Chapter Text
Южные земли всегда отличались жаркой и сухой погодой. За столетия странствий Се Лянь усвоил, что без крайней надобности лучше держаться отсюда подальше. Неважно, как бы он ни готовился к путешествию, как бы ни проверял маршруты и припасы, местная природа всегда была к нему жестока.
Не сосчитать, сколько раз судьба играла с ним злые шутки в пустыне Цайдам.
Бывало, он оставался один посреди иссушенного простора из-за неправильных ориентиров, отмеченных на его карте другими путешественниками. Бывало, на него нападали пустынные хищники, сбивая с верной дороги.
Но ничто из этих бед не сравнится с последствиями от потерянного времени в пустыни, а именно — со стремительно теряющим влагу телом. Кожа трескалась от малейшего растяжения, кости становились хрупкими, мышцы рвались от слишком резких движений…
Звонкий детский голосок отвлек Се Ляня от неприятных воспоминаний.
– Гэгэ, я хочу пить! – захныкала его маленькая спутница.
Се Лянь тут же пришел себя. Они вдвоем шли по Цайдам уже несколько дней. Недалеко виднелись стены весьма крупного города. Вечерело, и солнце освещало путь мягким, закатным светом.
Се Лянь тепло улыбнулся Му Линь и протянул ей кожаный бурдюк, полный прогретой воды. Девочка сразу же разулыбалась, ведь на нее обратили внимание, и, стремительно отпив, продолжила говорить.
– Другие путешественники рассказали гэгэ, что лето на юге выдалось особенно жарким, и люди здесь страдают от голода. Тогда почему мы все равно идем в Хэйхэ? – спросила Му Линь, напускной задумчивостью подражая взрослым.
Се Лянь решил ей подыграть.
– Му Линь за последние годы очень выросла и уже совсем скоро станет прекрасной девушкой. Самое меньшее, что может сделать гэгэ для нее — это найти хорошее место, где она сможет получить достойное образование.
Се Лянь не в первый раз рассказывал ей о цели их путешествия на юг, но девочка всегда пользовалась возможностью расспросить подробнее.
– А чему меня будут учить?
– Мы узнаем точно, когда доберемся до места, – вздохнул Се Лянь, поглядывая на бурдюк с водой в руках девочки. До ворот Хэйхэ было не более получаса ходьбы, и городские стены уже давно были в их поле зрения. Но Се Лянь, наученный горьким опытом, не мог не нервничать, находясь посреди Цайдам.
– Но гэгэ, ты говорил, что я стану астрологом! – воскликнула Му Линь.
– Думаю, тебе бы это отлично подошло, – лишь мягко улыбнулся Се Лянь.
Он устал, и, наверное, его спутница каким-то образом почувствовала его настроение. Остаток дороги они шли молча.
Се Лянь и Му Линь путешествовали вместе уже больше пяти лет, разлучаясь не более, чем на несколько месяцев. Се Лянь подобрал сиротку, когда ей было всего пару лет от роду, и с тех пор безуспешно пытался пристроить девочку хоть куда-нибудь.
Наверное, не последнюю роль играла его отвратительная удача. Должно быть, она перекинулась и на Му Линь. Се Лянь с опаской кинул быстрый взгляд на девчушку. Внешне обычный, даже вполне счастливый ребенок. Подпрыгивает и напевает себе под нос песенку, которую они услышали недавно в одном чайном доме, расположенном у дороги.
Пленило солнце тучи,
Разлился всюду свет.
Как жар такой могучий
Осилит человек?
А как же звездам в небе
Так холодно светить?
Быть может, солнце сможет
Свое тепло смирить?
Луну, дожди и море,
И горные бураны,
Степные ветры с юга,
Столичные фонтаны –
Все солнцу посвящаем,
Все солнцу отдаем!
Быть может охладеют:
Пожарище – углем,
Пустыня – урожаем,
Песок – да в чернозем!
На землях, ставших раем,
Не раз еще споем.
Се Лянь находил текст слегка необычным, даже жутковатым, но не смел прерывать беззаботное пение ребенка. Простая урожайная песенка еще никому не повредила, успокоил себя Се Лянь.
Когда Се Лянь только нашел Му Линь на улице, он почти сразу же передал девочку в нежные руки богатой дамы, что не могла иметь своих детей. Но следующим днем, проходя мимо ее зажиточного дома, он услышал громкую ругань. Женщину отчитывал ее муж, сетуя, как непросто теперь будет избавиться от ненужного ему ребенка. Се Лянь помнил, как поспешил войти в чужой двор и забрать девочку.
– Я назвала ее Му Линь, – прошептала напоследок дама, едва сдерживая слезы.
Тогда Се Лянь не умел ухаживать за маленькими детьми и поспешил найти для девочки новый дом, где о ней позаботятся. Было несколько попыток.
Однажды под видом дома танцовщиц Му Линь чуть было не завербовали в куртизанки. В другой раз Се Лянь уже обрадовался, найдя добрую семью, желающую воспитать еще одного ребенка. Но, навестив Му Линь спустя несколько недель, он понял, что из девочки сделали никак не дочь, но всего-навсего рабыню.
Другие случаи также не отличались успехом. Годы шли, и единственной семьей для девочки стал ее гэгэ, всегда за ней приглядывающий.
И вот теперь они дошли до Хэйхэ – места, что славится своей школой астрологии. Местный климат на протяжении сотен лет позволял мастерам беспрепятственно наблюдать за звездным небом и развивать эту непростую науку.
Что-то теплое откликалось в казалось бы уже давно зачерствевшей душе Се Ляня, когда он вспоминал своего наставника. Он будет рад, если сможет устроить Му Линь образование, подобное умениям Мэй Няньцина. Се Лянь грустно подумал, что сам он так и не научился предсказывать чужую судьбу.
Стражники у городских ворот не обратили на них особого внимания. Несмотря на слухи о неудавшемся урожае, город выглядел весьма оживленным. Будто готовился к празднику.
– Гэгэ, а когда мы будем есть? – зевнув, спросила Му Линь.
Се Лянь задумался.
– Давай купим что-нибудь на рынке и потом поищем комнату, идет? – спросил Се Лянь. И он, и его спутница сильно устали за прошедшие сутки, проведенные в дороге.
Он пытался вспомнить недорогой постоялый двор, но при этом достаточно приличный, чтобы привести туда ребенка. Однако безуспешно. В прошлые разы он, кажется, ночевал на улице.
– Давай! Я хочу мясо и лепешку с луком! – раззадорилась Му Линь. Се Ляню оставалось лишь удивляться подобной детской энергичности.
Чем ближе они приближались к главной улице, тем больше вокруг становилось людей. Вечерняя суета только раззадоривала девочку, и она старалась рассмотреть все вокруг по дороге на главную площадь.
– Гэгэ, а что это такое? – Девочка ткнула пальцем в сторону одной из крыш домов. Небольшая картонная конструкция венчала острую верхушку. Подобные приспособления Се Лянь мог наблюдать только на южных землях.
– Это флюгер.
– Что такое флюгер?
– Это устройство, которое показывает направление ветра. Сейчас ветер дует на север, видишь стрелку?
– А это что? – Му Линь показала на одну из дверей. Она быстро отвлекалась, пытаясь уследить за оживленными прохожими и мелькающими яркими лавками по пути.
– Это чучело птицы.
– А какой птицы, гэгэ?
– Кажется, выпь? Я не уверен.
– А меня научат, что это за птица? – глаза девочки загорелись.
– Думаю, да, – устало ответил Се Лянь. Ему нравилась болтливость девочки, но сейчас он активно пытался придумать, где лучше всего было бы разузнать о ночлеге.
– Тогда я стану умнее гэгэ?
– А тебе хочется? – улыбнулся Се Лянь.
– Наверное, – вздохнула Му Линь. – Я тоже хочу рассказывать тебе интересные вещи, – пробормотала она и затем моментально перевела свое внимание на прилавок с фруктами. Се Лянь проследил за взглядом девочки. Он не знал почему, но ему очень понравился такой ответ Му Линь.
Се Лянь купил мешочек сушеных персиков. У другого прилавка он взял несколько кусочков засоленного мяса кролика. Отличные припасы на случай неожиданной дороги. А поужинать будет лучше на постоялом дворе, решил Се Лянь.
Пока Се Лянь торговался, Му Линь отошла в сторону, подозрительно притихнув.
– Му Линь, все хорошо? – поспешил поинтересоваться Се Лянь, как только закончил с покупками. – Я разузнал, где нам лучше будет остановиться на ночь, и там внутри есть настоящий ресторанчик, – поделился он восторженно. Однако девочка не обрадовалась такой новости, и лишь смерила Се Ляня внимательным взглядом.
– Гэгэ…
– Что-то случилось? – уже начал беспокоиться Се Лянь.
– Гэгэ, здесь повсюду твои рисунки, – растерянно произнесла Му Линь, взмахнув рукой вокруг себя.
– Мои рисунки? Но я ведь не рисую… – глупо смутился Се Лянь.
– Ты на них нарисован, гэгэ! – воскликнула Му Линь. Несколько людей оглянулись на странную парочку.
– Пойдем, покажи мне, – пробормотал Се Лянь, не зная, смеяться ему или плакать.
Девочка серьезно кивнула и пошла в направлении ближайшего здания.