовый рассвет.
Стражи снова встали по бокам сзади его, а спереди шел еще один. Его, как оказалось трое сопровождающих, сняли свои капюшоны и теперь можно было увидеть их лица полностью. Один из них был тот, кто дал ему плащ, с другой стороны также был юноша на виду не младше двадцати пяти. Был он также с бюрозовыми прядями, неровно подстриженными волосами и выглядел не очень дружелюбно. Спереди него шла девушка с ярко-зелеными волосами, собранная в пучок, большего он не заметил.
Они шли вдоль главной улицы по мощеной мелкими камнями дороге. Где то под ногами журчала вода, стекающая по каналу. По улицам города они идут неспеша, поэтому Кэдэдэхара успевает рассмотреть местные достопримечательности. Дворцы Зеленой долины не идут ни в какое сравнение со строительством этого города. Здания тут более изящные, величественные в готическом стиле. При строительстве города явно уделялось большое внимание архитектуре и мелким деталям. Здесь даже маленькие улочки были чисты и вымощены камнями. Каждая улица переплеталась между собой, словно сам творец-паук был строителем. Каждый расступался перед ними и открыто пялились на него. Кадзуха натягивал плащ на голову, как можно плотнее, чтоб не было видно его лица. Здесь были совершенно разные существа: от второсортных демонов до мелких мошек. Некоторые были похожи на людей, а были и с животными чертами. Огромные пасти, острые зубы, вытянутые морды, кровожадно смотрящие глаза. И ему предстоит жить среди них. Одни только мысли населяют страх и желание поскорее умереть. Его спутники не сбавляли шагу и не беспокоились о прохожих. Кадзуха не знает, сколько они так уже идут, кажется вечность. Ноги ужасно ноют от снега, попавшего в его обувь.
- Еще долго идти? - не выдержав, спросил Кадзуха, по очереди смотря на каждого.
Девушка спереди обернулась на него и выдала холодное:
- Скоро.
- Эх, Куки, всегда такая, - тут заговорил тот парень с косичками и посмотрел на него, - Она вся в господина. Не обращай на нее внимания, - и замолк.
Эти слова его ни капли не успокоили, если он пытался это сделать. Они шли еще намного дольше, чем предполагалось. Город уже давно остался позади и было не встретить ни единой души. Вокруг была тишина. Кадзуха смотрел себе под ноги, смотря на удивительную белую землю. Он видел снег впервые. Снег выглядел настолько мягко, воздушно, что он не удержался и наклонился, чтобы сгрести ее в руки. Оно было холодным, и тут растаяло на его ладонях, оставляя одну воду. Кадзуха отряхнул руки от капель и посмотрел вперед. Его глаза открылись в изумлении. Совсем недалеко был виден замок. Он стоял на возвышении в самом сердце столицы. К нему плавно подводят несколько ярусов ступеней и через каждые десять по бокам были установлены какие-то мелкие статуи.
Кадзуха сглатывает слюну. Он смотрит на огромную крепость, по его меркам, больше даже если объединить замки Золотого континента, и не представляет, что это и есть логово самих демонов. За его спиной он чувствует, что появился кто-то и этот кто-то опустил руки на его плечи и с усмешкой шепнул на ухо:
- Добро пожаловать в твой новый дом, Кадзуха.