Work Text:
Уже не утренний воздух Ханчжоу привычно пах бензином, пережаренным рисом, сладкими духами и человеческой глупостью.
Вэй Чэнь скрючил один глаз, потом второй, потом рассеянно похлопал по карманам в поисках темных очков, нашел их и с триумфальным выдохом водрузил на нос. Стало полегче, хотя солнце сандалило прямо в лоб так, что его хотелось запретить. Или хотя бы проклясть.
Выполз из своей во всех смыслах холостяцкой берлоги (особенно по уровню бардака, и пусть Е Сю не зубоскалит — у него в логове еще хуже) Вэй Чэнь только после полудня, как, впрочем, обычно и происходило. Ночью колдовать и медитировать получалось гораздо лучше, чем спать. Вообще он бы лучше остался в окружении своих талисманов, книг и кальянов, но угораздило же его назначить встречу с новым клиентом именно сегодня! Так что придется довольствоваться сигаретами.
Вэй Чэнь снова зашарил по карманам, но вместо початой пачки ему под руку попался мобильный телефон, который, словно в ответ на прикосновение, задребезжал входящим вызовом. В какофонию машинных гудков и шума голосов нежно вплелись ноты знакомой с очень давних пор классической мелодии «Высокие горы и бегущая вода». Конечно, примитивный рингтон искажал ее почти до неузнаваемости и с имитацией гуциня справлялся отвратно, но Вэй Чэню все равно каждый раз было приятно слышать хотя бы такие отголоски о доме и прошедших временах. Да у него даже слезы на глазах выступили от умиления — хотя, конечно, скорее от солнца, пробивавшего даже сквозь очки.
Вэй Чэнь вздохнул и наконец выудил из кармана телефон. Перемотанная синей изолентой старенькая ракладушка раскрылась со скрипом, и кнопка «Принять вызов» отреагировала не сразу, но все-таки сработала.
Многая нечисть так и не научилась идти в ногу со временем и техническим прогрессом и не освоила даже такую простую и полезную вещь, как мобильные телефоны. Вэй Чэнь очень любил подстебывать Е Сю за то, что в присутствии последнего все устройства сложнее калькулятора начинали безнадежно глючить и барахлить, а звонить он мог только по почти антикварному проводному телефону с дисковым набором, который специально ради него установили в «Счастье». Сам Вэй Чэнь с трудом, но все же освоил кнопочный мобильный телефон, усилил его десятком древних проклятий и очень собой гордился.
Правда, в такие моменты, как сейчас, он начинал думать, что можно было бы обойтись и без телефона…
— Где ты шляешься опять?! — раздался в трубке грозный и громкий женский голос. — Почему так долго не отвечаешь?
Вэй Чэнь поборол малодушное желание отодвинуть трубку подальше от уха и ответил:
— Ну моя дорогая леди-босс, что за вопросы! Конечно же я весь поглощен работой и вот прямо сейчас спешу на встречу с многообещающим клиентом!
К сожалению, в основном ему звонила только Чэнь Го и обычно для того, чтобы поругаться.
Она громко хмыкнула, пошуршала какими-то бумагами и привычно проворчала:
— Сколько раз я уже говорила, что это неэкономно и неудобно — содержать одновременно два места! Плюс путаница в бумагах и налоговой отчетности. Нам всем вполне хватило бы одного офиса!
Вэй Чэнь благоразумно промолчал о том, что сам в налоговую никакую отчетность не сдает и никогда не сдавал и вообще баром своим владел не очень чтобы легально. Вместо этого негромко кашлянул и попытался успокоить:
— Ну ты же сама знаешь — ко мне в бар приходят с заказами всякие мутные и не всегда честные личности, которым не место в твоей светлой и уютной чайной. А там вы с малышкой Тан и Мучэн…
— На что это ты намекаешь?! — мгновенно взвилась Чэнь Го, и он буквально воочию увидел, как сверкают праведным гневом ее темные глаза. — Что мы девчонки, поэтому не сможем за себя постоять?!
— Упаси меня Четыре бога! — тут же поспешно открестился от такой глупости Вэй Чэнь. — Нет, конечно! Я всего лишь имел в виду, что вам ведь эстетически неприятны всякие сомнительные типы… Лучше я сам отважно спасу от них ваши прекрасные взоры!
«И заработаю побольше денег в свой личный карман», — добавил он мысленно.
Чэнь Го снова громко хмыкнула, потом вздохнула и пожаловалась:
— Все наши последние клиенты — сплошь мирные не-люди, в основном пенсионного возраста, которым нужно помочь оформить документы на госсайтах, найти информацию «в компьютере» и прочее такое, чем могут заняться обычные сотрудники почты или любого банка! Но нет, они идут к нам в «Счастье», отнимают кучу времени на лишние разговоры, постоянно о чем-то ворчат и говорят, что идти на почту не хотят, потому что у нас уютнее и отношение к ним лучше… И что я им на это должна отвечать?! Так еще и денег с них много за такие услуги не возьмешь! Времени куча уходит, а в результате…
Она часто так ворчала, но по голосу каждый раз чувствовалось, что на самом деле она довольна и рада помочь.
Заключенный несколько веков назад Договор формально уравнял нечисть с людьми в социальных правах, но, конечно, от повседневной бытовой дискриминации не защитил.
— Ну, ты всегда можешь посадить работать с ними старину Е, если поймаешь. Уверен, клиенты после такого быстро закончатся!
— Да прекрати ты глупости говорить! — возмутилась Чэнь Го, но как-то не очень убедительно. Наверное, тоже в красках представила себе такую сцену. — И вообще, обедать уже пора, а ты небось до сих пор не завтракал. Поешь! И не сигареты с кофе, а что-то нормальное! Хотя бы лапшу или рис себе купи!
— Хорошо-хорошо, как прикажешь, слушаю и повинуюсь, — покорно ответил Вэй Чэнь и даже отвесил театральный поклон, хотя его не видел никто, кроме случайных прохожих, которые опасливо расступились. Плебеи.
Чэнь Го в ответ шумно фыркнула, так, что он почти ощутил ее выдох у себя в ухе:
— Джинн из тебя получился бы так себе.
— Ну откуда ты знаешь, может, я и есть джинн? — не удержался от давней шутки Вэй Чэнь и свернул в знакомый темный переулок.
Яркое солнце, к счастью, скрылось за высокими сырыми стенами домов, только виднелось теперь далекой точкой света в конце туннеля, но он свернул еще раз, чтобы попасть в чуть менее сырую подворотню. Асфальт под ногами был расписан защитными рунами, которые отозвались на появление хозяина приветливым гулом.
То, как Чэнь Го на том конце метафорического провода закатила глаза, он буквально услышал:
— Ладно, некогда мне больше с тобой время тратить. Поесть не забудь! И перезвони после встречи!
И, не дожидаясь ответа, отключилась.
Вэй Чэнь пожал плечами, снял очки и шагнул к высокой черной двери, обитой полосами из холодного железа, призванного отгонять особо агрессивную неразумную нечисть. Навесного замка не было — похоже, остальные пришли на работу раньше него, бездельники.
Вывеска с рукой скелета, сжимавшей хрустальный бокал, и каллиграфической надписью «Рука смерти» (лаконично и поэтично, идеально в его вкусе) дружелюбно покачивалась на ветру, и даже натужный скрип казался родным. Вэй Чэнь привычно полюбовался ею полминуты и наконец толкнул тяжелую дверь.
Бар встретил его уютным полумраком, приветливо развешенными по стенам черепами животных и едким запахом спирта с формалином. Свисавшие с потолка черные рваные занавеси элегантно колыхались на сквозняке, а пузатые бутылки на полках призывно мерцали разноцветными жидкостями. Правда, было на удивление тихо…
А потом Вэй Чэнь наконец заметил подозрительный посторонний элемент.
Первым в поле его зрения попал школьный рюкзак с аляповато нарисованными персонажами какого-то мультика, такой огромный, что в него бы поместился сам Вэй Чэнь. Ну, в одной из своих форм. Рюкзак сидел на высоком табурете у барной стойки, а на соседнем табурете ерзал и болтал ногами мелкий взъерошенный пацан в голубой толстовке.
Вэй Чэнь чуть было не решил, что вошел в какую-то не ту дверь.
Многая нечисть очеловечилась, за долгие годы сменила свою суть, так что иногда опознать в ней собственно «нечисть» с первого взгляда было почти невозможно. По правде говоря, сам Вэй Чэнь последние годы тоже подозревал в себе это самое. Очеловечивание. Да и с Е Сю явно происходило что-то подобное, хотя ему было проще, учитывая, кем именно он был…
Но этот внезапный ребенок казался стопроцентным человеком, вот просто концентрированным, и по ауре, и по крови. Но в то же время витало вокруг него что-то очень потустороннее и неуловимо знакомое. То ли след чьего-то прикосновения, то ли запах, то ли остатки заклятья.
Вэй Чэня посетила благоразумная мысль выйти и закрыть дверь с той стороны, просто на всякий случай, но он героически воздержался, вместо этого широко расправил плечи — в конце концов, он тут хозяин! — и опасливо приблизился к стойке.
Пацан заметил его, тут же воспрянул и воодушевленно помахал ладонью:
— О, тут все-таки кто-то есть… Деда, привет! Меня Ханьвэнь зовут!
Вэй Чэня мгновенно прошибло непрошеным воспоминанием на десяток лет назад, о другом похожем пацане, почти таком же мелком и с такими же огромными честными глазами. Он невольно содрогнулся и решил пока проигнорировать грубое фамильярное (и совершенно ему не подходящее) обращение, прошел за стойку, чтобы создать хоть какой-то барьер между собой и потенциальной угрозой, и ворчливо уточнил:
— Мальчик, ты чей и что здесь делаешь?
Мысленно он отметил, что фамилию свою пацан не назвал — видимо, в его мозгу все-таки теплились какие-то крохи учений о том, что опасно говорить свое полное имя некоторым видам нечисти. Да и некоторым людям тоже, если уж на то пошло.
— Мой дядя приехал сюда в «командировку», — объявил пацан, прямо-таки выделив голосом кавычки в последнем слове. — И вообще-то за мной должен был присматривать другой дядя, но в последний момент он сбежал и скинул меня этому дяде. Так что я напросился приехать сюда с ним, потому что слышал, что среди местных знакомых дяди есть самая настоящая фея! Но когда мы добрались — выяснилось, что фея еще утренним рейсом улетела к родственникам в Пекин! Представляешь?! Кстати, а зачем феям летать на самолетах? У них же крылья!
«Повезло этой неведомой фее, какая напасть ее миновала», — подумал Вэй Чэнь почти с сочувствием, прежде всего к самому себе, и громко фыркнул:
— Давай я наколдую тебе такие же слюдяные крылья и спихну с крыши небоскреба, и посмотрим, как ты сам полетишь?
— Давай! — с искренним восторгом выдохнул пацан, совершенно проигнорировав сарказм.
Вэй Чэнь удивленно посмотрел на него и смутно ощутил в правом виске призрак подступающей головной боли.
Кажется, не стоило вообще выходить сегодня на улицу, правильно звезды накануне предрекали неприятности…
— Ладно, проехали. Вообще, я хотел знать, что ты делаешь здесь, в смысле, в моем баре. Куда тебе вообще-то явно нельзя, потому что ты еще мелкий. А не спрашивал всю твою жизненную историю.
Пацан устроился на табурете поудобнее, словно у себя дома, поставил локти на стойку, чуть не попав рукавом в липкое пятно, и кивнул:
— А! Ну я увидел на улице фигуру с крыльями и решил на всякий случай за ней проследить! Вдруг это была фея?! Деда, а ты когда-нибудь видел настоящих фей?
Очевидно, неведомый крылатый абориген, кем бы он на самом деле ни был, заметил «хвост» и благоразумно решил его стряхнуть где-нибудь в темной подворотне. Кто ж мог предположить, что в этой подворотне окажется бар Вэй Чэня, так неудачно открытый и пустой.
Определенно, не самое благополучное начало дня. С детьми Вэй Чэнь общался редко и как себя с ними правильно вести — представлял с трудом. Сюда бы малышку Тан или Мучэн, или хотя бы Ань Вэньи, вот у них это неплохо получалось… Но только не Чэнь Го, она, кажется, считала детей страшным стихийным бедствием, как и сам Вэй Чэнь. Приятно осознавать, что у тебя с твоим боссом столько общего! Вот только в решении данной конкретной проблемы это не помогало.
Он кашлянул и попытался принять более строгий вид:
— Во-первых, крылатые бывают не только феи, так что с чего ты решил, что это была именно она? Какое удручающее невежество. А во-вторых, я тебе не дед, так что зови меня господин Вэй, непочтительный ты ребенок.
— Но фей ты видел?! — переспросил пацан с горящими глазами, словно его заклинило.
— Видел, видел, я всех видел, — проворчал Вэй Чэнь, отмахиваясь. — Но все равно не понимаю, откуда ты такой взялся на мою голову вообще?!
Пацан снова поерзал, переплел пальцы важным жестом, который явно у кого-то позаимствовал, и обстоятельно приступил:
— Ну, началось все с того, что сначала мой папа встретил мою маму…
Вэй Чэнь возвел очи горе и громко, протяжно застонал, почти заблеял, но заглушить звонкий детский голос не сумел.
— …а потом они встретили мою вторую маму, и в итоге через какое-то время получился я!
— В смысле — вторую маму?.. — озадаченно переспросил Вэй Чэнь, против воли заинтересовавшись.
— А потом, когда я был совсем маленьким, они попали в автокатастрофу и все умерли! — жизнерадостно подытожил пацан.
Вэй Чэнь от неожиданности чуть не выронил кувшин кофеварки, слишком уж резко контрастировали веселый голос и совсем не веселая информация.
— А?.. Погоди…
Но, как выяснилось, на этом история не завершилась — более того, это было только самое ее начало, потому что непрошеный болтливый гость продолжил радостно тараторить:
— Поэтому меня взяла на воспитание двоюродная бабушка со своими обоими мужьями, и они теперь формально мои приемные родители, а их сын ненамного старше меня, поэтому я, конечно, зову его дядей, но на самом деле он мне скорее как старший брат… А потом я случайно встретил своего второго дядю, который тоже не так уж старше меня, только сначала мы не знали, что мы родственники, но это неожиданно выяснилось во время одного кровавого ритуала! Оказалось, что у моего папы был младший брат от второй жены дедушки, и у этого брата фамилия дедушки, а мой папа поменял имя и взял фамилию своей мамы, первой жены дедушки, то есть моей бабушки, так что фамилии у нас со вторым дядей в итоге разные, поэтому мы не могли узнать, что мы родственники! Но кровавый ритуал подвернулся очень кстати!
— С ними это иногда бывает… с ритуалами, особенно с кровавыми… — слабым голосом поддержал Вэй Чэнь, все-таки сумев запустить кофеварку, и ее бодрое жужжание наконец заглушило детский голос.
Он окончательно запутался в семейных отношениях пацана и не то чтобы сильно хотел распутываться и в них разбираться… вернее, вообще не хотел! Но если у него было трое родителей… и теперь трое приемных родителей… высок шанс, что все эти родичи — хульдры, несмотря на откровенно человеческую кровь самого пацана. Только они так старательно сохранили с прежних времен и так строго блюли до сих пор традицию триад…
В памяти против воли мелькнуло привычно бесстрастное, но все равно бесконечно разочарованное и осуждающее лицо, и холодные голубые глаза на этом самом лице, которые всегда смотрели так пристально, словно в самую суть вещей и в самую суть Вэй Чэня, со всеми его множественными слабостями и недостатками…
Нет. Стоп. Хватит. Он же запретил себе об этом вспоминать и думать! Вэй Чэнь торопливо плеснул кофе в кружку, чуть не облившись, и глубоко вдохнул. После чего с подозрением прищурился и спросил:
— Ты всем незнакомцам так подробно всю историю своей семьи излагаешь?
Пацан с явной завистью покосился на его кружку и пожал плечами:
— Но ты же уже не незнакомец!
— Ты всем при первом знакомстве так подробно всю историю своей семьи излагаешь? — поправился Вэй Чэнь и чуть не сделал глоток, но вовремя сообразил, что кофе еще слишком горячий.
Кофеварка мстительно плюнула ему на рукав каплей кипятка и притихла, словно разочарованная, что план атаки не удался.
— Всем, кто слушает! — радостно подтвердил пацан.
Вэй Чэнь демонстративно вздохнул:
— Я так и знал, что совершил какую-то ошибку в самом начале…
Пацан довольно рассмеялся:
— Да не, я пошутил. Я не всем это рассказываю. На самом деле, я просто сразу почувствовал между нами особую связь! Можно сказать, духовное родство! Так что ты особенный!
В огромных и честных глазах плясали откровенные черти.
Вэй Чэнь посмотрел на него с сомнением и на всякий случай отодвинулся подальше:
— Ну спасибо. Младенцы мне такого еще не говорили.
Нет, ну в свое время еще один такой же почти-младенец тоже тараторил какой-то похожий бред, когда Вэй Чэнь великодушно вытащил его в лесу из-под целой стаи гоблинов, с которой тот в одиночку мог бы и не справиться…
Вэй Чэнь встряхнулся, отгоняя еще одно непрошеное воспоминание, и продолжил с подозрением:
— Мелочь, тебе сколько лет вообще? Десять?
— Мне шестнадцать! — тут же с праведным возмущением вскинулся пацан, с таким видом, словно его оскорбили в лучших чувствах. Потом слегка смутился и поковырял пальцем столешницу. — Ну… почти! Через несколько месяцев исполнится! Меня уже взяли стажером в полицейский участок!
Вэй Чэнь замер, потом осторожно отставил кружку в сторону.
Только очень определенные, можно сказать, избранные участки принимали на службу сотрудников так рано, в силу рабочей необходимости и дефицита этих самых сотрудников, обладающих особыми навыками.
Да ну нет, не может быть, просто совпадение.
Пока он сражался с очередным мысленным кризисом, пацан успел по-гусиному вытянуть шею, пытаясь разглядеть на стене за барной стойкой книжные полки, на которых древние тома и фолианты чередовались с не менее древними (и, честно говоря, такими же пыльными) бутылками, и восхищенно присвистнул:
— Такая крутая коллекция! Даже у нашего капитана меньше!
Вэй Чэнь против воли приосанился. Библиотека у него тут и правда была во всех смыслах выдающаяся, и содержала в том числе его собственные произведения. Даже исключительную редкость — анонимно и подпольно изданное в прошлом веке пособие «Аватары Четырех богов», за которое его в то время как дерзкого еретика едва не прижучил Альянс, но, к счастью, не поймал. А может, передумал, когда внимательно прочитал и понял, что это просто сборник баек и небылиц, призванных запутать правду еще больше.
Последнюю пару лет Вэй Чэнь вдобавок к работе с частными клиентами писал и продавал сборники древних забытых заклинаний. Особенно много таких томов в прошлом году приобрела закрытая секта заклинателей «Самсара», которая в Шанхае выполняла функции особого полицейского участка, так что Вэй Чэнь выручил за эту сделку несколько миллионов, хватило, чтобы оборудовать и чайную Чэнь Го, и бар.
Пацан приподнялся, чтобы рассмотреть получше, и воодушевленно выдохнул:
— А бестиарии есть? А можно почитать?!
Вэй Чэнь встряхнулся и категорически отказал:
— Нет и нет. Вот еще, буду я свои книги давать каким-то посторонним надоедливым соплякам! Тем более ценнейшие бестиарии! Которых у меня нет!
Пацан почему-то совсем не впечатлился его сурово нахмуренными бровями и уточнил:
— А про фей что-нибудь есть?
— Каких еще фей?! — сокрушенно всплеснул руками Вэй Чэнь.
Что это за подозрительная гиперфиксация вообще?!
Огромные глаза напротив тут же жадно сверкнули:
— А какие есть?
Вэй Чэнь сбился и озадаченно моргнул:
— В смысле? Феи-то? Да обычные только и есть, каких ты еще хочешь! Волшебных цветочных дюймовочек из сказок?
— Значит, книги про обычных фей у тебя есть?! — упрямо вцепился пацан, как баргест в кость покойника.
Вэй Чэнь от раздражения едва не смахнул свою кружку на пол, наконец сделал большой глоток — к счастью, кофе уже не обжигал — и веско припечатал:
— Да нет у меня никаких книг про фей, ни про обычных, ни про еще каких-то! Что ты вообще прицепился ко мне с этими феями?!
Пацан сел обратно и невозмутимо объявил:
— А я ко всем с ними цепляюсь.
Оставалось только порадоваться, что поработать к себе в бар Вэй Чэнь из «Счастья» пригласил не Ифаня. Такой скромный застенчивый парень встречи с подобным фее-фанатиком мог бы и не перенести. А отвечать потом Вэй Чэню! Он бы, конечно, как-нибудь выкрутился, но осуждающе смотреть Чэнь Го умела не хуже Ичуня, а еще в отличие от Ичуня умела громко кричать и совершенно не стеснялась это делать…
Так. Не думать про Ичуня. Вэй Чэнь же так хорошо справлялся с этой задачей последнюю пару лет, откуда оно вдруг опять полезло?
Чуть слезы от досады на глазах не выступили — а может, это просто книжная пыль на веки попала. Да, именно так, определенно.
Пацан тем временем снова проводил его кружку завистливым взглядом и почти проныл:
— Я тоже пить хочу!
— А деньги?
Пацан на удивление безропотно покопался в кармане толстовки и шлепнул на стойку несколько мятых купюр, явно позаимствовав еще один крутой жест из какого-то фильма. Сумма была небольшой, но достаточной, так что Вэй Чэнь вздохнул и пошарил под стойкой в поисках чего-нибудь безалкогольного. Ну должно же что-то быть? Хоть газировка? А, и нет, настойка белладонны и другие ядовитые заготовки Ло Цзи не подойдут, это для особых клиентов, прежде всего совершеннолетних и способных такое переварить. «Рука смерти» последнее время славилась своей картой эксклюзивных алхимических коктейлей, так что сманить на работу студента-химика с интересом к магии было отличной идеей, но сиюминутную проблему Вэй Чэня это не решало. Может, минералка осталась? О, пакет молока! С каких пор у них есть молоко? Булочка притащил, что ли? Вэй Чэнь покосился на мультяшную клубничину на пакете, с подозрением понюхал и все же водрузил находку на стойку вместе с чистым стаканом, одновременно ловким жестом сметая купюры себе в рукав.
— Вуаля! Пей и выметайся!
— Но я тоже кофе хотел… — пробубнил пацан, выразительно надув губы.
— Пей, что дают, а то отберу, — флегматично пригрозил Вэй Чэнь.
Огромные глаза обиженно покосились на него из-под пушистой челки, по пакет молока тут же пропал со стойки, словно по волшебству.
— Ты прям как мой глупый бесполезный ученик, — вздохнул Вэй Чэнь и содрогнулся от одной только мысли. — И вообще, у меня сейчас встреча с клиентом. Богатым! В смысле, важным! Я иду на задание, и ты тут будешь только мешать, так что кыш отсюда!
— Не буду!
— В смысле?
— Мешать не буду! Я помочь могу, я опытный! Особенно в этих делах!
— В каких — в этих? — с подозрением уточнил Вэй Чэнь, в очередной раз предчувствуя неладное.
Пацан огляделся по сторонам, уделив особое внимание черепам на стенах, ловцам снов над вентиляцией и стеклянным глазам, свисавшим с лопастей вентилятора, наклонился поближе и заговорщицки шепнул (так громко и театрально, что наверняка было слышно в другом углу зала), подмигнув обоими глазами сразу:
— В экзорцистских!
Вэй Чэнь от потрясения и возмущения второй раз едва не выронил кружку:
— Ты думаешь, что я экзорцист?!
— Ну или шарлатан, — беспечно пожал плечами пацан. — Разница не такая уж большая! Но я уже целых два раза ходил вместе с отрядом на захват хулиганских группировок нечисти! Один раз на целую банду цзяго, и потом еще в метро дяосюэгуев ловили! Наши экзорцисты так ловко барьеры накладывают, что ни одна нечисть не проскочит!
Детская логика была так прочна и неоспорима, что Вэй Чэнь посмотрел на это ясноглазое создание повнимательнее и как-то расхотел спорить. Себе дороже выйдет.
Но вообще он нянькой не нанимался! И ему за это никто не платит! И более того, в полиции он тоже уже несколько лет официально не работает, чтобы за всякими чужими детьми присматривать! Или, если уж на то пошло, за своими. Интересно, куда опять подевался Булочка? Неужели снова утащил Ло Цзи в торговый центр к игровым автоматам? Ло Цзи, правда, как серьезный студент и ответственный работник, на такую ерунду свое ценное время обычно не тратил, но с Булочкой спорить еще сложнее, чем с этим мелким непрошеным гостем.
Эх, вот так и бери у этого хитрого гуся Е Сю сотрудников в аренду — и хлопот не оберешься, и сам гол и нищ останешься! Что это за вышибала и бармен, которые не просто бросили свой пост посреди рабочего дня (и неважно, что тут обычно до вечера посетителей не бывает), так еще и дверь за собой запереть забыли?!
Однако главная проблема была в том, что оставлять пацана в баре одного нельзя, но и выгонять малолетку на улицу без присмотра тоже плохо, район этот не самый благополучный, еще повезло, что он сюда каким-то чудом без лишних приключений добрался.
Колебания Вэя Чэня разрешили защитные руны в переулке, которые ровно в этот момент послали сигнал о приближении клиента.
Быстрый поиск в хламе под барной стойкой выявил слегка пыльную, но вроде не рваную запасную мантию. Вэй Чэнь хорошенько ее встряхнул и кинул пацану со словами:
— Одевайся, только быстро!
После чего извлек из шкафа свою собственную черную бархатную мантию, накинул на плечи и аккуратно приладил сверху серебряный монашеский воротничок, который какое-то время назад тайно стащил у Ань Вэньи. А чего, у него их много, каждый сезон новый выдают, так что не обеднеет!
— Ладно, я буду адептом ордена Черной черепахи и мастером фэншуй, а ты — моим ассистентом. Только молчок! Говорить буду я! А ты не снимай капюшон и не вякай — еще не хватало, чтобы мне штраф выписали за использование детского труда…
— Но ты же на самом деле не адепт? — недоверчиво перебил его пацан, путаясь в рукавах мантии.
— Нет, конечно, что я, спятил, что ли?! В орден добровольно соваться, да еще такой занудный и педантичный… — проворчал себе под нос Вэй Чэнь, расправляя завязки.
— Деда, а ты знаешь, что врать нехорошо? — поинтересовался пацан — без осуждения, скорее, с удивлением и интересом.
— Кто тебе сказал такую глупость?! Врать очень даже хорошо, а порой просто необходимо и чрезвычайно полезно! Честностью сыт не будешь!
На всякий случай Вэй Чэнь даже веско погрозил пальцем, потом привычно наклеил себе на грудь несколько желтых бумажных талисманов, немного подумал и шлепнул парочку таких же на спину пацану. Привесил на пояс ритуальный меч из красного дерева, проверил карманы, потом сложил руки на груди, пряча запястья в широких рукавах мантии, и замер в торжественной позе. Краем глаза он успел заметить, как пацан неуклюже его скопировал, а потом входная дверь с негромким скрипом приоткрылась, и в бар опасливо заглянул незнакомый человек.
— Господин Ли! — тут же возвестил Вэй Чэнь своим максимально дружелюбным голосом. — Проходите-проходите, добро пожаловать в мою скромную обитель! Меня зовут Мастер Вэй, а это мой опытный и способный ассистент. Я уже подготовил договор, так что осталось только все подписать, внести задаток, и мы можем отправляться.
Несмотря на свое более-менее успешное сосуществование с техникой, электронным деньгам он не доверял, предпочитал по старинке бумажные, раз уж золотые и серебряные вышли из оборота.
Господин Ли вполне соответствовал своему голосу и оказался примерно таким, как Вэй Чэнь его и представлял после телефонного разговора: низеньким, полноватым, средних лет, в очках и дорогом, но поношенном костюме, с сияющей лысой макушкой посреди редких напомаженных волос. Он был хозяином небольшой частной фабрики по производству консервированных крабов, на которой с недавних пор начали твориться необъяснимые обычной человеческой логикой события. Работники жаловались на странные звуки, скрежет, видения и пропажу товара. Разумеется, господина Ли в первую очередь беспокоила именно указанная пропажа товара, а не звуки с видениями. Но он все равно решил во всем разобраться и дойти до сути проблемы лично, что весьма похвально для бизнесмена.
Они довольно быстро уладили все формальности, Вэй Чэнь заботливо спрятал свою копию договора вместе с пачками свеженьких ароматных юаней в сейф, кивая в ответ на слова клиента, которые, разумеется, очень внимательно слушал.
— Как я вам рассказывал по телефону, — в очередной раз вздохнул господин Ли, осторожно промокая лысину белоснежным носовым платком, — последние две недели на фабрике стало совершенно невозможно вести производство! Рабочие жалуются на проблемы с водопроводом и канализацией, операторы конвейеров не могут отыскать, в чем причины поломок. И эти постоянные вспышки странного зеленого света под крышей склада и якобы звериный рык, который слышат люди по вечерам… Я думал обратиться в официальные инстанции, но в обычной городской полиции мне сказали, что такие дела не по их профилю, а в спецотделе «Великолепной эры» мое заявление приняли — и, кажется, потеряли, судя по полному отсутствию ответа. А я так не привык, мне нужно работать, у меня стоит производство! Время — деньги!
Вэй Чэнь сухо хмыкнул себе под нос — в полной некомпетентности «Эры» никто давно не сомневался, — потом прочистил горло, скрестил руки на груди и важно кивнул:
— Злой дух. Определенно. Разумеется, я должен еще раз убедиться на местности, но все признаки указывают именно на то, что какой-то темный призрак вернулся за местью.
Кажется, пацан, который тихо стоял возле барной стойки, послушно укутавшись в мантию с головой, хотел что-то сказать, но благоразумно передумал. Рюкзак под мантией смотрелся, как горб, но оставлять на виду такое потертое и раскрашенное мультяшными персонажами безобразие было бы несолидно. Так что пусть клиент думает, что Вэй Чэнь от широты душевной предлагает работу в своем баре, в смысле, агентстве, даже таким сирым и убогим!
Господин Ли испуганно заморгал:
— Но это совершенно новое здание, его построили всего два года назад, раньше там был лес! И никто там не умирал, я специально наводил справки, и на фабрике у меня тоже не было ни единого несчастного случая, даже никаких травм! Ну… серьезных.
— Темные призраки на то и темные, что они скитаются в вечной темноте и не ведают, где именно место их гибели и кому точно они должны мстить, — поучительно объявил Вэй Чэнь.
Господин Ли еще раз промокнул лысину и сокрушенно вздохнул:
— Ну хорошо, как скажете, я во всем полагаюсь на ваш профессионализм… А это ничего, что мы идем днем? Это не помешает? Все странные вещи на фабрике обычно происходят после заката… Ну, кроме проблем с водопроводом.
Похоже, рабочий день на производстве у этого заботливого бизнесмена был не до пяти часов вечера, а значительно дольше.
— Это чтобы вам было спокойнее, — щедро признал Вэй Чэнь. — Днем призраки обычно не так агрессивны, моему же мастерству дневной свет не помеха.
И в этом он даже не врал: с его опытом какое-то там солнце — совсем не проблема, когда нужно нагнать мрачную и мистическую атмосферу. Просто вечером он планировал посмотреть по телевизору повтор своего любимого исторического сериала, поэтому и назначил встречу клиенту пораньше.
Успокоив господина Ли, Вэй Чэнь предложил ему следовать на выход первым, а сам задержался, чтобы достать из ящика навесной замок. Свое имущество надо блюсти в сохранности! А эта парочка с игровыми автоматами пусть потом под запертой дверью сидит.
Пацан поравнялся с ним и прошептал, к счастью, не так громко, как в прошлый раз:
— Но призраков же не существует?
— Тсс! — все равно на всякий случай цыкнул на него Вэй Чэнь. — Конечно не существует, но зачем об этом знать клиенту?! Он платит не за знание, а за спокойствие и уверенность, что все призраки были изгнаны!
— Ааа… — задумчиво протянул пацан, словно правда проникся этой мудрой мыслью, потом поправил капюшон и доверительно сообщил: — Деда… Он только делает вид, что спокойный. А на самом деле очень сильно нервничает и чего-то боится.
— Да? — скептически нахмурился Вэй Чэнь, глядя в спину господину Ли. — Непохоже что-то, что прям боится…
— Но я хорошо умею такое замечать и чувствовать! — пацан только что ногой от возмущения не топнул. — И от него прям эманации такие, тревожные!
Вэй Чэнь покосился на него с подозрением:
— Ты что, эмпатией от своей родни заразился, что ли?
В конце концов, помимо интересных семейных связей хульдры славились прежде всего тем, что умели в буквальном смысле чувствовать эмоции окружающих.
Черный капюшон удивленно качнулся, показав острый нос:
— А так можно было?
— Мне-то откуда знать?! — раздраженно прошипел Вэй Чэнь, устав уже от этих постоянных вопросов. — Чего ты все у меня всякое спрашиваешь вообще? Я тебе не наставник!
Пацан имел наглость разочарованно вздохнуть. Пришлось буквально выпихивать его на улицу, чтобы запереть дверь. Когда они оказались так близко друг к другу, Вэй Чэнь снова ощутил на пацане подозрительный след не просто знакомой энергии, а почти своей собственной, но по-прежнему не мог понять, откуда и что именно это было.
Это сбивало с толку и вызывало всякие смутные подозрения.
К счастью, на фабрику они доехали быстро и с кондиционером, на личной машине господина Ли, причем с водителем. Всегда приятно иметь дело с обеспеченными людьми! А то шастать в мантии по метро, да еще и в час-пик, — удовольствие так себе, постоянно кто-то норовит то на подол наступить, то выругаться вслед. Остается только сыпать в ответ мелкими проклятьями и сглазом, а это дело довольно утомительное.
Сама фабрика располагалась в пригороде в излучине реки и представляла собой небольшое трехэтажное здание за колючей проволокой. Вэй Чэнь вылез из машины, выпрямился и осмотрелся с важным видом.
Никаких следов магии или подозрительной энергии в воздухе вокруг не ощущалось, чего и следовало ожидать.
К нему подошел пацан — запасная мантия была для него слишком длинной, поэтому он шагал осторожно и медленно, отчего походка выходила важной и неторопливой.
Кажется, раньше эта мантия принадлежала его надоедливому бесполезному ученику — Вэй Чэнь хорошо помнил этот клочковатый разрыв от укуса маогуя на правом рукаве. Как странно, вообще он был уверен, что давно выбросил эту никому не нужную тряпку…
В своем собственном бархатном одеянии Вэй Чэню было жарко и душно под яркими лучами солнца, но высокое искусство требует жертв и подвигов. Желательно, конечно, чтобы жертвой становился не Вэй Чэнь, а кто-нибудь другой, но иногда выбирать не приходилось
Хуже было то, что чесались рога, даром что в этом облике их было даже не видно. Спрессованные в абстрактном подпространстве, они просились на волю и противно зудели. На самом деле, Вэй Чэнь давно привык к такому ощущению, но иногда оно становилось особенно неприятным, как правило в те дни, когда он много нервничал и много думал. Обычно о чем-нибудь, о чем ему лучше не думать.
Господин Ли тоже поравнялся с ними, негромко кашлянул и полувопросительно произнес:
— Ваш ассистент какой-то… не очень высокий.
— А это просто он ест мало! Понимаете, такая тяжелая финансовая ситуация сложилась в нашей сфере деятельности, мы вынуждены тратить почти весь свой заработок на орудия мастерства, средств на иные нужды почти не остается, — вдохновенно понес Вэй Чэнь, все больше распаляясь с каждым словом. — Коллеги из других городов давно говорят мне — поднимай цены, ты же работаешь себе в убыток, поднимай! Но как я могу решиться на такой шаг, когда мои уважаемые клиенты — тоже люди со своими трудностями и тоже вынуждены из всех сил выживать в нашем несправедливом мире? Нет, я не имею права так их подвести, ведь они надеются на мою помощь! Поэтому это истинное счастье — встретить такого щедрого и понимающего человека, как вы, господин Ли, человека, который осознает, что такое настоящее мастерство!
— Да ну ладно вам, бросьте… — смущенно покраснел тот, пряча довольную улыбку.
Вот так. Немного лести — и никакого мошенничества! И так к любому клиенту можно найти подход!
Пацан воодушевленно закивал, словно поддерживая монолог Вэй Чэня, и плавными взмахами рукавов показал, чтобы клиент следовал дальше первым и показывал дорогу.
От ворот до здания фабрики пришлось идти минут пять, и по-прежнему ни на земле, ни на стенах, ни в воздухе не было заметно ничего подозрительного. Более того, по законам фэншуя все было построено и организовано настолько чисто и грамотно, что Вэй Чэня начали терзать смутные сомнения: а не связаны ли все мистические проблемы фабрики с плохим водопроводом, изношенной проводкой и вороватыми сотрудниками, которые под шумок «сверхъестественного» решили стащить себе пару ящиков с консервами как сверхурочные? Нет, так-то это тоже не беда, Вэй Чэню по силам устроить полноценное магическое представление даже без зловредной нечисти и заявить, что он изгнал нечто великое и ужасное. Но вот воришек все-таки должна ловить полиция, а не мастера по избавлению от злых духов. Или не ловить, если парни просто забрали честно наработанное и недоплаченное.
Всех сотрудников заранее сняли с рабочих мест и согнали в столовую, чтобы они не мешали «великому мастеру». Вэй Чэнь, как и положено великому мастеру, сначала с важным видом осмотрел остановленные конвейеры, в устройстве которых ничего не понимал, и огромный чан, в котором варились будущие консервы. Воздух пронизывал сладковато-соленый концентрированный аромат крабов, и Вэй Чэнь под урчание собственного живота с досадой вспомнил, что так ничего и не съел с самого утра. И даже не покурил нормально! Руки начали мелко подрагивать от нехватки никотина, и он негромко выругался себе под нос, потому что забыл свою церемониальную курительную трубку, которая прекрасно подходила к образу мастера фэншуй, в отличие от обычных сигарет. Вот мерзость, придется терпеть!
Движения Вэй Чэня от раздражения против воли стали более резкими, и охранники вместе с господином Ли при виде этого отодвинулись к дальней стене с явно опаской.
— Что, призрак все-таки здесь? — осторожно уточнил господин Ли, смахивая пот с щек уже изрядно помявшимся платком.
— Я ощущаю смутные следы его присутствия, но недостаточно сильно, — театрально возвестил Вэй Чэнь, потирая свою идеально подстриженную бородку (больше всего он любил делать это при некоторых знакомых, у которых борода не росла, но постепенно жест сам по себе вошел в привычку). — Нужно осмотреть другие помещения.
Их провели на довольно просторный полупустой склад, где чаще всего видели загадочные «вспышки зеленого света». Помещение было не очень чистым и пахло совсем не так аппетитно, как цех, скорее слегка подтухлой рыбой, чем крабами, но в нем тоже не было заметно ничего подозрительного, кроме легкого и едва ощутимого под рыбной вонью запаха озона.
Вэй Чэнь неторопливо прошелся по залу, благословляя ящики деревянным мечом и щедро шлепая на стены склада бумажные талисманы. Под нос он себе при этом нараспев бормотал якобы мистическое заклинание — на самом деле, это было стихотворение забытого древнего поэта на не менее забытом и еще более древнем диалекте, про сладкое сливовое вино и прекрасных женщин. Пацан на удивление быстро вовлекся в шараду и довольно убедительно отыгрывал роль ассистента, подавая Вэй Чэню новые талисманы из стопки и важно помахивая рукавами.
— Деда, а чем ты будешь магию проводить? — негромко поинтересовался он, когда они отошли подальше от своих сопровождающих. — У тебя же с собой нет никаких подходящих артефактов! Этот деревянный меч — он же просто безделка!
— Моя магия — другая и древняя! И вообще я, можно сказать, сам себе артефакт! — с непритворной гордостью объявил Вэй Чэнь. — Но для клиента у меня есть это, — он тайком показал спрятанный в кармане мантии матовый шар из фиолетового стекла с фосфоресцирующими искрами внутри. Недорогая игрушка из магазина для фокусов, а выглядит очень эффектно и солидно.
Даже простые обыватели знали, что для сотворения магии нужны особые предметы-проводники, через которые можно направлять энергию. Полицейским в особых участках, имевших дело с нечистью, обычно выдавали специальные табельные артефакты, но Вэй Чэню даже во время его собственной службы подобное не требовалось. Нет, он умел направлять магию свободно и без каких-либо ограничений! Потому что спасибо, ему хватило того единственного случая, когда у него подло и вероломно сперли любимую, тщательно сконструированную из самых отборных костей магическую игрушку, больше не надо. Лучше колдовать по старинке, простым мановением рук.
Пацан задумчиво шмыгнул носом и сам прилепил очередной талисман на ближайший ящик:
— О. А наш капитан, кажется, тоже колдует как-то похоже…
Это очень вряд ли — Вэй Чэнь был единственным и неповторимым в своем роде. Ну… почти. Не считая одного-единственного исключения.
Но прежде, чем он успел сказать об этом вслух, пацан продолжил с заметным воодушевлением:
— А мой дядя заклинатель, и заклинает мечом! Самым настоящим, причем европейским, музейным! Только не признается, откуда его взял… Но, в смысле, это не тот дядя, с которым я сюда приехал, а другой! Этот заклинать не умеет, потому что он не человек… хотя вот фехтовать все равно может. А я хочу тоже однажды научиться заклинательствовать, и обязательно чем-нибудь большим и крутым! Например, двуручником!
На музейном европейском мече что-то в очередной раз неприятно щелкнуло в памяти. Вэй Чэнь с досадой отмахнулся от собственных мыслей и с трудом подавил желание благословить своим деревянным клинком и надоедливого пацана тоже:
— Что ты постоянно болтаешь, как мой громкий бесполезный ученик, будь он неладен! И что еще за тот — не тот, один — другой! Обозначай ты их как-нибудь по-другому и не путай этого старшего, которому вообще совершенно неинтересны твои замороченные семейные связи! Ну хотя бы там, не знаю, старший дядя и младший дядя…
Пацан медленно моргнул на него из-под низко нависшего капюшона и выдал:
— Но я не знаю, кто из них старше!
Вэй Чэнь постоял неподвижно пару секунд, сраженный таким ответом, потом молча развернулся, решив, что с него хватит этого диалога, и уверенно зашагал к дальней стене. Не удержавшись, слегка пнул заслонявшие ее ящики, и нахмурился, когда один из них съехал в сторону и обнажил кусок грязно-бурого рисунка на штукатурке.
В воздухе замерцали едва заметные углом глаза зеленые искры, и запах озона стал заметно сильнее.
Вэй Чэнь посерьезнел и выпрямился, жестом запретил пацану подходить ближе и хмуро пригляделся к рисунку.
Он изображал косматого быкообразного зверя со змеиным хвостом и гротескной зубастой пастью, раззявленной в ленивом зевке. Длинная спутанная шерсть струилась по невидимому ветру, а в широком лбу ровно между гигантских черных рогов безошибочно щурилась щель третьего глаза.
— А давно у вас здесь это граффити? — громко позвал Вэй Чэнь, не отводя пристального взгляда от находки.
— Какое граффити? — смутно донесся от входа на склад удивленный голос господина Ли.
А в следующее мгновение нарисованная щель дрогнула, и на ее месте распахнулся горящий рыже-зеленым потусторонним пламенем глаз. И внимательно посмотрел на Вэй Чэня в ответ.
По помещению разнесся низкий утробный рык, похожий на далекий рокот грома, но уже через несколько мгновений перешел в гораздо более громкий и грозный рев. Ему тут же искаженным эхом ответили испуганные крики охранников и господина Ли, и рев от этого стал только громче, словно раззадорившись возможной добычей.
— Все назад! Вон из склада! — взревел Вэй Чэнь и выплюнул очень грубое ругательство на все том же давно забытом диалекте.
Вот только очевидцев и потенциальных случайных жертв ему тут не хватало!
Продешевил, ох продешевил, надо было требовать за такого «призрака» в два, а то и в три раза больше!
— Что это за тварь? — изумленно выдохнул у него за спиной пацан, пятясь, но даже и не думая убегать. Похоже, с инстинктом самосохранения у него было так себе, но это Вэй Чэнь заподозрил с самого начала, когда обнаружил его в одиночестве в своем баре.
Зверь принялся медленно отлепляться от стены и разбухать, постепенно набирая объем и форму. Заслонявшие его ящики медленно посыпались на пол, один из них от удара раскрылся, и во все стороны с радостным перестуком раскатились консервные банки.
Да, многая нечисть действительно очеловечилась, за долгие годы сменила свою суть. Вэй Чэнь лично считал, что у него самого очень неплохо вышло ассимилироваться — последние лет двадцать никто не сомневался, что он человек! Ну, кроме госслужащих, которым постоянно чем-то не нравились его документы и фото в паспорте…
Но одновременно многая другая нечисть маскироваться даже не пыталась и плевать хотела как на Договор, так и на все возможные последствия его нарушения. Особенно такая неразумная, более близкая к животным, чем к мыслящим существам.
Зверь наконец вышагнул из стены полностью, проломив копытом ближайший ящик, и смачно отряхнулся, посылая во все стороны клочки грязной шерсти. Потом низко наклонил голову, выставив вперед угрожающие рога, и закапал слюной на пол. Пол немедленно зашипел и покрылся легким облачком пара. К тухлой рыбе и озону примешались запахи мокрого меха и кислоты. Просто потрясающий коктейль! Хоть сейчас в бутылку и продавать вместо бодрящего одеколона!
Вэй Чэнь раздраженно выдохнул, досадуя, что не взял с собой сигареты, и плевать на несоответствие образу, и наконец ответил на вопрос, оглядываясь через плечо:
— Ты хотел фей? Вот тебе, пожалуйста! Наслаждайся уникальным зрелищем!
— Но… оно же совсем на них не похоже! — пацан широко распахнул глаза с таким видом, словно его предали и оскорбили в лучших чувствах, более того, весь мир его бесстыдно подвел, а лично Вэй Чэнь сейчас плюнул прямо в душу.
Кажется, на ресницах даже заблестели слезы, так что Вэй Чэнь слегка смутился, потер ладонью затылок и кашлянул, поясняя:
— Ну, зато называется почти так же — «фэй». Последний раз я таких тварей видел на священной горе Тайшань, где они, собственно, и обитают. Ну или просто в каких-нибудь горах. Не знаю уж, как этот экземпляр занесло в Ханчжоу.
Зверь взревел снова и забил копытом, попадая по консервным банкам. Банки, разумеется, снова с грохотом покатились в разные стороны, усложняя ландшафт склада и превращая его в подобие минного поля. Хвост-змея изогнулся плетью и тоненько зашипел, демонстрируя острые иглы зубов.
Во всей этой ситуации радовало только то, что фэй хоть и бедокурил на фабрике, но не вылез раньше и никого не покусал, только пугал спецэффектами и неизбежно портившейся в его присутствии водой. Даже удивительно, что река поблизости не начала мелеть и пересыхать, только водопровод засорился. А главная беда — эти твари могли разносить чуму, что в современном мире с его перенаселенными городами было ну совершенно некстати!
Видимо, у господина Ли было сильное врожденное чутье, раз он, даже не зная о присутствии зверя, все равно чего-то инстинктивно боялся, если верить словам пацана.
Похоже, сейчас фэя выманил из убежища запах магии Вэй Чэня, иначе он бы так и продолжил сидеть в стенах склада и питаться консервами, пока в один непрекрасный день не решил бы вдруг перейти на другой режим питания, более… двуногий.
Когда-то давным-давно, так давно, что сам уже практически этого не помнил, Вэй Чэнь был тем, кого можно было назвать «травоядным» — очень недолго и никогда в полной мере. Но все равно с тех далеких времен осталось в нем что-то, привлекающее хищников к потенциальной жертве. Им на беду, разумеется. Вэй Чэню даже нравилась элегантная поэтичность того, чтобы быть условной овечкой, которая охотится на волков (не только условных).
Вот и сейчас он прямо встретил горящий жадный взгляд твари, насмешливо скривил губы и инстинктивно метнул в нее то, что первым подвернулось под руку.
А именно — фиолетовый стеклянный шар, который со свистом пролетел по воздуху и не просто попал в фэя, к немалому удивлению самого Вэя Чэня, который не то чтобы отличался особой меткостью и силой броска, но более того — впечатался ровнехонько в горящий третий глаз.
Вэй Чэнь едва удержался от желания похлопать самому себе — но за спиной и без того раздались громкие аплодисменты и восторженное звонкое: «Оооо!»
А вот фэй фокуса явно не оценил. Он замотал головой и взревел еще громче, готовый наконец броситься в атаку, но Вэй Чэнь за этот выигранный промежуток времени успел взмахнуть левой рукой, накладывая временный сдерживающий барьер из светящихся энергетических нитей.
Зверь запнулся и завалился на бок, как гигантская рыбина в сетях, но трепыхался с такой силой, что пол под ногами ходил ходуном и только чудом не покрылся трещинами. Жажда убийства и кровавой крови в глазах фэя разгорелась только сильнее, особенно в наполовину заплывшем фингалом третьем.
Вэц Чэнь задумчиво отряхнул ладони. Осталось решить, что именно делать дальше. Никаких смертоносных заклятий у него заготовлено не было, да и куда девать потом ядовитую тушу — тоже тот еще вопрос…
За спиной раздалось подозрительное шуршание.
Вэй Чэнь оглянулся и нахмурился:
— Я же приказал — вон из склада! Сеть может эту тварь не удержать, а я за твою безопасность отвечать не нанимался!
Пацан, успевший стряхнуть с головы капюшон, вскинул лохматую голову и пропыхтел:
— Я сейчас, на секунду! У меня есть!.. — после чего продолжил остервенело копаться в своем огромном рюкзаке, прежде чем с триумфальным возгласом макаки наконец вытащить…
Свинцовую коробку печенья? Очень большую свинцовую коробку как из-под печенья, размером с половину рюкзака, с припаянным сбоку кодовым замком.
Вэй Чэня зыбким холодком прошибло нехорошее предчувствие, потому что витавший вокруг пацана отголосок подозрительно знакомой магической энергии стал заметно сильнее и концентрировался именно на этой странной коробке.
— Погоди-погоди, — торопливо начал он, предупреждающим жестом вскидывая ладони, словно в безотчетной попытке защититься, — только не говори мне, что…
Но было уже слишком поздно.
Пацан торопливо прокрутил замок, громко щелкнул щеколдой — и из коробки неудержимо хлынула тьма.
А ровно за секунду до этого Вэй Чэнь прекрасно и безошибочно понял, что именно его ждет, но все равно едва не пошатнулся от шока, когда по его ауре шибануло совершенно невероятно и неуместно знакомой энергией во всей ее силе. Обреченно вздохнул и с трудом поборол малодушное желание закрыть глаза.
Фиолетовая тьма живой кляксой выплеснулась из коробки, смачно шлепнулась на пол, жадно протягивая вперед бесконечно длинные скользкие чешуйчатые щупальца, и сцапала в свои смертоносные объятья застывшего в изумлении фэя. В следующее мгновение тот остервенело задергался, почуяв свою неминуемую гибель, но было уже поздно. Копошащийся клубок несчетных щупалец плюхнулся на него всей своей массой, раззявил где-то в самом центре узла своих конечностей зубастую бездонную пасть и медленно, но верно и смачно всосал в себя добычу, с совершенно бесстыдным громким чавканьем и чмоканьем, которое зловещим эхом разносилось по складу.
Мучительная эпическая схватка с опасным зверем, требующая немыслимых магических и моральных сил, к которой Вэй Чэнь уже почти успел подготовиться, в итоге завершилась как-то… быстро и бесславно.
Фэй издал прощальный тоненький визг и наконец полностью исчез в фиолетовом копошении, а новая тварь самодовольно рыгнула и довольно завибрировала.
Вэй Чэй, морщась от каждого особенно громкого звука, мужественно вытерпел это отвратительное зрелище и наконец покосился на пацана краем глаза, опасаясь поворачиваясь к фиолетовой массе спиной.
Пацан выглядел откровенно изумленным, но в то же время вполне довольным собой.
Вэй Чэй поморщился и, не сдержавшись, рявкнул:
— Убери отсюда это треклятое отродье!!! Откуда оно вообще у тебя?!
Пацан тут же оскорблено вскинулся и упер руки в бока, словно рыцарь, готовый встать на защиту невинно оскорбленной девы:
— Это Дождик! Счастливый талисман и любимый питомец всего нашего участка! Ну, на самом деле не очень любимый, особенно когда жрет рапорты… Но все равно!
Гнусная тварь злорадно оглянулась на Вэй Чэня своими отсутствующими глазами и насмешливо помахала одним щупальцем, кокетливо выставив напоказ нежные розовые присоски. Потом снова сыто рыгнула и начала медленно уменьшаться, пока не стала размером с некрупную собаку, полностью игнорируя законы физики и массу съеденного.
На память от ужасного и опасного фэя остались только разбросанные по полу консервные банки, пара клочков шерсти и пробитый копытом ящик.
Определенно. Худшие опасения Вэй Чэня подтвердились — теперь никаких сомнений не осталось, из какого именно участка и из какого города приехал этот пацан. Оставалось только надеяться, что по возвращении он не будет особо болтать про одного старого мастера фэншуй, с которым случайно встретился в Ханчжоу… Вэй Чэнь ведь не называл при нем свое полное имя?! Вроде не называл…
Он устало потер лоб пальцами, мучительно тоскуя по сигаретам, и приказал:
— Спрячь обратно, пока клиент не потребовал, чтобы я изгнал и это тоже.
Тварь явно наелась, поэтому, как это обычно случалось, была тиха и благосклонна от сытости, так что не стала особо сопротивляться, когда пацан подошел, погладил ее по чешуйчатым щупальцам и начал старательно утрамбовать в коробку.
— Дождик очень хотел с нами поехать, ему скучно одному в участке, особенно пока капитан на инструктаже в Альянсе, так что я решил тайком взять его с собой, — пробормотал он, словно оправдываясь, аккуратно скручивая и складывая вялые щупальца. — И никто до сих пор не заметил его пропажу, представляешь?!
— Как ты его вообще сквозь досмотр в аэропорту протащил? — слабым голосом уточнил Вэй Чэнь, не до конца уверенный, что хочет знать ответ. С другой стороны — такие многообещающие навыки контрабанды, причем смолоду…
— А он сам в багажное отделение прополз и встретил меня уже по прилету, такой молодец! — признался пацан, заботливо закрыл коробку и убрал обратно в рюкзак. Щупальца в последний момент успели еще раз сыто рыгнуть из-под крышки и пустить розовые пузыри.
Вэй Чэнь мысленно извинился перед всеми случайными попутчиками этого дуэта, которые не досчитались своих чемоданов. Учитывая гастрономические пристрастия Дождика и его привычку жрать абсолютно все подряд, причем без каких-либо последствий для себя, вряд ли он во время полета внезапно решил практиковать воздержание и здоровую диету.
Вэй Чэнь задумчиво уставился в стену, на которой еще совсем недавно скрывался фэй, веско кивнул самому себе и подытожил:
— Да. Это все было очень в стиле моего непутевого бесполезного ученика.
Смутное чувство досады горечью осело во рту, и он раздраженно поморщился. Вообще-то, он планировал облапошить доверчивого клиента и нажиться на фальшивом ритуале, а в итоге пришлось реально работать. Такая подстава!
Ну ладно, хорошо, сам Вэй Чэнь лично в итоге отработал не так уж много… но потраченную на магическую сеть энергию ему никто не вернет! А его потрепанные нервы — это вообще бесценно и невосполнимо! И еще, что ему теперь делать с этим смутным чувством незавершенности?! Он только было настроился на хорошую драку, готовый показать благодарному подрастающему поколению свою молодецкую удаль… а поколение оказалось совсем не благодарным!
— Мастер Вэй, вы в порядке?! — раздался от входа обеспокоенный голос господина Ли.
Видимо, они с охранниками дождались затишья после рева и криков и решили проверить, в чью же пользу разрешился этот неравный бой.
Вэй Чэнь дождался, пока запертые двери склада распахнутся обратно, после чего театрально пошатнулся и припал на одно колено, изображая немыслимое измождение. Пацан догадался подыграть и заботливо подхватил его под руку, закидывая ее себе на плечо. Правда, при этом оттоптал ему ногу своими гигантскими кроссовищами, но совершенство недостижимо.
— Мастер Вэй! — потрясенно ахнул господин Ли, всплеснул руками и поспешил к ним, опасливо оглядываясь по сторонам.
— Мы… защитили ваших людей и ваше… имущество, — мужественно выдохнул Вэй Чэнь и вскинул руку ко лбу, входя в роль. — Призрак оказался гораздо, гораздо сильнее… чем я мог предположить по вашим рассказам… но мы справились! Он упокоен и больше не потревожит вас! Его месть никогда… не свершится…
Косясь одним глазом на воодушевленно кивавшего пацана, а другим на благодарно потрясенных господина Ли и охранников (вот так, видимо, и развивается косоглазие), Вэй Чэнь продолжил воодушевленно плести что-то про то, как опасен и несчастен был злой дух и каких немыслимых усилий и материальных вложений стоила в итоге победа над ним. Учитывая, какую в самом деле немалую угрозу представлял фэй (не для Вэй Чэня, но вообще в целом да), они поистине сослужили обществу достойную службу и вполне заслужили звание непризнанных героев.
Еще спустя примерно час, после праздничного обеда в фабричной столовой и обмена витиеватыми любезностями и благодарностями, их буквально со слезами горечи от столь скорой разлуки усадили в уже знакомую машину господина Ли и с кондиционером домчали обратно, почти к самым дверям «Руки смерти».
Вэй Чэнь, успевший ненадолго вздремнуть по дороге, вылез из машины, смачно потянулся, раскинув руки в стороны, и промурлыкал себе под нос:
— Дом, милый дом!
Вместо фиолетового стеклянного шара, который, к сожалению, раскололся от удара о голову фэя, карман мантии теперь приятно оттягивали пачки денег, на целых две больше, чем они с господином Ли уговаривались изначально.
Пацан дождался, пока водитель уедет обратно, после чего сдернул мантию, взъерошил свои и без того лохматые волосы и задал вопрос, который, очевидно, рвался из него все это время:
— Но откуда все-таки этот фэй взялся на фабрике?
Вэй Чэнь задумчиво пригладил бородку, шагая в знакомый темный переулок:
— Думаю, в горах в окрестностях города стало маловато дичи, вся мелкая звероподобная нечисть перебралась поближе к человеческому жилью, так что, видимо, зверю стало нечего есть у себя в горах. Вот он и приманился сюда на благоухание крабов.
— Оооо! — протянул пацан, шагая рядом. — Деда, а у тебя что, хвост?
Вэй Чэнь от неожиданности даже не сразу сообразил, что именно услышал, мысленно выругался, плотнее запахнул мантию и высокомерно воскликнул:
— Да нет у меня никакого хвоста, что за глупости! Я ж не хульдра! Такой мелкий — а уже галлюцинации пошли! Да твоим опекунам тебя в больницу сводить надо!
Проблема была в том, что от усталости он обычно правда хуже контролировал свою человеческую форму. Хитрый гад Е Сю в таких случаях зубоскалил и дразнил старческим маразмом… будто с ним самим подобных осечек не случалось!
— А я там уже был в прошлом месяце на медосмотре, — поделился пацан, аккуратно сворачивая мантию в плотный рулон. — И мне сказали, что меня можно хоть в космос!
— О, отлично, лети! — махнул ладонью Вэй Чэнь, благословляя. — Только от меня отлипни уже наконец! Зачем ты вообще за мной идешь?!
Эта надоедливая мелочь имела наглость беспечно пожать плечами и заявить:
— А я не знаю дороги обратно в ту чайную, где мы с дядей остановились.
Прежде, чем Вэй Чэнь успел шумно и эмоционально (пусть и в самозацензуренном варианте) высказать все, что думал по этому поводу, протяжные ноты «Высоких гор и бегущей воды» задребезжали у него из кармана джинсов. Пришлось изловчиться и задрать мантию, чтобы наконец извлечь телефон, и эти несколько секунд промедления стоили ему громкого и несправедливого обвинения прямо в ухо:
— Почему сразу не отвечаешь?! И почему ты мне не перезвонил?! Я же просила!
— О муза моего сердца! — привычно попытался подлизаться Вэй Чэнь. — Да я только-только закончил… Все в порядке, непыльная работенка, заработок неплохой!
Чэнь Го, судя по звукам, стукнула ложкой по чему-то керамическому — очевидно, заваривала чай для гостей.
— Почему я тебе не верю? — вздохнула она. — Надеюсь, ты хотя бы поел? А то вот я возьму и все-таки доеду проверить!
Вэй Чэнь представил ее буквально воочию, такую яркую в этом ее постоянном раздражении, раскрасневшуюся, с длинными выбившимися из хвоста каштановыми прядями волос, которые липнут к щекам, так что прямо хочется протянуть руку и помочь убрать за ухо. Он кашлянул и закивал:
— Конечно, леди-босс! Как прикажешь, леди-босс! Буду ждать, леди-босс!
— Поговори мне тут еще! — немедленно парировала она.
Вэй Чэнь сокрушенно вздохнул:
— Эх, никакого уважения к старшим…
— Да много что-то слишком развелось вас вокруг, таких старших и вообще ископаемых!
— Эй! — притворно возмутился он, хватаясь рукой за сердце. Ну, во всяком случае, куда-то за грудь.
Наверняка Чэнь Го даже не подозревала, насколько метко попала в точку этим своим ворчанием.
— У меня новый кристалл поиска разрядился, — призналась она, видимо, ради этого и звонила. — Я просила Е Сю помочь, но он где-то постоянно шляется и все забывает его зарядить, а сегодня вообще с самого утра пропал вместе со своим гостем!
— А я всегда говорил, что он совершенно бесполезный, только сигареты даром курит! Не то, что я! — злорадно объявил Вэй Чэнь и, преисполнившись хорошим настроением, щедро пообещал: — Я могу зайти сегодня вечером, зарядить.
— Хорошо! Ладно, извини, мне надо идти, клиенты!
Вэй Чэнь медленно закрыл и убрал телефон обратно в карман — и аж вздрогнул, наткнувшись взглядом на пацана, о котором успел совершенно позабыть. А тот, восторженно блестя глазами, радостно спросил:
— Деда, а это твоя жена была, да?
— В смысле?! — Вэй Чэнь едва не споткнулся на ровном месте от возмущения. — Да не женат я, вот еще! И хватит уже звать меня дедом!!!
Пацан окинул его откровенно скептическим взглядом и вынес вердикт:
— Но ты выглядишь супер-древним!
Вэй Чэнь скрестил руки на груди, прислонился плечом к двери бара, к которой они наконец подошли, и объявил:
— Ничего подобного! То, что я на самом деле супер-древний, вовсе не значит, что я так и выгляжу! Я регулярно слежу за собой, хожу к косметологу и сбегаю от любого стресса! От тебя бы мне тоже сбежать бы наконец…
Он хотел добавить что-то еще, но в это мгновение в дальнем конце пустынного переулка раздались торопливые шаги, чтобы почти тут же смениться громким голосом, полным праведного возмущения:
— Лу Ханьвэнь! Ты меня в могилу раньше срока свести хочешь?! Зачем ты сбежал из чайной, никому ничего не сказав, так еще и на звонки не отвечаешь?!
— Упс… — пацан предпринял попытку спрятаться за спиной Вэй Чэня, совершенно бесполезную, учитывая, что тот стоял, прислонившись этой самой спиной к двери, и заслонять своим бренным телом от расправы никого не собирался. — Не сердись, у меня телефон еще в самолете разрядился…
Новый незнакомец — очевидно, тот самый первый дядя — широким шагом решительно приблизился к ним, не спуская с пацана воистину гневного взора, и встал, с грозным видом уперев кулаки в бока:
— Что значит не сердись?! Да я рвать и метать готов! Ты хоть представляешь, как я испугался?! Привез несовершеннолетнего племянника в незнакомый город — а он тут же исчез! Тебе просто ужасно повезло, что я не успел позвонить родителям!
Пацан заметно содрогнулся всем телом и вжал голову в плечи, озираясь по сторонам так, словно ожидал грозного появления родителей прямо из городского смога.
Вэй Чэнь, бесстыдно посмеиваясь над чужой бедой, с интересом разглядывал этого «дядю». Выглядел он и правда совсем молодым, от силы лет на десять старше своего племянника. Темно-русые волосы, нетипичные для обычного жителя Поднебесной серо-голубые глаза, смутные следы европейского наследия в чертах лица…
В чертах определенно знакомого лица.
Вэй Чэнь резко выпрямился, буквально ощутив, как усмешка сползла с его губ талой водой.
Сюй Боюань, младший двоюродный брат Ичуня, которого тот после Академии взял к себе под крыло в участок и ненавязчиво опекал. Конечно же Вэй Чэнь его помнил! Один-единственный раз, когда он, будучи еще капитаном, запутался в своих рядовых подчиненных, Ичунь посмотрел на него так молча, но так весомо и осуждающе, почти разочарованно, что от своей давней слепоты на человеческие лица Вэй Чэнь после этого исцелился почти мгновенно.
Так, стоп, стоп. Плохие мысли. Он же запретил себе снова думать об Ичуне сегодня! И не только сегодня. Ичунь сам при их последней встрече запретил Вэй Чэню о нем думать, пока Вэй Чэнь как следует не подумает о самом себе и о своих целях в жизни. В своей бесконечно долгой и почти такой же бесконечно бесполезной жизни…
Но погодите. То есть мало того, что этот надоедливый пацан оказался из «Синего дождя», так он еще и был непосредственно связан с близкими знакомыми Вэй Чэня?! Если он считался племянником Сюй Боюаня (как минимум юридически) — то, выходит, в некоторой степени он был еще и племянником Ичуня?! То есть однажды Вэй Чэнь тоже может стать его дя…
Что за внезапная индийская мелодрама посреди Поднебесной?!
А все хульдры с их странными семейными обычаями и традициями! Привезли со своего севера тройственные союзы-триады, а что теперь делать честным аборигенам, которым нравится хульдра, но нет на примете подходящего третьего партнера?!
Конечно, Ичунь никогда ни словом, ни делом не показывал, что ему чего-то (или, вернее, кого-то) не хватает… Но Вэй Чэнь привык смотреть в самую суть вещей! И в будущее! В силу традиций!
Поэтому и сбежал. Ну… провел стратегическое временное отступление.
Сюй Боюань посмотрел на него как-то странно, словно почувствовал всю эту какофонию внезапно взвившихся в Вэй Чэне эмоций… Ох, проклятье. Он ведь хульдра, а значит, эмпат, то есть правда почувствовал! А Вэй Чэнь за последнюю пару лет совсем разучился ставить отграничивающий барьер на собственное сознание, хотя когда-то это казалось таким простым и естественным, почти автоматическим действием, чтобы не глушить и не отвлекать своими эмоциями…
Серо-голубые глаза напротив изумленно расширились почти до размера чайных блюдец.
— Капитан?.. — потрясенно выдохнул Сюй Боюань. — В смысле, бывший капитан?!
Вэй Чэнь мысленно — или, может, даже вслух — застонал:
— Тссс! Понятия не имею, о ком ты говоришь! Здесь никого нету дома! Забирай своего бесполезного племянника и проваливай! — он вслепую нашарил за спиной замок, с никогда прежде не виданной ловкостью вскрыл не глядя, шагнул в привычный родной полумрак бара и веско захлопнул за собой тяжелую дверь.
Только чтобы уже через секунду распахнуть ее обратно и потребовать ответа на животрепещущий вопрос:
— И вообще, с каких это пор сотрудники моего участка ездят в командировки в Ханчжоу?! Что еще за шашни у вас с «Великолепной эрой»?!
Пока главный полицейский участок Ханчжоу был еще под началом Е Сю, они с «Синим дождем» неплохо сотрудничали (хотя больше, конечно, соревновались, как это было заведено между участками) и раскрыли вместе несколько крупных дел, но с тех пор, как Тао Сюань выгнал Е Сю с позором и начал какую-то свою мутную кампанию… Нет! Что там этот дерзкий молокосос Вэньчжоу себе позволяет в отсутствие Вэй Чэня?! Совсем распустился без присмотра и участок кривой дорожкой повел!
— С «Эрой»? — удивленно моргнул Сюй Боюань. — С «Эрой» никаких… Я, кхм, по личным делам приезжал.
Пацан непонимающе вертел головой, пытаясь посмотреть на них обоих одновременно и разобраться в разговоре, а потом вдруг громко хлопнул в ладоши, уставился на Вэй Чэня буквально со сверхновыми в глазах и ахнул:
— Так это и есть тот самый легендарный капитан Вэй?!
Вэй Чэнь тут же невольно приосанился. Неужели младому поколению в «Синем дожде» до сих пор рассказывают байки о его великих подвигах и о расследованных под его чутким руководством громких преступлениях?
— Тот самый, который однажды ушел за банкой колы с олеандровым сиропом и не вернулся? — немедленно безжалостно припечатал его обратно к сырой земле звонкий детский голос. — Тот самый, который поставил абсолютный рекорд, за все время своей работы в участке не заполнив ни одного рапорта?! Тот самый, который единолично победил целую стаю сирен-карманниц, потому что был попросту слишком пьян, чтобы понять слова приказа в их гипнотической песне? Тот самый, который…
Так вот как бесстыдно его светлую память треплют в родном участке… И вся жизнь подобно театру теней бесславно пронеслась перед глазами…
Вежливый Сюй Боюань неловко переминался с ноги на ногу рядом со своим болтливым племянником и наконец смущенно его одернул:
— Все, хватит, Ханьвэнь, веди себя прилично.
Пацан тут же повернулся к нему и ухватил за рукав:
— Боюань! Ты даже не представляешь, как классно я провел этот день! Мы сходили в полевую вылазку на фабрику, ритуально изгонять призраков, а в итоге столкнулись с самым настоящим монстром и героически его победили! Мне тааак понравилось! Особенно плести небылицы для клиента, жаль только, что мне пришлось все время молчать для маскировки, а то я бы!..
Сюй Боюань посмотрел на него, снова медленно моргнул, потом очень внимательно посмотрел на Вэй Чэня, почти слившегося с дверью, и вежливо спросил:
— Капитан Вэй… Я очень боюсь спрашивать, но все-таки спрошу: чему вы весь день учили ребенка?
— Это в смысле — чему? — тут же возмутился Вэй Чэнь, по привычке выбрав лучшую защиту — нападение. — Жизни! И вообще ничему я его не учил, он все сам!
— Да, то, что Ханьвэнь — очень самостоятельный, я давно знаю, — вздохнул Сюй Боюань и добавил вполголоса: — В этом-то и проблема…
Вэй Чэнь нашарил на полке сразу за дверью початую пачку сигарет — такие нычки у него были стратегически распиханы по всему бару, — призвал крошечный огонек на кончике пальца и наконец закурил. Жадно, как утопающий, втянул в легкие горький дым, который после долгого перерыва казался слаще амброзии. И плевать он хотел на дурной пример, который якобы подает молодежи! Такая молодежь и сама справится, и с примерами, и с дурными привычками…
Самостоятельный Ханьвэнь довольно разулыбался, так, будто его похвалили, снова повернулся к Вэй Чэню и внезапно уточнил:
— Ученик, которого ты все время упоминал, это же Хуан Шао, да?! Учитель на день — отец навсегда! Во, правильно я тогда тебя дедом назвал! Чутье на кровные узы не проведешь!
— В смысле? Какие еще кровные? — хмуро переспросил Вэй Чэнь, в очередной раз чуя неладное, хотя в любом случае при одной мысли о доставучем бесполезном ученике привычно свело скулы.
— Так Хуан Шао — мой второй дядя! — припечатал пацан. — Который как раз по крови!
Вэй Чэнь от шока разжал пальцы и выронил недокуренную сигарету. Даже сил не хватило проводить ее горестным взглядом — в голове плескался белый шум.
— Ой, я сразу не заметил, а у тебя глаза, как у капитана Юя, тоже фиолетовые! — донесся сквозь этот шум все тот же навязчивый и жизнерадостный детский голос. Почему вообще он такой звонкий, разве у пацанов в этом возрасте он уже не должен начать ломаться?
Но как странно и как интересно. Обычно людям их глаза казались просто серыми.
Сюй Боюань посмотрел на Вэй Чэня почти с сочувствием и осторожно предложил:
— Мы, наверное, пойдем? Я очень рад был вас увидеть, капитан Вэй! — он внезапно отвесил глубокий, почти церемониальный поклон. — Спасибо, что позаботились о Ханьвэне. И если вы когда-нибудь все-таки вернетесь в Гуанчжоу или хотя бы заедете ненадолго… В «Синем дожде» вас всегда помнят и ждут.
Какой-то странный противный комок вдруг застрял в горле. Ну что еще за глупости, откуда это…
— А мантия?.. — растерянно оглянулся пацан, которого явно против его воли мягко, но настойчиво потащили к выходу из переулка.
Вэй Чэнь, почти достигший просветления от такого количества умственных и эмоциональных потрясений, щедро отмахнулся:
— Оставь себе как сувенир! Или моему дурацкому бесполезному ученику можешь вернуть!
И наконец позволил себе скрыться в надежном логове бара.
Медленно прошел к стойке, налил себе в кружку бурую жижу, в которую за пару часов успел превратиться остывший кофе, сел на табурет — тот самый, который еще хранил фантомный отголосок энергии пацана по имени Лу Ханьвэнь, — и замер, глядя куда-то между черепов на стене.
Он не знал, как долго просидел вот так, в неподвижности, в почти медитативном состоянии, но постепенно солнечный свет перестал пробиваться сквозь зашторенные окна, и сумрак вокруг сгустился еще сильнее.
Телефон в кармане жизнерадостно пиликнул, сначала один раз, потом, спустя несколько минут, второй. Вэй Чэнь неуклюже отставил кружку, из которой не сделал ни глотка (к счастью для собственного желудка), буквально ощущая, как затекло все тело. Со второй попытки все-таки выудил телефон и открыл первое смс, от Чэнь Го, содержание которого оказалось вполне ожидаемым:
«Так ты зайдешь сегодня? Уже поздно, давай тогда лучше завтра. Не забудь лечь спать!»
Вэй Чэнь хмыкнул, против воли дернув губами в улыбке, а потом заметил вторую смс.
И застыл.
Потому что она пришла с не сохраненного в памяти телефона, но на самом деле знакомого наизусть и не забытого, несмотря на все тщетные усилия, номера.
Конечно же Сюй Боюань явно сразу позвонил домой и разболтал, кого видел! И конечно же в «Счастье» ему кто-то по первому запросу дал контакты Вэй Чэня, даже не подумав спросить его разрешения!
Многострадальный телефон Вэй Чэня наверняка сейчас просто разрывался бы от звонков его любимого бесполезного ученика, если б Вэй Чэнь не заблокировал его номер еще несколько лет назад — превентивно, на всякий случай.
И какое счастье, что у второго его… не-ученика отношения с телефонами были еще хуже, чем у Е Сю.
Палец застыл над кнопкой «Открыть», и Вэй Чэнь все не мог заставить себя ее нажать. Внутри мелочный страх мешался с почти робкой надеждой, только не очень понятно, на что именно.
Он не был уверен, как долго так колебался, прежде чем все-таки смог собрать всю волю в кулак и совершить такой неподъемный подвиг — загрузить смс.
И рассмеялся. Хрипло, с облегчением, до слез на глазах, ощущая, как в груди буквально разгорается тесный шар запрещенных самому себе чувств и желаний.
«ПНХ. Скучаю».
мастер-пост
