Chapter Text
хаку шота или юзернэйм @kangaroossoul выкладывал свои летсплеи в майнкрафт стабильно раз в неделю. у них была такая роботская, механическая озвучка, но зрители канала писали в комментах, что это только прибавляет атмосферы. типо еще больше погружает в пиксельный мир. шота не сильно парился по этому поводу, если честно. он не то чтобы хотел стать известным стримером, нет. просто это было его отдушиной. фандом, знаете ли, это такой особый организм, который редко оттаргает какие-то части себя — наоборот, он всегда радуется новым.
вся фанатская культура такова, думал шота, что, не смотря на различия людей, они готовы объединиться ради общего блага, общего дела. и тогда, в этот волшебный момент единства, фрагмент искусства — поп-кульутра, кино, компьютерная игра, персонажи, знаменитости, всё, что угодно — становился общественным достоянием. он больше не принадлежал себе, своему автору или тому, кто выкупил эти авторские права, нет. он становился народным. чем-то бòльшим, чем он был изначально. так, иногда теряя что-то, ты обретаешь в разы больше, расширяешься до размеров вселенной.
шота часто рассуждал на своих стримах, пока убегал от зомбеков, как устроен мир. его личный мир — фандомный. ему это нравилось намного больше, чем обсуждать философию на практических занятиях в университете. эти столетние, дай бог, деды, и понятия не имели о сплоченности человеческой расы перед угрозой хейтерского наплыва от другого фандома — вот, где сила! вот, что надо изучать, а не метать бисер перед свиньями. поэтому в университете шота никогда не высказывался. и этим невероятно бесил своих однокурсников, а особенно — ким чонсоба.
шота даже не знал, как его зовут, до того момента, как тот не решил представиться сам:
— эй, король кенгуру!
соул, спокойно устроившийся на подоконнике, резко поднимает голову с поджатых колен и отвлекатся от любимого стримера. он не снимает наушники, но убавляет звук и в упор смотрит на источник звука.
— как на стриме языком молоть, так ты первый, я как на парах отвечать, то сразу немым прикидываемся. ахуенная тактика, чел!
соул нормально так недоумевает. он так проучился уже немалого два года, тактика реально рабочая. его больше интересует, откуда этот малой знает, что он стримит и даже под каким ником? любопытство вмиг перекрывает раздражение и он спрыгивает с подоконника, оставляя там наушники с телефоном, и подходит к этому персонажу с соженными волосами.
но ничего не говорит. шота просто смотрит на него. между ними метр, один шаг или протянутая рука — расстояние достаточно безопасное для исследования данного объекта. помимо соломы на голове, соул замечает, что сам немного выше и крепче его оппонента. он точно кореец, из обеспеченной семьи, если судить по обуви, часам и жемчужной подвеске вивьен вествуд на шее. стильно, но слишком броско для этой шараги. японец склоняет голову к плечу, почти как собака, и сужает глаза, продолжая рассматривать этого парня. последний, видимо, начинает раздражаться еще сильнее, если шота правильно читает изменения в оттенке его лица. конечно, он видел этого парня раньше, просто замечать начал только после того, как он покрасил волосы в начале этого учебного года. хоть стало на что посмотреть.
соул так и продолжал бы стоять, если бы не-
— пиздец, ты ещё и слепой походу. чего вылупился? я тебе вопрос задал! я, блять, ким чонсоб, задал тебе, кенгуру недоношенное, вопросик.
я-блять-ким-чонсоб легко толкает его в плечи и соул пятится обратно к окну. этот ким, похоже, не такой уж и дрыщ, как может показаться на первый взгляд. соул облакачивается на подоконник и продолжает спокойно смотреть. мало он, что ли, с буллингом встречался! (или что это такое вообще, соул до сих пор в замешательстве)
теперь очередь чонсоба подходить к шоте, но он выбирает не рассчитывать безопасное расстояние и врывается в личное пространство японца, хватая его за футболку:
— думаешь ты тут самый умный, да? думаешь, что твоя вся такая мистическая персона играет тебе на руку? хуй там плавал. я щас всю твою тайну за секунду развею.
соул, если честно, в ахуе. откуда такой наплыв агрессии он даже представить себе не может. неужели он кого-то так бесит, что надо об этом сказать ему в лицо? он правда думал, что такое с ним больше не произойдёт. не в университете же, блять, где все уже двадцатилетние лбы с повышенной тревожностью и зависимостями разных степеней. просто пиздец. паника наконец начинает оседать на стенках желудка и соул отчаянно избегает зрительного контакта с блять-как-его-зовут-кимом. он слышит, как сердце начинает стучать в ушах, и пытается выглянуть из-за огромной головы, нависающей над ним, в коридор, чтобы найти своего спасителя. хоть кого-нибудь.
но он не успевает, потому что в следующую же секунду ким чонсоб сокращает ничтожное расстояние между ними и целует шоту прямо в губы.
п-и-з-д-е-ц
соул не знает, что делать. разные бывали, блять, ситуации. и закрывали его в школьном туалете, блять, и запихивали его одежду и рюкзак в мусорку, даже пинали в кориде нахуй. но это... выход на какой-то новый уровень. изгнание гейства поцелуем на нем ещё не практиковали (или что он вообще хотел блять? какая у него претензия была? что я самый умный? и не отвечаю на парах? нахуя меня тогда целовать блять?)
голова шоты была не в порядке, как и он сам. он все ещё чувствует ожёг на своих губах, когда его резко отталкивают. соул тотчас открывает глаза и видит перед собой синюю макушку, которая закрыла соула всем телом от этого придурка.
— друг, ты, может, ахуел немного? — говорит юнгю, еле сдерживаясь (соул знает, что он может врезать – у него ведь две младших сестры, он знает, как защищать damsels in distress — и он обязательно врежет)
ким чонсоб теперь на более чем безопасном расстоянии от него — стоит и глубоко дышит. его сумка, которую он сбросил ранее, лежит рядом на полу.
— блондинчик, я тебя спрашиваю, какого хуя?
юнгю появился из ниоткуда и, оценив ситуацию, сразу решил действовать. он быстро оборачивается к шоте и шепчет еле слышное "ты в порядке?". соул не пострадал физически (вроде), поэтому кивает головой. "окей", отвечает юнгю и разворачивается обратно.
— тебе сколько лет, а? про активное согласие слышал?
чонсоб приходит в себя и отвечает, полный задора:
— а тебя ебать не должно! защитничек, че он, сам за себя постоять не может? я ему вопрос, а он мне ни бе, ни ме, ни ку-ка-ре.
чонсоб поднимает сумку с пола и уже собирается уходить, как юнгю буквально подлетает к нему и бьёт наотмашь по лицу. рот чонсоба начинает гореть второй раз за последние 10 минут.
соул подбегает к ним и обхватывает юнгю, оттаскивая его в сторону. а тот кричит стоящему в шоке чонсобу:
— а на что ты, блять, надеялся, недоумок, а? что ты его засосешь и он, как в сказке, заговорит? — юнгю активно пытается освободиться из кольца рук шоты, — отпусти меня, я больше не собираюсь этого дебила трогать!
соул мотает головой и обхватывает его сильнее.
— хорошо, хорошо! — юнгю перестаёт дёргаться, — хорошо... я успокоился. я правда не собираюсь его трогать, шота. отпусти.
соул, чуть медля, отпускает его. юнгю оборачивается к нему и снова спрашивает:
— ты точно в порядке?
соул отводит взгляд в сторону. он все ещё держится за запястье юнгю и не даёт ему отойти от себя.
юнгю делает глубокий вдох и кидает горящий взгляд на чонсоба.
— сука, чтобы ты ещё раз мне на глаза попался! ты же вроде его однокурсник, не? вы единственные тут на всем факультете блондины ходите. ты чего, не знаешь, что шота буквально не может ответить на твои ебанные вопросы? он немой.
чонсоб находит себя в шоке второй раз за последние двадцать минут.
— всмысле немой...? — говорит он еле слышно, но юнгю достаточно зол, чтобы улавливать вибрации голосов подонков за милю.
— в прямом. тебе его медкнижку показать?
чонсоб смотрит сквозь юнгю — прямо на шоту. шота встречает его взгляд, его черты становятся более очерченными и прямыми, он сам будто становится больше, хотя до сих пор прячется за спиной синеволосого. вдруг соул открывает рот, а чонсоб, кажется, открывает новый скил, потому что он не слышит ни единого звука, но его внутренний голос читает по губам: "fuck you"
loud & clear
чонсоб кивает, будто соглашаясь, и решает наконец убраться отсюда. он быстро сбегает с лестницы и выходит на улицу.
юнгю и шота провожают его взглядом через окно и не смотрят друг на друга, пока он не пропадает из виду.
— и что это было? — искренне спрашивает юнгю.
"я не знаю", говорит соул на языке жестов. "он просто подошёл и начать кричать на меня, а потом толкнул и начал целовать". он не замечает, что его руки трясутся.
зато юнгю замечает и сводит брови.
— ничего страшного, — говорит он и дублирует жестами, — пойдём ко мне, ладно? зайдём в кфс за картошкой и поиграем в игры, ок? и ты мне расскажешь подробнее, какая у этого придурка к тебе претензия, ладно?
"окей"
юнгю разводит руки и соул падает в них, обнимая крепко-крепко. надо уходить отсюда, думает он, когда чувствует покалывание в глазах, ещё не хватало заплакать в стенах универа. это безжизненное учреждение не стоит его слез на своей территории.
///
поэтому соул и любил фандомы: они принимают всех, кто готов к ним присоединться. в отличие от его собственного организма. он был так рад, когда узнал, что до него дошла очередь и он был следующим в списке на пересадку гортани. он провалялся в этой стерильной палате три года — закончил старшую школу и, после, даже умудрился поступить в университет и продержаться весь первый курс. он думал, что вот-вот снова заговорит, что вернётся к прежней жизни... осталось потерпеть только два дня и девять часов.
ровно через четырнадцать дней и пятнадцать часов хаку шота узнал, что его организм отвергает чужой орган и его шанс вернуться к его версии нормальности окончательно растворился в воздухе. тогда он впервые заплакал перед своим лучшим другом — юнгю, но тот был не лучше — они провели в его палате несколько часов, по очереди успокаивая друг друга, пока не заснули на этой слишком стерильной кровати. a friend in need is a friend indeed.
его единственным спасением — помимо юнгю и семьи — были компьютерные игры. escapism in order to save yourself, am I right? он играл день и ночь, родители говорили, что это посадит его зрение и понизит концентрацию внимания, но они не понимали, что это буквально последнее, за что он цепляется.
позже стали популярны стримеры, особенно летсплеи, и юнгю предложил шоте записывать свои катки, а потом, включая эти записи игр, стримить себя и, с помощью программы, переводящий текст в речь, стримить так, будто ты играешь в реальном времени.
— все равно ты редко разговариваешь, а иногда, я знаю, тебе хочется выговориться. хочешь, я не буду смотреть твои стримы? чтобы ты свободно, без осуждения, хотя я бы никогда тебя не осудил, мог болтать сколько хочешь, а?
"честно?", жестикулирует шота.
"честно. ", отвечает тем же юнгю.
они три года учили жестовой язык вместе. и юнгю ещё никогда не подводил его. так что, переспав с этой мыслью несколько ночей, он записал свою первую катку в майнкрафте и, настроив программу, включил пробный стрим. пока он печатал текст и голос робота озвучивал его с опозданием, шота подумал, что печатать намного легче, чем разговаривать самому. а запоздалый звук можно было обвинить на нестабильный интернет и специально использованный эффект голоса. всё равно все выглядело так, будто он играл, когда на самом деле он просто печатал текст, высвобождая все свои мысли. это стало его личной терапией, его личным дневником и секретом полишенеля.
поэтому, когда его однокурсник упомянул кенгуру и его стримы, ему стало не по себе. конечно, он не знал, что именно хотел от него этот ким чонсоб (юнгю спрашивал его, но у него самого не было ответа) хотя тон их последнего взаимодействия не мог означать ничего хорошего. и, типо, соул знал, что он транслирует себя на весь интернет, но он как-то не подозревал, что его одногруппники могут быть заинтересованны (?) в его контенте.
соул до сих пор каждые полгода проходил чекапы в больнице и из-за этого, после того непонятного случая, не появлялся в университете полторы недели.
его отсутствие чонсоб заметил только потому, что шоты не было сегодня на философии. для справки, их в реальном мире можно было только и назвать, что однокурсниками, ведь у них только один общий курс — философия. и то на один семестр (не спрашивайте, кто так ставит курсы и миксует группы, шаражные пути неисповедимы) не то, чтобы чонсоб не замечал японца раньше. просто он маячил в его поле зрения желтым пятном волос и стилем гибрида эстетик покемонов и наны. японцы и их претенциозный андергаунд, замечал чонсоб каждый раз, когда шота проходил мимо него в дранных ботинках, черепами вместо фаланг пальцев рук и в капюшоне в три раза больше его головы.
"позер"
кто бы мог подумать, что такой индивидуум мог стримить? и стримить не что иное, как летсплеи майнкрафта? ким чонсоб был в недоумении, когда листая бесконечную ленту с трансляциями, он случайно наткнулся на смутно знакомое выражение лица и кликнул без задней мысли.
"позер?"
это случилось как раз перед тем, как начался учебный год, а с ним и семестр, полный философии и хаку шоты.
соул обычно сидел один у окна и постоянно меняющийся осенний пейзаж всегда занимал его намного больше, чем происходящее в аудитории. чонсоба это невозможно раздражало. он следил за каналом японца уже третий месяц и хотел поговорить с соулом в реале хотя бы один раз. в какой-то момент он даже посчитал себя ужасным везунчиком, потому что какое место больше подходит для завязывания непринужденного разговора, чем дискуссия на паре философии? но, как говорится, индюк тоже много думал.
чонсоб, конечно, вынужден отдать должное шоте — ни разу не открыть рот в университете это суперспособность. ким почти начал переживать за его итоговую аттестацию, но, в один ноябрьский день, его волнение за успеваемость шоты перекрыло иррациональное желание услышать его голос. реальный голос, а не тот машинный монолог, который уже откликался в его снах. знаете это странное чувство: ты вроде думаешь, что знаешь человека, но что-то в твоём восприятии как будто специально выстраивает стены, преграды, через которые ты никак не можешь разглядеть его настоящего. а чонсоб знает. вот он, стоит прямо перед тобой, глаза в глаза, а тебе кажется, что вас разделяют несколько миров.
и смотришь ты не в глаза этого человека, а в отражение своих собственных.
///
"вся фанатская культура такова, что, не смотря на различия людей, они готовы объединиться ради общего блага, общего дела. и тогда, в этот волшебный момент единства, фрагмент искусства — поп-кульутра, кино, компьютерная игра, персонажи, знаменитости, всё, что угодно — становится общественным достоянием. он больше не принадлежит себе, своему автору или тому, кто выкупил эти авторские права, нет. он становится народным. чем-то бòльшим, чем он был изначально. так, иногда теряя что-то, ты обретаешь в разы больше, расширяешься до размеров вселенной"
чонсоб, вдыхая аромат свежезаваренной лапши, сидел в фиолетовом свете и слушал слова шоты. он думал, а что будет, если потерять не что-то, а самого себя?
"исходя из его логики, если я потеряю себя, то я обязательно найду кого-то другого. внутри себя? или вовне? насколько большими они будут, будут ли они продолжать расти и, в конечном итоге, дорастут ли до размеров чёрной дыры? и если смогут, то меня несомненно туда засосет. она сама в итоге упадёт в себя и свернётся в ничто. в целую бесконечность"
@darklordppp: 《 как ты думаешь, что лучше: стать вселенной или бесконечностью? 》
шота останавливает поток мыслей и обращает внимание на чат. его сейчас смотрят от силы пятьсот людей и он искренне благодарен каждому из них.
"... хм-хм, стать вселенной или бесконечностью? дарклорд, ну и весёлые вопросы. вообще не провацирующие экзистенциальный террор. well, я однажды был слишком близок к слиянию с бесконечным вечным, так что в будущем мне бы намного больше удовольствия принёс ужин на краю вселенной. или хотя бы лапша..."
где-то на другой ветке сеульского метро ким чонсоб давится своей лапшой и, сразу после пятиминутного сеанса откашливания и драматичных хватаний за сердце, незамедлительно начинает желать хаку шоте скорейшей встречи с его любимой вселенной.
///
@darklordppp: 《 соул, прости меня 》
зачем он это сделал? спросите что попроще. чонсоб сам не знает, что на него нашло тогда. лучшая защита — это нападение, не правда ли? только вот от чего чонсобу надо было так яростно защищаться? от бесконечности соула? от чёрный дыры, в которой он, в конечном итоге, обязательно оказался бы? или от их личной вселенной, которую чонсоб, кажется, успел себе придумать за три месяца?
@darklordppp: 《 я правда не хотел так себя вести, я не знаю, почему так поступил 》
у чонсоба никогда не было идолов. он не понимал фанатских обсессий, о которых иногда говорил соул на стримах, потому что все его любимые исполнители и артисты были для него просто людьми, которые очень хорошо делают свое дело. у него не было актёров, которыми он бы восхищался или художников, чьё творчество он боготворил. нет. это просто люди и глупо предполагать, что им чуждо что- либо человеческое. а чонсоб считал, что именно воздвижение человека на пьедестал лишает его человечности. и ещё много чего, на самом деле: права на ошибку, права на личную жизнь, права на личное мнение (если оно идёт вопреки общественному), права на самовыражение (если оно слишком отличается от общепринятого), права выбора (если он не соответствует — правильно! — выбору общественности) и т.д и т.п.
@darklordppp: 《 мне очень жаль, правда 》
о! какая ирония. ким чонсоб, не признающий идолов, кажется, случайно создал своего собственного — японского.
шота читает чат и замечает сообщения с извинениями. ему хватает нескольких минут, чтобы сложить два и два. он сглатывает и смотрит прямо в камеру.
а чонсобу на другой ветке сеульского метро кажется, что чёрная дыра, за которой он наблюдал слишком долго, наконец начала всматриваться в него.