Work Text:
I’m taking a ride with my best friend
I hope he never lets me down again
Они едут на «Макларене» Карлоса по ночному Лондону. Город мелькает за окном яркими огнями и вывесками, но Ландо на пассажирском сидении не слишком разглядывает знакомые улицы. Ветер через приоткрытое окно треплет его волосы, и он думает только о том, что сегодня они катаются по городу с его лучшим другом. Точно так же, как делали когда-то давно, когда-то, когда ещё были напарниками. С тех пор прошло уже больше полугода, и это были очень непростые шесть месяцев. Для них обоих.
Уход Карлоса из команды казался ему катастрофой. Концом всего. Человек, который был всегда рядом, покидал его. И хотя Карлос не собирался уходить из его жизни, для Ландо это ощущалось именно так. Он оставался один, совсем один на пару с очень серьёзно настроенным Риккьярдо. Он не был уверен, что справится с давлением без поддержки. Карлос переходил в Феррари, и Ландо чувствовал, что Сайнс бросил его.
Им потребовались месяцы, чтобы снова сойтись. Карлос искал к нему подход медленно и аккуратно. Не торопил, но и не давал поводов для ревности. Терпеливо ждал, когда у Ландо перестанет болеть. И был готов снова оказаться рядом.
И наконец теперь они снова были вместе. В машине, несущейся по улицам Лондона в сторону квартиры Ландо. Оба молчат, но ладонь Карлоса надёжно лежит на бедре британца. За прошедшее время претензии были брошены в лицо, слёзы выплаканы, извинения произнесены и приняты. Они уже всё обсудили, и сейчас настало время для тишины. Ландо думает, что теперь всё должно быть хорошо. Главное, чтобы Карлос больше не подводил его. Никогда снова, и тогда всё будет в порядке.
Карлос паркует «Макларен» в подземном гараже около апартаментов Ландо. Там находятся несколько автомобилей самого Норриса, скрытые от глаз посторонних. Впрочем, даже если бы папарацци заметили машину испанца здесь, в этом не было бы ничего необычного — автомобиль Сайнса около дома его лучшего друга, что в этом такого? Они частенько проводили время вместе раньше, почему бы им не встретиться сейчас? Никаких поводов для сенсации.
Они поднимаются в апартаменты Ландо всё в том же молчании, которое больше не напряжённое, а, напротив, полное спокойствия. Кабина лифта заполняется ожиданием и предвкушением, сгущающимися в воздухе с каждым новым этажом. Ландо глубоко вдыхает, когда выходит вместе с Карлосом из лифта в коридор. Он хотел этого так долго, мучительно длинные полгода, но упорно не признавался себе в этом. Но теперь можно уже никому не врать.
Когда он открывает дверь, Карлос заходит первым и останавливается в ожидании. Свет в квартире выключен, но бра в прихожей освещает коридор и часть гостиной, а остальную планировку Сайнс и так помнит наизусть. Когда Ландо закрывает дверь и разворачивается, Карлос наконец целует его. Ландо роняет ключи.
Звёзды сходятся, и всё встаёт на свои места. Тоска друг по другу вела их обоих к этому моменту, и он наконец наступил. Ландо кажется, что он теряет самообладание, как только их губы соприкасаются, и он тонет в тепле таких знакомых объятий.
В спальне они оказываются быстро, попутно потеряв всё лишнее где-то в коридоре. Ландо глубоко дышит, втягивая Карлоса в очередной поцелуй. Он так хотел этого. Он так скучал. Это было просто невыносимо. Ему кажется, что воздуха в комнате категорически не хватает, несмотря на распахнутое окно. Он льнёт к губам Карлоса, будто это может спасти ему жизнь, и когда они переплетаются языками, его встряхивает от чувства облегчения. Всё хорошо. Всё будет хорошо. Карлос перебирается поцелуями на его горло и ключицы, пока Ландо теряется в его руках и путается пальцами в густых волосах. Всё давно не было настолько в порядке.
Сидя у Карлоса на бёдрах, Ландо смотрит на него слегка сверху вниз. Его кожа горит от всех оставленных на ней прикосновений, а желание сворачивается в животе тугим узлом, но сейчас он думает о другом.
— Не подведи меня снова, — шепчет Ландо, положив обе ладони Сайнсу на скулы. — Никогда больше не подводи меня.
Вместо ответа Карлос целует его пальцы, и это становится последней каплей, заставляющей Ландо окончательно раствориться в ощущениях, потеряв голову. В темноте спальни и в свете звёзд они снова становятся неразлучны, закрывая страницу прошлых обид.